В своем эссе «Superman для масс. Риторика и идеология народного романа» Умберто Эко пишет: «Аристотель прекрасно понимал, что параметр приемлемости или неприемлемости повествования кроется не в самой истории, а в системе мнений, управляющих общественной жизнью». Трилогия «Темный рыцарь», вышедшая после событий 11 сентября, частично ориентирована на американскую аудиторию, знакомую с травмами, нанесенными атаками различных экстремистских группировок. Публика XXI века живет с этой угрозой и идентифицирует ее, как только она появляется на экране, независимо от очевидности намека. Как и любая эффективная террористическая организация, Лига Теней жертвует некоторыми из своих менее влиятельных членов, подобных смертникам Аль-Каиды или в последнее время «Исламского государства», как показано во вступительной части фильма, где персонаж Бэйна заставляет одного из своих подручных остаться в самолете, который они намеревались уничтожить в середине полета, чтобы среди обломков оказался один из их сотрудников. Те, кто когда-то искал справедливости, превратились в безжалостных палачей, слепо следующих за суровым и мстительным богом, который приказал им карать, а не исцелять.

По образцу ближневосточных террористических сетей, Бэйн и его приспешники вербуют детей из готэмского приюта Святого Свизина, пользуясь невзгодами самых обездоленных, еще молодых и податливых умов, чтобы предложить им новую семью и цель, как это сделал Ра'с аль Гул с Брюсом Уэйном в фильме «Бэтмен: Начало». Лига действует в условиях сектантской изоляции. План Бэйна – распространить эту изоляцию в масштабах всего города, чтобы он сам себя пожирал изнутри; вот почему он разрушает мосты, связывающие Готэм с внешним миром, как в прямом, так и в переносном смысле. Здесь очевидно вдохновение сюжетной линией «Ничьей земли», где город оказался предоставлен сам себе после землетрясения: еще в комиксах истоки Зла, которое должно было превратить Готэм в постапокалиптическую зону, управляемую исключительно законом сильнейшего, пришли из подвалов. Хотя привычные антагонисты сменяли друг друга в главе за главой, в этом цикле они не были главной угрозой: жители города, оказавшиеся пленниками катаклизма, представляли собой истеричную толпу, готовую на все ради выживания. Готэм-Сити был охвачен войной, и «Темный рыцарь: Возвращение легенды» продолжает тему людей, освобожденных от оков вырвавшимися из-под земли силами зла.

Помимо того, что Лига наказывает город так, как он того заслуживает по ее собственным стандартам, она также атакует символы американской цивилизации и популярной культуры: взрыв на стадионе Готэма в разгар Суперкубка, крупнейшего спортивного события в США, сравним с тем, что произошло 11 сентября 2001 года, когда с нью-йоркского пейзажа была стерта одна из эмблем американской экономической мощи.

После разрушения футбольного поля публичная казнь доктора Леонида Павла, похожая на те, что снимал Джокер в фильме «Темный рыцарь», несомненно, отсылает к обезглавливаниям, которые транслируются по всему миру через интернет-видеохостинги террористических группировок.

Эпизод, кстати, начинается с гимна США, исполняемого маленьким мальчиком, символизирующим американскую родину, дети которой представляют будущее, незыблемые идеалы и ценности поколения, стоящего сейчас у руля самой могущественной страны в мире. Чередующийся монтаж перебивает изображения ребенка изображениями полицейских в полной боевой готовности в подземных переходах города, болельщиков, поющих вместе с мальчиком, держа руку на сердце, футболистов и муниципального руководства Готэм-Сити. Все общество прониклось звуками этого «прекрасного голоса», как справедливо замечает Бэйн перед началом штурма. Лига Теней не просто наказывает Готэм, она атакует целую нацию, уничтожая ее символы. Никогда прежде ни один британский режиссер не отражал на экране столько гордости и страданий американцев, изображая целую нацию так: гордые, но ужасно измученные и легко ошибающиеся.