- Вы настолько критично к себе относитесь?

- Скорее, реалистично. Периодически накатывает желание выкинуть что-нибудь этакое.

- Понимаю, переходный период, - мужчина позволил себе улыбнуться.

- Наверно. Кстати, о Люси, - я прислушалась. В коридоре за поворотом звучал знакомый голос. - И что ей не спится? Меня здесь не было!

Пока де Граф не опомнился, я сбежала, и, к моменту выхода Люси, была уже далеко. Ну нет сейчас настроения с ней общаться!

Парк мне нравился. Строгий ухоженный прямоугольник с фонтаном возле здания плавно переходил в кажущиеся естественными заросли. Умело подобранные кусты и деревья скрывали окружающие стены, и парк ощущался намного большим. Там же, в зарослях кустарника, архитектор поместил небольшую беседку возле прудика. Обычно она пустовала - слуги в парк не ходили, а у остальных хватало забот кроме прогулок. Но сейчас кто-то сидел на лавочке и смотрел на воду. Я подошла поближе. Вроде в замке не было молодых парней, разве что среди слуг, но этот явно из высшего сословия и по внешнему виду, и по одежде.

- Доброе утро, - я остановилась в нескольких шагах от лавочки. Двое стражников неподалёку, сразу не замеченные, резко подобрались. Ещё и под охраной?

- О, Влада, доброе утро! - парень радостно улыбнулся и ответил на приветствие по-русски. Точно!

- Саша, извини, совсем про тебя забыла! - за прошедшее время даже и не вспоминала о соотечественнике. - Тебя тут не обижают? - выразительный взгляд в сторону подтянувшихся охранников.

- Нет, я почти даже привык. Нормальные ребята, жаль, поговорить не получается, язык только начал изучать. Но скучно здесь - жуть!

- Тут и с языком особо не поговоришь, - проворчала я. присаживаясь на мостки на берегу пруда. - Кому этикет не позволяет, а кто туп, как пробка. И все за ребёнка держат.

- Слушай, а они здесь все такие больше? Китайцы тоже высокие, но не настолько.

- Благородные под два метра и выше, - я пожала плечами. Для меня это уже привычно и естественно. - Простолюдины пониже, сто восемьдесят, наверно.

- Да? - Саша явно расстроился. - Я, тогда, даже до крестьян не дотяну.

- Тебе сколько лет? - я смерила парня взглядом. Сто семьдесят в нём будет, но для местных маловато.

- Семнадцать, а что?

- Тебя здесь местные врачи осматривали?

- Нет. После того допроса сразу в приличную комнату перевели и всё. Ну, учитель языка приходит, да эти всюду следуют, куда не положено, не пускают, - он кивнул на охрану.

- Тааак... - в голове оформилась мысль. - А желания сделать какую-нибудь глупость, посещали? Например, вот этих рыб руками половить, - в пруду обитали большие разноцветные рыбины, с надеждой на кормёжку собравшиеся сейчас у мостков. - Или камень попинать, будто это мяч. Или, не знаю, что ещё шпана мелкая вытворяет. Только честно.

- Вроде нет, - Саша почесал затылок. - Хотя, господину Тавосу, это препод по языку, - пояснил он, - хочется то кнопку подложить, то тряпку на дверь подвесить, чтобы упала на него, когда зайдёт. А к чему эти вопросы?

- К тому, что у местных совершеннолетие в полтинник. До этого выглядят лет на двадцать-двадцать пять, и рост соответственный. Зато потом за пару лет вымахивают до вот этих каланчей.

- И причём тут местные? - в голосе Саши прозвучала смесь недоумения и раздражения.

- Всё при том! Пошли проверим, если подтвердится, объясню попонятней.

Я схватила парня за руку и потащила в лазарет. Туда дорогу найду и с закрытыми глазами - по три раза на дню тогда навещала Криса. Не знаю, сказали ему об этом или нет, но эта тема ни разу не всплыла в разговорах. Оба охранника двигались следом, готовые в любом момент развести нас в сторону, стоит только парню сделать подозрительное движение.

- Ваше величество, что случилось? - в лазарете нас встретила целительница в голубой одежде.

- Проверьте его, пожалуйста, на синдром... этого... когда без магического фона, - я подтолкнула стушевавшегося Сашу вперёд. Всё-таки пламенная любовь к лечебным заведениям не входит в обязательную комплектацию среднего русского человека.

- Есть основания? - женщина с интересом поглядела на парня, что-то для себя уже решая.

- Мы из одного региона, - пояснила я. А что, юг края чем не регион?

- Да, вы правы. У молодого человека ярко выраженный синдром Колярды, - примерно через полчаса сообщила целительница. закончив осмотр. - Но никаких проблем нет. Избегать мест с пониженным фоном, и вскоре придёт в норму. Ваше Величество, вам бы тоже стоит пройти полный осмотр, это не совсем нормально, так быстро измениться! - вот же. Это для меня прошёл год, для остальных меня не было всего минуту. В лазарете не видели где-то с неделю, неудивительно, что целитель заволновалась.

- Обязательно зайду к вам на днях! - заверила я женщину, и поспешила уйти, попутно вытолкав парня.

- Ну, что сказали? - нетерпеливо спросил он, оказавшись в коридоре.

- Сказали, что всё в порядке. Лет на двадцать впадёшь в детство, зато потом вырастешь и проживёшь ещё лет четыреста.

- Четыреста?!

- Ну да. Здесь какой-то магический фон, которого у нас нет. Вот и живут долго.

- Офигеть! тут ещё и магия есть?

- Есть, но ей почти не пользуются, - кроме целительской я только раз видела применение боевой, когда Крис разметал стражу в замке. - Так что думай, кем хочешь стать, времени хватит.

Болтая, мы прошлись по замку, и вошли в музыкальную гостиную, одну из немногих проходных комнат. Небольшая зала изобиловала диванчиками и разнообразными подушечками, придававшими домашний уют. Клавесин, или что-то похожее, сдвинутый к углу, пара каких-то флейт на подставках, подобие лиры или арфы возле одного из диванов красноречиво говорили о предназначении и названии комнаты.

- О, гитара, - Саша взял в руки инструмент, скромно приставленный к стенке. А я ведь даже не поинтересовалась, куда его дели после того дня.

- Сыграешь? - парень протянул мне гитару.

- Почему бы и нет? Только я давно не играла.

- И что? Хочешь, я тебе на вот этом, - он указал на клавесин, - подыграю?

- Сможешь?

- Музыкалку по пинанине с отличием закончил. Думаешь, не справлюсь?

Он справился. Сначала, конечно, попадал мимо нот, строй-то ведь разный, но всё же приспособился. На пару проорали несколько классических бардовских, затем перешли к блатным-дворовым. В месть за очередную лажу слов (а в каждом дворе свой вариант исполнения) я швырнула в парня подушкой. Он не остался в долгу. Два его охранника расслабленно стояли у дверей, и, кажется, делали ставки, кто кого. Победила дружба в связи с преждевременной кончиной орудия боя. Декоративная подушка не вынесла издевательств и лопнула, осыпая нас обоих лёгким белым пухом.

- Кажется, я начинаю понимать фразу "ходить на ушах", - спокойный, слегка задумчивый голос де Графа-старшего заставил стражников вытянуться по стойке смирно, а нас с Сашей замереть. Когда он успел появиться в гостиной, я не заметила. Стало немного неловко за причинённый разгром. Диван своротили, кресла уронили, подушки раскидали по всем поверхностям. И ещё сверху до сих пор снегом падал пух, добавляя встрёпанной одежде совсем непрезентабельный вид.

Оглядев поле боя, мужчина молча развернулся и ушёл. От того, что не стал отчитывать, или хотя бы делать замечание по поводу неподобающего поведения, стало обидно. И стыдно за то, что едва прошло полдня с отъезда советников, а я уже нарушила обещание, пусть и не данное, но подразумевающееся.

- Кажется, пронесло, - проговорил отмерший парень, отпуская останки подушки.

- Тебя бы так пронесло, - я соскочила со спинки дивана и принялась ставить мебель на место. Уверена, де Граф ни словом не обмолвится о происшедшем, но что с младшим, что теперь со старшим, хочется быть если не идеально, то хотя бы воспитанной приличной леди.

Вернув мебель по местам и оставив пух на слуг, как-то скомкано расстались с Сашей. Он со своим конвоем ушёл к себе в гостевое крыло для незнатных людей, а я, подхватив гитару, к себе.

Остаток этого дня и весь следующий, я посвятила работе и не выходила из кабинета, обедая и ужиная там же, среди вороха бумаг. Как же мало, оказывается, я знаю о происходящем в Империи, чтобы принимать самостоятельные решения! А, проведя год вдали от всего, забыла и то немногое, что позволили узнать. Вряд ли в этом есть злой умысел, скорее всего не хотели загружать ребёнка, которым они все меня считают. И то ведь, у меня уроки занимали половину дня, когда обычно больше часу не нагружали. Детство длинное, можно не торопиться.

Размышляя, я тихо тренькала на гитаре. Фанерный ширпотреб звучал достаточно хорошо для полупьяных посиделок под луной, но для чего-то большего не годился совершенно. Надо искать замену, или найти качественную вещь. Полная решимости, спустилась на первый этаж, где обустроился глава службы безопасности.

Кабинет небольшой, затенённый. Никаких ковров, картин, прочих излишеств и украшений. Из мебели только шкафы, массивный стол и два стула. Тот, что для посетителей, даже на вид неудобный.

- Не лучшее место для вашей работы, - осматриваясь произнесла совсем не то, что планировала.

- И почему же? - хозяин кабинета почтительно встал при моём появлении и не торопился сесть обратно. Ах да, этикет не позволяет дважды - дама стоит и ещё в присутствии императора. Пришлось сесть на стул, чтобы мужчина тоже сел и не давил своим ростом. Так как он - хозяин кабинета, то сидеть, когда я сижу, уже имел право и без дополнительного разрешения. Вот из-за таких мелочей меня де Вен нещадно гонял. Правда, он давал теорию, сейчас началось практическое применение этих знаний на практике.

- Ну, как же. Пока информатор до вас дойдёт, его весь город на серпантине рассмотрит. Вам бы где-нибудь в средних районах контору поставить. А как раньше было?

- Раньше тайной канцелярии принадлежало здание, где сейчас торговая биржа.

- Это такой большой каменный сарай за первым кольцом? - я поворошила свои скудные познания о городе. Мужчина согласно кивнул.

- Когда вернутся, надо будет об этом поговорить. Вы же знаете, решение о возрождении вашей службы было принято весьма в краткие сроки, не успели приготовиться.

- Я знаю, Ваше величество. Гвенио мне рассказал. Но ведь вы пришли не за этим?

- Да, конечно. Вы, случайно, не знаете изготовителя музыкальных инструментов, кто бы взялся сделать по образцу?

- Случайно знаю. Вы хотите воссоздать вашу гитару, я правильно называю?

- Да, она здесь существует в единственном экземпляре. Не хотелось бы потерять, если что случится.

Через четверть часа я вышла из кабинета, сжимая в руке листок с адресом мастера, ощущением, что разгрузила фургон с углём и зароком больше тренироваться в вежливой придворной речи. Крис, конечно, поднатаскал, но практики не хватало. А в общении с двумя советниками и одним телохранителем, основными моими собеседниками, так не изгалялись.

Ещё через полчаса из ворот замка выехало трое верховых. Начальник стражи только спросил район, куда собираюсь, и выделил двух охранников. Заложить карету и ехать, как белый человек, даже не пришло в голову. Всё равно хожу в мужской одежде, в платье точно бы взяла карету.

Двухэтажное здание возле самой стены первого кольца отличалось от соседей разве что более свежей краской и слегка зауженным палисадником, создающим своеобразное парковочное место. На двери висела начищенная табличка "музыкальная мастерская". Я прошла в дверь. Охрана осталась снаружи, а я и не настаивала на сопровождении. Мелодично прозвенели колокольчики над дверью, сообщая о приходе клиента.

Внутри пахло свежим деревом и лаком. Пространство большой светлой комнаты скрадывали многочисленные инструменты разной степени готовности. Я даже не сразу заметила юношу, полирующего мягкой тряпочкой деревянную планку. Он, не отрываясь от работы, молча и с интересом смотрел на меня. Я тоже окинула его оценивающим взглядом. Не мастер, это точно. На подмастерье тоже не очень похож. Скорее всего, ученик.

- Любезный, мне нужен мастер Сольени, - молчание затягивалось. Стоят и ждать, пока на меня обратят внимание и соизволят подойти, значит, поставить себя минимум на ту же ступеньку. А я обещала быть паинькой и вести себя соответственно. Ладно, до императора и даже до князя с лордами мне ещё далеко, но, среднее дворянство изобразить точно смогу.

- Мастер Сольени это я, - по винтовой лестнице в углу спустился мужчина менее всего по виду подходящий для мастерской музыкальных инструментов. Более естественно он бы смотрелся где-нибудь к кузнице или даже на плацу, командуя новобранцами.

- С кем имею честь? - мастер ненавязчиво оглядел меня, задержав взгляд на мече. Вне дома благородные без него не появляются. А я как взяла мужскую модель поведения, так ей и следовала. Женщинам это не возбранялось, и не осуждалось, просто не было принято. У нас ведь тоже массовое перенятие мужских черт и занятий не от хорошей жизни началось.

- Влада де Самон, - выверенный поклон. Не хватает опыта, ещё чувствуется скованность. - Мне вас порекомендовали, как хорошего мастера по изготовлению музыкальных инструментов.

- Я польщён. Вас не затруднит назвать имя?

- Отчего же? Вольтевернон де Граф.

Мастер опять посмотрел на мой меч.

- О, я слышал, он вернулся на службу.

- Ваша осведомлённость меня поражает! - а ещё больше болтливость. Когда же этот обязательный обмен любезностями закончится, и перейдём к делу? - Назначение произошло после Ночи цветов.

- Да, это было внезапно, но ожидаемо, - мастер Сольени сделал паузу перед сменой темы. - Так чем я могу быть вам полезен?

- Вот, - я развернула принесённую гитару и протянула её мастеру, но не успела сказать, что я хочу. Сольени будто позабыл все политесы и, взяв инструмент, ни на что более не обращая внимания, крутил в руках, изучая.

- Интересная форма, но исполнение... из чего это сделано? - спросил в никуда.