- Да кто на неё придёт-то? - поддержала комендант. - Тут на отработку нарушений не выгонишь, а на уборку не один студент нужен.

   - Можно попробовать, - я осторожно вступила в разговор с предложением. Мне в общежитии ещё минимум полгода жить до следующей сессии, надо поддерживать дружеские отношения с полезными людьми. Пусть даже они демоны.

   - Скажите, магию при уборке использовать можно?

   - Конечно, - не задумываясь, ответила комендант. - Большинство бытовых заклинаний не запрещены на территории общежития.

   - Тогда предлагаю вот, что...

   Через два часа на доске объявлений висел большой заметный плакат. "Господа студенты!" - яркие чёткие буквы привлекали внимание. Текст чуть ниже тоже хорошо читался. "Вам предоставляется уникальная возможность практики и проверки собственных артефактов в бытовых заклинаниях! Вне учебных классов, в реальной обстановке. Все желающие приходите в семь вечера третьего числа. Сбор в холле первого этажа".

   Ниже - две тщательно вычерченные печати заклинания. С ними как раз и провозилась столько времени, стараясь и не ошибиться, и сделать красиво.

   - Думаешь, кто-нибудь придёт? - с сомнением произнесла комендант, разглядывая это творение.

   - Обязательно, особенно младшие курсы.

   Я уверенно кивнула. Орст с Лерисом как-то жаловались, что практики по бытовым мало, а тренироваться сразу в комнате слишком хлопотно - без опыта все небольшие предметы сваливались в общую кучу, а влажная уборка грозила затопить соседей снизу. Ходить в пустые коридоры, уборные и прочие общественные места для тренировок, считалось недостойным. Зато на такой призыв должно быть не стыдно коридоры отдраить. Особенно, в компании.

   - Если не сработает, я сама всё вымою, - рискованное обещание, но, что поделаешь, инициатива наказуема.

   ***

   Какое же наслаждение принять душ! Пусть и в грязной, осклизкой душевой с прохладной водой. Всё лучше, чем плескаться в корыте, в котором утром раствор разводили.

   Из кармана с тихим стуком что-то выпало. Я подняла деревянную дощечку с печатью. Использованный закл, что отдала мне Джала. Как там, сжать в этих двух точках, и всё. Я представила, как по печати струится энергии, вызывая к жизни заклинание уборки. Маленький смерчик метнулся вдоль стены, собирая в себя грязь. От неожиданности едва не выронила закл, перестав фантазировать. Смерчик обиженно крутанулся вокруг себя и исчез. Ну вот, а Джала говорила, что заряд полностью исчерпан.

   Из интереса повторила, ни на что не надеясь, но смерчик послушно появился. На этот раз я его ожидала и не отвлеклась. По ощущения, он отработал столько же времени, что и на стройке, пока я сама не прервала контакт с заклом.

   Душевая блистала давно не виданной чистотой. Смерчик собрал основную грязь со стен и пола и свалил её в кучу в центре. Аккуратно, брезгливо морщась, смыла кучу этой слизи в канализацию.

   Всё же странно. Не может быть, чтобы он сам зарядился, иначе Джала не отдала бы так спокойно, как мусор. Снова попыталась вызвать смерчик, и снова он послушно закружился по полу. Я не дала ему долго работать. Оделась. Нет, что-то тут не так. Это же простейшая печать, действует, пока в ней есть энергия. И там, на стройке, он сначала исчез, и только потом Джала убрала с пластинки руки.

   Следующая попытка закончилась неудачей. Закл не отреагировал. Что-то ему мешало получать энергию. Что успело измениться? Трусы с рубахой и штаны с сандалиями вряд ли влияют на работу заклинания, а вот рабский ошейник - вполне. Он сам является артефактом, храня в себе информацию о хозяине. И позволяет себя снять только ему, если не считать лопоухих карликов. То, что я его могла снять самостоятельно, чем и пользовалась, когда мылась в одиночестве, я считала браком изделия. Мало ли, выглядит грубой поделкой, сляпанной на коленке. Но все виденные в продаже приличного вида весьма дорогие, Корвин так и не сменил гоблинский, экономя скупые финансы.

   Кожаная полоска расцепилась и покинула шею. Как ни в чём ни бывало, заклинание уборки принялось за работу.

   Значит, люди магией не владеют? Естественно, ведь все поголовно носят блокираторы. Даже дети ходят в ошейниках! Есть, конечно, и те, кому ставят клеймо на ауру, но такие очень редки.

   Кажется, у меня появилась цель. Пока есть возможность, выучиться магии: заклинаниям, артефакторики, целительству и всему прочему, до чего смогу и успею дотянуться. В запасе полтора года, пока Корвин не окончил Башню.

   В комнате, кроме Орста, никого не было. Занятия начнутся после выходных, и все старались отгулять последние дни по максимуму. Я протянула орку закл.

   - Орст, ты ведь на артефактора учишься, можешь сказать, что это?

   Парень небрежно повертел дощечку в руках.

   - Обычный одноразовый закл. Почему спрашиваешь.

   - Интересно стало. Печать ведь не повреждена, может, его зарядить можно?

   - Бессмысленно, - Орст вернул закл. - Они одноразовые, энергия на работу закладывается сразу в печать при создании. Чтобы зарядить надо снова пройти по всем линиям, при этом легко пропустить кусок или дважды пройти. Легче и быстрее новый сделать.

   - Но ведь есть и многоразовые?

   - Есть, - согласился орк. - Они называются артефактами, и требуют дополнительной схемы для зарядки. Есть самозарядные, - Орск опередил вопрос. - В них используют особые камни, они со временем сами восстанавливают заряд. Вот, сама посмотри, - он достал из сумки небольшой, с ноготь мизинца красный камешек. - Если его не трогать, он восстановит свойства и станет прозрачным. Чем меньше в нём энергии, тем темнее.

   Я взяла протянутый камушек и почти сразу вернула, брезгливо вытерев руку.

   - Что, неприятный? - парень шкодливо хохотнул, явно ожидая такую реакцию.

   - Противный он какой-то. Вроде, на ощупь ничего особенного, но, словно таракана трогаешь.

   - Многие люди на сорсы так реагируют. Примерно каждый десятый. Говорят, в Поднебесном все ими брезговали.

   - Что за Поднебесный? - я ухватилась за незнакомое название. Географию более-менее подучила, но городов с таким именем не помню.

   - Древний город людей. После Позорной войны его сравняли с землёй. Говорят, там было двадцать тысяч населения, и все маги!

   - И что? В Шиесе около пяти тысяч живёт, не считая людей. И тоже все маги. А городок не из первой десятки крупных.

   - Иметь способности и быть магом - большая разница. Многие только заклами и артефактами пользоваться могут. Чтобы считаться магом, то есть самому, без артефактов, магичить, учиться надо в Башнях. Самая первая, кстати, там же была, в Поднебесном. Потому все остальные магические институты тоже стали Башнями называть. Она там был ого-го, какая высокая. Этажей в десять минимум! А всё для того, чтобы с драконами легче работать было. Они с землю не любят взлетать.

   - Драконы? - вот день открытий мне сегодня выпал.

   - Ну да. Сорпов видела? Вот такие же, только стройные и с крыльями. После войны повывелись, пытаются восстановить поголовье, но пока слабо получается.

   То, что часто упоминаемая Позорная война разделила жизнь Этельмара на "до" и "после", я уже знала. Но про саму войну, и почему она так называется, ничего не известно. Вернее, все стараются замять разговор, и перевести на другую тему. Вот и сейчас Орст тоже посоветовал пристать с этим вопросом к Лерису. Эльф интересовался историей, и рассказчик из него лучше. И, вообще, эта война напрямую связана с эльфами, так что должен больше знать.

   Вечером Лерис долго мялся, теребя длинные уши, но всё же поведал весьма интересную историю.

   ***

   Где-то полтора столетия назад эльфы достигли той стадии развития, когда стали считать другие расы себе недостойными. До этого времени в Этельмаре существовало три государства. Как и положено соседям, они то торговали между собой, то враждовали, потом мирились и снова обменивались культурными и материальным ценностями до очередной размолвки. Так продолжалось весьма долгое время, пока в светлые эльфийские головы не проникла мысль "мы лучшие!"

   Мысль укоренилась, и эльфы постепенно выжили со своей территории людей и демонов, а после и вовсе закрыли границы, оставив несколько торговых постов. На этом ушастые не успокоились, и начали выводить своих эльфов. Чтобы уж совсем-совсем самых лучших. Те успешно вывелись и тоже прониклись идеей превосходства. Но у этих хотя бы был повод. Всё же для них отбирали лучших и здоровых представителей эльфийской расы, с каждым работали лучшие целители и учителя. Неудивительно, что идеальные эльфы начали смотреть на простых эльфов свысока. Простые обиделись, как же так, мы ведь тоже такие все из себя, а нас ни во что не ставят. И вскоре в Лесе началась гражданская война - сторонники идеальных эльфов против сторонников естественных.

   Разгромив сопротивление, идеальные на этом не остановились, и потребовали от соседей, то есть, людей и демонов, признать их главными и лучшими. С соответствующими подарками и почестями. Соседям это не понравилось, дипломатические методы почти сразу перешли в физические и началась полномасштабная мировая война. Более десяти лет с переменным успехом она опустошала приграничные территории той или иной страны, пока не закончилась также быстро, как и началась.

   Люди собрали более, чем десятитысячную армию магов против вдвое превышающей по численности армии эльфов. И обе бесследно пропали. Ни следов битвы, ни разбежавшихся воинов, только огромное магическое возмущение. По одной из версий, человеческий маг смог открыть огромный портал, куда обе армии и засосало.

   Остатки эльфийского войска добили быстро. Демоны немного подумали и поработили людей. Обескровленные в войне те не смогли сопротивляться. Пропавшая армия забрала себе почти всех воинов, и против демонов выступило совсем немного людей, в основном из ополчения.

   Казалось, всё окончилось хорошо для демонов, в войне они пострадали много меньше бывших союзников, получили в своё распоряжение весь континент, поглотив и государство людей, и эльфийский Лес. Но, оказалось, что во время войны та магическая субстанция, с помощью которой создавали сверхэльфов, вырвалась на свободу и успела порезвиться, прежде, чем исчезла.

   Так, люди потеряли возможность магичить, у демонов началась проблема с рождаемостью, Лес наполнили искажённые животные. Про гоблинов поговаривали, что они тоже искажённые, и когда-то их предки были орками.

   Получалось, что больше всех выиграли орки. Когда-то эта раса служила эльфам слугами и помощниками, и эльфийская армия больше, чем наполовину, состояла из орков. По окончании войны они стали свободными гражданами Этельмара. Выжившие эльфы тоже влились в общество и с тех пор пытаются восстановить численность. Зато люди, которые сдерживали армию вторженцев и, благодаря которым война всё же закончилась, оказались в рабстве у демонов.

   ***

   Пусть я услышала официальную версию, да ещё в пересказе эльфа, который специально не изучал историю войны и должен быть пристрастен в суждениях, но кое-что стало понятно.

   Позорная война никому не принесла ничего хорошего. Эльфы потеряли страну и почти всё население, до сих пор не могут восстановиться. Люди численность восстановили быстро, но тоже потеряли страну и ещё свободу. Демоны должны были получить хороший взлёт в развитии, но и им война вышла боком, почему-то уровень развития не то, что не изменился, а даже несколько упал. Разве что орки что-то выиграли, но и их за участие в войне не на той стороне, коснулся позор. Эльфов - за то, что войну начали. Демонов - за то, что предали союзников. Людей - по результатам. Никто не остался неохваченным.

   Население в общей сложности сократилось более, чем наполовину и не спешило возвращаться к довоенному времени, несмотря на прошедшую сотню лет. Большие территории оказались заброшены. В Лес, бывшую эльфийскую страну, отваживали заходить только редкие искатели сокровищ. Там развелось множество зверья, как обычного, так и искажённого, который подвергся магическим изменениям. Те же загрызни, например. Их в последние годы перед войной выводили эльфы специально для уничтожения противника, но не смогли завершить разработку и твари остались неподконтрольными.

   В Лесу, вернее, в приграничных территориях, там, где было больше всего битв, стали происходить так называемые "прорывы" - спонтанные открытия порталов то ли в другой мир, то ли на соседний континент, исследовать который до войны не дошли руки, то ли ещё куда. Из этих порталов также вылезали разные твари. Иногда - демоны-отступники. Те же демоны, только принявшие сторону эльфов, а после войны куда-то ушедшие.

   Для себя я сделала вывод, что, когда мне надоесть играть в рабство, то сбегу именно в Лес. Если, конечно, не захочу затеряться в большом городе. Но для города надо ещё узнать подробней про ошейники, кто знает, что в них ещё есть, о чём не знают обыватели.

   Расписание, вывешенное у деканата, повергло в уныние. Предыдущий семестр выглядел детской прогулкой с его двумя парами после обеда. Сейчас между боёвкой и занятиями оставили всего два с половиной часа, и каждый день стояло три, а то и четыре пары. К тому же они теперь делились на предназначенные бойцам и щитам. Уверена, на занятия будут ходить трое: преподаватель, я и ещё один щит. Орк всерьёз относился к учёбе и планировал по окончании вернуться в родную деревню, передавать знания односельчанам для лучшего противостояния тварям из леса. И мне теперь будет не у кого просить разъяснить материал. У Корвина своё расписание и свои предметы. Придётся вечера проводить в читальном зале библиотеки. А ещё я хотела экспериментировать с магией, правда, ещё не придумала где и как.

   Рогатый обломал все планы. Он тоже изучил расписание, немного подумал, и опять сдал меня в аренду. На этот раз ремонтникам, что приводили соседнее общежитие в порядок. После занятий на три часа мастерок в зубы и работать.