Фентон

Я заканчиваю обход территории. Никаких следов Мэриссы. Гэри и Винона, в свою очередь, отсутствуют. Когда я собираюсь обыскать амбар, оттуда выходит Винона совершенно потрясённая, держась за висок.

— Фентон! — восклицает она в панике, шатаясь в мою сторону. — СФ и Гэри... — останавливается она, запыхавшись.

— Что? — спрашиваю я, грубо хватая её за плечи, чтобы побудить продолжать.

Раненая, она моргает, удивлённая моим внезапным взрывом ярости, затем вдыхает большую порцию кислорода и выпаливает мне, плача:

— Когда пришли СФ, Текс приказал мне охранять выход из туннеля. Появились Гэри и она. Я попыталась их задержать, но им удалось сбежать на машине, которая была припаркована неподалёку.

Я сдерживаю вздох разочарования.

«Ты окружён одними неумехами», — насмехается зверь.

— Гэри?

Я убью его!

— Да... Она заставила его поверить, что знает, где находится Сьюзи, — продолжает Винона.

Стерва!!!

Меня внезапно охватывает приступ ярости, гнева, который у меня нет возможности выпустить.

«Я хочу крови... их крови», — кричит мне зверь.

Только это сможет утолить мою жажду мести.

— Что будем делать? — вмешивается Винона с озлоблением.

— Возвращайся на свой пост. Я разберусь, — говорю я ей, поворачиваясь спиной.

Среди всего этого хаоса я пытаюсь сообразить. Мне нужен план, идея, чтобы вернуть её. Сардоническая улыбка растягивает мои губы. Я знаю, куда она направляется. Я должен действовать как можно быстрее и вернуть её до того, как подоспеет подкрепление.

Мой монстр стонет и рычит:

«Она будет умолять о своём спасении».

О да! И ничто и никто не помешает мне обладать ею.

На месте я объезжаю вход в мотель и паркуюсь в укрытии, чтобы не быть замеченным. Я незаметно выхожу из машины и обхожу здание. К счастью, там всего один клиент. Затем я прохожу в менее засаженную часть ландшафтного дизайна, обрамляющего заднюю сторону номеров. Я направляюсь бесшумными шагами к окну ванной, которое осталось приоткрытым. Я вынимаю лезвие, отщёлкиваю задвижку и заглядываю внутрь. Путь свободен. Я сгибаюсь, тянусь, гримасничаю от неудобства, ловко проскальзывая в комнату.

Оказавшись на ногах, я двигаюсь осторожно и приоткрываю дверь с невыносимой медлительностью, чтобы не привлечь внимание напарника Мэриссы. Тот сидит спиной в кресле с высоким спинкой. Поглощённый мыслями, он переключает каналы пультом дистанционного управления телевизора, листая один канал за другим без определённой цели. Я пользуюсь моментом и быстро преодолеваю расстояние, разделяющее нас. Бойня неминуема. Острое лезвие прижимается к его горлу. Его мышцы напрягаются. Смерть застаёт его врасплох. У него нет времени вкусить её, почувствовать её. Все волокна моего тела трепещут. Металлический запах его крови опьяняет меня.

Что она делает?

Уже больше часа я хожу кругами под пустым взглядом её наполовину обезглавленного напарника. Телефон того не перестаёт вибрировать. Раздражённый, я покидаю это место. Ярость или возбуждение — не могу сказать, какая эмоция берёт верх в этот момент. Я в ярости от того, что позволил себя так легко обмануть, и в то же время определённым образом ценю тот факт, что Мэриссе удалось добавить перца в нашу игру, сумев удивить меня своим побегом. Зная её импульсивный характер, мне следовало ожидать этого. Со своей стороны, она должна быть воодушевлена началом своего побега, но паника тоже, должно быть, охватывает её. Потому что где бы она ни была, я найду её. Я сажусь в свою тачку и решаю выехать на шоссе, ведущее к туннелю.

Мэрисса

Ночь начинает опускаться. С заглохшим двигателем на обочине дороги, посреди ниоткуда, я в отчаянии.

— Мы ждём уже целую вечность, — выдыхаю я. — Ты уверял, что будет движение, но мы встретили только три машины.

— Другой путь был хуже, — уверяет меня Гэри.

Какое невезение!

Если бы Винона не обстреляла нас и не продырявила бак, мы были бы уже далеко. Измученный, Гэри вздыхает, откидывая голову назад.

— Мне жаль. Должно быть, тебе тяжело, — говорю я, наблюдая за его реакцией.

— Не надо. Я и сам собирался сбежать с ранчо. Меня удерживала только возможное возвращение Сьюзи, — признаётся он печально.

— Как ты оказался там?

Он пожимает плечами.

— Я сбежал из дома два года назад. Когда я оказался в этих краях, я искал работу. Встретил Сьюзи на площади в Пондере. Она мучилась с разгрузкой ящиков с овощами. Я предложил ей помощь.

Погружённый в воспоминания, из него вырывается нервный смешок.

— Сначала я нашёл её странной. Она не заговорила со мной и казалась пугливой, как дикий зверёк. Вмешался Фентон, спросил, не хочу ли я работать на него, и заверил, что мне предоставят жильё и еду бесплатно. Это было предложение как раз вовремя, и я умирал от желания узнать больше о блондинке, которая была с ним. Потом мы с Сьюзи сблизились, пока она внезапно не исчезла.

— А теперь что будешь делать? — уклоняюсь я, чувствуя неловкость.

— Всё, что меня волнует, — это найти Сюзан

Его черты, наполовину погружённые в полумрак, выглядят искренними. Я опасаюсь сказать ему правду из страха шока. С его очень короткими светлыми волосами и лёгким шрамом на подбородке в ямочке, у него вид милого плохого парня. В этой истории он лишь непреднамеренная шестерёнка, неосознанная пешка. Невинный парень из бедствующей семьи. Меня огорчает, что я использую его, давая ложные надежды. Вдруг вдалеке мы замечаем фары. Мы выходим из машины.

— Надеюсь, этот остановится, — бросает Гэри, пряча оружие за спину.

Я подаю знак транспортному средству сбавить скорость. Странно, двигатель ревёт. Он ускоряется, проносится мимо нас и резко разворачивается с визгом тормозов.

— Чёрт!! Это Фентон! — восклицает Гэри в страхе, теребя своё оружие.

Никаких шансов, что он убьёт его. Мне нужен он живым!

— Разделимся, — приказываю я в панике, заставляя его опустить прицел.

— Нет! Ты обещала вернуть меня к Сюзан, — протестует он.

Какой идиот! Он должен обязательно сбежать. Фентон прикончит его за то, что помог мне. Застигнутая врасплох, я открываю ему:

— К северу от Пондера есть мотель. Там меня ждёт мой напарник. Он всё объяснит тебе о Сюзан. Предупреди агента Картера, что группе вмешательства нужно действовать.

— Ты коп?!! — восклицает он ошеломлённый.

— Нет времени объяснять. Беги, Гэри! Немедленно! — кричу я, толкая его яростно.

В ужасе, он отступает нерешительно, глядя поверх моего плеча. На асфальте раздаются шаги. Он приближается.

— Давай! — кричу я.

Он наконец разворачивается и пускается в бег, исчезая в темноте. Что касается меня, я поворачиваюсь, готовая противостоять Фентону. Часть меня почти жаждет этого. В некотором смысле, он хочет меня. Мы сплели коварно извращённую связь. Это мой козырь. Из-за своей жадности я буду наслаждаться этой властью, посмотрю, как долго смогу её растягивать. Я хочу дать Гэри достаточно форы, чтобы он предупредил Уоллеса. Тот, конечно, не оценит это решение, но так лучше. Я вынуждена сдаться, пока не представится возможность выйти из прикрытия.

Как только Фентон оказывается рядом, мои кулаки сжимаются, и руки дрожат от желания атаковать. Конечно, он не обманывается, и моя реакция лишь ещё больше забавляет его. Самодовольный смех растягивает его губы, когда он хватает мою руку.

— Ты правда думала, что сможешь от меня сбежать.

Я вырываюсь, крича во весь голос:

— Отпусти меня, псих!

— Ты настоящая боец. Обожаю это.

Твёрдой хваткой он прижимает меня к задней двери машины. От удара, огорчённая, я гримасничаю.

— Это одна из причин, почему я выбрал тебя.

Его слова отдаются в моей голове, замораживая кровь. Он касается изгиба моей поясницы, ласкает мою задницу, наслаждаясь трепетом, который меня охватывает. Я пытаюсь оттолкнуть его с силой.

— Что я сделал, чтобы заслужить такую нелояльность? — жалуется он с надутыми губами.

Одна из его рук вырывается, и внезапно холодный металл прижимается к моему горлу.

— Веди себя спокойно. Ты же не хочешь, чтобы моё лезвие соскользнуло.

Его тон мягкий, опасный, в то время как острие его кинжала флиртует с моей ключицей.

Обещание пытки и боли.

Он психопат и убийца. Он в шаге от того, чтобы убить меня, но его ласка заставляет меня промокнуть.

— Мне нравится ломать сопротивление людей... Использовать его.

Его нож теперь скользит к моей груди, которая поднимается и опускается в ритме моего прерывистого дыхания, лишая меня всякой воли к сопротивлению. В рефлексе выживания я сжимаю дыхание до предела. Окаменевшая, я больше не двигаюсь. Как будто малейшее моргание может спровоцировать непоправимое.

— Ты была очень непослушной, Мэри. Поэтому мне нужно наказать тебя за плохое поведение.

Его лицо так близко, что я чувствую тепло его дыхания на моих губах. Его выдающаяся эрекция давит на мой низ живота.

— Вот что тебя заводит, да? Откуда это, скажи мне? Мама и Папа любили унижать тебя и играть в доктора? — шепчу я язвительно.

Он хватает меня за волосы и прижимает свой рот к моему уху. Его трёхдневная щетина царапает мою щеку.

— Не начинай играть в эту игру. Это оскорбительно. Как для меня, так и для тебя, — шепчет он мне с горечью.

Я угадываю его ярость. Она рычит, исходя от него, как магнитная волна. Эта тема, видимо, разбудила в нём дьявола.

— Я задела больное место? — насмехаюсь я.

Нервный смешок вырывается из его голосовых связок. Он резко отпускает мою голову, затем бросает на меня тёмный взгляд, который даёт понять, что мне грозит неприятный момент, если я продолжу в том же духе.

— Хватит умничать, на меня это не действует. Зато, вероятно, разбудит ту ярость, которую я приберег для твоей задницы, когда мы вернёмся домой.

Я с трудом сглатываю слюну. Его предупреждение покрывает меня мурашками. Горький, пронзительный ужас, непохожий ни на что, испытанное мной ранее. Я знаю, Фентон никогда не говорит ничего просто так. Интимность, которую он подразумевает, пугает меня и заставляет сердце биться чаще.

— Твоя ярость? Что это значит?

Он слегка наклоняет голову набок, и его голос наполняется тяжёлым напряжением. Его правая рука, вооружённая, дразнит меня, продолжая запугивание вдоль линий моей шеи, в то время как левая скользит вдоль моего силуэта, хватая и приподнимая моё платье. Стиснув челюсти, он царапает мои бёдра и жадно ощупывает их.

— Используй своё воображение. Или, может, лучше воспользоваться моим. Если только это не пугает тебя слишком сильно.

Это не вопрос. Вот он снова начинает меня испытывать. Его зрачки пожирают меня, и я мгновенно осознаю истину, которую могут нести его слова. Честно говоря, да, мне страшно, потому что крошечная часть меня хочет, чтобы он трахнул меня, прежде чем он станет воспоминанием, убеждающим меня, что всё это лишь иллюзия.

— Мне не страшно. Не тебя я боюсь.

А себя.

Я больше задыхаюсь, чем говорю. Его глаза сужаются, он оценивает моё утверждение.

— Ты уже говорила это.

Я бросаю вызов, поднимая подбородок.

— И ничего не изменилось.

— Ты уверена? Ты же сбежала.

Потому что оставаться рядом с ним — всё равно что пройти сквозь пламя, идти босиком по раскалённым углям, ползти в ад.

Его ледяные глаза сверкают нездоровым блеском. В их глубинах я читаю, что он заставит меня заплатить за мой побег. Холодный пот стекает вдоль позвоночника.

— Страх, ммххх..., — обнюхивает он меня. — Ни с чем не сравнимо. Обожаю его проявления, эмоции, которые он вызывает. И его запах... чудо. Но больше всего...

Он бархатисто облизывает мою щеку.

— Я смакую его вкус, — продолжает он.

Сладострастный стон обжигает мои губы. Я никогда ещё не была так неспособна контролировать ход событий. Он знает это, потому что добавляет насмешливо:

— Ты не защитила себя так хорошо, как утверждала, да?

Я хотела бы отрицать, но это было бы бесполезно.

— А теперь вот что мы сделаем. Ты пойдёшь за мной без проблем, и я сделаю с тобой, что захочу! Когда захочу и как захочу!

Не дожидаясь моего согласия, он хватает моё запястье, выкручивая его до тех пор, пока моя спина не оказывается против его груди, а обе руки зажаты за мной. Неохотно, он толкает меня вперёд к своему пикапу.