На удивление, информации в информационном поле нового носителя оказалось не много, будто это был совсем юный человек, совершенно не обремененный опытом жизни, либо информация была каким-то образом отфильтрована и оставлена только наиболее важная для его существования. Поначалу организация его информационного поля в своей общей сущности разуму Дакка была, как бы, понятной, но его более детальное изучение вызвало у него непонятные трудности – хранящиеся в нем образы имели клочковато-мозаичную структуру, чем-то напоминая информационное поле грота, понимались не сразу и их осмысление занимало достаточное время и потому, даже понимание общей картины жизни нового носителя у разума Дакка могло затянуться на неопределенное время. К тому же интеллект нового носителя располагался не в одном участке его информационного поля, а был так фрагментирован, что его связи практически не просматривались. Разуму Дакка удалось найти и подавить несколько интеллектуальных участков его информационного поля и казалось, что он уже полностью контролировал свой новый носитель, но, вдруг, откуда-то из глубины чужого информационного поля всплывал новый фрагмент его «Я», отвлекая и заставляя тратить драгоценное, сейчас, время на его подавление. Сколько таких фрагментов уничтожил разум Дакка, он наверное уже и сосчитать не смог бы. Его возня с обузданием нового носителя, явно затянулась и у него уже возникло желание бросить его и поискать другой носитель. Но когда очередной фрагмент интеллекта не появлялся очень долго, разум Дакка решил, что с ним, наконец, покончено. Полазив ещё некоторое время по чужому информационному полю, он решил, что, не обремененный информацией, мозг нового носителя вполне пригоден для размещения и что главное – система команд управления носителем была понятна и решившись, разум Дакка, быстро разместившись в свободных участках информационного поля нового носителя, послал команду глазам – открыться.

* * *

Дакк лежал на боку. Его взгляд упирался в темный предмет, находящийся прямо перед лицом. Он дернулся назад, пытаясь отстраниться от предмета. Носитель послушно выполнил его команду. Тогда Дакк послал новую команду мышцам своего носителя – подняться. Команда была исполнена без промедлений и словно подброшенный пружинами, Дакк оказался на ногах. Он чувствовал себя превосходно, дышалось легко и свободно, чувствовалось, что носитель в отличной физической форме, ничуть ни хуже когда-то занимаемого им носителя Марка Дубровина.

Дакк покрутил головой – осматриваясь. С одной стороны отчетливо просматривалась дорога, с мчащимися по ней машинами, но их стало гораздо меньше; с другой – неподалеку, на своих опорах стоял летательный аппарат. Их энергополя ощущались превосходно.

Хм-м! Мысленно хмыкнул Дакк. Загадка, за загадкой. А собственно, что я хотел? Он непроизвольно дернул плечами. Это ведь, совершенно, другой мир.

Было почему-то сумеречно, хотя, насколько Дакк ориентировался во времени, должно было быть лишь немногим заполдень.

Видимо слишком темное стекло шлема. Всплыла у него мысль – он вспомнил, что его новый носитель был в шлеме с опущенным темным стеклом.

Он поднял руку и поднес ее к лицу, она была видна превосходно, словно шлем не имел никакого стекла. Тогда Дакк ткнул одним из пальцев себе в нос, но палец уперся в преграду – стекло шлема действительно существовало.

Черт возьми! Неужели я так долго провозился с ним, что наступил вечер. Всплыла у него досада. Ну и ну!

Он опустил голову: перед ним на спине лежал голый, если не считать набедренной повязки, человек. Темный предмет, от которого он только что отстранился, была подошва одной из его сандалий. На груди человека темнело огромное вспученное пятно. Определенно, он был мертв, так как Дакк совершенно не чувствовал его биополя.

Шур Шин! Дакк шумно вздохнул. Как же я выглядел? Он шагнул к неподвижному телу колдуна.

Определенно – это был уже старый человек. Короткие серые волосы взлохмачены, безволосая красно-коричневая кожа лица покрыта густой сетью глубоких темных морщин, темные беззрачковые глаза, толстый нос с одним отверстием, большие губы, маленький подбородок. Лицо, несомненно, больше отталкивающе, нежели приятно. Носитель шур Шина был сухим и даже худощавым, руки и ноги тонки и костлявы и навряд ли в жизни он был физически сильным человеком, с чем, в принципе, и столкнулся Дакк, находясь в нем и если бы он его видел перед внедрением, то навряд ли бы решился занять. Хотя, вероятнее всего, шур Шин был достаточно умным человеком, если считался колдуном, но Дакк, к сожалению, не смог в полной мере воспользоваться его информационным полем.

Дакк отстранился от мертвого носителя колдуна и повернул голову в сторону, там лежал ещё один мертвый человек в одежде песочного цвета.

Нужно что-то с ним делать. Скорее всего, куда-то сообщить о его смерти. Поплыли у Дакка беспокойные мысли. Нарисовать правдивую картину произошедшего. Поверят ли, что его убил колдун? Были ли подобные ситуации прежде? Может мой носитель что-то знает об этом?

Дакк попытался поискать какие-либо образы о похожих событиях в информационном поле своего нового носителя, но тщетно: или таких случаев он не знал или мозаичность образов информационного поля не давала возможность быстро собрать воедино подходящую картину.

Раздосадованный, Дакк вышел из информационного поля своего нового носителя и вновь посмотрел по сторонам – тупи нигде видно не было, видимо, испугавшись происходящий событий, или поняв, что шур Шин мертв, он убежал.

Ещё раз окинув взглядом мёртвого колдуна, Дакк остановил свой взор на его черном поясе, к которому был пристегнут катран.

Проклятье! Тупи унес на себе три катрана. Всплыла у него досадная мысль. Интересно, а у других цивилизаций этой планеты, это оружие имеет какое-то значение? Шур Шину он теперь ни к чему. Заберу я его, а там видно будет. Решил он.

Наклонившись, он снял с колдуна пояс, оставив его, абсолютно, голым и направился к летательному аппарату.

Подойдя к нему, Дакк, вдруг, осознал, что, совершенно, не представляет, как он в него попадет. Состроив гримасу, он покрутил головой по сторонам – определенно, уже были сумерки, но дорога отлично просматривалась, не хуже, чем днем. Машин на ней почти не осталось, но двигались они с прежней скоростью, будто управлялись бездарными автоматами. Ничего, что помогло бы ему попасть внутрь летательного аппарата поблизости не наблюдалось. Оставалось одно – вновь заняться изучением информационного поля своего нового носителя.

Подойдя к ближней опоре летательного аппарата, Дакк сел на землю, прислонившись к ней спиной и погрузился в информационное поле своего нового носителя.

* * *

Дакк дернулся всем телом и открыл глаза. Он, эллот Керр Грабб сидел на земле, плотно прижавшись спиной к опоре летательного аппарата – стелта. Насколько он понял, было раннее утро – ни оранжевого ни голубого солнц еще не было видно, но горизонт уже окрасился в розово-фиолетовый цвет, предвещая их появление. Вокруг было без изменений: поодаль лежали мертвые тела шур Шина и Типпа Башшара – его старшего дуэте из службы безопасности. Керр Грабб был очень молод, что-то около девятнадцати среднегалактических лет. Как Дакк и предполагал, информации в его информационном поле было не много, по причине перенесенной им серьезной травмы и последующего восстановления и она не была достаточно содержательной, но к счастью, она не исчезала со смертью его интеллекта, как до этого происходило с информацией других уничтоженных им носителей. К тому же, видимо по все той же причине, перенесенного восстановления, информация была более-менее упорядочена и Дакку не пришлось изнурительно мучиться в поиске её фрагментированных частей для объединения в понятные образы и теперь он имел, хотя бы, какое-то представление о мире, в который попал.

Этот мир для него оказался достаточно странным и не совсем понятным. Провозившись с информационным полем своего нового носителя, практически, всю ночь, он, где-то в конце знакомства с ним, незаметно задремал и сейчас, с некоторой долей тревоги, пытался выяснить степень своей безопасности, крутя головой по сторонам, но никаких угрожающих его жизни признаков, вроде бы, не наблюдалось и он, успокоившись, углубился в размышления о своём дальнейшем поведении в новом носителе.

Керр Грабб и Типп Башшар были эллотами, представителями одной из рас колонизаторов планеты Родерон – красной планеты, тогда как шур Шин принадлежал к расе фаратов – аборигенов планеты. Шур – слово, действительно, означало колдун. Шуры были своего рода планетными изгоями: их боялись все: и аборигены и колонизаторы планеты: аборигены из-за того, что колдуны несли в себе непонятное, а потому считались угрозой, от которой нужно непременно избавиться, к тому же они часто сотрудничали с колонизаторами, что ещё больше отталкивало их от аборигенов; а колонизаторы потому, что шуры, а они вели уединенный образ жизни, часто нападали на одинокие патрули колонизаторов и уничтожали их своей магией и потому у зуков, как понял Дакк, так назывались члены службы безопасности планеты, к которой принадлежали Грабб и Башшар, была негласная установка, при возможности, уничтожать колдунов. Но эта возможность имела какие-то странные ограничения – уничтожать шуров нужно было тайно и не оставляя следов.

* * *

В принципе, так и произошло. Башшар и Грабб патрулировали один из южных районов планеты, как неожиданно анализатор их стелта поймал сильное энергетическое возмущение. Объектов их цивилизации в том районе, откуда пришло возмущение не было, но влекомые любопытством, они, все же, направились туда, хотя этот район принадлежал совсем другой цивилизации, но находился неподалёку и вскоре увидели рядом с транспортной магистралью стронгов наездника. Стало понятно, что наездник попытался влезть на магистраль, но получив энергетический удар, приходил в себя. Они уже было собрались уходить, но Башшар, поразмышляв, решил посмотреть на наездника поближе, каким-то странным он ему показался. Наездниками были одна из самых могущественных рас планеты Родерон – торросы. Они прекрасно знали, что большие магистрали несут в себе угрозу для их жизни и никогда не пытались их пересечь. Обычно её пытались перейти животные, что зачастую заканчивалось для них летальным исходом. Сейчас же ситуация оказалась довольно странной – преклонного возраста наездник, который, казалось бы должен знать всё, вдруг, полез через магистраль. Башшар решил непременно рассмотреть этого ненормального и когда подвел стелт поближе, понял, что наездник никто иной, как колдун. У него мгновенно все закипело внутри – не далее, как несколько дней назад один из колдунов уничтожил его дуэте, с которым он проходил в одной связке более двух лет и который неосторожно, в одиночку, забрался далеко в горы в поиске розового минерала, высоко ценившегося на их родной планете. Убедившись, что колдун один, Башшар посадил стелт и бросился к нему с флеером.

Но произошло невероятное, Керр Грабб, вдруг увидел, что вместо того чтобы замертво упасть колдуну, это сделал Башшар. Не осознавая до конца, что произошло, он покинул стелт и бросился в атаку. Колдун упал. Но он вдруг почувствовал над собой воалиана – птицу убийцу. В испуге подняв голову, он никого не увидел, хотя отчетливо её чувствовал. Тогда он принялся палить без разбора из флеера вверх, в надежде, что если не убьет, то хотя бы отпугнет воалиана, но, вдруг, неожиданная тьма ворвалась в его голову, разрывая его разум на мириады крохотных фрагментиков.

* * *

После изучения информационного поля своего нового носителя Дакк узнал, что были и другие расы колонизаторы на Родерон, например, хораллы, с которыми сотрудничали эллоты, но, пожалуй, самой заметной и самой влиятельной расой была раса стронгов. Но ещё самой большой загадкой для Дакка явилось то, что в информационном поле его нового носителя он не встретил никакого упоминания ни о гротах, ни о войне с другой галактикой за пространственный узел. Либо Грабб совершенно не интересовался этим, по причине своей молодости, либо эта планета галактики была так далека от цивилизации гротов, что о ней здесь не было ничего известно, либо тут скрывалась какая-то непонятная тайна.

Он так же узнал, что настоящее название тупи было лизун, по всей видимости из-за способности зализывать раны. Аборигены планеты поклонялись этому животному, за его доброту и способность заживлять раны и потому убийство лизуна у аборигенов наказывалось смертью. Но на планете жила раса торросов, которая относилась к лизуну, как к обычному животному и использовала его в своей жизни, не только, как средство передвижения, но и как пищу, тем более, что лизун обитал в районе их проживания и прекрасно уживался с людьми, но он не размножался в неволе и потому был достаточно редок и очень ценился. Позволить себе иметь это животное в услужении могли лишь богатые и влиятельные торросы планеты. Тогда выходило, что наездники, пытавшиеся убить шур Шина был совсем не простыми торросами.

Удалось так же узнать и тайну проникновения в стелт – это были и портация, которая активизировалась клавишей, расположенной на поясе зукка, и обычные двери с трапом. Но чтобы их открыть нужно было знать потайную клавишу снаружи, которую Грабб почему-то не знал.

Дакк поднялся и потянувшись, повел плечами, расправляя их – его новый носитель действительно был в отличной физической форме.

Что нужно было делать с телом Башшара, Дакк никакой информации об этом не нашел и потому решил оставить его там, где он и лежал.

Наклонившись, он поднял пояс с катраном и повернувшись лицом к стелту, хотя, как он понял, это было без разницы, нащупал на поясе нужную клавишу и резко вжал её.

Ощущения были совершенно не такими, какие он испытывал находясь в канале перемещения своей родной галактики. Можно даже сказать, их совсем не было, по крайней мере, Дакк совершенно ничего не ощутил, или не успел, хотя пользуясь портаторами зевсов даже на очень короткое расстояние, он всегда чувствовал энергетику канала. Сейчас этого не произошло. Было это перемещение или что-то другое он не понял, а уже почувствовал себя полулежащим в кресле, которое, будто, висело над серой поверхностью планеты.

Дакк поёрзал, убеждаясь, что имеет под собой надежную опору – кресло было достаточно удобным, и как ему показалось, вполне, надежным. Он покрутил головой, пытаясь увидеть органы управления стелтом, но ничего, что могло бы, хотя бы, как-то напоминать пульт управления, вокруг него не было.

Как же им управлять? Дакк поднял брови своего нового носителя. Мыслями, что ли? Но как?

Он послал мысленную команду в никуда, чтобы стелт оторвался от поверхности планеты, но никаких действий не произошло, аппарат остался на месте.

– Черт возьми! – Попытался произнести Дакк, но вместо привычного выражения с его губ слетели несколько протяжных непонятных звуков.

Тут же осознав свою невольную оплошность, Дакк плотно сжал губы и освободив часть своего поля, осторожно разбросил его вокруг себя – вокруг, буквально, кишели энергополя, определенно, принадлежавшие стелту, но было ли среди них то, с помощью которого можно было отдавать летательному аппарату команды, совершенно было непонятно. Осталось одно – действовать на ощупь.

Дакк убрал свое поле и попытался встать, но ткнувшись головой в невидимое препятствие, вновь оказался в кресле. Но этого времени ему хватило, чтобы увидеть, что пространство вокруг него на миг растворилось и проявилось крайне тесное помещение, в котором невозможно было даже повернуться. Он так же увидел перед собой высокую спинку ещё одного кресла.

Вновь оказавшись висящим над землей, Дакк попытался потереть лоб, но ткнув рукой в стекло шлема, мысленно выругался и опустил руку.

Он тут же вспомнил, что ни разу не встретил в информационном поле Грабба изображения, чтобы тот управлял стелтом. Значит он этого не делал и потому занимал не первое, а второе кресло. Аппаратом как-то управлял Башшар из первого кресла и потому Дакку нужно было перебраться в него. Но как?

Он привстал и вытянув руки перед собой, нащупал спинку переднего кресла и попытался сдвинуть его, толкая и тряся, но кресло даже не шевельнулось. Поняв бесплодность своей затеи, Дакк снова откинулся в своем кресле.

Проклятье!

Он попытался состроить гримасу раздражения и принялся анализировать сложившуюся ситуацию. Подумав какое-то время, он пришел лишь к одному варианту: вновь портироваться из стелта и сняв с мертвого Башшара пояс, с его помощью попытаться портироваться в первое кресло.

Кнопку портации из аппарата удалось найти без особых хлопот, она находилась под правым подлокотником.

Оказавшись снаружи, Дакк подошел к неподвижному носителю Башшара и перевернув его на спину, принялся изучать его пояс. К его удовлетворению, подобные ситуации, скорее всего, предусматривались и пояс не был жестко связан с костюмом зука.

Разобравшись с его застежками, Дакк снял с Башшара пояс – на нем тут же замигало несколько разноцветных индикаторов и попытался надеть его поверх своего пояса, но пояс оказался короток и не застегивался. Пришлось снимать свой пояс.

Едва он расстегнул застежки, как тут же почувствовал, дискомфорт, ему стало тяжело дышать, под шлемом начала подниматься температура, голову, словно, начали сжимать жестким обручем. Отбросив свой пояс в сторону, Дакк быстро опоясал себя поясом Башшара и глубоко вздохнул, почувствовав, что жизненные функции его носителя возвращаются в нормальное состояние, видимо пояса не были индивидуализированы, а работали с теми носителями, на каких находились.

Найдя на поясе клавишу портации, Дакк вжал её и вновь оказался висящим над серой поверхностью планеты, но теперь он почувствовал, что у него меж ног находится какой-то предмет, похожий на палку. Он дотронулся до него, предмет шатнулся и он тут же почувствовал, как стелт тоже пошатнулся. Несомненно – это был рычаг управления летательным аппаратом.

Дакк вошел в информационное поле Грабба и попытался там найти информацию о методах управления стелтом, но быстро она не находилась, словно Грабб никогда не только не управлял этим летательным аппаратом, но и вообще этим не интересовался. Это было более, чем странно.

Полный негодования, Дакк вышел из информационного поля Грабба и с раздражением отметил, что и этот носитель оказался не совсем удачным – наверняка, носитель Башшара был бы более подходящим. Но выбора сейчас у него не было и глубоко и шумно вздохнув, он взялся за рычаг управления и легонько потянув его на себя, тут же почувствовал, что стелт оторвался от поверхности планеты и неторопливо заскользил вверх.

Верхняя часть рычага была утыкана какими-то клавишами, но боясь что-то сделать не так, Дакк старался не нажать ни одну из них. Хотя с подобными системами управления ему приходилось сталкивался в своей галактике, но подобным ли образом функционировала эта система, он мог лишь догадываться.

Вернув рычаг в вертикальное положение, Дакк заставил стелт замереть. Затем он отклонил рычаг вправо – летательный аппарат начал поворачиваться вокруг своей оси.

Дакк закрутил головой по сторонам, осматриваясь. На небе не было ни облачка. Оранжевое солнце уже показалось из-за горизонта, предвещая очередной жаркий день. С одной стороны, на сколько хватало взгляда, простиралась безликая однообразная серая поверхность планеты упирающаяся в промышленный город; с другой – вдали, вдоль дороги тянулась широкая зеленая полоса с выглядывающими из неё кое-где белыми остроконечными крышами. Сделав пару оборотов, Дакк уже собрался приступить к поиску способа, чтобы заставить стелт перейти в горизонтальный полет, как, вдруг, увидел на горизонте быстро движущуюся большую черную точку. Он сориентировал стелт на точку и начал наблюдать за ней и вскоре понял, что она движется в его направлении. Ещё через какое-то время он понял, что это ещё один стелт, но гораздо больших размеров.

Немного поразмышляв, Дакк пришел к выводу, что дальнейшие события будут развиваться на земле и надежно спрятав свое поле, благо носитель Грабба, в отличие от носителя шур Шина позволял это делать вполне уверенно и посадив стелт, портировался из него и приготовился к новой встрече, пытаясь мысленно проиграть различные варианты описания произошедших здесь событий.

Стелт оказался около него раньше, чем Дакк ожидал, не дав ему подготовиться к встрече в полной мере. Был он гораздо больше летательного аппарата Грабба и, наверняка, вмещал не менее десятка зуков. Едва он коснулся своими опорами поверхности, буквально в трех шагах от стелта Дакка, как в его стенке появилось овальное отверстие и из него, будто горох, посыпались люди в одежде песочного цвета. Их оказалось восемь. Зук, появившийся последним, тут же направился в сторону Дакка. Дакк внутренне напрягся. Не доходя двух шагов, зук остановился, его левая рука приподнялась и стекло его шлема исчезло, открыв крупное светло-коричневое лицо мужчины с узкими беззрачковыми глазами. На мгновение мозг носителя Дакка обволокла какая-то вязкая пелена и, словно считав информацию, исчезла. Но это было не психотронное поле, а какое-то электронное поле, скорее всего созданное искусственно. Определенно, это сделал подошедший мужчина. Кто это был Дакк не знал, но лицо ему показалось знакомым, если он не ошибался, оно несколько раз мелькало среди образов информационного поля Грабба. Губы мужчины едва шевельнулись и донесся его громкий и несомненно, властный голос. Скорее всего – это был командир этого отряда. В отличие от до сих пор слышимых голосов, голос мужчины был не груб и отрывист, а протяжен, даже похожий на некое подобие пения. Но что было удивительно, легкое шевеление его губ никак не могло соответствовать произнесенной фразе.

– Что здесь произошло? – Трансформировались, произнесенные командиром протяжные звуки, в понятные Дакку слова.

– Это был шур… – Дакк вдруг умолк, пытаясь сообразить, стоит или нет показывать, что он знает имя колдуна, но, все же решив, что не стоит, просто вытянул руку в его сторону. – Он вторгся в транспортную зону.

Дакк умолк, не зная, в какой степени стоит описывать произошедшие здесь события и решив, что будет лишь отвечать на вопросы, следуя течению обстоятельств. Он сам в первый раз услышал голос своего нового носителя: который оказался более резок, нежели голос командира.

– А зачем вас понесло в чужую зону? Это что, наша транспортная магистраль? Её вам приказано охранять? Воалиана! Приключений захотелось? Получили? – Голос командира приобрел жесткие, даже угрожающие нотки.

Не оборачиваясь, он взмахом руки указал в сторону неподвижных носителей шур Шина и Башшара. Четыре зука, сорвавшись с места, бросились к ним.

Склонившись над мертвыми носителями, они принялись за энергичные манипуляции, словно пытались их оживить. Но вскоре выпрямились и повернулись в сторону командира отряда.

– Это шур Шин. – Заговорил один из них. – Он умер от полученных ударов флеера. – Плечи зука дернулись.

– Башшар тоже мертв. – Заговорил зук, манипулирующий с носителем Башшара. – Обширный спазм мозга. Полная десинхронизация. Нереинкарнируем.

После последней фразы Дакк невольно сжался. Зук за несколько мгновений безошибочно определил причину смерти Башшара. Либо это был очень профессиональный реаниматор, либо носитель достаточно сильного психотронного поля.

Губы командира плотно сжались, превратившись в тонюсенькие ниточки и Дакк, вдруг, увидел, как его беззрачковые глаза сверкнули, явным, гневом.

– Изолировать! – Донесся уже более резкий голос командира, хотя Дакк не заметил, чтобы его губы шевелились.

Его рука взмахнула в сторону Дакка, а сам он повернулся и направился к своему стелту а сам он повернулся и направился к своему енно угадать дальнейшие действия командира отряда, но тот.

Из группы отделился ещё один из зуков и подбежав к Дакку, дотронулся до его шлема. Дакк не почувствовал, чтобы стекло его шлема куда-то скользнуло, оно просто исчезло, заставив его подумать, что это было скорее не стекло, в своем обычном виде, а что-то другое, возможно, даже какое-то поле. Затем зук протянул руку к поясу Дакка и тот оказался в его руке.

– Тупые чу. Стронги нас всех наизнанку вывернут. – Донеслись до Дакка тихие резкие звуки, хотя он не увидел, чтобы губы зука шевелились. – Убить колдуна в их зоне, да ещё рядом с магистралью. Можешь поставить на своей службе крест.

Не зная что ответить, Дакк попытался состроить недоуменную гримасу и чуть дернул плечами.

Зук отвернулся и направился прочь. Дакк продолжил стоять на месте, пытаясь мысленно угадать дальнейшие действия командира отряда, но тот стоял у своего стелта, к нему спиной.

На какое-то время наступил некий покой: все стояли без движений не предпринимая никаких действий, будто окаменев. Но видимо этот покой был таковым лишь для Дакка, так как он вскоре уловил высокотональный писк и понял, что сюда идет ещё один летательный аппарат. Он машинально проверил защиту своего поля и убедившись, что оно надежно спрятано, приподнял голову, пытаясь его увидеть. Это ему удалось – летательный аппарат, уже другой конструкции, более высокий и широкий, стремительно снижался.

Это, скорее всего, был какой-то эвакуатор, так как он без всякий указаний, по очереди завис над Башшаром и шур Шином и они, будто растворившись, исчезли. Определенно, они были дистанционно портированы в чрево пришедшего эвакуатора.

Действия эвакуатора вызвали у Дакка невольное уважение – таких летательных аппаратов в его галактике не было.

Громко и резко пискнув, эвакуатор быстро растворился в сиреневом небе.

– Уходим! – Донесся до Дакка голос, в котором он узнал голос командира, хотя тот продолжал стоять к нему спиной.

Командир первым нырнул в свой стелт. За ним исчезли в его чреве и все зуки и лишь один Дакк продолжал стоять на своем месте. Он не знал, что ему делать, так как не имея пояса Башшара, он не представлял, как ему можно попасть в кресло пилота своего стелта.

Отверстие в стенке стелта, будто, заплавилось. Он дрогнул и вдруг, в воздухе мелькнули блестки и перед Дакком проявился зук. Темное стекло его шлема исчезло. Он шагнул к Дакку. Лицо зука, явно, выражало гнев. Дакк узнал командира отряда.

– Где твой пояс, щенок? – Услышал Дакк, хотя он прекрасно видел, что губы командира были плотно сжаты.

– Пояс? – Плечи Дакка механически дернулись. – Пояс!

Он закрутился, осматривая серую поверхность планеты и увидев в стороне темную полосу на серой земле, сорвался с места и подбежав к ней, поднял пояс Грабба и вернувшись к командиру, протянул ему пояс.

Выдернув пояс из руки Дакка, командир тут же растворился и лишь несколько блесток ещё мгновение обозначали то место, где он только что стоял. Стелт с отрядом зуков медленно, словно нехотя, оторвался от земли и заскользил вверх, Стелт же, на котором пришли Грабб с Башшаром, наоборот проявил незаурядную прыть – буквально, прыгнув вверх, он стремительно растворился в сиреневом мареве неба планеты и лишь Дакк продолжал стоять на месте, не представляя, что нужно делать.

Наконец, когда стелт с зуками превратился в едва видимую точку, Дакк решил, что они его бросили и аккуратно освободив свое поле, принялся в очередной раз изучать информационное поле Грабба, пытаясь в нем найти ответ – что следует предпринимать в сложившийся обстановке.

Ничего похожего не найдя, он вышел из информационного поля своего нового носителя и дернув плечами, развернулся и пошел в ту сторону, куда по его предположению убежал тупи, надеясь его найти и вновь воспользоваться его услугами, но едва он сделал сотни полторы шагов, как на него упала какая-то тень. Дакк резко поднял голову – над ним висел большой стелт. Он шагнул в сторону, намереваясь выйти из тени и…

* * *

Дакк лежал в кресле. Он дернулся, намереваясь подняться, но его руки и ноги были крепко прижаты к креслу захватами. Дакк покрутил головой осматриваясь: он находился в тесной, едва освещенной комнатке, но в тоже время, он отчетливо чувствовал полет. Несомненно, его портировал в себя зависший над ним стелт и сейчас куда-то вёз.

Дакк аккуратно освободил свое поле и осторожно разбросил его по сторонам – его плотно окружало какое-то непонятное, едва ощущаемое, энергополе. Он легонько ткнул своим полем в это энергополе, пытаясь пройти за него и узнать, что там, за ним, но энергополе под местом взаимодействия, вдруг, уплотнилось настолько, что поле Дакка отскочило от него, будто воздушный шар от стены. Тогда Дакк сконцентрировал свое поле в иглу и с силой ткнул им в это же энергополе – едва углубившись, игла замерла и завибрировала от напряжения, не в состоянии пробить уплотнившееся под ней энергополе. Не давая себе отчета, Дакк сконцентрировал в игле всю чудовищную мощь своего поля и вонзил её в энергополе – энергополе завибрировало, но Дакк чувствовал, что игла его поля неторопливо, но уверенно идет вглубь. Вибрация энергополя усиливалась и эта вибрация видимо передавалась и стелту – Дакк отчетливо чувствовал вибрацию под собой кресла. Комнатка наполнилась тягучим гулом. Донесся треск, похожий на треск электрического разряда и Дакк почувствовал, как его поле вырвалось наружу. Раздался громкий хлопок. Энергополе исчезло и стелт резко нырнул вниз. Дакка бросило вперед и если бы его не удерживали захваты, то он неминуемо бы размазался по стене перед собой. Но все же захваты оказались достаточно жесткими и больно впились в новый носитель Дакка. Его мозг вспыхнул, будто голову его носителя сунули в раскаленную печь. Дакка бросило в пропасть тьмы…

Дакк пошевелился. Мозг его носителя больше не горел. Его психотронное поле было в порядке, хотя и не было спрятано. Ничто больше не сковывало и его движений. Он крутанул головой по сторонам: он по-прежнему находился в той же тесной комнатке, но в стене справа от него зиял горизонтальный проем. Скорее всего это был или какой-то лаз или своеобразная дверь, прежде построенная каким-то силовым полем и теперь исчезнувшая из-за отсутствия энергии. Дакк спрятал свое поле и попытался встать, но ткнувшись головой в низкий потолок, отскочил назад. Он попытался убрать подлокотник, подлокотник шевелился, но оставался на месте. Все попытки найти какую-то защелку успеха не возымели. Тогда Дакк перевалился через подлокотник и на коленях подползя к проему, выглянул наружу: стелт лежал на боку, на земле, покрытой сине-зеленой травой, одна из его опор подломилась, скорее всего от удара о землю и сейчас уродливо торчала из корпуса, который изобиловал проемами или, скорее всего, широкими трещинами, наподобие той, из которой сейчас выглядывал он, но из них никто не выглядывал, или все уже покинули стелт или наоборот, были не в состоянии выползти из него. Дакку в некоторой степени повезло – стелт завалился на ту сторону, где находилась его трещина и до земли было не более полуметра.

Он выполз наружу и поднявшись, подошел к одной из трещин, находившейся на уровне пояса и присев, попытался заглянуть в неё – шлем мешал. Сняв его и отбросив в сторону, он просунул голову в трещину: эта часть стелта, видимо, была общей каютой, так как внутри неё находилось не менее полутора десятков кресел, часть из которых, скорее всего, при ударе о землю сорвались со своих мест и налетели на другие кресла и теперь все они были собраны в одну кучу, к тому же часть из них провалилась в широкую трещину, которая проходила через пол этой каюты. Видимо исчезновение энергии ухудшило прочностные характеристики летательного аппарата и в критической ситуации он оказался не таким уж и прочным механизмом, так как, насколько понял Дакк, падал он не с такой уж большой высоты.

Из глубины каюты донёсся тихий стон. Дакк, взявшись за края трещины, толкнул стелт, проверяя, прочно ли он лежит на земле – аппарат не шелохнулся. Проникнув внутрь, Дакк механически выпрямился, но ткнувшись головой в какую-то конструкцию, свисающуюся с потолка, опустился на колени и больше не пытаясь подняться, подполз к ближнему креслу и заглянул в него – в нем кто-то сидел в одежде песочного цвета. Скорее всего это был один из зуков. Дакк легонько тряхнул его за плечо. Зук не отреагировал, хотя Дакк заметил, что его грудь приподнялась.

Схватив зука за рукав курточки, Дакк попытался вытащить его из кресла, но подлокотник мешал. Тогда он схватился обеими руками за подлокотник и упершись ногами в нижнюю часть кресла, рванул подлокотник на себя – скрипнув, тот отвалился. Отшвырнув его, Дакк вновь схватил зука за рукав курточки и поволок его к проему. Вытолкав его наружу, он вылез сам и склонился над ним.

Стекло шлема зука было убрано. Он был жив, но видимо находился без сознания, к тому же дышал очень редко и с каждым вздохом из его груди доносился неприятный хрип.

Не зная, как он должен поступить, как Грабб, немного поразмышляв, Дакк решил пока оставить этого зука и вновь пополз внутрь стелта.

Провозился он достаточно долго, пока не вытащил наружу всех, кто был внутри. С теми зуками, которые находились в крайних креслах, особых проблем у него не возникло, но с теми, которые оказались зажаты в середине груды кресел, пришлось изрядно повозиться, выламывая подлокотники и другие части кресел, благо они оказались не очень прочными. Видимо энергия в их прочности тоже играла не последнюю роль и лишившись её, они утратили свои прочностные характеристики.

Наконец, вытащив последнего зука, Дакк немного отдышавшись, принялся их осматривать. К его удивлению, трое зуков, едва он дотронулся до них, мгновенно вскочили и принялись ошалело крутиться, видимо пытаясь понять, где они находятся. Скорее всего, они ещё в полной мере не понимали, что с ними произошло и никак не могли сориентироваться в действительности. Остальные зуки оставались в бессознательном состоянии, среди которых был и командир.

Закончив осмотр, Дакк подошел к ближнему, крутящемуся на месте зуку. Если он правильно понимал возраст жителей этой планеты, то этот зук был достаточно возрастным, так как его лицо было в большом количестве различных морщин, да и беззрачковые глаза были не такими черными, а как бы слегка выцветшими.

– Воалиана! Где они? Ничего не понимаю. – Донеслись до Дакка слова, хотя, насколько он видел, губы зука были плотно сжаты.

Не отдавая отчета своему действию, Дакк сильно стукнул зука по спине рукой. Зук подпрыгнул и замерев, вопросительно кивнул Дакку головой. Насколько смог понять Дакк, взгляд его беззрачковых глаз был вполне осмысленен.

– Что произошло? – Поинтересовался Дакк. – Почему мы свалились?

– Похоже, что нас атаковали стронги, но их нигде не видно. Сбили и ушли. Непохоже на них. Что-то здесь не так. – Покрутив головой, произнёс зук.

– Стронги. – Состроив гримасу, Дакк дернул плечами. – Какое им дело до нас?

Лицо зука вытянулось, рот приоткрылся, глаза стали заметно больше и круглее.

Черт возьми! Что-то я не то сказал. Или делаю не так. Разговариваю. Они говорят не раскрывая рта. Всплыла у Дакка тревожная догадка.

– Грабб, тебе опять не повезло. Снова головой сильно ударился. – Услышал Дакк, хотя прекрасно видел, что губы стоявшего перед ним зука не шевельнулись.

Проклятье! Дакк состроил невольную гримасу. Определенно это была не мысль. Я отчетливо слышал его голос.

– Не знаю. – Дакк обхватил голову руками и покрутил ею. – Совершенно ничего не помню.

– Тебе нужно обязательно пройти повторную реабилитацию. – Услышал Дакк, хотя ни один мускул на лице зука не дрогнул.

Что это может быть? Тут же всплыла у Дакка тревожная мысль. Возможно какое-то реанимационное действие с мозгом. Что у них за аппаратура? Почувствует она мое психотронное поле? Может стоит бросить этот носитель и вернуться в город аборигенов и заняв носитель одного из них, постепенно, не торопясь, узнав их мир, тогда и определиться с направлением своих дальнейших поисков. Времени у меня вполне достаточно. За один-два года ничего не изменится.

– Грабб!

Громкий голос вывел Дакка из невольных размышлений, он вопросительно кивнул головой.

– Что стоишь, как истукан. Нужно убираться отсюда. Появятся стронги – наизнанку вывернут. Нет, определенно, тебе нужна реабилитация или и вовсе, полное восстановление.

– Да! – Дакк энергично закивал головой. – Я пройду. Непременно пройду.

Что ещё за восстановление? Да ещё и полное?

Мозг носителя Дакка кольнула невольная мысль. Он пронёсся по информационному полю Грабба, пытаясь найти ответ на этот тревожный вопрос, но из фрагментарных клочков быстро составить что-то целое было невозможно и Дакк, опасаясь привлечь к себе ещё большее внимание, оставил эту затею.

– А они? – Он кивнул головой в сторону лежащих зуков.

– Мы им не поможем Спул заберет. Воалиана! – Лицо зука исказилось неприятной гримасой. – Дождались.

Он поднял голову и закрутил ею по сторонам и вдруг, сорвался с места и побежал прочь, в сторону растущих неподалеку низкорослых деревьев. Два других зука, стоявших поодаль, тут же пустились за ним вдогонку и вскоре все они скрылись среди густой зеленой кроны.

Дакк, проводив их недоуменным взглядом, тоже поднял голову и покрутил ею по сторонам, но не увидев вверху ничего, что могло бы представлять какую-то угрозу, непонимающе дернул плечами, глубоко вздохнул и направился вслед за убежавшими зуками, но сделав несколько шагов, вдруг, остановился и подняв голову, вновь посмотрел по сторонам, но никаких изменений вокруг видно не было. Он возобновил свой путь, но сделав ещё несколько шагов, вновь остановился. По спине его носителя пробежал, будто холодок. Определенно – это было чувство тревоги и было оно вызвано подсознательно, словно его носитель говорил, что где-то недалеко находится то, чего нужно опасаться.

Дакк невольно освободил свое поле и разбросил его по сторонам, тут же отметив его некоторую скованность, будто что-то пыталось его экранировать. Он увеличил мощь поля и понял, что экран находится, словно, внутри его носителя. Это было достаточно странно.

Но следующее событие заставило Дакка забыть эту загадку своего нового носителя – на краю горизонта он, наконец, увидел черную точку, которая, явно, двигалась в его направлении, быстро увеличиваясь в размерах и расползаясь по сторонам плоским пятном.

Стронги! Теперь бесполезно прятаться. Всплыла у Дакка досадная мысль. Почему зуки их так боятся? Что они тут не поделили? Черт бы их тут всех побрал с их отношениями!

Он приподнял руку, намереваясь провести ладонью по лбу, но его рука замерла на полпути.

Мгновенно сконцентрировав свое поле, он метнул его навстречу приближающемуся пятну и даже не пятну, а тому, что отделилось от него и метнулось в его сторону.

В следующее мгновение, не далее, чем в сотне метров от него вспыхнул огненный шар, заслонив на какое-то время приближающееся черное пятно.

Шар погас и вместо черной точки в сторону Дакка теперь неслась огромная черная птица, широко раскинув свои, казалось, необозримые крылья и у неё на спине сидел наездник, выставив в его сторону какой-то продолговатый темный предмет. Не раздумывая, Дакк сконцентрировал свое поле в иглу и вонзил её в голову птицы.

Птица дернулась. Целившийся в Дакка наездник дрогнул и вырвавшийся из его оружия заряд, оставляя за собой тонкую черную струю дыма, унесся далеко в сторону от Дакка. Громко и надрывно крикнув, птица опустила крылья и рухнула вниз, в каком-то полуторе десятке шагов перед Дакком.

Донесся такой истошный душераздирающий человеческий вопль, что голова Дакка невольно вжалась в плечи.

Птица, будто этот крик возымел на неё какое-то возбуждающее действие, встрепенулась, её голова приподнялась, огромные крылья приподнялись и расправились, но тут же вновь опустились и издав громкий, толи вздох, толи крик, больше похожий на шипение, она ткнулась своей черной безглазой головой в серую поверхность планеты. Наступила тишина и лишь сильный порыв воздуха от опустившихся крыльев, ударив Дакка в грудь, заставил его пошатнуться и сделать невольный шаг назад.

Постояв некоторое время и окончательно убедившись, что птица не шевелится, Дакк осторожно коснулся её своим полем, никаких признаков поля живого организма не ощущалось – скорее всего, птица была мертва. Влекомый любопытством, он решил подойти к ней поближе.

Подойдя к птице вплотную, он окончательно убедился, что она мертва. Она была огромна. Но ещё больше его удивило то, что на спине птицы находился карликовый человек, который тоже был мертв, так как его широко открытые беззрачковые глаза были неподвижны, как и его грубое и даже отталкивающее, похожее на птичье, лицо. Нижняя часть его туловища пряталась в перьях птицы. Дакк наклонился и вытянул руку в его сторону, намереваясь раздвинуть перья птицы, но тут же отдернул её – ему показалось, что перья приподнялись и потянулись к его руке. Состроив гримасу, он механически провел рукой по курточке, словно вытирая её и почувствовал под ней какой-то предмет. Опустив голову, он увидел застрявший в ней какой-то продолговатый обломок. Выдернув его, Дакк осторожно раздвинул им перья птицы – ноги карлика плотно обхватывали тело птицы и не просто обхватывали, они будто вросли в него.

Дакк выпрямился. Его лицо исказилось гримасой недоумения – подобный симбиоз он видел впервые.

Он скользнул взглядом вдоль птицы и вдруг, заметил, что у неё совершенно нет глаз – её безволосая голова была абсолютно гладкой.

Вот оно, возможно, что. Всплыла у Дакка догадка. Карлик и есть глаза этой птицы. Но каким образом рождается подобный симбиоз? Неужели птица так и рождается с наездником на спине или они как-то объединяются позже? Да-а. Дакк покрутил головой. Весьма необычная планета.

Дакк выпрямился, отбросил обломок и постояв некоторое время в раздумье, осторожно вошел своим полем птице в голову – его удивление было безграничным; информационное поле птицы изобиловало огромным количеством понятных образов и даже, он был уверен, среди них был и его образ, вернее образ его носителя, одиноко стоящий неподалеку от стелта. Но все образы были какими-то плоскими и черно-белыми, словно были получены не с помощью глаз, а…

Дакк всё понял – птица видела с помощью какого-то излучения. Но это был не ультразвук, так как Дакк, определенно, смог бы почувствовать облучение им своего носителя, а он ни при прежних встречах, ни сейчас, совершенно, не почувствовал никаких волн, направленных в его сторону.

Хотя убежавшие зуки, определенно, почувствовали её. Дакк углубился в невольные размышления. А может это не они сами, а электронная начинка шлема? Я ведь снял его. Но почему тогда я её не почувствовал своим полем? Но неужели птица несет в себе такую серьезную опасность, что противостоять ей не представляется возможным? Странно. Дакк состроил невольную гримасу.

– Ну ты герой, Грабб!

Громкий возглас, заставил Дакка нервно дрогнуть. Он, мгновенно спрятал свое поле и резко повернул голову на голос – к нему шел один из убежавших зуков.

– Что это с ним? – Подошедший зук остановился рядом с Дакком и кивнул головой в сторону неподвижной птицы, в его голосе слышалось неподдельное удивление.

– Не знаю. – Дакк дернул плечами, одновременно крутя головой. – Он… – Дакк на мгновение запнулся, вдруг осознав, что зук отнес птицу к мужскому роду. – Вдруг сложил крылья и рухнул вниз. – Он ещё раз дернул плечами.

– Да-а-а! – Протянул зук, хотя Дакк видел, что его губы оставались неподвижными. – Что-то сегодня невероятное происходит: стелт непонятно отчего свалился, смертник, вдруг, сдох на лету. – Он полностью повернулся к Дакку. – Это все оттого, что вы, открыто убив колдуна, нарушили равновесие. Миррилиен обозлился и теперь не успокоится, пока не отомстит.

– Кому? – Невольно вырвалось у Дакка.

– Не знаю. – Лицо зука исказилось неприятной гримасой. – Нам всем.

Позади донесся шорох. Дакк оглянулся – это возвращались два других убежавших зука. Один из них, тот самый который, говорил ему о реабилитации, направился к нему.

Подойдя, зук состроил непонятную гримасу и покрутил головой.

– Грабб! С тобой и в самом деле не все в порядке. Когда вернемся… – Губы зука, вдруг, тронула явная усмешка. – Я уже не уверен в этом, обязательно прослежу, чтобы ты прошел реабилитацию. Как бы тобой не заинтересовались стронги. – Его лицо исказилось гримасой. – Если маяк не поврежден, то за нами уже должен идти спул. – Продолжил говорить он. – Будем надеяться, что этот воалиан охотился один. – Он поднял голову и покрутив ею по сторонам, повернул её в сторону птицы. – Странная смерть. На вид он ещё не стар. – Он перевел взгляд на Дакка. – Тебе необъяснимо повезло. Я отлично видел, как всадник метил в тебя. Я уже думал, что это стронги. Однако… – Его лицо вновь исказилось гримасой тревоги, глаза широко раскрылись. – Похоже, что мы все же влипли. – Он поднял голову и уставился куда-то вверх.

Воалиан! Всплыла у Дакка непроизвольная мысль. Несущий или, точнее, дарующий смерть. Ничего себе, тут, у них, подарки.

Он вошел в информационное поле Грабба и попытался найти какую-либо информацию о воалиане. После недолгого блуждания ему удалось наткнуться на ряд фрагментарных образов, явно, относящихся к этой птице.

Быстро перебрав фрагменты, Дакку удалось создать что-то похожее на плохое целое. Он узнал, что воалианы, едва ли, не единственные обитатели воздушного пространства планеты, по крайней мере, где они обитают, там больше никакие птицы не летают. Они питаются, исключительно, живым кровоточащим мясом и потому являются абсолютными хищниками, убивающими все и вся, что движется в воздухе или на земле. Сами птицы безглазы и ориентируются в пространстве с помощью излучения с ещё не совсем понятным спектром, очень плохо воспринимаемым электронными приборами и совершенно неощущаемым живыми организмами планеты и потому их все на Родерон боятся, кроме одного из племен карликов, живущих где-то в южной, горной части планеты. Излучение птицы плохо приспособлено к охоте в зарослях и, видимо, потому многие из них носят на себе этих карликов – всадников, которые помогают им убивать жертву прячущуюся среди деревьев. Такой симбиоз особенно жесток.

Значит есть птицы и без всадников. Всплыла у Дакка мысль.

– Грабб! Грабб! – Громкий голос вернул Дакка в реальность.

– Я готов. – Дакк мгновенно вышел из информационного поля своего носителя и механически покивал головой.

– Болван!

Состроив гримасу, Дакк приподнял голову и покрутил ею по сторонам – поодаль, по широкой дуге снижался огромных размеров летательный аппарат.

– Это за нами?

– За нами. Если выберемся – я тебя сам реабилитирую. На всю твою оставшуюся жизнь. – Голос зука прозвучал с явным злом.

Летательный аппарат достаточно жёстко опустился в серую пыль. В его стенке появилось большое продолговатое темное пятно, явно, принадлежащее к дверному проему. Два зука молча направились к летательному аппарату.

Видимо это и есть тот самый спул, который они ждали. Но как-то невесело они его встречают. Всплыли у Дакка удивлённые мысли.

– Двигай! – Разговаривающий с Дакком зук сильно толкнул его в спину.

Молча кивнув головой, Дакк, проверил надежность защиты своего поля и направился к летательному аппарату, пытаясь лихорадочно выработать модель своего дальнейшего поведения.

Можно было, конечно, сослаться на атаку шур Шина, но тогда, определенно, не избежать реабилитации. Пытался выдумать он слова оправдания при встрече с кем-то неизвестным.

В чем она заключалась, было не совсем понятно, но ждать от нее хорошего не приходилось. Было очевидным, что эта цивилизация была достаточно хорошо развита и могла понять, что сейчас Грабб, совсем не тот, которым он был до сих пор.

Как Дакк ни старался, но его шаги непроизвольно замедлялись и он постоянно спохватываясь, ускорял ход, чтобы уже через несколько шагов вновь их замедлить и опять спохватиться. Он не знал, как далеко от него отставал шедший за ним зук, но когда он подошел к двери летательного аппарата, то почувствовал, как его рука ткнулась ему в спину.

– Уснул! – Донесся грубый резкий голос из глубины летательного аппарата.

– Я! Нет! – Дакк мотнул головой и намереваясь доказать это, резко оттолкнувшись прыгнул внутрь, но сразу за входом находилось что-то похожее на порог, который был невиден снаружи и зацепившись за него, Дакк сделал очень широкий шаг, чтобы не ткнуться лицом в пол.

Вместо эффектного, его появление внутри летательного аппарата оказалось столь неуклюжим, что вызвало громкий смех у тех, кто находился внутри.

Взмахнув руками, Дакк подтянул вторую ногу и выпрямился, но тут же спохватившись, втянул голову в плечи, чтобы не ткнуться головой в потолок, вызвав новый взрыв смеха, летательный аппарат оказался внутри, достаточно, высоким и Дакк, увидев, что до крыши головой он далеко не достает, позволил себе расслабиться и быстро стрельнул глазами по сторонам, пытаясь сориентироваться.

Внутри летательный аппарат оказался даже больше, чем казался снаружи, светло-серый цвет стен его ангара, как бы раздвигал их. Было очень светло, хотя ни окон ни излучателей света нигде не наблюдалось, будто излучало само внутреннее пространство. Он, практически, был пуст и никак не напоминал те спаэры его родной галактики, в которых Дакк не раз бывал и которые были постоянно заставлены всевозможными транспортируемыми аппаратами, хотя и в этом в нескольких местах стены ангара были густо увешаны хоботами каких-то шлангов или кабелей. В глубине ангара, около узкой стены, сплошняком утыканной разноразмерными и разноцветными экранными панелями, к нему лицом стояли четыре человека в оранжевой одежде, напоминающей одежду техников его галактики. Их головы были безволосы. Несомненно, они принадлежали к той же расе, что и прилетавший к шур Шину в горы безволосый гуманоид. Скорее всего, это они и смеялись над его неуклюжестью.

У Дакка тут же появилось желание проверить, есть ли волоса на голове его нового носителя. Механически подняв руку, он ткнул ею в лоб, но тут же, мысленно выругавшись, опустил её.

– Что стоишь, как на похоронах. – Донесся откуда-то сбоку, явно злой голос, в котором он узнал голос сопровождавшего его зука. – Двигай в каюту. Или хочешь чтобы тебя прямо здесь наизнанку вывернули?

Последние слова вызвали у Дакка невольную тревогу. У него тут же всплыла старая мысль: бросить носитель Грабба и вернувшись в город аборигенов, занять чей-то из них и тщательно изучив планету и её цивилизации, уже тогда приступить к решительным действиям.

Донесшийся за спиной Дакка легкий свист заставил его оглянуться – дверного проема, впустившего его внутрь не было, как и не было места, обозначающего дверь, за ним была сплошная стена.

Даже то короткое время, проведенное им в носителе Грабба показывало, что эта цивилизация находилась на достаточно высокой ступени развития, ничуть не ниже ступени развития зевсов, если не выше и потому, несомненно, требовала крайней осторожности, хотя он и не встретил ещё носителя с, достаточно, сильным психотронным полем, что, однако, не говорило, что их здесь нет. Ведь носителями, хотя и слабых психотронных полей здесь были, даже, животные.

Дакк повернул голову туда, где стоял сопровождающий его зук, но его там не оказалось. Куда нужно было идти, чтобы попасть в каюту, он не представлял и потому направился в сторону стены с экранами, намереваясь об этом узнать у безволосых. Но едва он сделал пару шагов, как один из безволосых, что-то выкрикнув, сам шагнул ему навстречу.

Что-то не так. Всплыла у Дакка неприятная мысль.

Он остановился и осторожно попытался проверить защиту своего поля и в тот же миг почувствовал, как чужое поле бесцеремонно вторглось в мозг его носителя. Дакка шатнуло.

Вдруг кто-то схватил его за плечо и резко дернул назад. Он оглянулся, за ним стоял все тот же зук.

– Совсем свихнулся. – Донесся свистящий шепот неподвижных губ зука. – Он же тебя раздавит.

Дакк даже не успел открыть рот для оправдания, как зук, вновь дернув его за плечо, буквально потащил за собой.

Едва они оказались у стены, как в ней образовался проем и зук, отступив, сильно толкнул в него Дакка. Сделав пару широких шагов, Дакк замер и закрутил головой, осматриваясь – он стоял посреди небольшой, вытянутой, серой полутемной комнаты, вдоль одной из стен которой стояли несколько изрядно потертых кресел, два из которых уже были заняты зуками, из потерпевшего аварию стелта, уставившись в него своими беззрачковыми глазами.

Вошедший за ним зук, толкнул его в направлении одного из пустых кресел.

– Ты, Грабб, окончательно свихнулся. Я уж решил, что тебе конец. – Донеслись его слова с явной тревогой. – Зачем ты полез к стронгам? – Он шагнул к другому пустому креслу и сев, опустил голову, уставившись в пол.

Дакк сел в указанное кресло и повернул голову в сторону говорившего зука.

– Я! К стронгам! – Дакк состроил гримасу и дернул плечами. – Не знаю. – Он покрутил головой.

– Мы почувствовали волну. – Пришли слова с другой стороны от Дакка. – И если бы не решительность Танна, твои мозги уже бы были кашей для вупи.

– Они у него на поле карта остались, иначе бы он не вытворял, что попало. – Донесся голос, видимо третьего зука.

– Я ваш должник. – Не зная зачем произнес Дакк, поворачивая голову в сторону зуков.

– С тобой действительно не все впорядке. Зря мы связались с тобой. Сплошные проблемы. Думаю, не долго тебе осталось.

Произнес зук, который притащил его сюда и которого назвали Танном. Он откинулся в кресле и прикрыл глаза, видимо, давая понять, что разговор закончен.

Решив, что это так и есть, Дакк тоже откинулся на спинку кресла и прикрыв глаза, погрузился в невольные размышления о своем поведении, однако держа свое поле под строгим контролем, даже не позволяя себе изучения информационного поля Грабба.

Видимо, я, действительно, выгляжу слишком нелепо, что даже простым зукам это бросилось в глаза. Вновь мне не повезло с носителем. Потекли у него грустные мысли. В его информационном поле совершенно невозможно проследить логику поведения цивилизаций этой планеты. А что если занять один из носителей, находящихся здесь зуков? Хотя бы того же Танна. Он производит впечатление вполне знающего человека. Бред какой-то. Я даже не успею добраться до его мозгов, как они все поймут. А может, действительно, стоит согласиться на реабилитацию? Определенно, там у меня какое-то время будет. А что может представлять собой эта реабилитация? Что там у них за аппаратура? Вдруг это будет сродни вивисекции? А что такое восстановление? Нет, нет, никаких ни реабилитаций, ни восстановления. Нужно любым способом уклониться от них. Обещать, что угодно. Стронги! Кто они? Это и есть гроты или гроты это ещё одна галактическая цивилизация? Но почему о них нигде ничего не говорится? Может мы просто не так поняли название их расы и стронги и есть, те самые, гроты? Но как-то они не очень похожи на тех, какими мы себе их представляли. Да и насколько я помню, мертвые гроты были с волосами на голове. Хотя… Дакк состроил невольную мину. Кажется один был без волос, но как говорили специалисты, волосы у него на голове когда-то все же были. Да и по первым чувствам, психотронное поле стронгов, совершенно, не похоже на поле гротов. Поле гротов я совершенно не понимал, а поле стронгов, думаю, понять можно. Тогда выходит – это действительно разные расы и с гротами мне ещё предстоит встретиться. Возможно, что не на этой планете.

Дакк принялся анализировать свои проведенные дни в чужой галактике, пытаясь из с той информации, которую ему удалось накопить, составить более-менее ясную картину её жизни и видимо так увлекся, что и не почувствовал, как летательный аппарат добрался до своей конечной точки назначения. В реальность его вернул сильный толчок в плечо.

– Уснул, что ли? – Донесся у него над головой громкий голос.

Дакк невольно вздрогнул и открыл глаза – над ним стоял Танн.

– Задумался. – Дакк шумно вздохнул. – Мы уже на базе? – Он вопросительно кивнул головой.

– Видать ты, действительно, все свои мозги на поле оставил. – По лицу Танна скользнула тень усмешки. – Стронги приволокли нас на свой космодром. Натворил ты с Башшаром дел. Что теперь нас ждет, наверное и сам Миррилиен не знает. Пошли! – Он взмахом подбородка указал на дверной проем.

Дакк вскочил и быстрыми шагами направился из летательного аппарата.

Оказавшись снаружи, он остановился и покрутил головой, пытаясь сориентироваться. Он стоял на твердой черной поверхности, напоминающей поверхность космодрома зевсов. Ему в спину ткнулась чья-то рука.

– Шагай, шагай!

Дакк узнал голос Танна. Шумно и протяжно вздохнув, он медленно пошел вперед, по обрамленной с двух сторон высокими бордюрами дорожке, стараясь сделать так, чтобы Танн перегнал его как можно быстрее. Два других зука маячили уже далеко впереди.

И действительно, вскоре Танн, ничего не говоря, обогнал его и начал удаляться. Стараясь не отстать, Дакк ускорил шаг, одновременно изучая обстановку вокруг.

Во всех направлениях виднелись эстакады обслуживания. Рядом со многими эстакадами покоились, разных форм и размеров, летательные аппараты и похожие на те, которые ему уже удалось видеть и совершенно не похожие ни на один из летательных аппаратов его галактики. Были среди них и несколько огромных летательных аппаратов, которые, несомненно были космическими кораблями.

Вдруг, Дакк вздрогнул. Он почувствовал, как ему в голову ткнулось чужое поле. Он тут же понял – это был тот же стронг, который вторгался в мозг его носителя на спуле.

Дакк, не зная, как в таких случаях поступают зуки. Не оглядываясь, чтобы не привлечь лишнего внимания, он ускорил шаг, намереваясь обогнать Танна, надеясь, что оказавшись впереди него, пропадет из поля зрения стронга и тот потеряет с ним контакт, но стронг или шел позади него или расстояния для его поля не существовало, контакт с ним не терялся, хотя Дакк вскоре действительно оказался впереди Танна и видимо начал мешать тому идти, так как получил сильный тычок кулаком в спину.

– Или иди быстрей, или уйди с дороги. – Донесся громкий и явно, недовольный голос зука.

Дакку ничего не осталось, как шагнуть в сторону.

Стронг уже вовсю бесцеремонно хозяйничал в информационном поле Грабба. Это уже было чересчур. Дакк старался, как мог увернуть свое поле. Он понимал, что долго так продолжаться не может, стронг, видимо, и так что-то заподозрил и вторгшись в мозг носителя Дакка, в конце-концов, непременно, столкнется с чужеродным полем. Нужно было раз и навсегда покончить с ним. Поле стронга было не таким уж и сильным, хотя и гораздо мощнее поля сармата. Определив направление, Дакк сбросил свою защиту и мгновенно сконцентрировав всю мощь своего поля в иглу, вонзил её в незримого противника.

Атака тут же прекратилась. Пересиливая желание обернуться, Дакк разбросил свое поле позади себя и убедившись, что там не чувствуется никаких активных полей живых организмов, вновь спрятал свое поле под надежной защитой и догнав ушедшего немного вперед Танна, пошел рядом с ним, пытаясь логически оценить последствия только произошедшего события.

Неожиданно, как будто бы откуда-то из-под земли, донесся громкий пронзительный вой. Танн мгновенно упал на дорожку лицом вниз и закрыв голову руками, замер. Дакк последовал за ним, однако исподлобья наблюдая за обстановкой вокруг. Вскоре донесся громкий топот и перед ним замерли большие черные ботинки.

– Грязные тупые зуки! Убирайтесь прочь! – Раздался у него над головой громкий отдающий металлом голос.

Лежащий Танн, будто подброшенный пружинами, вскочил. Не раздумывая Дакк тоже вскочил и оказался лицом к лицу с безволосым. Их взгляды встретились. Дакку показалось, что его потянуло в бездонную пропасть страшного черного омута. Он пошатнулся. Лицо стронга ушло в сторону.

– Уходи-и-им! – Донесся далекий голос и Дакка потянуло вперед.

Наваждение исчезло. Тряхнув головой, словно сбрасывая тину омута, Дакк увидел, что Танн куда-то бежит, таща его за рукав курточки. Он с силой дернул рукой, вырываясь из хвата зука и догнав его, побежал рядом.

– Что произошло? – Поинтересовался Дакк.

– Не знаю. – Танн мотнул головой. – Но похоже, что-то серьезное, если бешеные вылезли наружу.

– Инопланетяне? – Скорее механически, нежели осознанно, вырвалось у Дакка.

Танн мгновенно остановился и повернулся к Дакку.

– Что ты сказал? – Он придвинул свои безмолвные губы к лицу Дакка.

– Я так. Сорвалось. – Попытался реабилитироваться Дакк, поняв, что сказал или недопустимое или даже вообще невозможное быть слово.

Мимо них пробежали несколько человек в черной одежде с яркой белой эмблемой какого-то гада у самого плеча, в черных шлемах с опущенными темными стеклами. Легкий поток воздуха, пришедший от них, будто обжёг Танна. Он, буквально, отпрыгнул в сторону и словно забыв о Дакке, возобновил бег. Дакк продолжил бежать за ним. Танн бежал очень быстро и Дакку пришлось изрядно шевелить ногами, чтобы не отстать. Куда они бежали, Дакк не имел представления, так как в той стороне, до самого горизонта не было видно ни одного строения.

Но все же им вскоре пришлось остановиться – впереди, в десятке метров от них, будто из-под земли, выросли два человека в черной одежде с белым изображением все того же гада на курточке, сжимающие в руках фигуристые массивные, черные, плоские предметы. Один из них приподнял свой предмет и направил его в их сторону. Танн мгновенно остановился и замер, словно парализованный. Дакк сделал ещё пару шагов, прежде чем осознал происходящее и остановившись, попятился, но упершись во что-то спиной, остановился и оглянулся – сзади стояли ещё два человека в такой же чёрной одежде и массивный чёрный предмет одного из них, скорее всего это было какое-то оружие, упирался ему в спину.

– Следуйте за нами. – Донесся глухой, немного хрипловатый голос, шедший неизвестно от кого.

Дакк повернул голову в сторону Танна, но тот продолжал стоять с окаменевшим видом. Он перевел взгляд на стоявших впереди людей в чёрной одежде. Один из них махнул рукой, куда-то себе за спину и они оба, развернувшись, пошли перпендикулярно той стороне, куда бежали Танн и Дакк.

Дакк почувствовал, как оружие сильней уперлось ему в спину. Он перевел взгляд на Танна. Тот вздрогнул, будто действие паралича закончилось и ничего не говоря пошел за идущими впереди людьми в черной одежде. Дакку ничего не осталось, как тоже подчиниться приказу.

– Кто это? Куда нас? – Негромким голосом поинтересовался он у Танна, сблизившись с ним, так, что их плечи соприкоснулись.

– Бешеные! – В голосе Танна послышалось явное раздражение. – Сейчас наизнанку вывернут. Не повезло. Чуть-чуть не успели. – Его голова мотнулась по сторонам.

Состроив гримасу, Дакк отступил от Танна, совершенно не понимая, куда они не успели, так как поблизости не было никаких строений и дальше они пошли молча.

Шли они уже достаточно долго, а никаких зданий нигде видно не было. Со всех сторон, на сколько хватало взгляда, по-прежнему виднелись многочисленные посадочные площадки с эстакадами.

Всплывшая, после встречи с взглядом стронга тревога, росла, неизвестность угнетала и Дакк совершенно не представлял, к чему нужно быть готовым. Он как-то незаметно отстал от Танна и шел за ним механически переставляя ноги и отягощенный размышлениями, потерял, в некоторой степени, контроль над окружающим пространством и едва не ткнулся остановившемуся Танну в спину, лишь в последний момент успев сделать шаг в сторону – перед ним были ступеньки, ведущие вниз.

Словно собираясь с какой-то неведомой силой, Танн медленно протянул ногу к верхней ступеньке и тяжело став на нее, неторопливо пошел вниз. Дакк пошел за ним.

Спустившись вниз, они оказались в широком сумеречном коридоре, теряющемся в серой дали. Их тут же обогнал один из бешеных, шедший сзади и пошел впереди – когда и куда делись, до селе шедшие впереди бешеные, Дакк не заметил, он упустил этот момент из вида. Бешеный шел так быстро, что Дакк порой переходил на бег, хотя по бешеному не было заметно, чтобы он прикладывал какие-то заметные усилия к своему передвижению.

Свернув пару раз по коридорам, бешеный остановился и повернулся лицом к стене. В тот же миг, в стене перед ним, появился проем. Он молча вытянул руку в его направлении. Шагнув к проему, Танн на мгновение замер и переступив его порог, начал медленно исчезать, скорее даже растворяться, будто за порогом был не воздух а какой-то растворитель. В проеме, словно, повис неслышимый душераздирающий крик Танна, хотя было, совершенно, тихо.

Дакк, остановившись поодаль и состроив гримасу, наблюдал за происходящим, лихорадочно пытаясь сообразить, что происходит с Танном: толи он действительно растворяется в каком-то неведомом ему нечто, толи это какой-то непонятный способ перемещения, толи что-то ещё.

Наконец серое пятно Танна растворилось полностью и за проемом проявился небольшой идеально белый пустой зал, однако с четко очерченными гранями переходов между стенами. Танна в нем не было.

Черт возьми! Что это может быть? Лихорадочно пытался сообразить Дакк. Стоит туда входить или бросить этот носитель и уйти? Проклятье. Может попытаться проанализировать структуру зала?

Он высвободил часть своего поля и осторожно введя его в проем двери, тут же почувствовал какой-то источник излучения. Его лучи пронизывали зал сплошным потоком, но они не были хаотичны, а имели определенную направленность. В тоже время, среди этого лучевого потока чувствовалось что-то ещё, едва осязаемое. Определенно – это был какой-то анализатор. Дакк осторожно двинул свое поле дальше и тут же отдернул его назад. Поток лучей тут же подозрительно выгнулся в сторону его поля.

«Сейчас наизнанку вывернут», вспомнилась ему, произнесенная Танном, по дороге сюда, фраза.

Однозначно, мне туда нельзя. Проанализировав информационное поле Грабба они все поймут. Молниями замелькали у Дакка тревожные мысли. Вывернут наизнанку всех, с кем за сегодняшний день контактировал Грабб. И до мертвого шур Шина доберутся. Несомненно поймут, что было внедрение. Интересно, у них это имеет место. Если и нет, то об этом они все же должны знать.

– Пошёл!

Вместе со словом, Дакк ощутил, как ему в спину уперлась чужая рука и подтолкнула его вперед. Хотя толчок был не сильный, но неожиданный и Дакк невольно сделал шаг к проему. Его спасло от попадания внутрь лишь то, что он стоял в двух шагах от проема.

Дакк замер в полушаге перед порогом и почувствовал, как чужие лучи изогнувшись крутыми дугами потянулись в его сторону. Он невольно отклонился назад и попытался занять прежнее место, но упертая в спину рука не позволила это сделать и даже более, Дакк чувствовав её растущее напряжение, недвусмысленно толкающее его вперед. Один из лучей, видимо самый любопытный, вдруг метнулся в его сторону и коснулся головы. Голову словно обожгло. Дакк навалился на упирающуюся в спину руку, пытаясь преодолеть её сопротивление, но ему в спину уперлась ещё одна рука.

– Пошёл!

Бешеному все же удалось сдвинуть упирающийся носитель Дакка на те полшага, отделяющие его от дверного проема и он оказался в нем. И в тот же миг десятки лучей, будто щупальца хищного животного, метнулись в его сторону.

Что произошло в следующие мгновения Дакк слабо представлял, так как он полностью потерял контроль над своими эмоциями.

Мгновенно высвободив свое поле и выстроив его в иглу, он вонзил его в голову толкающего его бешеного, разрывая его информационное поле на клочки. Давление на спину исчезло и Дакк начал валиться навзничь, отчаянно махая руками и сделав шаг назад, попытался сохранить равновесие, но его нога уперлась в, уже лежащего на полу, бешеного и не удержавшись, он перевалился через него и грохнулся спиной о пол, однако успев выгнуть шею и потому не ударился о пол головой.

Второй бешеный, видимо поначалу не понимая, что происходит, шагнул к упавшему товарищу, но наверное почувствовав, психотронное поле Дакка и поняв, что угроза идет от зука, схватился обеими руками за висящее на шее оружие и направив его на уже лежащего на полу Дакка, выстрелил. Донесся шелест и перед лицом Дакка промелькнула алая молния и упершись в пол буквально за головой, рассыпалась по нему ярким фейверком разноцветных звенящих брызг, больно коля и жаля его носитель. Дакка спасло то, что ремень, на котором висело у бешеного на шее оружие, оказался короток и не дал оружию отклониться вниз в достаточной мере. Видимо поняв это, бешеный сделал шаг назад.

Мгновенно переориентировав иглу своего поля, Дакк вонзил его в голову бешеного. Бешеный выпустил оружие и схватившись обеими руками за голову, зашатался, но устоял. Игла поля Дакка чуть проникнув в его голову, завибрировала, замедлив свой ход – бешеный имел достаточно мощную защиту своего информационного поля..

Проклятье! Что там у него? Мелькнула у Дакка тревожная мысль.

Давление иглы его поля чуть ослабло и этого, видимо, оказалось достаточно, чтобы бешеный освободил свое психотронное поле и в тот же миг догадка обожгла информационное поле Дакка – перед ним был зенн.

Дакк на мгновение замешкался и тут же почувствовал, как в его сторону несется чужое психотронное поле. Он запоздало бросил свое поле под острие иглы и она, скользнув по защите, прошлась по краю его информационного поля. Дакка прижало к полу, будто на него положили непомерно тяжелый груз, но он все же смог почувствовать, что информационное поле бешеного осталось, абсолютно, незащищенным: видимо не представляя кто перед ним, бешеный вложил в свой удар всю мощь своего поля, оставшись беззащитным. Мгновенно переориентировав иглу своего поля, Дакк вонзил её в центр незащищенного информационного поля противника, разрывая его на сотни тысяч фрагментарных частей. Коротко вскрикнув и выгнувшись, бешеный повалился на пол. Дакк тут же спрятал свое поле и напружинившись вскочил. Его бросило в сторону и не удержавшись, он опустился на колени.

– Что тут происходит? – Раздался тревожный, но знакомый голос.

Дакк повернул голову на голос и увидел стоящего неподалеку Танна. Молча отвернувшись, он, помогая себе руками, устало поднялся и чтобы в очередной раз не упасть, шагнул к стене и опершись о неё спиной, заметил, что изрядно взмок. Сражение с местным зенном отняло у него немало энергии. Хотя поле зенна было всё же средним, но удар, нанесенный им оказался достаточно чувствительным и сейчас Дакк отчетливо ощущал по краю своего информационного поля рваную темную полосу.

Чего я лишился? Всплыла у него беспокойная мысль. Только бы не информации полученной на этой планете.

– С тобой все впорядке?

Раздался над ним все тот же тревожный голос Танна и Дакк почувствовал прикосновение его руки к своему плечу. Он повернул к нему голову.

– Не знаю. – Дакк мотнул головой и попытался изобразить на лице улыбку мученика.

На сколько это ему удалось он мог лишь представить, но лицо Танна исказилось неприятной гримасой.

– Сможешь идти? – Поинтересовался он, не шевельнув ни единым мускулом лица.

– Попробую.

Дакк оттолкнулся от стены, выпрямляясь, но тут же перед глазами поплыли темные круги.

Проклятье! Он вернулся к стене. Только бы не потерять контроль над пространством.

Танн же, будто забыв о Дакке, шагнул к одному из лежавших бешеных и наклонившись, тряхнул его за плечо – носитель бешеного вяло и безвольно шевельнулся. Тогда Танн шагнул ко второму бешеному и проделал с ним тоже самое – реакции никакой не последовало.

– Воалиана! – Донесся его голос и выпрямившись, он с расширенными глазами принялся крутить головой, смотря, то на одного бешеного, то на другого.

Дакку стало легче: круги перед глазами исчезли, в голове прояснилось. Он отстранился от стены, его больше не шатало. Он шагнул к Танну, который, наконец, оторвал взгляд от бешеных и подняв голову, посмотрел на Дакка.

– Ты ещё не прошел молекулярный анализ? – Поинтересовался он, как и прежде, не открывая рта.

– Не знаю, что это было. – Состроив гримасу, Дакк покрутил головой. – Но меня чуть наизнанку не вывернуло.

– Странно. – Танн провел рукой по лбу. – Что тут могло произойти? Неужели ещё один воалиан? Видел, как мы вошли сюда? Но мы же далеко от входа. Воалиана! Это добром не закончится.

Дакк невольно проанализировал произнесенный Танном монолог и отметил, что его рассуждения, практически, ничем не отличались от типичных рассуждений людей его родной галактики, будто он никуда и не уходил из неё.

Издалека донесся топот многих ног. Танн и Дакк одновременно повернули головы в том направлении – в их сторону, по коридору бежали не менее десятка людей в серой одежде. Дакк механически проверил защиту своего поля – оно была надежна. Когда толпа приблизилась достаточно близко, Дакк увидел, что это есть никто иные, как безволосые, только одеты они были в темно серые комбинезоны, с какой-то красной завитушкой у левого плеча, видимо знаком принадлежности к какому-то клану, у некоторых на голове были хорошо видимые наросты. Подбежав, они окружили место происшествия полукругом, направив на Дакка и Танна, массивного вида, изогнутые предметы, сжимаемые обеими руками. Определенно – это было какое-то оружие. Один из них шагнул к Танну и ткнул пальцем в пол. Он оказался не совсем безволосым, волосы у него на голове росли, но едва ли не от макушки.

– Что здесь произошло? – Заговорил он громким, резким и явно, волевым голосом. – Мы получили сигналы высшей угрозы.

Проклятье! Они что-то успели передать. Что? Механически всплыли у Дакка тревожные мысли.

Будто уловив их, полуволосый перевел взгляд на Дакка. Сердце носителя Дакка замерло, он окаменел. Полуволосый отвернулся.

– Не знаю. – Заговорил Танн, крутя головой и Дакк впервые увидел, что он разговаривает открывая рот. – Я находился в зале молекулярного анализа и ничего не видел.

Значит – это и есть молекулярный анализатор, которого зуки так боятся. Всплыла у Дакка ещё одна невольная мысль.

Полуволосый повернулся к Дакку. Дакк мгновенно прогнал все свои мысли. Полуволосый стоял молча, уставившись своими черными беззрачковыми глазами Дакку в лицо.

Был он высоколоб, если окончание лба можно было считать переход поверхности его черепа в другую плоскость; небольшие оттопыренные уши; немного худощавое лицо, но без выпирающих скул; широко открытые, совершенно черные беззрачковые глаза; узкие, темные, будто нарисованные, короткие полоски бровей над ними; прямой, немного длинноватый, нос с двумя дыхательными отверстиями, едва заметно подрагивал, видимо в такт дыханию; среднего размера губы плотно сжаты и неподвижны; несколько короткий, широкий подбородок; высокая тонковатая шея, покоящаяся на нешироких плечах, говорили о небольшой физической силе полуволосого. Две верхних пуговицы его серой одежды были расстегнуты, что говорило о некоторой вольности. Возможно полуволосый был даже и не военным, так как никаких белых, красных или других цветных полос на его курточке не было. К тому же у него не было оружия, а его руки, с широко расставленными пятью пальцами, словно он был готов вцепиться ими в того, кто сейчас стоял перед ним, находились на уровне его пояса.

Видимо ждет моего ответа на тот же вопрос, понял Дакк, закончив изучение внешности полуволосого.

– Не-е зн-наю-ю. – Растягивая слова, заговорил он. – Я получил удар в голову и упал. Когда пришел в себя – никого не было. – Дакк дернул плечами.

Он, вдруг, почувствовал, как стороннее поле ткнулось ему в голову и тут же исчезло. Он вздрогнул.

– Ты, видимо, честен. У тебя, действительно, свежий след. – Произнес полуволосый и отвернувшись, покрутил головой, переводя взгляд от одного лежащего бешеного к другому.

Затем он поднял голову и обвел взглядом стоящих полукругом безволосых. Через мгновение, часть из них побежала в ту сторону, откуда бешеные привели Дакка и Танна, остальные, опустив оружие, повернулись в ту сторону, откуда прибежали сами. Вскоре с той стороны донесся легкий свист и Дакк увидел, что в их сторону стремительно мчится какое-то плоское летательное средство, похожее на платформу. Причем, как понял он, по мере приближения, оно и не собиралось замедляться. По спине носителя Дакка пробежал невольный холодок. Управлял ли им кто-то со стороны или оно было столь интеллектуально, что само знало, что нужно делать, можно было лишь гадать. Не долетев, буквально, трех шагов до крайнего безволосого, платформа мгновенно остановилась. Причем она оказалась настолько плоской, что у Дакка невольно вытянулось лицо – что ею двигало и где это могло размещаться, было, совершенно, непонятно.

Дальше события были не менее интригующие: мертвые носители бешеных, без чьей-либо помощи, оторвались от пола и проплыв по воздуху, улеглись на платформу. Не разворачиваясь, платформа умчалась прочь, в туже сторону, откуда и пришла. Безволосые, молча направились за ней вслед. Лишь полуволосый, который разговаривал с Дакком, ещё раз повернул к нему свое лицо.

– Ты не простой зук. – Произнес он и отвернувшись, тоже пошел туда, откуда пришел.

Остекленевшим взглядом, Дакк смотрел вслед полуволосому, пока он не скрылся из вида, за поворотом коридора.

– Воалиана! – Раздался голос Танна. – Ты Грабб, видимо, счастливый. Из скольких переделок сегодня выпутался. А я…

Замолчавший Танн заставил Дакка отвернуться от пустого коридора и повернуть к нему свое лицо.

– Молекулярный анализ. – Продолжил говорить Танн, но теперь его губы уже не шевелились. – Ты даже не представляешь, какое это мерзкое ощущение. – Его лицо приняло, явно, скорбное выражение.

Дакк перевел взгляд на стену – проема двери, который вел в комнату молекулярного анализа, уже не было. Он глубоко вздохнул и шумно выдохнул.

Видимо и самом деле для меня сегодняшний день был счастливым. Удалось избежать молекулярного анализа и возможно, сегодня, уже, никто не будет заставлять пройти через него. Всплыли у него мысли. Испытывал ли Грабб на себе его действие? Ничего подобного в его информационном поле я не встречал, а ведь Танн говорит, что это очень мерзкое ощущение и если Грабб проходил его, то ощущения должны бы сохраниться. Что ж, будем считать, что мне сегодня, действительно, повезло. А завтра? Будет завтра! Лицо Дакка исказилось непонятной гримасой.

– Пошли мы отсюда. – Танн положил руку Дакку на плечо, прерывая его размышления.

– Все закончилось? – Дакк вопросительно взмахнул подбородком.

– Тебе мало на сегодня? – Губы Танна чуть растянулись, видимо, изображая усмешку.

Убрав руку с плеча Дакка, он развернулся и пошел в ту сторону, откуда они пришли. Молча дернув плечами, Дакк пошел за ним.

Что имел ввиду полуволосый, сказав, что я непростой зук? Продолжил свои размышления Дакк. Понял, что я не тот, за кого себя выдаю или?… Да нет. Дакк состроил гримасу. Если бы он понял, кто я настоящий, навряд ли бы я сейчас шел за Танном. Что ждет меня завтра? Будет молекулярный анализ или нет? А если поинтересоваться у Танна? А если он догадается, что я не настоящий Грабб? А может занять его носитель? Он уже прошел этот чертов анализ. Проклятая неопределенность. Стоп, стоп! Мне кажется, что Граббу пока все промахи списываются на его неопытность или… Если не ошибаюсь, он всего третий день служит или работает зуком и это было его первое патрулирование. Чем он занимался прежде? Ах да, игрок в карт. Дакк снова состроил какую-то гримасу. Карт? Что-то мелькало в его информационном поле. Какая-то игра в мяч, связанная с беготней по большому красно-зеленому полю. Но почему тогда этой информации очень мало у него. Стоп, стоп! У него был какой-то странный большой прогал в его информационном поле. Скорее всего его мозг подвергся значительному силовому воздействию и потому с ним так язвительно разговаривают зуки. Интересно, а куда они делись? И Танн почему-то о них даже и не вспоминает? Забыл или все происходит, как должное? Если все так и было, то понятно, почему с Граббом обращаются, как с придурком. В таком случае можно быть посмелее. Если Танн, вдруг, что-то заподозрит, тогда и определюсь с ним.

Дакк двумя широкими шагами догнал Танна.

– Ты говорил о мерзких ощущениях в молекулярном анализаторе. Что ты имел ввиду? – Заговорил он. – Скорее всего мне все же придется пройти через него.

– Ты даже этого не помнишь. Хотя! – Танн махнул рукой. – Неудивительно, если твои мозги собирали по всему полю.

– Ты преувеличиваешь. – Дакк попытался вплести в свой голос нотки обиды. – Но все же, я, действительно, многое не помню.

– Исчезаешь не сразу, а отчетливо видишь, как разваливаешься на молекулы, обнажаются участки твоего тела, ввергая в животный страх своим чудовищным видом. – Принялся объяснять Танн, видимо поверив в забывчивость Дакка. – Ты видишь свои внутренности в их самом неприглядном и отвратительном виде.

– Как это? – Дакк невольно остановился, но тут же вновь догнал Танна. – Это же невыносимая боль.

– Они подавляют её.

– А разве нельзя это делать по другому, более гуманно?

– Конечно можно. Но видимо это доставляет им наслаждение.

– Даже так. – Лицо Дакка исказилось гримасой. – А все же. Почему они не стали сегодня делать мой молекулярный анализ?

– Их же кто-то грохнул! – Раздался удивленный возглас Танна.

– А те, которые потом прибежали?

– Это им зачем? Они же сервис, а не бешеные.

Даже так. Выходит и у безволосых есть деление на какие-то кланы: сервис, бешеные. Заструился у Дакка новый ток мыслей. А если это представители разных галактических рас? И кто из них опасней? Вполне вероятно, что бешеные более прямолинейны и открыты, их действия более предсказуемы и понятны, они злы и решительны и скорее всего, вначале делают, а уж затем думают и если беспрекословно выполнять их желания, то есть шанс выжить. Сервисы же, более умны и действуют хитрее. Им не нужен молекулярный анализатор. Один из них едва коснулся меня, как сделал определенный вывод, хотя я его поле едва почувствовал. Сервис? Весьма странное название их клана. Может в нем скрыт какой-то смысл? И то что я сейчас на свободе, скорее всего, явление временное. Они непременно будут меня искать, если не сегодня, то завтра, наверняка. Но я ведь отчетливо почувствовал достаточное психотронное поле бешеного, которым бы он мог сделать любой анализ, не прибегая к помощи какого-то анализатора, Что здесь не так? Окрасились чувством тревоги последние мысли Дакка.

– А почему же сервисы не запретят бешеным столь бесчеловечный анализ?

– Сервисы! Бешеным! Ха-а! Они же стронги. Мы для них ничто. Придорожная пыль. – Танн махнул рукой.

Непонятно. Дакк состроил гримасу. Сервисы, тоже стронги или стронги, только бешеные? Всплыла у него мысль непонимания, но спросить об этом он не решился, опасаясь попасть в очередной просак.

– У тебя это не первый анализ? – Поинтересовался он, по голосу Танна чувствуя, что это для него, будто, ежедневное взвешивание.

– Нет, конечно. – Танн дернул плечами. – При поступлении на службу все его проходят в обязательном порядке, чтобы было с чего восстанавливать. Потом, периодически информация обновляется. Но у нас, конечно, он выглядит иначе. Но был я и здесь. Два года назад наше подразделение наткнулось на четырех воалианов. Из двенадцати нас осталось четверо, полудохлых. Хотя и воалианов мы тоже изрядно пощипали – всего один ушел. Нас подобрали бешеные и пропустили через свой молекулярный анализатор. Двоих потом пришлось восстанавливать. Скорее всего этот анализ их и добил.

– А разве его можно делать без согласия?

– Вообще-то нет. Но оно им не нужно. Да кто мы такие для них, чтобы нас спрашивать? – В голосе Танна скользнули нотки возмущения, разбавленные обидой. – Тем более здесь, на Родерон.

Они оказались перед ступеньками. Взбежав вверх, Дакк покрутил головой, осматриваясь – это был тот же космодром. Уже было темно. Над головой сияла бесчисленная россыпь крохотных белых звёзд-блёсток. Вдалеке светились несколько голубых огней. Танн направился в сторону одного из них.

– Если я не ошибся… – Тихо заговорил он. – Где-то там стоял наш стелт. Они отобрали его у нашего патруля пару месяцев назад, когда тот, как и вы, залез в их зону. Если повезет еще раз – мы сегодня будем дома.

– А если нет?

– Я нам не завидую.

– А разве они нас не будут искать?

– Это один Миррилиен знает.

Шли они уже долго, несколько раз меняя направление. В такой момент, Танн резко взмахивал левой рукой и произнося единственное слово «воалиана», сворачивал и дальше шел молча, до следующего поворота. Дакком начало овладевать беспокойство – действительно ли его спутник знает, куда нужно идти? Наконец, идущий впереди, Танн остановился и приподнял левую руку, словно призывая к вниманию. Расценив этот жест так, Дакк остановился и замер, прислушиваясь – поблизости было тихо и лишь откуда-то издалека доносились неясные, приглушенные звуки.

– Воалиана. Без шлема, как без глаз. Ничего не видно. – Послышался голос Танна и он медленно двинулся вперед.

Дакк механически провел правой рукой по поясу и ничего не нащупав, мысленно чертыхнулся и пошел за Танном.

Вскоре впереди появилось какое-то темное пятно, которое с каждым шагом росло и наконец Дакк узнал в нем контуры стелта. Танн остановился на несколько мгновений, видимо прислушиваясь и вновь продолжил путь. Подойдя вплотную к стелту, он вновь замер, но теперь уже надолго. Наконец, выпустил шумную струю воздуха.

– Кажется никого. – Донесся его негромкий голос. – Лишь бы серпентер не был заблокирован.

Он направился к корме стелта и остановившись около нее поднял руки вверх и пошарив ими по корпусу аппарата, опустил их.

– Вроде нет. – Так же тихо произнес он.

Дакк тоже подошел к корме стелта и подняв руки, провел ими по корпусу аппарата. Опоры у стелта были короткие и он уверенно достал до его нижнего края кормы, ощутив за толстой оболочкой корабля пустоту.

– Присядь! – Донесся голос Танна.

Оставив изучение стелта, Дакк послушно опустился на корточки и тут же почувствовал, как нога Танна стала на его плечо и вдавила его вниз. Не ожидая этого, Дакк сел на задницу.

– Воалиана! – Донесся, явно, сердитый голос Танна. – Совсем раскис. Уже и на ногах устоять не можешь!

– Предупреждать надо! – Стараясь вложить в свой голос побольше злости, громко зашептал Дакк, вставая и вновь становясь на корточки. – Лезь!

Дакк вновь почувствовал ногу зука на своем плече, хотя теперь он был готов, но все же, поддерживая себя, уперся одной рукой в космодром. Затем на его плечах оказалась и вторая нога зука.

– Вставай! – Произнес Танн.

Говорил он достаточно громко, видимо будучи уверенным, что поблизости никого нет и потому не опасался.

Напружинившись, Дакк резко встал. Его повело и чтобы не упасть, он выбросил руки в стороны. Танн оказался гораздо тяжелее, чем можно было предположить по его комплекции и Дакк с каждым мгновением чувствовал, как его плечи наливаются свинцовой тяжестью, а зук, будто и не собирался слезать, топчась по его плечам и массируя их своими, словно железными, каблуками обуви. Наконец Танн замер, будто давая Дакку передышку и, вдруг, ноги Дакка подкосились и он, полетел в сторону, громко чертыхнувшись.

Растянувшись на космодроме, Дакк не поспешил встать, а замерев, вслушался темноту, но никакого звука, похожего на падение Танна, так и не послышалось, лишь откуда-то сверху доносился тихий шорох.

Проклятье! Понял он, что я сказал или пропустил мимо ушей? Всплыла у Дакка досадная мысль.

– Где ты там? – Донесся сверху злой голос Танна. – Руку давай.

Дакк, будто, подброшенный пружиной, вскочил и ткнулся лицом в шевелящиеся пальцы зука, который в темноте пытался его нащупать.

– Руку, болван!

Видимо молодой Грабб уже настолько вывел из себя опытного зука, что тот уже не контролировал себя.

Дакк отшатнулся и подняв правую руку, вложил её в опущенную руку зука и в тот же миг, его ноги оторвались от космодрома и он, взлетев вверх, ткнулся боком в какую-то стенку. Его ноги подкосились, но чьи-то сильные руки, схватив его за курточку, удержали от падения.

– Как тюх. – Раздался, все тот же, злой голос Танна.

Дакк промолчал, отметив про себя отменную силу своего спутника. Было очевидно, что он в силовом противоборстве был гораздо сильнее его носителя, хотя, возможно, что Дакк просто не умел пользоваться в полной мере возможностями своего нового носителя.

Танн, тряхнув Дакка, будто желая убедиться, что тот крепко стоит на ногах, отпустил его.

– Воалиана! Серпентер активирован, но, кажется, весь открыт. Хотя бы в чём-то повезло. Лезь за мной. Только осторожно. – Заговорил он, но теперь шепотом и Дакк почувствовал его горячее дыхание у своего лица. – Думаю удастся пробраться. Только к полу плотней прижимайся. Иначе сгоришь.

Дыхание Танна отдалилось и затихло. Здесь, наверху, было совершенно темно и Дакк, не имея никакого представления, что такое серпентер и где он вообще находится, боясь потерять своего опытного проводника, поспешно отделился от стены, шагнул в сторону и его нога, не почувствовав под собой опоры, провалилась в пустоту. Руки Дакка скользнули по стене и лишь его палец, зацепившись за какой-то изогнутый штырек, торчащий из стены, не дал ему провалиться в неизвестность.

Замерев, Дакк принялся второй рукой ощупывать поверхность вокруг себя и вскоре понял, что он находился на какой-то узкой полосе, с одной стороны которой, была очень холодная стенка, с другой – пустота, в которой висела его нога. Куда нужно было двигаться, он не представлял и замерев в своем нелепом положении, принялся крутить головой, пытаясь, хотя бы что-то увидеть. Ему, в какой-то мере, повезло – впереди блеснула голубоватая искра и рассеяв на мгновение мрак, проявила темный зев полуовального лаза, из которого торчали шевелящиеся человеческие ноги.

Дакк резко выдохнул и подняв из пустоты ногу, встал на колени и пополз в сторону, исчезнувшего в темноте, лаза, надеясь корректировать свой путь по новым искрам, но они, почему-то, больше не появлялись и ему пришлось ползти на ощупь, скользя одной рукой по ледяной стене.

Вдруг, ему в лицо дохнуло жаром и в тот же миг его рука ощутила край лаза, из которого шел поток горячего воздуха. Дакк механически сунул в лаз руку и тут же тонкая голубая искра, будто поджидая свою жертву, больно вонзилась в нее, заставив Дакка резко отдернуть руку. За рукой дернулся и его носитель, его ноги скользнули в сторону и провалились в пустоту.

Дакка, словно обдало жаром. Он лихорадочно выбросил обе руки вперед и ощутив край лаза, успел ухватиться за него, повиснув в темноте, лихорадочно болтая ногами.

Черт возьми! Действительно я тюх. Поплыли у него досадные мысли. С такой ерундой не в состоянии совладать. Сколько можно осторожничать. Нужно быть решительней. Даже наглей. Неужели я, зенн, не в состоянии заставить подчиниться себе какой-то ничтожный носитель?

Перестав болтать ногами и перехватившись руками поудобней, Дакк заставил мышцы рук напрячься и сгибая их в локтях, потянул свой носитель вверх. И вскоре, без особых проблем, уже вползал в зев лаза.

Он не имел понятия, куда нужно было ползти и старался ползти прямо, как можно плотнее прижимаясь к полу, но видимо это ему удавалось не в полной мере. Он постоянно натыкался на какие-то предметы и над ним вспыхивали яркие голубые искры и впиваясь ему в спину, заставляли чертыхаться и замирать. Его лицо искажалось гримасой боли, но Дакк старался не дергаться, чтобы не вызвать следующий разряд. Но в тоже время, в такой момент свет от искры разрывая тьму, однозначно проявлял его местонахождение. Коридор, по которому он полз не был прямым, а через какие-то расстояния упирался в перпендикулярный ему коридор и перед Дакком вставала задача – куда сворачивать. Проклиная исчезнувшего Танна, он сворачивал так, чтобы угадательно-предположительно ползти вперед, пока, наконец, за очередным поворотом, впереди, у самого пола, не заблистал светлый полуовал. Определенно – это был выход. Дакк рванулся вперед и тут же мощный разряд голубой молнии пригвоздил его к полу. Разряд был настолько мощным, что Дакку показалось, что даже искры посыпались у него из глаз. Запахло паленым. Дакк почувствовал, как ему на спину, словно бросили раскаленный кусок металла. Кожа на спине съежилась. Он расслабился и крепко сжав зубы замычал.

– Терпеть! Терпеть! – Механически зашелестели его губы.

Он высвободил часть своего поля и попытался приглушить боль, нейтрализуя нейроны. Это в какой-то степени удалось. Боль чуть ослабла и он пополз дальше, но когда до лаза осталось не более полуметра, его вдруг, ни с того ни с сего, бросило в сторону и в тот же миг не менее десятка молний разом впились в его носитель. Где-то вверху вспыхнуло и зловеще поползло во все стороны малиновое облако. Его бросило в другую сторону и новый сноп молний вошел в его носитель. Он отчетливо почувствовал запах дыма – это тлела его одежда, вместе с кожей его носителя.

Танн включил движитель. Понял Дакк. Это конец. Сейчас я стану горстью пепла. Какая разница, как…

Он напружинился и во что-то упершись правой ногой, метнулся к проему лаза.

Вырвавшийся из лаза сноп огня, заставил Танна, стоящего полусогнутым меж двух кресел, подпрыгнуть и влететь в кресло. Спрятавшись за его высокую спинку, он осторожно выглянул из-за неё и, видимо поняв, что это никто иной, как Грабб, сел нормально и повернувшись вместе с креслом к нему лицом, растянул губы в широкой гримасе.

– Я уж подумал, что ты решил остаться. – Донесся его громкий голос, хотя ни один мускул на его лице не шевельнулся.

Дакк попытался вскочить на ноги, но ткнувшись головой в низкий потолок того помещения, куда он попал, упал на колени и принялся лихорадочно бить себя руками пытаясь сбить пламя, но оно, словно не желая расставаться со своей жертвой, казалось от его усилий становилось все ярче и ярче. И вскоре Дакк, просто напросто, превратился в жаркий огненный смерч.

Видимо система пожаротушения в стелте была отлажена очень скверно, так как никакой реакции на огонь с её стороны долго не было, а Танн отвернулся и будто забыл о нем или считал, что Грабб больше недостоин его внимания. Наконец, с потолка на Дакка упало яркое белое облако и он на несколько мгновений погрузился в густой, непроницаемый кисель.

Кисель исчез так же неожиданно, как и появился не оставив после себя, абсолютно, никакого следа, будто был привязан к потолку веревочкой, с помощью которой и был втянут туда, откуда случайно выпал, но свое дело он сделал превосходно: Дакк больше не только не горел, но и даже не дымился.

Он лихорадочно завертелся, осматривая свой носитель. Представлял он достаточно жалкое зрелище: верхняя одежда была, практически полностью сожжена и висела обуглившимися лохмотьями. Досталось и нижней одежде – из белой она превратилась в грязно-коричневую. Так же досталось и коже: во многих местах, виднеющихся сквозь прогары в одежде, она пузырилась и даже, были видны черные, сгоревшие её пятна. Но в тоже время, Дакк совершенно не чувствовал боли, будто белое облако забрало её с собой.

– Ты, явно, был не аккуратен. – Произнес Танн не поворачиваясь, уставившись в развернутый перед ним широкий экран внешнего обзора.

Совершенно не представляя, как вести себя в подобной ситуации, Дакк решил оставить все как есть, но дальше быть более решительным. Какую это вызовет реакцию у окружающих, он мог лишь гадать.

Он поднялся, насколько смог и, подойдя к свободному креслу, сел и обвел взглядом темный экран.

Информация на экране, практически, отсутствовала, лишь в его нижней части быстро меняла свои очертания непонятная серая ломаная линия, будто график какого-то анализатора. Проведя несколько раз взглядом по этой линии, Дакк понял, что это ничто иное, как линия горизонта. Как в подобном положении ориентировался Танн и куда он вел стелт, было совершенно непонятно. Судя по резким изломам линии горизонта, они шли где-то в горах, да и не так уж высоко. Что нужно было делать ему, Дакк не представлял и потому, откинулся в кресле и прикрыв глаза, принялся молча наблюдать за быстроменяющимися резкими перепадами серой линии горизонта на экране внешнего обзора…

* * *

Дакк вздрогнул от прикосновения и открыл глаза – над ним склонился человек в синей одежде. Это, определенно, был не Танн. Огромные черные и бездонные беззрачковые глаза незнакомца казалось втягивали Дакка в себя, намереваясь поглотить его всего и безвозвратно. Дакку показалось, что он оторвался от кресла и поплыл. Он тряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение и так резко вскочил, что едва не врезался головой в лицо незнакомца, заставив того, со вспыхнувшим в глазах испугом, отшатнуться. Но высота зала управления стелта не позволила выпрямиться во весь рост и Дакк ощутимо ударившись головой в потолок, вновь оказался в кресле. В голове зашумело. Незнакомец тоже ударился в потолок головой, но его голова не отскочила от него, а словно прилипла и он застыл с какой-то маской растерянности на лице. Дакк повернул голову в сторону кресла, на котором сидел Танн – оно было пустым.

Проклятье! Я себя крайне бездарно веду. Не зря Танн так был пренебрежителен ко мне. Всплыли у Дакка досадные мысли и он вновь повернулся к незнакомцу. Долго этот идиот будет так стоять? Однако он обладает каким-то парапсихическим чувством. Что он пытался внушить мне и как долго копался в информационном поле Грабба? А если понял, что он уже совсем другой и носит в себе чужой разум? Нельзя его отпускать, пока не выясню, что он узнал.

– Кто ты? – Дакк вопросительно кивнул головой.

Темные брови незнакомца дрогнули и выгнулись высокими дугами, маска растерянности на его лице сменилась маской, будто, неполноценного человека.

Незнакомец, видимо, уже был достаточно зрелого возраста, если можно было судить по темным полосам морщин у его глаз, веером расходившимся далеко назад, до самых волос. Хотя, если судить по волосам, темным, без единого светлого вкрапления, густым, коротким и зачесанным назад, то суждение о его возрасте можно было изменить. Но все же его лицо, узкое и сухощавое, легкого коричневого цвета, с плотно сжатыми, едва видимыми, бесцветными губами-ниточками, больше подходило человеку зрелого возраста, нежели молодому. Был он узкоплеч, одет в темно-синие брюки, изобилующие всевозможными карманами с яркими, но непонятными пиктограммами на них и более светлую курточку, застегнутую, совершенно, на все застежки, так что её воротник стоял торчком и плотно упирался ему в челюсти, будто поддерживая их и не давая ненароком отвалиться. Тонкий, прямой нос с, как принято здесь, одним отверстием и маленький, немного выдвинутый вперед подбородок, все же указывали, что незнакомец в возрасте.

– Керр! С тобой не все в порядке. – Донесся негромкий хрипловатый голос, видимо принадлежащий незнакомцу, хотя его губы даже не дернулись. – Танн сказал, что ты вначале попал под чары колдуна, а затем под поле воалиана и теперь пригоден, разве что, для уличного кешша.

– Танн преувеличивает. – Дакк попытался изобразить на лице улыбку. – От колдуна досталось Башшару. Они схлестнулись меж собой, а когда я выбрался наружу, они уже прикончили друг друга. Я даже не почувствовал чар шур Шина и не представляю, как они выглядят. А воалиана я видел лишь мертвым.

– Шур Шин мертв? – Узкие брови незнакомца подскочили высоко вверх. – Как же вы его нашли? Насколько я слышал, он жил отшельником, где-то далеко в горах.

– Он сам нас нашел. – Дакк вытянул губы в усмешке.

– Странно. – Незнакомец, наконец, отделился от потолка и покрутил головой, его брови сдвинулись. – Может это действительно воалиан? Я нашел несколько нехарактерных разрывов поля твоего мозга, явно указывающих на мощное воздействие на него извне. К тому же он несет в себе нечто, несвойственное полям эллотов. Я бы даже сказал – чужеродное.

Да он, практически, понял все, что произошло с настоящим Граббом. Осталось лишь назвать мое настоящее имя. Молниями засверкали у Дакка тревожные мысли. Хотя… Очевидно, мое состояние он соотносит с воздействием на Грабба поля колдуна или птицы-убийцы. Но что стоит им пропустить меня через психоанализатор. Нет, нельзя его терять из вида. Но как? Что меня здесь ждет? Навряд ли я смогу контролировать его. Кто он? Уж его уровень, наверняка, выше уровня простого зука. А если… Дакк невольно состроил гримасу. Но что делать с носителем Грабба? Какая разница. Зуки говорили, что ему всё равно недолго осталось. Но поверят ли здесь в его естественную смерть? А если начнутся психоаналитические проверки нового носителя? Прок…

– Керр! – Громкий окрик незнакомца вывел Дакка из затянувшихся размышлений. – Я чувствую стороннее поле. Тебя, явно, контролируют. Кто он? Шур…

Незнакомец, вдруг, громко захрипел и судорожно схватив себя за шею, опустился на колени и ткнулся головой Керр Граббу в живот.