Такая трагическая смерть первого старейшины Му Чжинвона, который считался сильнейшим мастером во всей Школе Демона наряду с Патриархом и великим Марагёмом, потрясла каждого присутствующего в большом зале. Главы кланов, поддержавшие Чхон Ёуна, ликовали, однако сжали губы, стараясь сохранить лицо.

Все были поражены приемом Ёуна, который он использовал против невозможной техники Двух Мечей Му Чжинвона.

«Во имя Центральной равнины! Он… одолел первого старейшину!»

«Я сейчас сплю?!»

«Такое вообще возможно?»

Главы кланов устремили свои взгляды на учителя Ёуна – правого стража Сопмэна. Ведь именно он обучал искусству владения мечом юного старейшину.

– Кхм-кхм, – откашлялся Сопмэн, чувствуя излишнее внимание.

На самом деле, больше всех присутствующих мощью Ёуна был поражен как раз Сопмэн.

«Быть не может. Этот мальчишка?.. Когда он успел освоить нечто столь невероятное?»

Признавать не хотелось, но этот прием Ёуна был настолько потрясающим, что не сравнить даже с техникой Танца Бабочки, которую он передал своему ученику. Учителю Сопмэну оставалось лишь молча удивляться.

«Но… почему мне эта техника кажется такой знакомой?»

Странно. Правый страж определенно видел эту технику впервые. Но что-то в ней было такое… И это почувствовал не только Сопмэн.

Левый страж Ли Хвамён тоже заподозрил неладное. Он потерял дар речи, осознав происходящее. Если бы он не открыл подземную сокровищницу Ёуну, то ни о чем бы не догадался. Но он видел след от клинка на нефритовой стеле своими глазами.

«Это же… техника Бога Клинков!»

Да, теперь он понял, что это была точная копия техники из подземной сокровищницы. Он видел всего лишь след клинка, но Ли Хвамён ясно помнил ту огромную энергию, которая заключалась в этой отметине.

«Он не изучал эту технику, а только по следу от меча… Как такое возможно?»

Можно ли было воспроизвести искусство владения мечом и повторить прием, лишь раз взглянув на отметину, оставленную клинком? Хоть Ли Хвамён и был свидетелем произошедшего, все равно верилось с трудом.

«Он провернул это и с последним приемом техники Меча Небесного Демона… Такие способности – дар, посланный юному старейшине небесами!»

Ли Хвамён понял, что тогда не ошибся. Он был уверен, что Чхон Ёун станет новым Небесным Демоном, который возродит истинную Школу Демона.

– Левый страж.

Зазвенел голос Марагёма, и Ли Хвамён быстро перевел на него взгляд. Сквозь маску Король стражей пристально осматривал изуродованное тело Му Чжинвона.

– Поговорим позже с глазу на глаз.

– Конечно.

Даже если Хвамён заблуждался, он должен был поговорить о Чхон Ёуне с Марагёмом. Он тоже желал исполнить волю Демонического Мечника.

«Как же ловко он придумал. Воспользоваться шансом… Выкинуть такое, да еще и на глазах у всех глав кланов».

Одиннадцатый старейшина Хван Ы был больше поражен искусному умению Чхон Ёуна подстраиваться и извлекать выгоду из ситуации, нежели тому, что новичку удалось одолеть первого старейшину Му Чжинвона. Даже просто глядя на реакцию глав кланов, которые до сих пор не пришли в себя, можно было понять, что план Ёуна возымел ошеломительный эффект.

«Старейшина Ёун разобрался с Му Чжинвоном, а об остальном придется позаботиться мне. Хо-хо-хо».

Хоть первый старейшина и был повержен, за ним остались первоклассные воины клана Тьмы, сильнейшие во всей Школе.

«Придется найти способ обратить силы клана Тьмы в пользу для молодого господина».

Слишком много силы пропадало зря. Переманить оставшихся воинов клана Тьмы на сторону юного старейшины было бы полезно. Главное – действовать быстро, пока остальные четыре великих клана не воспользовались ситуацией.

«Интересно, о чем сейчас думает Патриарх?»

Выражение лица владыки, сидящего на троне, поменялось. Поначалу ему было просто любопытно, но теперь… он не мог оторваться. Патриарх знал, что Чхон Ёуну удалось одержать победу над двенадцатым старейшиной, главой клана Ядов Пэк О, поэтому он понимал, что Ёун продемонстрирует свою силу. Однако владыка не ожидал, что сила будет столь велика.

«На голову выше всего, что я мог себе представить».

Первая атака Му Чжинвона была слишком быстрой и неожиданной, но остальные владыка вполне мог бы пресечь. Однако Патриарх намеренно держался в стороне и просто наблюдал. Он бы вмешался, только если бы ситуация стала критической и жизни Ёуна угрожала опасность…

Но потом… Если его навыки и дальше будут совершенствоваться с такой скоростью, через десять лет в списке имен пяти великих мастеров боевых искусств Центральной равнины произойдут изменения.

«Его сила станет для меня угрозой…»

Это уже совсем не радовало Патриарха. Козырь полезен лишь тогда, когда можно сделать ход.

Глава Школы Демона понял, что теперь ему стоит пристально следить за Чхон Ёуном.

Молчание в большом зале нарушила пятая старейшина Хан Сою:

– Во-возмутительно! Как можно было напасть на первого старейшину прямо на глазах у великого Патриарха на общем собрании в большом зале?!

Пораженная мощью Чхон Ёуна, она долго не понимала, что ей делать, но в итоге решила раздуть из произошедшего неслыханный скандал. И для этого у нее был повод: в Школе Демона действовал негласный закон, согласно которому непозволительным преступлением считалось убийство старейшины на глазах владыки.

– Согласен с пятой старейшиной. То, что сделал старейшина Чхон, непростительно. Он должен пасть на колени перед владыкой и молить о прощении! – подхватил крики госпожи Хан четвертый старейшина Чжа Кымгён.

Если они сейчас не очернят Ёуна, то потом будет поздно. Они должны доказать, что Ёун поставил под удар безоговорочность и неоспоримость власти Патриарха, тогда Чхон Ючжон это просто так не оставит.

«Нельзя позволить недомерку стать истинным наследником Школы Демона!»

Чхон Ёун обладал теперь не только внутренней силой, но и влиянием. Стоит ему получить статус истинного наследника, как уже никто не сможет его остановить.

– Хо?!

Чхон Ёун покосился на них. От разницы в силе пятая и четвертый старейшины отвели взгляд.

Тогда Чхон Ёун осторожно вышел в центр зала, встал на одно колено и уважительно заговорил с владыкой:

– Поскольку моя жизнь была под угрозой, я непреднамеренно совершил грубый поступок в стенах внутреннего дворца. Приношу свои извинения и прошу вас, Патриарх, простить меня.

«Вот это он речь толкает».

Пятая старейшина Хан Сою скривилась. Она хотела сказать ему что-то в лицо, однако, когда их взгляды встретились, смогла лишь опустить голову. Хан Сою надеялась, что Патриарх, вероятно, и сам почувствовал угрозу, и решила дождаться его решения.

«Хм! Ну и ладно! Патриарх терпеть не может, когда не считаются с его авторитетом. Посмотрим, что теперь будет делать этот мальчишка».

В это время в центр зала вышел левый страж Ли Хвамён и тоже встал на колени:

– Это моя вина, ведь я не смог помешать первому старейшине и предотвратить его ужасный замысел. Из-за меня молодой господин, ваша плоть и кровь, подвергся опасности. Прошу, назначьте мне наказание, соизмеримое моему проступку!

«Что он…»

«Почему?!»

Стоило четвертому и пятой старейшинам услышать мольбу Ли Хвамёна, как они изменились в лицах. Они не ожидали, что левый страж поддержит Чхон Ёуна. Теперь комментировать действия Ёуна нельзя: Ли Хвамён озвучил, что малец – кровь и плоть владыки, а значит, пойти против Ёуна – это то же самое, что пойти против Патриарха.

«Почему левый страж помогает мальчишке?!»

«Неужели?..»

Они совсем растерялись. Всем в большом зале стало понятно, что Ли Хвамён выгораживает Чхон Ёуна.

«Неужели ему удалось склонить на свою сторону даже левого стража?!»

Они были обескуражены. Всем известно, что Чхон Ёун близок с правым стражем Сопмэном, ведь тот был его учителем. И словно этого было мало – теперь и левый страж Ли Хвамён. Как говорил один китайский мудрец, оседлав тигра, невозможно с него слезть. Ёун мог двигаться только вперед.

«Это просто катастрофа! Ничего не поделать…»

«Чхон Ёун! Да чтоб тебя!»

Стало ясно, что атмосфера в большом зале изменилась. Теперь они не смогут надавить на Ёуна без помощи воздерживающихся старейшин – восьмого и шестого.

«Его невозможно остановить!»

Так думал шестой старейшина Мон О. Хотя он и сохранял нейтралитет, в отличие от других старейшин, у него были тесные связи с главами шести великих кланов. Он попал под их влияние. Однако Чхон Ёун, которого Мон О сегодня увидел впервые, произвел на него неизгладимое впечатление.

«Удивительно. Даже нынешний Патриарх связан с шестью кланами, поэтому не может в открытую противостоять им, а этот юноша…»

Мон О подумал, что это реальный шанс изменить порядки всей Школы Демона. Однако четыре из шести великих кланов еще продолжали существовать, поэтому он решил не торопить события и понаблюдать, чем все обернется.

– Вы двое, встаньте, – серьезно произнес владыка.

В тот же миг лица четвертого старейшины Чжа Кымгёна и пятой старейшины Хан Сою помрачнели. Такой приказ владыки означал лишь одно: он выбрал не их сторону. Теперь надежда угасла окончательно, ведь решение, принятое Патриархом, было единственно верным и неоспоримым.

– Поскольку причиной произошедшего стали необдуманные действия первого старейшины, мы не будем задерживаться на этом инциденте.

– Благодарим за ваше милосердие! – сложив руки и вежливо поклонившись Патриарху, в один голос произнесли Чхон Ёун и Ли Хвамён.

Благодаря своевременному вмешательству левого стража им удалось получить прощение великого Патриарха.

Затем владыка окинул взглядом большой зал.

– Первый старейшина Му Чжинвон посмел напасть на другого старейшину Чхона в стенах большого зала прямо на моих глазах. За что и поплатился жизнью. Такова цена позора и неуважения, которые были проявлены старейшиной Му по отношению ко всем нам. Вопрос закрыт. Этот случай станет для вас уроком: помните, поступки всегда влекут за собой последствия. Верность и уважение – вот то, на чем стоит вся Школа Демона. И я буду защищать наши идеалы. Подобные нарушения равносильны вызову лично мне. Я не потерплю такого и впредь.

– Да, владыка, – хором ответил зал.

Чхон Ёун помрачнел. Хоть Патриарх и обращался ко всем присутствующим, ему показалось, что слова адресованы лично ему.

«Хм… В этот раз он промолчал, а как насчет следующего?»

Чхон Ючжон полагал, что этот инцидент станет отличной возможностью надавить на Чхон Ёуна, но не смог найти веской причины для наказания и решил ограничиться предупреждением.

«Но я был к этому готов…»

Чхон Ёун предполагал, что такой поворот событий заставит Чхон Ючжона насторожиться. И надеялся, что владыка окажется многословнее и все объяснит, однако он поступил иначе…

«Кажется, на этом все».

Однако владыка продолжил:

– И еще…

– Да, Патриарх!

– Я хочу сделать объявление.

– ?!

Эти слова вызвали всеобщее недоумение. Особенно встревожились четыре главы великих кланов.

– Чхон Ёун перед всеми в большом зале доказал, что является достойным претендентом, поэтому… Нарекаю своего Седьмого сына, Чхон Ёуна, законным наследником.

– Что?!

Самый большой кошмар четырех старейшин стал реальностью. Владыка действительно назначил Ёуна истинным наследником его власти. Момент, о котором они боялись даже думать, настал.

– У кого-то будут возражения?

Последовало молчание. Кто осмелится перечить Патриарху? Все напряженно смотрели на владыку.

– Раз возражений нет, то с этого момента мой сын становится истинным наследником Школы Небесного Демона! – громко объявил Чхон Ючжон.

Главы кланов тут же встали со своих мест и начали выкрикивать лозунги и аплодировать. За последние пятьсот лет Ёун стал первым наследником, который не был сыном одного из шести великих кланов.

– Слава Школе Демона!

– Ура! Долгих лет Школе Небесного Демона!

Зал ликовал. И только главы четырех великих кланов и те, кто принял их сторону, сидели мрачно, опустив головы. Первая война с шестью кланами, разгоревшаяся из-за места наследника, завершилась. Победил Чхон Ёун.

«Дорогая матушка…»

Чхон Ёун сжал кулаки, наслаждаясь моментом, и думал о госпоже Хва. Ради матери он готов на все. Она заботилась о единственном сыне – Чхон Ёуне – до последнего вздоха. Он стал истинным наследником Школы Демона, тем самым почтив ее память.

«Вы следующие».

Он одержал победу над кланом Ядов и кланом Тьмы. Теперь на его пути остались всего четыре великих клана: клан Меча, клан Клинков, клан Скрытого Удара и клан Звука.

Все это были могущественные семьи с огромным числом последователей, поэтому путь предстоял долгий. Но теперь, разобравшись с остальными, Чхон Ёун мог сражаться против них на равных.