У меня есть пациентка, которую заводит чувство стыда и все ощущения, вызывающие стыд. Она не хочет заводиться от стыда, от фантазий о том, что о ней говорят плохое, ругают и говорят, что она никуда не годится. У нее были сложные и в достаточной степени полные оскорблений отношения в большой семье в детстве, и она часто задается вопросом, откуда подобное отношение взялось. Может быть, из детства, но это не меняет реальности, в которой женщина находится сейчас, стыдясь сильных фантазий.

Мир садомазохизма (СМ в БДСМ) довольно популярен. Около 11 % населения готовы признать активное участие в СМ (садомазохистских действиях), и 5–7 % говорят, что регулярно включают словесное унижение в свою половую жизнь, женщины чаще мужчин. Честно говоря, я считаю, в статистике заниженные цифры, потому что не каждый признается интервьюеру в своем желании чувства стыда в отношениях, и по своему опыту скажу: большинство пациентов уверяют в обратном.

Я знаю, есть терапевты, считающие, будто с пациенткой нужно проработать всю историю жизни, чтобы очиститься от стыда. Я не уверена. Мне кажется, на это могут уйти годы, и я скептически отношусь к тому, насколько такая терапия будет успешной. И не уверена, зачем осуждать эротические катализаторы. Женщинам иногда нравится, когда их называют «сучками», «потаскушками» или «стервами-шлюхами», и стоит прекратить принижать женщин, которые любят, когда их стыдят.

Это их право. Но нет, в нынешней культуре так не принято, привычнее думать следующее: поскольку секс должен быть по обоюдному согласию, он обязан быть ванильным. Моя любимая цитата из сообщества БДСМ — секс должен основываться на согласии. Иначе получилось бы… насилие!

В этом случае выбор пациентки ограничен. Она может попробовать отказаться от возбуждения, основанного на стыде. Это сложно, ведь человеческий разум достаточно тяжело перепрограммировать. Она могла, став взрослой, немного поменять установки, научиться использовать сексуальный разум как инструмент наслаждения эротическим опытом. Возможно, это означает, что партнер будет говорить постыдные вещи перед занятием любовью или попросит ее ползти по полу, чтобы достать его одежду. Можете считать это разновидностью ролевых игр. Но это может и должно быть по взаимному согласию, когда ей разрешается владеть эмоциями, которые, хотя и возбуждают, не являются здоровыми или эффективными в остальной жизни. Если они с партнером возбуждаются от ее фантазий, основанных на стыде, я скажу: «Вперед! Что тут такого!» И после того, как у них случится отличный, горячий секс, их сексуальные личности сменятся другими, и пара снова будет строить отношения на взаимоуважении, муж вновь станет тем, кто ходит в химчистку, моет посуду после ужина или приносит кофе по утрам. Вот уж действительно, что тут такого?