Игра, которую затеял Бирдян, только подогрела интерес инспектора. Он не считал, что обладает развитой интуицией, там, где ее недоставало, Имре предпочитал брать настойчивостью и упорством. Поэтому на следующий день Фазекаш вновь пошел к студенту-химику в расчете, что тот в азарте игрока проговорится о совершенном им преступлении.

Петру был в своей комнате. Рядом с ним сидел бледный худой юноша с лиловыми мешками под глазами.

— Добрый день, инспектор! Давно с вами не виделись, — язвительно сказал Бирдян. — Позвольте вам представить моего товарища Григоре Лупулеску. Григоре, это инспектор Фазекаш.

— Здравствуйте! — кивнул бледный юноша.

Петру стал что-то говорить Григоре по-румынски, посматривая на Имре. Фазекаш пожалел, что не взял с собой Трифонеску. Бирдян прочитал в глазах Имре досаду.

Скажите, инспектор, вам не нужен литр серной кислоты? поинтересовался Петру.

— Нет, — ответил Фазекаш. — А вам не кажется, что это незаконно?

— Я не знаю, законно это или нет, но подобный обмен между студентами-химиками — обычное дело, — снисходительно произнес Бирдян.

Он еще поговорил о чем-то с Лупулеску, затем пожал ему руку и проводил до двери. Петру остался наедине с Имре.

— Ну что, у вас появились доказательства, инспектор? — усмехнулся Бирдян. — Вижу, что нет. Насколько я понимаю, вы должны найти у меня пишущую машинку, на которой была набрана прокламация, или луч смерти. Кстати, вы можете поискать их у Лупулеску, он ведь мой товарищ, логично, что я мог спрятать улики у него в комнате… Если хотите, можете устроить у меня обыск. Я даже не спрашиваю, есть ли у вас ордер, потому что знаю, что его нет. Можете приступать…

Фазекаш молча стоял, не отводя пристального взгляда от студента. Казалось, Имре чего-то ждал.

— Вижу, вы сегодня не слишком разговорчивы… Ну же, инспектор, смелее!.. Можете начать с реактивов, — Петру подвинул в сторону Имре тяжелый ящик. — Только осторожнее, а то еще отравитесь какой-нибудь сулемой. Если меня, кроме убийства сорока с чем-то человек, обвинят еще и в покушении на убийство инспектора жандармерии — мне несдобровать…

Фазекаш по-прежнему молчал.

— Не хотите — не надо, — пожал плечами Бирдян, задвигая ящик с реактивами обратно в угол. — К слову, мы, химики, люди опасные. Мы, например, можем из совершенно безобидных вещей сделать взрывчатку. Не верите?… Тогда смотрите.

Студент убрал со стола всю стеклянную посуду и достал из ящика с реактивами баночку с мелкими черными кристаллами.

— Это обыкновенный йод, — пояснил Петру.

Он взял из ящика стола маленькую фарфоровую ступку, отсыпал в нее несколько кристаллов йода и стал тщательно растирать их пестиком. Когда результат работы удовлетворил студента, он вернулся к ящику с реактивами и достал оттуда бутылочку с прозрачной жидкостью.

— Это водный раствор аммиака, — проговорил Бирдян, открывая пробку. — Чувствуете?

Инспектор поморщился от резкого запаха. Петру налил аммиачной воды в ступку с порошком йода и аккуратно перемешал полученную смесь.

— При взаимодействии кристаллов йода с гидратом аммиака образуется крайне неустойчивое соединение — иодид азота, — объяснил студент. — Сейчас я его отфильтрую и оставлю сушиться.

Бирдян вложил в лабораторный стакан бумажный фильтр и вылил в него содержимое ступки. Из скопившейся на фильтре черной жижи в стакан начал струиться бурый раствор. Когда жидкость перестала течь, Петру выгрузил влажный черный осадок на чистый бумажный фильтр, положенный на металлическую чернильницу. Вокруг кучки осадка стало медленно расплываться мокрое коричневое пятно. Студент отломал от стоявшего в углу комнаты веника прутик и осторожно потрогал им иодид азота — ничего.

— Еще не высох, — сказал Бирдян. — Нужно немного подождать.

Через две минуты он предпринял новую попытку. Стоило студенту слегка коснуться прутиком осадка, как раздался оглушительный, похожий на пистолетный выстрел взрыв. Продырявленный фильтр, кувыркаясь в клубах рыжего пара, отлетел в сторону.

— Ну, как вам? — спросил Петру с довольным видом.

— Впечатляюще, — кивнул Фазекаш. — А соседи не сбегутся к вам на звук взрыва?

— Они уже привыкли, — махнул рукой Бирдян. — Ведь я химик, и мои соседи тоже.

— Вот только я так и не понял, зачем вы показали мне этот опыт. Вы хотите напугать меня?

— Разве вас можно чем-то напугать, инспектор? — усмехнулся студент.

— Едва ли.

— Я могу показать вам еще что-нибудь интересное…

— Нет, спасибо.

— Или вы все-таки хотите обыскать мою комнату?… Тогда начинайте…

У Имре вдруг появилась идея.

— Я не вижу в этом необходимости, — произнес он.

— Как?! — удивился Петру. — Вы снимаете с меня все подозрения?

— Совершенно верно. Ваша свободная манера поведения не дает мне оснований подозревать вас в совершении этого страшного преступления, — пояснил Фазекаш. — Больше я вас не побеспокою. До свидания!

— До свидания! — проговорил Бирдян, провожая инспектора недоверчивым взглядом.

Опасения студента-химика были небезосновательными. Вернувшись в участок, Имре поручил двум жандармам установить за Бирдяном круглосуточное наблюдение.