В Советском Союзе профессиональные союзы являлись самой массовой, но отнюдь не независимой общественной организацией. Они рассматривались в качестве «приводного ремня» от КПСС к массам рабочих и служащих и послушно выполняли поручения и директивы ЦК КПСС. Глава советских профсоюзов входил, как правило, не только в ЦК КПСС, но и в Политбюро. Для Виктора Гришина это была ступенька в его продвижении вверх в партийной иерархии. Для Александра Шелепина та же должность Председателя ВЦСПС стала ступенькой вниз.

Никакого «рабочего движения» в Советском Союзе не было и быть не могло. Возникавшие время от времени конфликты рабочих с властями или с администрацией предприятий считались нарушениями закона и рассматривались потом не в профсоюзных организациях, а в органах КГБ и высших партийных инстанциях. Когда в 1989 году, в пору перестройки, неожиданно вспыхнули первые массовые забастовки в шахтерских регионах, они привели к созданию независимых стачкомов и некоторых других стихийно возникавших независимых профессиональных организаций. После распада СССР и КПСС фактически распались и профессиональные союзы. Никто не считался с ними при проведении приватизации, акционирования и разного рода других рыночных реформ, которые очень серьезно затрагивали интересы всех рабочих и служащих. Высшие органы профсоюзов сохранились в 1990-е годы и в какой-то степени «законсервировались» только потому, что у них имелась очень большая собственность: санатории и дома отдыха, пионерские лагеря и гостиницы, дачные поселки и учебные заведения, административные здания и разного рода офисы, дома культуры, транспорт и пр. У КПСС собственность была гораздо большей, но она была конфискована и по большей части перешла к Администрации Президента РФ или к органам губернаторской власти. Собственность профсоюзов не была конфискована, и она обеспечила формальное существование профсоюзной верхушки.

Рабочее движение, о котором я писал выше, происходило в 1990-е годы как независимо от КПРФ, так и независимо от профсоюзных верхов. При более серьезных конфликтах, которые случались, например весной и летом 1998 года, на предприятиях создавались опять-таки независимые профсоюзы или стачкомы. Только в 1999–2009 годах в некоторых отраслях и регионах стали возникать какие-то слабые профессиональные союзы, которые проводили свои манифестации в день 1 Мая – «праздник трудящихся». В России и сегодня существует Российская федерация независимых профсоюзов, которую возглавляет, как и в 1990-е годы, Михаил Шмаков. Совсем недавно эта Федерация провела в принадлежащем ей знаменитом Колонном зале Дома союзов в Москве Всероссийское совещание лидеров первичных профсоюзных организаций. В стране растет число безработных, идут увольнения и сокращения заработных плат. Не реагировать на все это профсоюзная верхушка России уже не могла, но не могла и повлиять на эти процессы. Российская печать отметила этот всероссийский съезд профессиональных союзов небольшими заметками в разделе «Разные новости», хотя в течение двух-трех часов в Доме союзов не только присутствовал, но и выступил с небольшой речью премьер Владимир Путин. Он просил лидеров профсоюзов не искать простых решений и не требовать невозможного.