Бернардис ворвался в кабинет директора и быстро закрыл за собой дверь. У секретаря был встревоженный вид.

— Вообще-то, Бернардис, я не привык, чтобы ко мне заходили без стука, — строго заметил Лангеггер.

— Кажется, у нас проблемы, герр директор, — вполголоса проговорил секретарь.

— Что у вас стряслось?

— Спангеро срочно требует вас к себе. Он сейчас на складе, говорит, это очень важно.

— Спангеро?… Что ему еще нужно? — задумчиво сказал Лангеггер. — Хочет денег за молчание?…

— Скорее всего, — предположил Бернардис. — Хотя заниматься шантажом в его положении по меньшей мере глупо.

Директор достал из ящика стола револьвер.

— Думаете, это засада? — спросил секретарь.

— Надеюсь, что нет, но осторожность не помешает, — ответил Лангеггер. — Пойдемте.

Они покинули здание верфи и вошли в огромное приземистое строение с узкими горизонтальными окнами. В мягком полумраке рядами возвышались большие деревянные ящики с деталями, пестрящие штампами портов и железнодорожных станций. В конце длинного, ограниченного с обеих сторон ящиками прохода показался бригадир. Директор двинулся вперед, беспокойно озираясь по сторонам. Бернардис пошел на некотором расстоянии за ним.

— Добрый день! — поздоровался Лангеггер. — Вы хотели меня видеть?

— Да, — кивнул Лучано. — Мои подчиненные отказываются работать.

— В чем дело? — удивился директор. — Они требуют повышения оплаты труда?

— Они узнали, что подводная лодка взорвалась из-за поврежденной торпеды, которую они установили на нее по вашему приказу! — с вызовом произнес Спангеро.

— Это вы сами сказали им об этом? — вежливо поинтересовался Лангеггер.

— А хоть бы и я!.. — раздраженно бросил бригадир. — Если бы я знал, что вы хотите взорвать свою же подлодку…

— Вот только не надо прикидываться невинным ребенком! — возразил директор. — «Я не знал… Я не хотел…» Не верю! Вы прекрасно понимали, чем это грозит! Где вы раньше были, когда согласились устроить диверсию? Теперь уже поздно взывать к совести: вы такой же преступник, как и я!..

— Не совсем, — послышался голос из-за ящиков, и в проходе позади Бернардиса появился майор Ловицкий. — Извините, что перебиваю, герр Лангеггер, но вы еще и британский шпион, крот из Морской секции, предатель Родины…

Вслед за майором в проходе показался Штюцль. Лучано удивленно посмотрел на него.

— Конечно, герр Штюцль! — усмехнулся директор. — Я надеялся, что уже не увижу вас живым. Надо было послать вместо вас в Вену кого-нибудь другого, например, Бикича. Это моя главная ошибка…

— Позвольте не согласиться с вами, герр Лангеггер! — заметил Ловицкий. — Ваша главная ошибка состояла в том, что вы послали человека следить за герром инженером в Фиуме, хотя в этом не было никакого смысла. Герр Штюцль спокойно бы вернулся обратно в Полу, и у него бы не возникло подозрений в отношении вас.

— Мне хотелось держать его под присмотром, — пояснил директор. — Наверное, я перестарался…

— Ну что, герр Лангеггер, сдавайтесь! — миролюбиво предложил майор. — Все равно вы от нас не уйдете!

— Как бы не так! — сказал директор, доставая револьвер.

— Опять! — всплеснул руками Ловицкий, потом крикнул: — Парни, выходите!

С ящиков стали спрыгивать вниз жандармы, загораживая шпиону пути к отступлению. Лангеггер спрятался за ящиком и выстрелил в соседний проход. Пуля, пролетев через весь склад, попала в кирпичную стену. В ответ прозвучала череда пистолетных выстрелов, выпущенных по укрытию директора — послышался треск дерева и звон рикошетивших от металлических деталей пуль. Шпион выстрелил дважды — жандарм выпустил по ящику пять или шесть пуль. Пока жандарм перезаряжал свой пистолет, Лангеггер бросился бежать по проходу. Директор выпустил пулю по укрытию жандарма, и та просвистела у него над головой. Жандарм несколько раз выстрелил по ногам убегавшего шпиона, но не попал. Лангеггер спрятался за ящиком недалеко от входа на склад.

— Ничего не выйдет! Вы окружены! — громко произнес майор.

Директор высунулся из-за ящика и выпустил пулю по воротам склада. Оттуда послышалась новая череда выстрелов.

— Стойте! Я сдаюсь! — проговорил шпион, выходя из укрытия с поднятыми руками.

— Бросьте револьвер, — сказал Ловицкий.

Лангеггер стал медленно опускать правую руку вниз и вдруг приставил револьвер к виску.

— Нет!.. — крикнул майор.

Директор нажал на курок — осечка. Еще и еще раз — ничего.

— Где шестая пуля? — удивленно воскликнул шпион.

— Извините, герр директор, но отвечать перед законом мы будем вместе, — ответил Бернардис.

— Ах ты, шельма! — негодовал Лангеггер. — И зачем я связался с этими итальянцами?…

Прибежавшие жандармы надели на шпиона наручники.

— У меня к вам еще два вопроса, из чистого любопытства. Почему вы перешли на службу к англичанам? Неужели из-за денег? — поинтересовался Ловицкий у директора верфи.

— Конечно, нет, — нервно засмеялся Лангеггер. — Из-за очень больших денег! Когда у тебя есть деньги — у тебя есть все! Только так можно почувствовать всю полноту жизни, ощутить абсолютную свободу! Не за горами то время, когда деньги будут решать все: кто прав, кто виноват, кто — червь, а кто — бог! Вот увидите!

— Значит, и собственную подводную лодку вы взорвали исходя из ваших представлений об абсолютной свободе? — спросил майор.

— У меня не было выбора. Англичане поставили меня перед альтернативой: либо я устраиваю диверсию на своей подлодке, но сваливаю вину на русских, либо они выдают меня властям Остунгславии, — объяснил шпион. — Что бы вы сделали на моем месте?…

Ловицкий переглянулся с инженером.

— Остунгславия — это не страна, а недоразумение, — продолжал директор. — Эти все традиции, честь, государь-император — тьфу! На дворе уже двадцатый век! Нашему государству место на свалке истории!..

— Вы еще тут митинг устройте! — возмутился майор. — Уведите их!

Когда Лангеггер, Бернардис и Спангеро в сопровождении жандармов скрылись за воротами склада, Ловицкий облегченно вздохнул:

— Ну, теперь все!.. Мне кажется, или у вас, герр инженер, снова удрученный вид, как тогда в доме с кобрами?

— От вас ничего не скроешь, — заметил Маркус. — Согласитесь, что в последних словах Лангеггера есть горькая правда.

— Это мы еще посмотрим! — возразил майор. — Бросьте ваш пессимизм! Дело мы раскрыли. Вы, разумеется, получите из рук Его Величества орден Франца Иосифа…

— За что? — удивился Штюцль.

— За проявленные вами мужество и сообразительность в этом деле, за заслуги перед отечеством…

— Вы мне льстите!..

— Не скромничайте, герр инженер! Кто знает, если бы вы тогда не настояли на встрече Мурзовского со шпионами, может, мы бы сейчас уже воевали с Россией. С вашей помощью нам, наконец, удалось поймать крота из Морской секции… Знаете что, бросайте эту вашу работу на верфи и переходите к нам в Эвиденцбюро!.. — предложил Ловицкий.

— Опять вы со своими шутками!

— В этот раз я не шучу. Нам нужны специалисты с техническим образованием. К тому же вы себя отлично зарекомендовали в этом деле.

Маркус пристально посмотрел в глаза майора, все еще не веря, что тот говорит серьезно. Ловицкий нервно поправил пенсне.

— Я пойду, герр инженер. До свидания! — пожал майор руку Маркусу. — Подумайте над моим предложением.

— До свидания! — попрощался Штюцль и рассеянно посмотрел вслед уходившему Ловицкому. Инженеру показалось, что у того выпала из кармана какая-то бумажка.

— Герр майор! — позвал Маркус, но Ловицкий, казалось, не слышал его.

Штюцль подбежал к белевшей на полу бумажке и поднял ее. Это была знакомая инженеру визитная карточка страхового агентства «Шестич и К°». Перевернув ее, Маркус прочитал: «До встречи в Вене!»

Штюцль бросил взгляд на ворота склада, за которыми исчез майор, и, усмехнувшись, покачал головой.

2017 г.