Как раз к моменту гибели товарища, он стал чуть-чуть понимать язык. Тогда китайцы и поведали причину появления в этом мире. На ломаном языке, подкреплённом жестами и кривыми рисунками, она звучала классической легендой попаданца - злобный народ каор угнетает мирный маор, а тут ещё и спёрли, вражины, их святыню. Давно, правда, но срока давности этому преступлению нет и не может быть. После чего у маор начался мор, голод и засуха с потопами. Страдали люди, мучились, пока не смогли найти ритуал призыва героя. Откликнулось, правда, трое, но больше - лучше. Тем более, что в конце остался только один, самый-самый. Теперь, с избранным, храбрые герои маорского сопротивления отправились тайно вернуть святыню, чтобы короновать парня, и он смог вести войска света и демократии в массы.

Рассказывая этот бред, Саша сам удивлялся, как мог в такое поверить. Но ведь поверил, и честно считал китайцев своими товарищами. Я же не удивилась. Парню едва стукнуло восемнадцать, а за полтора-два месяца до получения этой легенды, в нём успел пробудиться ребёнок по возрасту. Сама знаю, очень сложно понять, когда впадаешь в детство, что ведёшь себя несколько неадекватно собственным представлениям возраста. А ещё критичное мышление у детей слабовато. И можно предположить, что без ментального воздействия не обошлось. Есть тут специалисты по магическому копанию в мозгах, но они крайне редки, а в Анремаре ещё все на учёте. Но как дела обстоят у маор, никто толком не знает. Может, там их как собак нерезаных?

Но мысли о неправильности ситуации Сашу всё-таки посещали. Не поверил он в случайность змеиного укуса, и в то, что именно он избранный, а не его погибшие друзья, легко ведь сказать, что ты - лучший, если сравнивать больше не с кем.

Когда его схватили наши солдаты, он сам к тому времени сбежал от спешно покинувшего стоянку отряда, в суете отстав на повороте.

- Кто что об этому думает?

Мы втроём собрались в моём рабочем кабинете. Сашу пока поместили под охрану в гостевых покоях.

- Его рассказ звучит странно и невероятно, но я ему верю, - Эрик присел на подоконник.

- Для вранья слишком много деталей. Всё заранее продумать, это надо быть гением, - заметил де Граф, опершись о стенку книжного шкафа. Я же уютно сидела в углу дивана. Вид рабочего стола с кипой бумаг навевал тоску.

- Проверять надо. Вы с ним разговаривали на своём родном языке? - де Граф повернулся ко мне.

- Да, на русском, - я согласно кивнула и продолжила, поняв смысл вопроса. - Акцента нет, использует жаргон и просторечия. Даже если и учил язык, то долго жил в одной культурной среде. Если надо, могу поспрашивать подробности.

- Пока это лишнее. Проверим то, что сейчас известно и доступно. Эрик, будь добр, распорядись принести подробную карту Империи и прилегающих земель.

Шнурок для звонка вызова слуг находился недалеко от стола и Эрик был к нему ближе всех.

- Не стоит, - я успела его остановить. - На шкафу в каком-то рулоне должна быть. Всё забываю вернуть на место, - покаялась я. То, что карта там едва ли не с первого месяца моего пребывания здесь, скромно промолчала.

- Так... почти идеально круглая долина, окружённая сопками... - мужчины расстелили карту на столе, сдвинув всё остальное в сторону. И всё равно карта полностью на нём не помещалась и свисала с краёв своеобразной скатертью.

- А что такое сопки?

- Холмы или низкие горы, покрытые лесом, - рассеянно ответила, пытаясь ухватить ускользающую мысль.

- Кажется, это здесь, - Эрик придерживал край "скатерти" и показывал на какое-то место на ней.

- По описанию подходит, - согласился де Граф. Я подошла к ним поближе.

- А где тот город, куда я вернулась в первый раз? - мысль начала оформляться.

- Здесь, - де Граф уверенно указал место на карте. Сама бы я долго искала, очень уж непривычно они тут составлены и, как мне показалось, не сильно соответствуют реальному рельефу и с масштабом проблемы.

- А пещера, где проходил первый призыв? - сама не знаю, почему спрашиваю, но на краю сознания мелькало что-то, что хотело это знать.

- Вот, - третья точка на карте находилась на одной прямой с первыми двумя почти на равном расстоянии. Это заметили и остальные.

- Занятно. Что бы это могло значить?

- Я не помню точно, но примерно в то время, когда я сюда попала, - я ткнула в город на карте, - на Алтае произошло сильное землетрясение. Эпицентр был недалеко от города, многие дома просто сложились. Кажется, среди них был и дом культуры с каким-то фестивалем. Наверно, Сашу с товарищами с него и выдернули.

- Хмм... возможно, - задумчиво пробормотал де Граф. - Это может многое объяснить. Мы не проводили ритуал призыва.

- А второй раз? В море? Земля оттуда слишком далеко и не на одной линии с остальными, - засомневался Эрик.

- Тогда у Криса уже был маячок, меня к нему и притянуло.

Упоминание о Крисе заставило всех притихнуть.

- Я пойду, отправлю людей на разведку, - сообщил Эрик. - С вашего позволения. - Он свернул карту и вышел. Следом за ним к двери подошёл де Граф, но, уже взявшись за ручку, обернулся.

- Тено, на каком языке вы тогда пели?

- На русском, - удивилась я. - Я местных песен не знаю. А что?

- Простите, простое любопытство.

Де Граф вышел, аккуратно притворив дверь, и я осталась в кабинете одна с кучей не разобранных бумаг на столе. Признаюсь, я преувеличиваю масштабы работы. До меня доходят в основном такие, где надо просто поставить подпись. Или такие, решение по которым совсем не критично. Всё остальное более-менее серьёзное обсуждали с советниками. И то, в дела армии или разведки не лезу от слова "совсем". Пока что осваиваюсь с хозяйственной и общей управленческой частью.

Среди документов на рассмотрение лежал запечатанный конверт. Первой мыслью было, что он попал сюда по ошибке - всю корреспонденцию сначала принимал и прочитывал Крис. Сейчас первичной сортировкой занимался секретарь, затем отобранное просматривал де Граф, а уж он точно случайно не пропустит письмо, получается, оно для меня лично. Конверт из плотной дорогой бумаги запечатан синим сургучом. На печати по волнистым линиям волн на надутых парусах летел корабль. С Огненных островов что ли? От Чесси, вернее, его величества Чесси Кантона. Наконец-то пригодился нож для бумаг, а то я им обычно яблоки резала.

Письмо начиналась стандартным приветствием с перечислением моих титулов и достоинств. Но я не успела расстроиться от этого официоза - на середине третьей строчки восхваление меня любимой оборвалось словами "и так далее, и тому подобное, ты лучше меня знаешь своё именование". Да, царственного собрата по несчастью возглавления страны в юном возрасте, таки достал официоз. Приятно, что он запомнил моё отношение к формалистике. Я прочитала письмо. Кроме ожидаемого рассказа об успехах в учёбе, Чесси поздравлял с Ночью цветов и извинялся за то, что из-за карантина не сможет приехать на бал. В качестве извинений обещал прислать приглашение на Волну русалок. Наверно, какой-то важный праздник островного народа.

Пора уже начать здесь жить, а не туристом сидеть. Раз уж переехала на ПМЖ, так надо вливаться в местные реалии. Я же почти ничего не знаю об Анремаре! Да, меня тут усиленно учат. Но история и география ничего не сообщают о традициях, праздниках и обычаях. Можно сколь угодно долго упражняться в этикете, верховой езде и фехтовании, но это не даст реальных знаний о жизни. А оторванность руководства от людей на местах только ухудшает положение. Как можно руководить, не зная толком, чем?

Начну с малого и необходимого. Взяв письмо, я вышла в коридор. Уже подняв руку, чтобы толкнуть дверь в кабинет Криса, опомнилась. Его же здесь нет. Эрик где-то с солдатами или с очередной пассией, и искать его по замку долгое и неблагодарное занятие.

Я постучала в массивную дверь. Если к Крису спокойно заходила, как к себе, то к де Графу только после стука и разрешения.

- Вы что-то хотели? - спросил мужчина, когда я замерла в дверях.

- Да. Два вопроса. Что такое Ночь цветов?

- Ночь цветов? - брюнет удивился вопросу. Обычно я приходила сугубо по делам. - Праздник конца весны и начала лета.

- Значит, это в честь него бал должен быть?

- Бал? Всё бы вам развлекаться, - как обычно проворчал мужчина, пусть и без обычного ранее презрения, но уже через мгновения глаза слегка расширились, а лицо побледнело. - Бал! Совсем забыл! Прошу простить.

Де Граф стремительно вышел из кабинета что я едва успела посторониться. Что такого в этом бале, что повергло всегда невозмутимого лорда-защитника едва ли не в ужас? Слегка замешкавшись, я рванула за ним следом. Бежать пришлось недалеко - де Граф влетел в кабинет Криса и торопливо перебирал бумаги на его столе в поисках чего-то, ведомого только ему.

- Может, помочь? - ситуация, кажется, серьёзная. И интересно же узнать, что случилось.

- Если не затруднит.

- А что искать-то? - я подошла к столу и окинула поле деятельности.

- Списки приглашённых, списки расселения, в общем, всё, что может относиться к празднику.

- Понятно, - я занялась кучей свитков, сваленных на полку в шкафу, оставив стол на разграбление де Графу. - А к чему такая спешка?

- До праздника всего полторы недели, а первые гости начнут приезжать уже дней через семь. Дороги непредсказуемые, выезжают заранее, - не отрываясь от поиска ответил де Граф. - Большинство поселится в гостиницах или в своих столичных домах, но возможно, будет, несколько приглашённых, которых надо разместить в замке.

- Вот... засада, - я едва успела исправить фразу. Высшему свету не пристало ругаться, а императору тем более. За речью приходилось постоянно следить, чтобы не ляпнуть чего просторечного или грубого. Мне бы ничего не сказали, но всё равно нехорошо. - Это не оно? - я протянула де Графу свиток, плотно исписанный аккуратным почерком первого советника.

- Похоже, - де Граф пробежал по списку глазами и тихо, страдальчески, застонал. - Ещё и король Островов будет!

- Он не приедет, у них там какой-то карантин, - я поспешила успокоить лорда-защитника.

- Хорошо, одной проблемой меньше.

Мы нашли ещё три бумаги, относящиеся к организации праздника. В замке началась горячая пора, превратившая его в воинскую часть, узнавшую о приезде комиссии всего за час. Все бегали, суетились, отмывали всё, до чего могли дотянуться. Пахло свежей побелкой и пылью. На служебном дворе постоянно что-то стирали и сушили. Под это дело согнали даже крестьян из близлежащей деревушки, своими силами, то есть, штатными слугами, отмыть залы не представлялось возможным. В общем, подготовка судорожно шла полным ходом.

Я стояла на галерее третьего этажа и со смесью зависти и восхищения наблюдала за сухим поджарым пожилым человеком, уверенно руководившим всем этим бедламом. Кажется, он даже наслаждался процессом.

- Отдыхаете? - рядом встал де Граф и тоже посмотрел вниз. - Быстро же он освоился.

Я улыбнулась, вспомнив разговор, состоявшийся шесть дней назад, через пару часов после того, как внезапно вспомнили о празднике. Тогда как раз выяснили, что никто не знает, как его организовывать и на кого можно свалить это благородное дело. На самих праздниках мои советники бывали не раз, де Граф, как лорд и князь даже был хозяином приёма, но сам он этим не занимался. А единственный организатор сейчас лежал в лазарете.

- Это позор на всю Империю, - хмуро произнёс де Граф. - И отменять уже поздно. И ведь, ни единой идеи! - он сжал кулак. Всё-таки сказывается воспитание и многолетние следование этикету. Я бы ударила по стене с более категоричными словами. В записях Криса мы не нашли ни программы праздника, ни вариантов меню, только списки приглашённых с примечанием, кого где поселить.

- А кто у вас раньше устраивал? - помнится, когда гостили в имении князя, бал сначала планировался, но после выходки Люси с прогулкой по городу, праздник отменили.

- Клавдий, мой дворецкий. Думаете, его пригласить?

- У меня других вариантов нет.

- Можно попробовать. Если послать письмо птицей, то дня через три приедет. Хотя, нет, откажется. Ему больше четырёхсот, за три дня растрясёт сильно, - вслух раздумывал де Граф.

- Пусть тогда заодно и Люси возьмёт, - я с трудом заставила себя сказать это. - Как сопровождающий приедет, а тут на месте уговорим.

- Люси... - мужчина едва не вздрогнул от притворного ужаса. - Вы уверены?

Да, она и меня успела достать до печёнок за время недолгого пребывания в поместье лорда.

- А вы хотите, чтобы она потом год мозг чайной ложечкой выедала? Уверена, у неё давно заготовлено платье.

- Но её нет в списках, - последняя попытка найти причину отказа. Но в голосе сквозило, что перспектива получить расстроенную и обиженную девушку страшит весьма сильно.

- И что? Меня и вас тоже в нём нет, - я пожала плечами. - Может, тогда сбежать куда-нибудь в глушь, переждать этот кошмар?

Де Граф ненадолго задумался, оценивая предложение, и с сожалением ответил.

- Нельзя. Вы и так крайне редко появляетесь в обществе в приличном виде.

Согласна. Как Император, в платье и со всем положенным этикетом это было аж целый один раз на коронации.

- Вот и получается, что остаётся терпеть, - я вздохнула. - Может, встретит на балу кого. Выдадим по-быстрому замуж и пусть уже у мужа голова болит, что делать с этим подарком.

- Жестоко вы, - на лице де Графа промелькнула тень улыбки. - И не жалко бедолагу?

- Мне себя жальче, чем абстрактного незнакомца.

Это было шесть дней назад. Вскоре после разговора приехала карета с Клавдием и Люси. Проникнувшись важностью задания старый дворецкий приказал гнать без остановок. Ночевали в движении и выходили из кареты только на обед и смену лошадей. Девушка, не привыкшая к подобный нагрузкам, сутки отсыпалась в выделенных комнатах.

Клавдий же с первых минут принялся распоряжаться. Видя, как он припахивает всех, попавших в поле зрения, включая самого лорда-защитника, я благоразумно сбежала в императорское крыло, куда предпраздничная суета не добралась. Но и там не удалось отсидеться. Выяснилось, что занятий по фехтованию было в разы больше, чем по танцам, и меня в срочном порядке начали на них натаскивать. Особенно налегали на открывающую бал смесь вальса, кадрили и ещё чего-то с множеством сложных элементов. Вместе со мной учитель танцев терроризировал и де Графа. Нет, танцевать он умел, и весьма неплохо. Но танец цветов, открывающий бал, ведёт пара. И, по традиции, это император с избранником или избранницей. Мне, по местным обычаям, ещё рано обзаводиться подобным, потому в пару мне могли поставить либо близкого родственника, либо лорда-защитника. Вот и тренировали кавалера на то, чтобы знал, где и когда я могу ошибиться, и успел вовремя исправить.