Выборы в Государственную думу не слишком пошатнули позиции нового чиновничества. Для чиновников, для правительства и для самого Ельцина принятие новой Конституции Российской Федерации было более важным делом, чем избрание нового парламента, так как именно Конституция радикально увеличивала власть президента. Еще в конце сентября Ельцин считал, что новый парламент или особая Конституционная ассамблея примут новую Конституцию. Однако в проект в начале октября было внесено несколько новых серьезных поправок в пользу исполнительной власти. В этом виде даже самый послушный парламент не смог бы принять этот проект без детального обсуждения. Референдум с простыми ответами «да» или «нет» сразу по всему тексту Конституции избавлял Ельцина от необходимости каких-либо изменений.

Новая Конституция предусматривала создание в России не парламентской, а президентской республики по смешанному американо-французскому образцу. По новой Конституции Президент становился не только главой исполнительной власти, но и главой государства. Его полномочия были значительно большими, чем полномочия президентов США или Франции. Указы Президента России имели силу и характер временных законов. Должность вице-президента не предусматривалась. В особых случаях обязанности Президента должен был временно исполнять Председатель Правительства. Проект Конституции предусматривал создание в России двухпалатного парламента – Федеративного собрания. Нижняя палата, или Государственная дума, должна была избираться всем населением страны. Верхняя палата, или Совет Федерации, формировалась субъектами Федерации, здесь должны были собираться несколько раз в месяц главы исполнительной и законодательной власти областей и республик Российской Федерации. Федеральное собрание не имело возможности эффективно контролировать деятельность Правительства, а тем более Президента. В случае серьезных разногласий Президент имел право распустить Государственную думу. В это же время отрешение от власти Президента оказывалось практически невозможным; для этого была установлена слишком сложная процедура. Трудно было говорить поэтому о равновесии властей. Новая российская Конституция защищала по преимуществу только одну ветвь власти – президентскую.

В проекте Конституции не содержалось термина «суверенитет республик». Дело шло, таким образом, об ограничении части прав автономий, которые они приобрели в 1990–1991 годах именно благодаря политике Ельцина, выраженной весьма прямолинейно: «берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить». После распада СССР слишком большие права российских автономий становились препятствием для проведения некоторых радикальных реформ. Появилась тенденция и к обособлению от Центра некоторых российских регионов, богатых ресурсами или продовольствием. Новая Конституция увеличивала власть Центра, создавая одновременно и достаточно прочную и гибкую систему власти на региональном уровне.

Многие юристы и политики подвергли опубликованный 10 ноября проект Конституции убедительной критике. Однако 12 декабря этот проект был вынесен на референдум. По данным Центризбиркома, в референдуме приняло участие 53 процента избирателей и 57 процентов из них одобрили предложенный Ельциным проект, который и стал Основным законом Российской Федерации. Эти данные оспаривались оппозицией, и даже бывший пресс-секретарь Ельцина Вячеслав Костиков свидетельствовал позднее, что председатель Центризбиркома «подправил» окончательные результаты референдума, но «всего лишь» на 2–3 процента[503]. Однако претензии части оппозиции не обрели юридической формы.