Я пристально глядела на де Чествилля, будто его спрашивая. И тот подался на уловку.

- Вы обвиняете меня в организации вашего похищения? - подобравшись, будто готовясь к драке, спросил он.

- Заметьте, не я это сказала, - с невинной улыбкой снова посмотрела на всех лордов. - Или вы в этой сказке кого-то узнали? Впрочем, не буду больше отнимать время. У вас дела государственные стынут. Не правда ли, сложно с ними управляться. Неожиданно, не так ли?

Несколько долгих секунд мы с лордом де Чествиллем смотрели друг другу в глаза. Он сдался первым, опустил взгляд на бумаги и как-то скомкано предложил начать обсуждение.

Бурные дебаты продолжались весьма долго. Благородные господа, сбитые с толку моим внезапным появлением, и странными речами, метались из стороны в сторону. Появилось множество вопросов и разнообразных предположений. Настало время припомнить давешние уроки дипломатии, благо, что лорды не намного опережали меня в искусстве под ковёрной политики. Поняв, что здесь они каждый сам за себя, и многие их неприглядные делишки каким-то образом оказались известны Императору, они, в дополнение к теме заседания, ещё начали выяснять отношения. Наконец, выдохлись, и приступили к голосованию.

По кругу пустили кувшин и чашу, заполненную камешками чёрного и белого цвета. Каждый лорд брал из чаши желаемый камешек и опускал в кувшин так, чтобы остальные не видели цвет. Де Граф-старший, как представитель, а не глава рода, имел только совещательный голос, и не участвовал в голосовании. Крис, до которого чаша с кувшином дошли последнему, просто сказал

- Положите белый.

Чашу с камнями убрали. Содержимое кувшина высыпали на поднос. Семь белых против двух чёрных. Послышался облегчённый вздох. Де Граф-старший, несмотря на невозмутимое лицо, которое держал всё заседание, всё же волновался за сына. Идя на это собрание, мы ожидали четыре чёрных. При том, что без нашего вмешательства, белых могло и не быть.

- Советом лордов снимаются все выдвинутые обвинения против Гвенио де Графа, - нехотя объявил председатель. - На этом собрание закончено.

- Ваше величество, - лорды, поднимаясь, как бы просили разрешения покинуть зал. Никто из них и не подумал распорядиться снять кандалы с де Графа. Он так и стоял в торце стола, несколько растерянно оглядывая проходящих мимо него людей, в основном стыдливо отводящих глаза.

- Лорд де Чествилль, - я окликнула председателя собрания. - Я попрошу убрать вашу дружину из замка. Моя гвардия вполне справляется с охраной без помощи.

Лорд не ответил, только поклонился, поджав губы.

В зале осталась только наша четвёрка. Крис сидел, похоже, ожидая объяснений. Де Граф-старший снимал с сына кандалы. Они были конвойного типа, то есть снять их мог любой, кроме того, на кого они надеты. Я тоже осталась сидеть в кресле, только опёрлась на стол и уронила голову на скрещённые руки, устало закрыв глаза. Обезболивающее и стимулирующее заклинания давно кончились, и я боялась, что, даже если смогу встать, то, без поддержки, лягу сразу же рядом.

- Ваше величество, разрешите идти? - холодный голос не дал провалиться в сон. Я с трудом подняла голову и уставилась на де Графа-младшего. Смысл и контекст сказанного не сразу стал понятен. Что ж, это было ожидаемо.

- Не смею вас больше задерживать. Отдохните как следует.

- Как скажете, ваше величество, - он строго по протоколу поклонился и вышел. Его отец поспешил следом.

- Крис, - тихо позвала я, когда остались вдвоём. - Помогите, пожалуйста, добраться до лазарета. Сама, боюсь, не дойду. И, обещаю, всё расскажу, только не прямо сейчас.

Как я и боялась, сил не было даже стоять с поддержкой, и я повисла на князе. Ему пришлось буквально тащить мою тушку через весь зал, по пути своротив пару стульев. В коридоре у дверей эстафету принял целитель, нервно ожидающий нашего выхода. Защита зала даже после окончания совета не пропускала его внутрь.

Глава 28.

- У вас десять минут, не больше! - предупредил целитель и вышел из палаты.

Крис несколько неуверенно прошёл вперёд.

- Всё так плохо? - я проследила, как он аккуратно нащупал стул и присел. - Как же так, вы ведь уже шли на поправку?

Мужчина кротко и чуть виновато улыбнулся.

- Когда вы пропали, мы начали поиски, вот и перенапрягся.

- Опять от меня одни проблемы, - простонала я, едва подавив желание спрятать голову под подушку. - И он, наверно, меня ненавидит, - тихо добавила.

- Вы про Гвенио? - Крис всё-таки услышал. - Он то же самое в отношении вас сказал.

- А мне-то зачем? Это он со мной сколько времени возился, а я по нему прошлась грязными сапогами, да ноги вытерла!

О воспоминании о совете на душе стало пакостно. И его "ваше величество" отбросило к первым дням знакомства, только теперь де Граф имел полное моральное право на холодно-презрительные отношения.

- Да, это было очень жестоко. Неужели, такое действительно было необходимо?

- Не знаю. Я и сама об этом думаю. Но господин де Граф уверял, что других вариантов нет. Надо показать всю глупость обвинения, доведя историю до абсурда

- Его отец? Тогда понятно, почему они опять поссорились.

- Опять? - я зацепилась за это слово.

- Это у них обычное дело, - улыбнулся де Вен и небрежно махнул рукой. - Гвенио считает многие методы своего отца неприемлемыми, тот в ответ называет его идеалистом. В последний раз лет двадцать не разговаривали, сейчас вот опять перейдут на исключительно деловые отношения.

Я с трудом повернулась с живота на бок. Лежать на спине ещё минимум неделю нельзя.

- Вам, наверно, не сказали, - враз посерьёзнел Крис. - Не захотели заранее расстраивать. Ваш организм был крайне истощён, когда вы прибыли в замок. Но провели бы пару недель под присмотром целителя, и вернулись бы в норму. Но после того совета...

- Что? - я взволновалась от интонаций сказанного. - Вроде не парализовало, да и проспала всего два дня, - руки-ноги двигаются, а сколько спала, сообщил целитель.

- И это хорошо, - согласился Крис. - Но есть большая вероятность, что несколько лет, возможно, десяток-полтора, вы будете не сильнее котёнка. То есть не сможете поднять ничего тяжелее стакана, ходить медленно и, возможно, только с поддержкой. Но, что хуже всего, если на это состояние придётся период второго роста, оно может закрепиться на очень долгое время.

Да уж, перспективе не позавидуешь. Не удивительно, что де Шпиц сообщил только об общем состоянии, без прогноза. Даже де Вен за меня переживает, погрустнел, теребит складки брюк.

- Так это, наоборот, вам радоваться надо, - заявила бодрым голосом. - Из замка не выйду, далеко не уползу, сколько проблем сразу отпадёт!

- Тено, вы это серьёзно? - насторожился Крис. Кажется, он усомнился в моём умственном состоянии.

- Нет, конечно. Известно, когда это определится окончательно?

- Дней через десять, возможно, разрешу вставать, - в палату вошёл де Шпиц, главный императорский целитель. - И по динамике будем смотреть. Думаю, половины месяца хватит. Господин де Вен, - он обратился к Крису, - десять минут закончились. Её величеству нужно отдохнуть.

Это он правильно. Не знаю, как тот котёнок, силу которого мне пророчат, но разговор уже утомил.

Прошло время. Первые две недели, как отлежалась, едва-едва проползли под знаком дичайшей скуки. Меня оградили от всего, что могло хоть как-то взволновать - возможные проблемы, озвученные Крисом, были связаны не с мускулатурой, а с мозгами. После всего перенесённого, он мог "забыть", как правильно управлять телом, ведь на момент похищения я даже не успела толком оправиться от ранений, полученных в схватке с Властелином, а тут снова здрасьте, да ещё с ирхилдом и с той мазью, которой палач рисовал на спине. В её составе, как определил де Шпиц, большую часть составляли мелко, буквально в пыль истолчённые сорсы. Они глубоко въелись в тело и избавиться от столь нежелательных добавок, не снимая полностью всю кожу и мясо до костей, не представлялось возможным. Только ждать, когда организм сам их исторгнет. А пока они серьёзно мешали заживлению.

К концу месяца целитель, ко всеобщему облегчению, вынес вердикт - проблем нет, восстановление идёт по плану, и можно постепенно увеличивать нагрузки, возвращаясь к тренировкам.

Получив разрешение, ежедневно подолгу гуляла в саду, наворачивая круги по песочным дорожкам. Компанию обычно составлял или Эрик, или Крис. Лорды после моего возвращения в считанные дни убрались из замка, предоставив нам самим разбираться с тем, что они нарулили, пока совет находился к власти. Меня, сначала по рекомендации целителя, затем по инерции, от серьёзных и проблемных дел молча отстранили.

С де Графом общение опять свелось к исключительно деловым вопросам. И то, бумаги на подпись всё чаще передавались через слугу. Как будто снова вернулись времена первых дней пребывания в Анремаре со взаимным избеганием друг друга. Мне было просто стыдно за ту речь, а извиняться за неё уже поздно. Возможность как-то объясниться, тоже не подворачивалась. А сам князь... Мне казалось, что он меня презирает и потому не хочет даже видеть.

Расследование похищения зашло в тупик. В том доме полностью сменилась вся прислуга. А барон, кому принадлежал дом, не появлялся в тех местах уже несколько лет. К тому же совершенно не походил на того, кто представился его именем.

Мы с Крисом не торопясь прогуливались по саду. Активно обсуждали варианты реформ, направленные на уменьшение власти князей и лордов в их доменах. Ситуация, когда на любое действие в их владения, кроме усмирения открытого бунта, надо запрашивать у них разрешение, а они, в свою очередь, безнаказанно могли захватить власть в отсутствие императора, крайне не нравилась. К тому же во время послевоенной чистки дворянства от последователей Властелина, освободилось достаточно земель, но дать их пусть и в ненаследное пользование заслужившим людям, опять-таки требовало согласования.

- Странно, - я смотрела на приближающегося мужчину. - Гвардейцы обычно сюда не заходят.

- Может, случилось что, - Крис тоже повернулся в сторону гвардейца, ориентируясь на звук шагов. Что-то с тем было не так, но что именно, поняла только когда между нами оставалось шагов пять. Глаза у мужчины казались стеклянными и неподвижными, а зрачок расширился так, что радужка почти исчезла.

- Укуренный, что ли? - озвучила первую пришедшую в голову мысль, и проворно отскочила в сторону. Гвардеец, не останавливаясь, выхватил длинный кинжал и бросился в атаку.

- Крис, осторожно, он с ножом!

Гвардеец, по инерции пробежавший на несколько шагов дальше, развернулся на крик и снова пошёл в атаку. Увернуться и на этот раз не составило труда.

- Ты сдурел, что ли? - на третий раз гвардеец смог разрезать рукав. Я ещё в недостаточно хорошей форме, и убегать побоялась.

- Тено, отойдите за меня, - неожиданно серьёзно распорядился Крис, перехватывая трость наподобие меча и сосредоточенно вслушиваясь в окружение. Я не стала протестовать и геройствовать и поспешила выполнить указание. Гвардеец, ожидаемо, рванул за мной. Де Вен, ориентируясь по дыханию и шагам, коротко ударил его тростью в живот и, когда гвардеец рефлекторно с хрипом согнулся, добил по шее. Торопливо, пока нападавший не пришёл в себя, Крис связал ему руки сзади его же поясом.

- Тено, вы в порядке? - закончив, спросил блондин, пытаясь нащупать откатившуюся в сторону трость.

- Да, он только рукав порвал, - я подала ему трость, лежавшую в шаге от того места, где её искал Крис. - Надо позвать охрану, чтобы забрали. И дознавателя, - я посмотрела на лежащего мужчину, даже не делающего попытки подняться или как-то освободиться, и добавила: - целителя тоже надо, он явно не в себе.

Через три часа появились первые результаты расследования. Действовал гвардеец под сильным ментальным воздействием, наложенным явно в спешке, и от того небрежно. Этим и объяснялся странный взгляд и не совсем адекватное поведение. Когда и где он попал под воздействие, гвардеец вспомнить не смог и утверждал, что помнит только как утром выходил из замка в город. Проследить смогли только его путь до третьесортной таверны, но дальше не продвинулись, пусть хозяин и подтвердил, что тот приходил с утра и разговаривал около получаса с подсевшим к нему человеком. Но такие, прячущие лицо и кутавшиеся в плащ люди, в этой таверне никого не удивляли и не привлекали внимания. Сказывалась близость публичных домов.

Следующее покушение произошло всего через несколько дней. После тренировки с Эриком парень неожиданно повалил меня на землю, а рядом с тем местом, где до этого стояла, ударил арбалетный болт. Его наконечник раскрылся, как многолучевая зазубренная звезда. Попади такой в тело, и вытащить невозможно, только вырезать с огромным куском плоти.

Стрелка вскоре нашли. И опять за покушением стояла тень неизвестного мага духа. На этот раз он действовал тоньше и чуть более обдуманно. Не ломал волю приказом, а дополнительно применил вытяжку из каких-то трав, облегчающую и усиливающую внушение.

После этого мне вручили кольчужку с наказом снимать её только на ночь. А ещё лучше только при мытье. И, в идеале, совсем никогда с ней не расставаться. Сплетённая из тысяч очень мелких колечек серебристо-матового металла, она, дополнительно сверху была покрыта тонкой кожей с такими же мелкими серебристыми чешуйками, кажется, снятой с какого-то животного. Это даже не кольчуга, а полноценный гибкий доспех. Закрывала она руки от локтя и спускалась до середины бедра, удивительно плотно и мягко прилегая к телу. Если бы не вес килограмм в пятнадцать, то можно было принять за плотную вязаную футболку.

А ещё, не полагаясь на удачу и невезучесть организатора покушений, ко мне приставили охрану. Двое гвардейцев, случайно выбираемые в начале дня, после проверки на влияние магии духа, всюду меня сопровождали. Только в кабинете и личных покоях я была избавлена от постоянного присмотра.