— Сто семь… — прошептал я, стоя на верхней палубе своего первого крейсера.

Когда мы прибыли на остров Садо, всё уже было готово к торжественной передаче. Все семьдесят пять катеров, тридцать военных кораблей и, конечно же, крейсер «Микадо» левитировали напротив острова, ожидая, когда новый владелец отдаст первый приказ. Но, чтобы сделать это, нужно было подписать бумаги, которых оказалась целая кипа.

Хитрые японцы… Проворчал я про себя, когда понял, что придётся вчитываться в каждый документ, который они мне подсовывали. Уверен, они специально разделили договора на каждый катер, каждый корабль, чтобы уничтожить мой мозг. Чтобы он вскипел, и я не смог обратить внимание на какие-то детали.

— Хлад! Выручай, я так больше не могу… — пришлось призвать на помощь друга, иначе я и правда кончусь в этом бесконечном ворохе бумаг.

— А что сразу Хлад? — заворчал айсварн. — Мне, между прочим, надо следить за паразитом, или ты забыл, что он в любой момент может вырваться?

— И не поспоришь… — я нахмурился.

Вот же гады бюрократические! Я захотел, подселить к ним паразита, чтобы жизнь мёдом не казалась, и главное — сидят, улыбаются… Но ничего… Сейчас я им устрою… Вновь проворчал я, окинув взглядом всех присутствующих…

Среди чиновников, которые привезли документы, не оказалось ни одного советника, не говоря уже о самом императоре. Все они сослались на срочные дела внутри империи. А документы… Так это же простая формальность. Мол, подпишите и гуляйте смело… Как говорится, счастливого пути! Чтоб вам пусто было!

Единственным спасением против бюрократии оказалась скорость. Пришлось задействовать все ресурсы по максимуму, чтобы ускорить процесс. В целом, все пункты договоров были одинаковыми. Прочитав один договор, можно было сказать, что прочитал все, но где-то же закрался подвох! Я точно знаю! Но куда они его запихнули? В какой из документов?

Подвох и правда нашёлся, правда, не там, где я его искал. Хитрожопые советники решили с лихвой окупить все потери, попыткой заграбастать себе часть диких земель. Они не лезли на континент по старой памяти. Не хотели будить русского медведя, который обязательно бы пошёл на них войной, когда понял, что началась экспансия.

Что же касалось хитрого договора, то я сам виноват. Предложил осваивать дикие земли вместе, но пункт о том, что пятьдесят процентов земель при этом отходили Японской Империи, был спрятан под микроскопическую звёздочку. Там спрятались и другие приколы, ведь земли эти переходили к ним навсегда, и уже Российской Империи не позволялось охотиться на них без ведома Японской Империи.

Ухмыльнувшись, я посмотрел на продолжающих улыбаться чиновников и прямо у них на глазах, порвал документ.

— Позвольте! — возмутился один из них. — Что вы делаете? Зачем же так?

— Я тут подумал немного… — ухмыльнувшись, я сжёг остатки документа. — Что не мне решить судьбу диких земель. Захотите обсудить — милости просим в гости к нашему императору.

Чиновник хотел ещё что-то сказать, но по ситу я был прав. Не может генерал-губернатор решать вопросы подобного уровня. И всё же, печать моего рода и подпись могли наделать проблем. Потом начнутся разбирательства, наши чиновники, их чиновники, слово за слово, начнут искать виноватых и выйдут на меня…

— А совместную охоту мы можем провести и без всяких бумажек. — добавил я. — Так и передайте новому императору.

— Как будет угодно… — другой чиновник слегка поклонился и принял правила игры.

Другие подводные камни тоже имелись, но касались они конкретно моей личности. Грубо говоря, я более не допускался в Японскою Империю и не должен был вмешиваться в её внутренние дела. Здесь они постарались на славу. Не только ограничили доступ как Чёрному Егерю, но и всем псевдонимам, под которыми мог скрываться Дмитрий Донской.

Не знаю, зачем им эти бумажки и перед кем они собирались ими трясти. Наверное, надеялись на мою сознательность, ведь если я захочу, то меня никто не остановит. И всё же, мне было немного обидно, ведь я фактически спас их… А спас ли? Или же они старательно делали вид? Что же… Здесь можно было сказать только одно: время нас рассудит. Прав я был или нет, но своих целей я добился полностью и вылетаю обратно с трофеями, которых хватит на небольшую империю. Доволен ли я был? Ещё бы!

Распрощавшись с чиновниками, которые были буквально счастливы покинуть мой крейсер, я вышел верхнюю палубу и начал считать катера. В итоге вышло сто семь. К семидесяти пять катерам, которые мне выдали, добавились три, доставшиеся мне от первого советника, ещё четырнадцать было у Хины и пятнадцать у Куроды. А вот военные корабли, которыми располагали рода, им отказались выдавать. Хина намекнула ещё и про крейсеры, но и так понятно, что всё это добыча нового императора. Смысла биться за них я не видел. Мы разошлись с Нарухито полюбовно, оставив нейтральный статус, и этого сейчас было достаточно.

— Полетели. — сказал я Вадиму, который тут же отдал приказ крейсеру трогаться…

* * *

— Куда же ты подевалась? — прошептал я, так и не сумев достучаться до Офелии.

Я даже у Марроха спросил, жива ли она. Он в этом плане сильнее меня и мог чувствовать подобные изменения в поле земли. Оказалось жива, но очень далеко от нас. Как я и предполагал, скорее всего, занимается восстановлением морей, пострадавших после действий Великого Чжулонга.

Взглянув на Марроха, который, развалившись на верхней палубе и принимал лунные ванны, я решил, что пора бы ему тоже заняться делом. Пока мы недалеко улетели, я смекнул, что было бы неплохо наладить связь. Поэтому выдав ему горсть артефактов связи и дар «эхо», я отправил Древнее зло на остров Садо. Пусть выдаст парочку на всякий случай, а потом создал ему целый маршрут, по которому он должен был посетить не только обитель Тамерлана, но и другие точки, создав там энергетические столбы. Дури в нём было достаточно, так что справится.

— Опять работать… — заворчал он, но меня-то не обманешь.

После стольких веков ничего неделанья он был счастлив порезвиться на свежем воздухе. Да, работёнка, конечно, мелковата, но, почему бы и нет? К тому же по пути я разрешил ему убивать всех Бедствий, которых встретит, с условием, что туши будет отмечать на карте. Мешочки с концентратом, если таковые будут иметься, так уж и быть, пусть забирает в качестве награды, а вот энергию из самих туш он поглотить не сможет. Я же не поленюсь и доберусь до них, чтобы пополнить свои запасы. Клинок тут же отреагировал слабой вибрацией, словно одобрял мои мысли…

(Форт «Восточный»)

Оборона форта к атаке оказалась откровенно не готова. Никто даже всерьёз не допускал мысли, что твари рискнут напасть днём. Да, информация по порождениям скверны или осквернителям практически отсутствовала, но основываясь на образе жизни хищников из других миров, было сделано ошибочное предположение, что твари охотились ночью.

Обычно хищники подобного уровня действовали по одному сценарию. Выходили на охоту в вечернее время, когда дневные обитатели уже перестают активничать, а днём, наоборот, отлёживались по своим норам, восстанавливая силы. Это и стало роковой ошибкой, которая стоила жизни многим солдатам у стены и за её пределами.

Но это была лишь часть проблемы. Главная заключалась в том, что противник действовал организованно. Слишком организованно. Недооценка этого пункта обошлась ещё дороже: первые ряды солдат и ополченцев приняли удар на себя и полегли почти без шансов.

Тварей перебрасывали в форт по воздуху, что сводило потери к минимуму. Но и там, они не метались хаотично, как это обычно бывает у диких зверей. Вместо того чтобы рвать друг друга в приступах голода или же отбирать добычу, они собирались в небольшие стаи и методично уничтожали сопротивление.

В глазах гадин, баррикады и укрытия, которые в основном располагались на перекрёстках, становились лакомыми кусочками или же консервами. Вскрывать их, набрасываясь небольшими стаями, было плёвым делом, после чего начинался кровавый пир. Правда было так не всегда, умные людишки смекнули и начали закладывать в подобные места снаряды и взрывчатку, а сами уходили в канализацию через люки. После того, как твари вламывались внутрь, всё взрывали вместе с ними.

И всё же, офицеры, которые должны были следить за порядком в форте, проявили себя хуже всего. В то время как сильные маги вроде Минина и Пожарского, пытались сдержать основной натиск на Великой Иркутской стеной, которая располагалась в нескольких сотнях километров от форта, штаб и силы самообороны пытались выправить ситуацию внутри форта.

Увы, но, желание обезопасить область от нашествий тварей, наоборот, сыграло злую шутку с руководством области. Получилось так, что обе структуры оказались отрезаны друг от друга сотнями километров, а значит, были предоставлены лишь самим себе. Более того, с каждой минутой ожесточённого сопротивления, сил становилось всё меньше и меньше, в то время как у противника они постоянно прибавлялись.

А когда над головами офицеров форта и ополченцев промелькнули летающие твари, похожие на искажённых гигантских орлов со рваными крыльями, и шестилапые твари размером с грузовики, которых те переносили в когтях, сомнения в победе и вовсе исчезли.

Монстров сбрасывали прямо на головы застывших от ужаса людей, после чего начиналась настоящая резня. Зенитные орудия и автоматные очереди приносили мало пользы. Всё сводилось к тому, что стреляли просто в воздух, в надежде кого-то зацепить. А твари, которые то появлялись, то исчезали, вели себя так, словно игрались, ввергая всех в ужас ещё сильнее.

Спустя первые полчаса форт захлестнула паника. Твари, используя невидимость, устроили настоящий пир. Они выныривали из изнанки на считаные секунды, наносили смертоносные удары и снова исчезали, не забывая забрать с собой добычу. Люди не успевали даже осознать, откуда пришла смерть. Крики, грохот выстрелов, команды, теряющиеся в общем шуме — всё слилось в сплошную какофонию звуков прямиком из ада. Не хватало лишь ночи и бесконечных пожаров, чтобы картина стала и вовсе апокалиптической.

Столкнувшись с невиданным доселе врагом, магам всё же удалось взять себя в руки, и оборона начала потихоньку приходить в чувство. Да, обычные методы борьбы оказались малоэффективны. Чтобы прикончить неосторожную тварь, требовались бронебойные патроны или усиленные снаряды. Поэтому потребовалось полное перевооружение и перегруппировка войск, которые заняли какое-то время.

Дальше началась настоящая охота, ведь осквернители сидели в изнанке до последнего, выныривая только в момент атаки. А сколько нужно времени, чтобы проткнуть податливое человеческое тело когтями и утянуть жертву обратно? Секунды. Иногда даже меньше. Вот и приходилось выщёлкивать гадин, применяя метод «живца»…

Живцами стали гиганты-мужчины в новых бронекостюмах, которые специально для них создал Резак. Благодаря дару «управления металлом», который отдал ему Дмитрий, мастер умудрился создать новый сплав, оказавшийся в несколько раз прочнее известных.

Закованные в броню с ног до головы, гиганты выходили на перекрёстки в качестве «живцов», привлекая внимание тварей разными способами. Кто-то разорялся во всё горло, кто-то начинал монотонно хлопать в ладоши или стрелять из автоматов. Главное — это работало, и твари, обгоняя друг друга, спешили к сочной добыче.

Каково же было их удивление, когда, выпрыгивая из изнанки, их ждала смерть. Снайперы, расположившись на крышах зданий, слаженно работали по тварям. Броневики с бронебойными снарядами от них не отставали, а гиганты, которые прекрасно видели тварей благодаря эхолокации, ловко уворачивались, чтобы не подставиться под удар.

Но так было не всегда и не везде. Да, ситуация начала выправляться, но с защитой большинства ополченцев и солдат, задействованных в обороне форта, дела обстояли гораздо хуже.

«Защитные покровы» первого и второго уровней, на которые рассчитывали многие, оказались почти бесполезны. Твари пробивали их с пугающей лёгкостью, словно лопали обычные мыльные пузыри. Защитные купола, которые разворачивали военные, и вовсе оказались бесполезны. Изнанка, будь она не ладна, сводила всё магические атаки на нет. Твари шли вперёд, вообще их не замечая…

И всё же, солдаты стойко держались. А после того как до офицеров начала доходить новая информация касательно борьбы с тварями, новые патроны и снаряды, начался новый вид противостояния. Твари больше не спешили напролом, чтобы набить брюхо. Они стали хитрее, стали выжидать момента, словно кто-то умный, после того как обжёгся, стал осторожнее. Началась настоящая игра в шахматы, где жизни с обеих сторон стали разменной монетой.

Штаб кипел от донесений. Связисты едва успевали передавать информацию, а адъютанты бегали от карты к карте, выставляя новые метки горстями. Доклады сыпались не только из форта и Великой Иркутской стены, но и из других поселений.

Картина складывалась крайне тревожная: нападение шло сразу по нескольким направлениям. Разведка снова дала сбой. Внутренняя служба безопасности проглядела подготовку противника. Никто не ожидал удара по всем фронтам одновременно, и теперь руководство расплачивалось за свою самоуверенность.

— Пора бы им уже появиться! — запустив огненный вал в сторону противника, проворчал Минин, продолжая отбиваться от тварей у подножья стены.

— Ты думаешь, что полчаса хватит, чтобы собрать воинов преодолеть такое расстояние? — Пожарский, вскинув руки, атаковал воздух сотнями огненных пуль, чтобы выявить летающих гадин. — Продолжай подсвечивать тварей, иначе мы все здесь упокоимся.

— Не дождёшься! — рыкнул Минин, с натугой, скрючив пальцы перед собой.

В сотне метров впереди появились пять огненных вихрей, в которых отчётливо виднелись силуэты тварей.

— Гаси уродов! — выкрикнул один из командиров, создавая над одной из гадин каменную плиту, которая уже через секунду обрушилась на силуэт видневшийся в огне.

Да, в изнанке достать тварей было сложно, но земляная, водяная и воздушные стихии прекрасно их блокировали, после чего происходил процесс погребения. Выбраться из глубоких ям здоровенные гадины уже не могли и оставались там навсегда.

Пока Минин откидывал противника всё дальше от стены, Пожарский разбирался с тварями, которым удалось добраться стен или же перемахнуть за них. Параллельно он вместе с Разцветовым, руководил постройкой рва. Никто не думал, что он вообще понадобится, но жизнь, сама внесла новые коррективы. Если это были всего лишь передовые отряды, никакая оборона не сможет выстоять долгое время.

— Наконец-то объявились… — с нескрываемым облегчением сказал он, глядя на небо, которое начало затягивать тучами.

Мелкими точками, что кружились в небе на грани видимости, оказались кромы и бестии, которые собирались создать над ближайшими землями скверны ледяную бурю. Она уже зарекомендовала себя в войне с Европой, теперь же поможет избавиться от полчищ тварей. По крайней мере, в штабе на это очень сильно надеялись…

(Чертоги Вердиса)

— Господин! — грозный голос генерала скверны отвлёк Хранителя от раздумий. — Атака началась!

— Да? — Вердис ухмыльнулся. — И как наш-ши уш-шпехи?

Вердис впервые шёл войной на людей. Сбежав когда-то в другой мир, он столкнулся со скверной, которая приняла его как родного. Взамен она попросила всего лишь пустяк… Захватить весь мир и положить его к ногам Повелителя.

Хранитель колебался недолго, странные разумные создания, которые даже и близко не напоминали людей, не вызывали у него никаких тёплых чувств, поэтому он исполнил просьбу, потратив на это примерно год.

Здесь же была другая ситуация. Он так жаждал мести над другими хранителями, что готов был положить к ногам Повелителя всё человечество. И плевать он хотел на угрызения совести, которые всё же иногда пробивались через его чёрную душу. Также он хотел плевать и на то, что когда-то являлся в этом мире Хранителем равновесия… Он прекрасно знал, что будут и другие миры, ибо процесс превращения всего живого в скверну придавал сил и ему самому.

— Людишки сопротивляются… — генерал скверны вновь вывел Вердиса из раздумий.

— Ш-оопротивляютш-шая? — с удивлением переспросил он. — Раш-шве такое вош-шмош-шно?

Вердис привык побеждать, и любое поражение у него вызывало искреннее удивление. Так же как это случилось с Карским и его девчонкой, который разбил Чёрный Егерь. Вот только где он сейчас, разведчики так и не смогли разузнать, а значит, и долгое сопротивление было невозможно.

— Возможно, — вопреки мыслям Вердиса, ответил генерал. — Сильные маги способны вылавливать осквернителей даже в изнанке. Они используют для этого массовые заклинания, которые и выдают тварей.

— Однако… — Вердис нахмурился. — Какие предложения?

— Господин, позвольте нам выступить! — с нотками нескрываемой злобы попросил он и поклонился. — Уверяю вас, к вечеру я принесу вам головы самых сильных магов, что были в этом паршивом форте!

— Хорош-шо… Отвечаеш-ш головой… — Вердис одобрил план с оговоркой.

— Благодарю вас, господин! — генерал оскалился и развернувшись, поспешил покинуть зал, чуть ли не вприпрыжку от радости…