Во второй части Джокер дважды рассказывает о происхождении своих шрамов, каждый раз переделывая историю. Он мифоман[119] или страдает от диссоциаитивного расстройства? Похоже, что король преступленого мира принадлежит ко второй категории, поскольку в 2016 году в 50-м выпуске «Лиги Справедливости» дается фундаментальный ответ о заклятом враге Бэтмена, который должен стать каноническим: с момента его криминального дебюта в костюм Джокера переодевались как минимум три разные личности. У колоритного преступника нет семьи, но он сам себе заменяет всех – это более или менее точно вписывающаяся в психологический портрет персонажа, созданного Грантом Моррисоном в сюжетной арке Batman R.I.P., согласно которой Джокер обладает сверхразвитым умом, способностью адаптироваться и трансформироваться по своему желанию, что создает впечатление, что он живет несколькими паралелльными жизнями. Основной интерес этого суперзлодея, очевидно, следует из его антагонистической природы: будучи заклятым врагом Темного рыцаря, он был создан в полном противоречии с его визуальными и поведенческими паттернами. В связи с этим Моррисон признается, что разыграл карту максимальной антиномии[120] при написании графического романа «Бэтмен. Лечебница Аркхем. Дом скорби на скорбной земле», опубликованного в 1989 году и проиллюстрированного Дэйвом Маккином, весело смешавшим кошмарные видения, карандашные рисунки, картины маслом и фотоколлажи:

«Джокер – в такой же степени болезненный, потрепанный, кокетливый и отмеченный определенным европейским декадансом, как Брюс Уэйн – американский Мистер Мускул. На мою версию Джокера повлияли Дэвид Боуи с точки зрения концепции и Джонни Роттен[121] с точки зрения физического облика, а также его исполнения. В этом смысле они оба – фрики, ведущие настоящую пантомимную войну»[122].