1 мая

Привет, дневник! Меня зовут Марта Горелик, сегодня (1 мая 1957 года) мне исполнилось 14 лет, и с сегодняшнего дня я начинаю вести новый дневник. В жизни нашей семьи происходят большие перемены. Новая жизнь – новый дневник.

Всегда так сложно начинать писать с чистого листа, но я попробую.

Итак! Я дочь известного производителя стекол и зеркал из Польши. Моего папу, Кшиштофа Горелика, все называют «зеркальным бароном» за его умение создавать красивые зеркала, которые известны во всем мире. В прошлом году ему предложили перебраться жить и работать в СССР на очень выгодных условиях. Папа не мог отказаться, и нам нужно перебраться в столицу Советского Союза – Москву.

Сразу же после того, как папа дал согласие на переезд, в Москве начали строить дом для нашей семьи. Представляешь, дом специально для нас, для семьи из Польши, в живописном парке в Москве. Конечно, мне очень не хочется уезжать из своего настоящего дома, здесь остаются мои друзья, школа и все, к чему я привыкла, но и, естественно, отказаться я не могла.

Моя мама, Кая Горелик, тоже не хочет никуда уезжать из родного города. Она даже сначала поругалась с отцом и несколько дней с ним не разговаривала. Но папе как-то удалось ее уговорить, и поэтому всей семьей мы сейчас едем в поезде в сторону Москвы. И сегодня уже должны увидеть наш новый дом.

Я этот дом еще не видела, а только слышала о нем по рассказам отца. Если там все так, как он описывает, то мне понравится в нем жить. Интересно, какие там люди? Такие же, как мы?

2 мая

Приехали вчера вечером, устали с дороги, поэтому пишу только на следующий день.

Вот это да! Такие мои первые впечатления от нашего нового дома. Это большой двухэтажный дом с несколькими спальнями, большой гостиной, есть отдельный кабинет для папы, а для мамы большая и просторная кухня. Небольшой дворик, огороженный глухим забором с коротко подстриженной лужайкой. Дом светлый, с большими окнами и дорогими портьерами. А еще тут есть большой чердак с единственным небольшим и круглым окном. На этом чердаке я сделаю свое тайное укрытие от родителей, когда мне захочется побыть одной.

В общем, пока мне все очень нравится. А сегодня днем папа позвал нас гулять по местному парку…

3 мая

Парк, в котором мы поселились, называется Лефортовским, это один из старейших парков Москвы. У него длинная история, которая начинается с начала XVII века. В парке имеется семь (!) прудов и даже есть канал и грот Растрелли. А еще тут совсем рядом находится Екатерининский дворец, ты представляешь? Откуда я это знаю? А мне это рассказал местный мальчишка, с которым мы вчера познакомились на прогулке. Зовут его Миша Седов. Очень интересный и обаятельный молодой человек. Ему 15 лет, и он выше меня на целую голову. А живет он тут совсем рядом, в десяти минутах ходьбы от нашего нового дома. Надеюсь, что мне удастся с ним как следует подружиться.

Еще Миша рассказал мне, что хорошо знает наш дом, и так как он почти каждый день гуляет в этом парке, он видел, как идет строительство. Но вот что самое неприятное, так это то, что он назвал наш дом «проклятым». Конечно, меня не могло не возмутить такое обидное прозвище. На что он мне ответил, что так называют наш дом в народе. И что, когда дом только начинали строить, тут произошел несчастный случай со сторожем – он зимой поскользнулся и разбил себе голову.

После гибели несчастного сторожа на стройке стали происходить необъяснимые вещи. Несколько раз возникал пожар, как сказал Миша, «на ровном месте». Обрывался трос у крана, который ставил бетонную плиту, и чуть не угробил несколько человек. А еще он рассказал, что охранники стали меняться каждый месяц, что никто больше не выдерживал и увольнялся. Все они говорили, что будто видели тут приведение человека, скорее всего, того охранника, который поскользнулся и погиб. И теперь он ходит по стройке и устраивает козни живым.

Я, конечно, не поверила ему, что за бред? Какой-то деревенский фольклор.

9 мая

Сегодня 9 мая, большой праздник. Весь город украшен красными флагами и символами «Серп и Молот». А вечером обещают красивый салют.

Мне тут все больше нравится. Люди приветливые и счастливые, совсем не похожи на нас, но это их не портит.

Больше пока писать нечего, так как ничего интересного не происходит. Мишу после первого знакомства я больше не видела. Папа все время на работе, а у мамы постоянно с кем-то встречи, звонки и всякая неинтересная возня. Я же обустраиваю свою комнату на втором этаже.

10 мая

Празднование Дня Победы прошло великолепно. К нам в дом приехало много гостей, и даже была «живая» музыка. А вечером, как и обещали, был грандиозный салют. С чердака нашего дома я видела каждый залп, каждую светящуюся частицу. Это было превосходно.

Но все же праздничное настроение подпортило одно неприятное происшествие. Сегодня утром мы проснулись и увидели, что все окна в нашем доме разбиты. Если точнее, то они остались стоять в рамах, но треснуты паутинкой. Такое впечатление, что в окна кидали камнями. Что странно – никто из нас не слышал ударов по стеклу, и то, что каждое стекло разбито ровно в центре. Не знаю, как это возможно, чтобы каждый камень попал именно в центр стекла.

Папа вызвал милицию. Они обещали провести расследование и найти хулиганов.

13 мая

Все напрасно, никого милиция не нашла. Испорченные стекла заменили в тот же день и усилили охрану в парке. Только мы начали забывать об этом неприятном инциденте, как произошел новый.

Похоже, что кто-то сегодня ночью проник в наш дом и разбил все зеркала таким же способом, как и три дня назад окна. Точный удар в самый центр зеркал сделал их непригодными для пользования. Насколько я понимаю, это чья-то месть моему отцу с намеком на его деятельность, он же «зеркальный барон».

Из-за этого я немного поругалась со своими родителями. Хотя они не сказали мне этого в глаза, но было видно, что они обвиняют меня, что это я бью стекла в знак протеста из-за переезда…

Сегодня днем во время прогулки в парке встретила своего нового знакомого Мишу, который рыбачил на одном из прудов какой-то корягой вместо удочки. Я ему рассказала про то, что хулиганы бьют стекла и зеркала в нашем доме, на что он мне с серьезным видом ответил, что это проклятый призрак сторожа против того, чтобы мы тут жили. Вот дурак! Я ему так и сказала. А потом развернулась и ушла к себе домой. Больше не хочу и не буду с ним видеться.

14 мая

С родителями помирились, больше они меня не обвиняют. Но этой ночью тоже было небольшое приключение: загорелась проводка в подвале. Весь дом провонял горелыми проводами, а мы на весь день остались без света. Не могу понять, как такое может быть – абсолютно новый дом, а уже проблемы с проводкой.

Уж не знаю, что там такое случилось, но, видимо, что-то серьезное. Сейчас уже наступил вечер, а света в доме все еще нет. Пишу при свечке. Может, я немного драматизирую, но не зря ли мы сюда переехали? Посмотрим…

15 мая

Так мы и ночевали без света в доме. Казалось бы, ну что в этом такого? Никогда без света не ночевала раньше? Бывало, конечно, но в этом доме как-то жутко и темнота темнее, чем в нашем доме в Польше (такое вообще может быть?). У меня ощущение, что нам тут не рады. Не знаю, откуда я это взяла. Может, из-за рассказов этого дурака Миши? Но сегодня мне приснился странный сон, хотя я не совсем уверена, что это был сон… Я так и не смогла разобраться, что это было, поэтому предположу, что это был просто очень реалистичный сон.

Я уснула поздно ночью, где-то после двенадцати часов, при зажженной свечке, от которой оставался маленький огарок, около одного сантиметра. Ровно в два часа ночи я открыла глаза. Не могу сказать, что я просто проснулась среди ночи, нет. Я спала и вдруг открыла глаза, будто кто-то мне их открыл. И только после этого уже мой мозг стал просыпаться. Я посмотрела на свечу, и странно, но огарок был гораздо больше, чем когда я засыпала. Не придав этому особого значения, я перевернулась на другой бок и услышала детский голос, который тихо позвал меня по имени. Я села на кровати и прислушалась. Голос снова позвал меня откуда-то со стороны зеркального шкафа, который стоит в дальнем углу моей комнаты. И вот только сейчас я увидела, что в зеркале шкафа стоит девочка, точная копия меня, только она очень бледная и одета в белую ночную рубашку (никогда их не носила, потому что жутко раздражают). Я смотрела на зеркало и не могла отвести взгляда, мне кажется, что я даже перестала дышать. «Марта! – снова позвала меня девочка из зеркала, – подойти ко мне, не бойся». Я не хотела, видит Бог, не хотела вставать, мне было жутко страшно, но все же я встала и подошла к ней против своей воли. В это время отражение меня внимательно рассматривало с ног до головы. «Ты кто такая?» – спросила я, на что она как-то злобно улыбнулась и крикнула: «Ты!»

В следующий миг картинка перед моими глазами меняется. Я стою около стекла и смотрю в свою комнату, в которой никого нет. Более того, я стою в той самой ночнушке, в которой только что было отражение. До меня доходит, что это я смотрю на свою комнату из того самого зеркала и в кровати сплю реальная я. Обернувшись назад, я вижу все предметы своей комнаты в зеркальном отражении. И вдруг зеркальная комната загорается красно-зеленым пламенем. Я прижимаюсь к стеклу, стучу по нему ногами и руками и старюсь разбить его, но ничего не получается, оно вибрирует, но не разбивается. Огонь становится все сильнее и быстро подбирается ко мне. А в той комнате, которая находится за стеклом, все мирно и спокойно, и настоящая я спит и ничего не подозревает. Мне становится невыносимо жарко, и я продолжаю со всей силы бить в стекло. И вот оно наконец трескается в самом центре, а «паутинки» расползаются по всему стеклу. Что еще более странно, та девочка (то есть я), которая была в комнате и спала, проснулась от звука бьющегося стекла и со страхом смотрела на меня. Но вот пламя добралось до меня вплотную. Сначала загорается подол моей ужасной ночнушки, а через секунду я полностью охвачена огнем. Я горю, но не чувствую боли, а вторая я смотрит на меня с испугом.

И тут я просыпаюсь в своей постели, тяжело дыша. На улице уже утро, за окном светло и поют птицы. Первым делом я посмотрела на зеркало, оно было разбито. Затем на свечу, как ни странно, она была целая. Как такое может быть? Но это не самое странное. Еще мои волосы сильно пропахли дымом от пожара. Это заметила даже моя мама, когда пришла пожелать мне доброго утра. Она была, мягко говоря, шокирована, что от меня пахнет костром и что в очередной раз зеркало разбито. Теперь у родителей почти не осталось сомнений в том, что это я бью стекла и зеркала в доме.

16 мая

Света в доме так и нет. Приходится постоянно пользоваться свечками, хорошо, что их у нас в достатке.

Я уже ненавижу наш новый дом. Сегодня произошел еще один странный случай. С утра папа, как всегда, отправился по рабочим делам. Дверь в мою комнату была открыта, а я сидела и наблюдала в окно за гуляющими в парке людьми. Дома, кроме меня и мамы, никого не было. И вот до меня доносятся звуки с первого этажа, как моя мама с кем-то разговаривает. Я не могу разобрать ни слова, но она что-то бодро обсуждает и смеется. Сначала я подумала, что это она с кем-то говорит по телефону, и не придала этому значения. Но потом я услышала вопросительную нотку в голосе мамы. Видимо, ответа не последовало, и она повторила свой вопрос громче. Ответа не было. И уже совсем громко – она позвала меня. Я сразу откликнулась и быстро спустилась к ней на первый этаж. Я спросила: «Что случилось?». А она: «Куда ты так быстро убежала и откуда у тебя эта странная ночнушка?» Я пыталась ее уверить в том, что я была в своей комнате и никуда не ходила, но мама не желала меня слушать. По ее словам, я спустилась со второго этажа в ночнушке, и мы разговорились о прекрасной погоде и о том, что как хорошо, что все здоровы. И якобы я даже пошутила над моим единственным знакомым, Мишей, и назвала его сутулым гномом. Маму это развеселило, так как она знает, что он выше меня на целую голову. А после этого я якобы сразу же побежала наверх. Мама вдогонку мне крикнула, мол, почему я еще в ночнушке, и вообще, где я ее взяла, но ответа не последовало. И когда она несколько раз громко повторила вопрос, уже я спускалась в нормальной одежде.

Доказывать ей, что это была не я, абсолютно бесполезно. Она меня и слушать не желает. Теперь у меня возникает такой вопрос: если одна из нас сходит с ума, то кто именно? Если мама говорит правду – у меня проблемы с психикой и памятью, если говорю правду я – у мамы начались галлюцинации. Оба варианта меня очень расстраивают.

25 мая

Привет, дневник. У меня не было никакого настроения писать после того, что случилось, но все же я решилась. Наконец-то я смогла заставить себя снова писать. За последние полторы недели произошло немало странных событий в нашем проклятом доме. (Миша оказался прав, что дом проклят! Больше сомнений нет!) В доме живет зло! И зло это приобретает мой облик и мучает мою маму. Оно хочет нашей погибели. Но обо всем по порядку.

Для начала хочу сообщить, что, находясь в этом доме, нельзя быть уверенной, что ты одна и что за тобой никто не наблюдает. Поначалу это было не так явно, но с каждым днем ощущение усиливается. Ночью и днем в доме постоянно раздаются какие-то звуки: то скрипнет паркет, то захлопнется дверь, то слышен женский смех. То звук падающего с высоты предмета. Но каждый раз приходя на место предполагаемого источника звука, ни я, ни Софья не находим ровным счетом ничего. Это очень странно и жутко, потому что в доме больше никого нет. Но продолжим, и так…

Вечером того дня, когда мама якобы видела меня в ночнушке, она сильно заболела. И это не просто какая-то простуда или ангина, все гораздо хуже: она слегла с большой температурой и периодическими потерями сознания. Конечно, папа позвал самых лучших врачей, но ни один из них не смог поставить диагноз. А маме с каждым днем становится все хуже. Она почти все время спит или лежит без сознания, температуру сбить не удается.

Папа очень занятой человек и не может постоянно находиться дома рядом с больной мамой, поэтому он нанял сиделку Софью. Она неплохо справляется со своими обязанностями: ухаживает за мамой, кормит ее. Хотя у мамы все время нет аппетита, и уговорить ее съесть хотя бы одну ложечку супа очень сложно.

Мама изрядно сдала. За это время она сильно похудела, появились большие круги под глазами. А вчера я заметила, что у нее стали выпадать ее роскошные длинные волосы.

Но самое страшное – это то, что моя мама больше не хочет меня видеть. Все дело в том, что с самого начала болезни ей снились кошмары, в которых я хожу по дому, бью стекла и поджигаю его.

Вчера утром я сидела у себя в комнате, папа ушел на работу, а Софья занималась стиркой белья. Вдруг я услышала дикий крик мамы из ее комнаты. Я вбежала в спальню родителей и увидела, что мама сидит на кровати с испуганными глазами и держится за горло. При виде меня она закричала, чтобы я уходила прочь отсюда, что я ей больше не дочь. Она продолжала кричать до тех пор, пока я не выбежала из комнаты вся в слезах.

Софья позвала врача, который дал маме успокоительное, и она уснула. Но перед сном мама успела рассказать, что случилось. В тот момент она не спала, открылась дверь, и в спальню вошла ее дочь, то есть я. Я выглядела точно так же, как и в тот день, когда мама заболела. Ужасная ночная рубашка, распущенные волосы и босые ноги. На вопрос мамы, что со мной случилось, я подошла к ней со злобной улыбкой и стала ее душить. По словам матери, руки у меня были ледяными и ужасно сильными. Мама сразу закричала, и я убежала в коридор, а спустя мгновение опять вбежала в комнату, только уже переодевшаяся.

Врач сказал, что это галлюцинации и что это естественно для такой высокой температуры. Но вечером с работы пришел папа и осмотрел внимательно ее шею. Оказалось, что там действительно есть следы, как будто ее пытались душить.

Но это была не я! Я бы никогда не сделала ничего плохого маме, ведь я очень сильно ее люблю и переживаю за нее.

Не могу больше писать, слезы текут рекой. Продолжу потом…

26 мая

Привет. Я немного успокоилась и могу продолжить рассказывать о том, что происходит в нашем новом доме.

Дело в том, что эту галлюцинацию видит не только мама, но и я, и мамина сиделка Софья. Сначала это было во сне, как я уже описывала, но потом я ее стала замечать и наяву.

На следующую ночь после того, как заболела мама, я проснулась среди ночи и увидела, что возле окна кто-то стоит. Сквозь темноту я смогла разглядеть женский силуэт, который стоял ко мне спиной и смотрел в окно через тюль. Я спросила у нее, кто она такая, а когда гостья повернулась, я увидела девушку, как две капли похожую на меня, только с красными глазами и бледной кожей. Это та самая особа, которая была в моем недавнем страшном сне. Я была в ужасе и не могла сказать ни слова. А тем временем она отвернулась от окна и стала быстро приближаться ко мне. Было такое ощущение, что она хочет наброситься на меня. Я собралась с силами и смогла негромко крикнуть: «Помогите!».

На счастье, это сработало. Она побежала к зеркальному шкафу и, когда до него оставался всего один шаг, растаяла в воздухе.

А затем она появилась внутри зеркала ко мне спиной и ушла вправо за зеркало. Я вскочила и подбежала к шкафу, но там было только мое обычное отражение.

Я никому не рассказывала про ночную гостью, не хочу, чтобы меня считали сумасшедшей.

После этого я ее видела еще два раза, но это было уже днем. В первый раз я, как всегда, была в своей комнате с открытой дверью и читала книгу. Мое внимание привлекли легкие шаги в коридоре. Я подняла глаза и увидела, как мимо моей двери прошла та самая девушка в ночнушке, которая очень похожа на меня. Она посмотрела на меня, жутко улыбнулась и пошла дальше. Я подбежала к двери и выглянула в коридор, но там уже никого не было. После этого я всегда закрываю свою дверь.

Второй раз я видела ее, когда сидела в комнате родителей и держала маму за руку. Мама мирно спала, а я вспоминала те счастливые дни, когда она была здорова. Не знаю, что меня заставило повернуться и посмотреть в зеркало, которое висело в спальне. Но в нем я снова увидела ту злобную девочку, похожую на меня. Она стояла за зеркалом и с интересом смотрела на нас с мамой. Я вскочила и крикнула: «Что тебе нужно?» Она ничего мне не ответила, а только развернулась и ушла в сторону.

Кто она такая и что ей нужно от нас? Почему она не оставит нас в покое? У меня нет ответов на эти вопросы.

29 мая

Свет в доме так и не починили. Вернее сказать, горелую проводку в подвале заменили, но свет так и не появился. Говорят, что где-то перебит кабель на подходе к дому и найти разрыв пока не удается.

Пару дней было спокойно. Мама периодически просыпалась, и ей даже немного удавалось поесть. Меня так и не хочет видеть. Считает, что это я хотела ее задушить.

Но сегодня днем неожиданно вспыхнуло несколько картин в доме. Хорошо, что я и Софья смогли их быстро потушить – папы дома не было. А после того, как потушили, со слов Софьи, она вошла в спальню родителей и увидела девушку, очень похожую на меня, которая сидела на краю кровати и держала маму за руку. Софья позвала ее моим именем, и она обернулась, злобно улыбаясь. А после этого растворилась в воздухе.

Думаю, что пора уже рассказать папе, что происходит в этом проклятом доме. Сегодня же вечером все ему расскажу.

30 мая

На удивление, папа воспринял мой рассказ довольно серьезно, спасибо Софье, которая меня поддержала. Оказалось, что папа тоже иногда видит девушку, очень похожую на меня. Несколько раз она стояла около кровати возле мамы. И он тоже слышит топот и женский смех по ночам. И он объяснял себе это расстройством из-за тяжелой болезни мамы. А один раз он проснулся среди ночи от того, что кто-то резко сдернул с него и мамы одеяло. Оно взлетело над кроватью и стало закручиваться, превращаясь в своего рода канат. Один край одеяла обмотал папину ногу, а второй потянулся к стене в сторону зеркала. Папа сопротивлялся, но одеяло не хотело его отпускать и все сильнее тянуло. Другой конец «каната» уже дотянулся до зеркала и, как выразился папа, «перевалился за стекло». Одеяло исчезало в зеркале, увлекая за собой и моего папу. Когда его нога уже уперлась в стекло, папа почувствовал сильный жар в пятке, он посмотрел в зеркало и увидел в отражении меня в ночнушке, окруженную огнем. Я смеялась, как безумная, и тянула на себя одеяло, которое держало папу. Тогда он громко позвал меня по имени и ударил свободной ногой по зеркалу. Девушка внутри перестала смеяться, и все резко исчезло. Папа очутился посередине комнаты, обмотанный одеялом. И, конечно, в зеркале никого не было. До конца ночи он уже не сомкнул глаз. И потом не стал никому рассказывать про это происшествие, потому что решил, что это был просто кошмар, и не хотел меня пугать.

Нужно срочно убираться из этого дома, но врачи говорят, что мама очень слаба и любое волнение может закончиться для нее трагедией.

В общем, папа решил посоветоваться с какими-то людьми о том, что у нас происходит, и завтра все расскажет.

2 июня

Дело оказалось намного серьезнее, чем предполагал мой папа. Ему посоветовали срочно вызвать человека, который изгоняет зло, – экзорциста. Так как в этой стране не верят в приведения и во все потустороннее, тут очень тяжело найти настоящего специалиста в этой области, пришлось экстренно вызывать из Польши известного экзорциста Теофила. Ничего про него не знаю и никогда даже о нем не слышала. Но сегодня вечером он прибудет в наш дом. Надеюсь, что это положит конец нашим страданиям, а больше всего хочу, чтобы он помог моей маме.

3 июня

Приехал Теофил. Это странный пожилой человек с седой бородой, глубокими морщинами и длинными волосами. Он одет в черный кожаный плащ и шляпу с полями, а на груди большой серебренный крест. В целом выглядит он не очень презентабельно, но какая разница? Лишь бы смог помочь нашей семье.

Сразу же по приезде он обошел весь дом, заглянул в каждый угол и постоянно что-то говорил, причмокивал, будто смаковал собственные слова. Но я не могла понять ни слова, по-моему, он говорил на латыни. Еще одна странность в его поведении: он подолгу стоял возле каждого зеркала и смотрел в него, будто что-то выискивая. После побыл возле кровати с больной мамой, потрогал ее лоб и подержал за руку, но ничего не сказал. Обход дома длился примерно два часа, а после этого они с моим папой уединились в папином кабинете и что-то долго обсуждали. Мне удалось выяснить, что в этот момент папа ему все рассказал в подробностях. Все, что видели он, я и Софья.

Результат этой встречи такой: экзорцист сказал, что в доме поселился демон. Пока неясно какой и что ему нужно, но его поведение говорит о том, что мы находимся на его территории, и, похоже, он хочет от нас избавиться. Сегодня мы должны закрыть все зеркала в квартире деревянными крестами, чтобы демон в моем облике больше не мог проникать в наш дом. А экзорцист вернется в половине двенадцатого и попробует помочь нам избавиться от злого Демона, как он сказал.

Мы с папой сделали все, как велел Теофил, ждем наступления ночи.

4 июня

Боже, Боже, Боже! Это проклятье. Я до сих пор не могу прийти в себя, хотя уже полдень следующего дня. Воспоминания о событиях прошлой ночи заставляют меня забиваться в угол и без остановки молиться. Попробую здесь описать, как все происходило.

Как и обещал, Теофил пришел ровно в половине двенадцатого ночи. Для начала он проверил, что его указание выполнено и все зеркала в доме закрыты деревянными крестами. Потом он пошел в родительскую спальню и нарисовал мелом на полу круг, а в центр положил небольшое зеркальце, которое принес с собой. В центр этого зеркала он положил маленький металлический крестик и на каждый его угол поставил по одной зажженной свечке. Как он объяснил моему отцу, зеркало – единственный проход в дом для демона, а маленький крестик ослабит его силы, но позволит выйти наружу. И вот когда он появится в комнате, Теофил изгонит его молитвами из его книги. Боже милостивый, если бы мы знали, чем все это закончится, то ни за чтобы не позволили бы ему это делать.

Он встал у стены, противоположной от кровати, возле зеркала, забитого крестом, достал большую книгу в кожаном переплете и начал ее читать вслух на латыни. Я, папа и Софья встали около двери и наблюдали за тем, что будет дальше, зажав в руках большие распятия. Первые несколько минут было тихо, даже слишком тихо. Потом мама, не приходя в сознание, начала негромко мычать и мотать головой, будто ей снился кошмар. Вдруг мы услышали звук лопнувшего стекла и обернулись на большое зеркало на стене. Оно было треснуто, а внутри стояла та самая девочка в ночнушке. Папа и Софья тоже узнали эту девушку, именно ее они видели раньше. Она смотрела на нас жестоким взглядом, а в глазах ее загорался маленький огонек (реальный огонь). Демону удалось высунуть голову из зеркала между дощечками креста, она будто выглядывала из заколоченного окна. Повертев головой в разные стороны, она смогла увидеть Теофила, который стоял в центре комнаты и продолжал читать свою книгу. Затем девочка-демон схватилась двумя руками за горизонтальную рейку, которая была частью креста, и из-под ее рук вспыхнул яркий огонь, который превращал деревянный крест в черный уголь. После этого демон как-то злобно улыбнулся, быстро вернулся обратно в зеркало и сразу же исчез.

Но спустя несколько секунд я увидела, что в зеркале, которое лежало посередине круга со звездой, появилось мое злобное лицо. Я точно расслышала слово, которое прошипел жуткий демон из зеркала, – «заткнись». Видимо, экзорцист тоже услышал и стал читать еще громче. Тогда демон ушел глубоко внутрь зеркала и, не знаю как, выпрыгнул оттуда, оказавшись посередине комнаты в полный рост. Мы с ним похожи как две капли воды, только у него злое лицо. На появление демона в комнате отреагировала и мама, она во сне позвала меня по имени. Демон снова прошипел: «Заткнись, я сказала!» Теофил не останавливался. Тогда демон махнул рукой, и, о боже, ноги моей мамы запрокинулись наверх и потянулись к потолку. Она повисла над кроватью кверху ногами лицом к стене. После мама развернулась лицом в комнату, а спиной прижалась к стене. Она висела кверху ногами на стене над кроватью, ноги ее были перекрещены, руки были раскинуты по сторонам. В таком виде она напоминала перевернутый крест (живое перевернутое распятие) – символ Сатаны.

Я вскрикнула, а папа хотел побежать на помощь маме, но демон злобно посмотрел на него, и папу тут же отбросило к двери невидимой силой. Теофил перестал читать книгу, зажал свой крест в руке, вытянул руку и подошел к демону со словами: «Изыди, нечисть, оставь эту семью и дом в покое». И каково же было наше удивление, когда демон спокойно вышел из круга, подошел к экзорцисту и с улыбкой схватился за крест. По правде сказать, этому удивился и Теофил. Он сказал, что этого не может быть, они боятся креста, боятся святого круга. Демон с силой сжал металлический крест, все его грани погнулись, как картонные, после этого он грубо вырвал крест из рук экзорциста и отбросил на пол, как бесполезный кусок металла.

После этого злой дух вытянул руки перед собой, а Теофила отбросило к стене. Бросок был такой силы, что на штукатурке появились трещины, а тело экзорциста сползло на пол. На стене остались жуткие кровавые потеки.

Злобный демон повернулся к нам лицом, и мы увидели, что в его глазах горит огонь. Он продолжал улыбаться, а потом рассмеялся так громко, что у нас чуть не заложило уши. Мы стояли и не могли пошевелиться от страха, а он подпрыгнул высоко вверх, сделав оборот в воздухе, и, оттолкнувшись босыми ногами от потолка, влетел обратно в зеркало экзорциста, которое так и лежало на полу. Это напоминало то, как ныряльщики с большой высоты подпрыгивают вверх, а потом делают сальто и падают в воду вниз головой.

Как только жуткий демон скрылся, зеркало разлетелось на мельчайшие осколки, которые порезали всех присутствующих в комнате. Мама упала на кровать, так и не приходя в сознание. По всему дому чуть не начался пожар, потому что одновременно загорелись все кресты на зеркалах. Хорошо, что мы сразу сообразили, в чем дело, потушили их и оторвали от зеркал.

Это было настолько жутко. Я очень боюсь оставаться в этом доме. Что будет с нами? А самое главное – что будет с моей любимой мамой?

Избавься от него или больше не увидишь свою мать!

Что? Что это такое? Кто это написал?

Я села за дневник на следующий день после событий вчерашней жуткой ночи и увидела эту надпись. Это точно не я писала. Я спросила у папы, он сказал, что не трогал мой дневник. Но в доме никого не осталось, кто бы мог это написать. Мама так и лежит без сознания, Софья в ту же ночь ушла, она сказала, что больше не вернется в этот проклятый дом. Возможно, остается только Теофил, но он не заходил в мою комнату, он с папой был все время в гостиной, там же он и спал.

Я пробовала зачеркивать эту надпись и проливать на нее чернила, но она все равно проступает, а мои чернила обесцвечиваются. Не могу избавиться от нее. Я пробовала вырезать ножницами и даже вырывала листок с этой надписью и сжигала его, потом закрывала дневник, а когда открывала его снова, видела, что все остается на своих местах.

6 июня

Это чудовище забрало мою маму. Оно убило мою маму и проклятого экзорциста. Если бы его не было, может, мама была бы жива.

Я в отчаянии, не знаю, что мне делать. Она выполнила свою угрозу. Хотя я папе говорила, что она предупреждала, чтобы мы избавились от экзорциста. Но кто станет слушать подростка. Попробую описать ту жуткую картину, что произошла вчера.

Экзорцист подготовился к следующей ночи. Он решил поставить ловушку для злого духа. Говорил, что если ему удастся поймать его, то мама сразу же выздоровеет и мы покинем этом дом и эту чертову страну с ее демонами. Я не знаю назначения многих приборов, которые он выставил в комнате, но было их не меньше пяти. Повсюду повесил зеркала, на которых написал какие-то тексты на латыни. Вокруг кровати, где лежала мама, выложил листки старой книги, на которых были написаны то ли заклинания, то ли молитвы, похоже, что они должны были защитить маму от приведения. Выдал мне и папе пузырьки со святой водой, чтобы мы могли отпугнуть злого духа.

Когда наступила ночь, экзорцист сел посередине комнаты и начал снова читать свою книгу на непонятном мне языке. Сразу же стало дергаться пламя свечей, и из большого зеркала за спиной Теофила вышел демон, который, как и прежде, был похож на меня как две капли воды. Он с интересом оглядел комнату, обошел вокруг читающего Теофила и направился к маминой кровати. Но у него на пути лежали листы со священными текстами, и злой дух остановился. Он посмотрел на меня какими-то жуткими, угрожающими глазами, а затем повернулся к читающему Теофилу и улыбнулся. Тут же зеркало, из которого он только что вышел (а оно было самое большое в этой комнате, почти в человеческий рост), странно лопнуло. От центра к краям, образовывая ровные треугольные осколки. Не успели мы понять, что происходит, как эти осколки вылетели из рамы и полетели в Теофила, как ножи. Это было ужасно! Они изрезали его тело на кусочки, будто это не человек вовсе, а бумажный макет.

В момент тело экзорциста превратилось в окровавленную горку из кусков плоти. Я закричала и крепко зажмурила глаза, а когда открыла, то приведения в комнате уже не было. Только большая лужа крови и останки Теофила в центре комнаты и разбросанные повсюду обрывки листков, которые он раскладывал вокруг кровати. А на кровати лежала мама – бледная, с широко открытыми глазами и застывшей гримасой ужаса на лице.

Слезы постоянно текут по моим щекам. Мне тяжело собраться с мыслями. Не могу больше ничего писать.

P. S. Папа сказал, что сегодня же днем мы уедем из проклятого дома. Скорее бы, не могу и минуты тут находиться.

7 июня

Будь проклят этот дом вместе со злым духом, или приведением, или демоном, уже не знаю, как правильно его называть! Это злобное приведение задумало что-то ужасное. Мне страшно. Я практически не остаюсь одна, все время держусь возле папы. Хотя он, видимо, тоже боится.

Папа хотел отправиться за помощью – обратиться в милицию и в больницу, чтобы бедное тело мамы увезли и забрали останки Теофила. Но! Он не смог выйти из дома. Как потом выяснилось, никто не может выйти из дома или войти в него. Мы теперь даже не можем подойти двери или к окну, чтобы позвать на помощь, только приближаемся, как появляется жуткий ветер и отбрасывает нас к противоположной стене. Порывы ветра настолько сильные, что сбивают с ног. Дом с приведением не выпускает нас, мы стали заложниками демона.

Я думала, что смогу обмануть чертово приведение, и решила привлечь прохожих тем, что разобью стекла на окнах. Люди услышат звон и вызовут милицию. Но ничего не вышло. Дух заблокировал окна. Любые предметы, которые я бросала в окна, отскакивали от них, как от каменной стены.

Мы с папой в отчаянии, что нам делать?

Мне пришла в голову интересная мысль: а что, если сжечь дом вместе с проклятым демоном?

Наступил вечер. Я все-таки продолжу писать.

Собравшись с силами, папа решил, что тело мамы нельзя оставлять в комнате. Он взял ее на руки и отнес в подвал. Я его сопровождала, открывая двери и помогая спуститься вниз. От слез я практически не видела, куда иду. Но и папа, хотя он пытался казаться сильным, не мог удержать слез. Так мы и шли в подвал, как маленькая похоронная процессия, обливаясь горькими слезами, запертые в собственном доме.

Я еще ни разу не была в подвале нашего нового дома, поэтому шла, куда говорил папа. Там были какие-то приборы, видимо, для отопления зимой, и еще пара комнат, закрытых на замок. Еще мне показалось очень странным то, что в подвале довольно тепло. Я всегда думала, что подвал должен быть прохладным местом, но в этом проклятом доме все не так.

Мы положили тело мамы на пол в одной из комнат, ключ от двери к которой висел на гвоздике при спуске в подвал. В этой комнате стояли стеллажи с бутылками вина (папа сделал себе нечто похожее на винный погреб). Мы молча постояли несколько минут, каждый из нас думал о своем и обливался горькими слезами, потом папа закрыл дверь на ключ, повесил его себе на шею и вытер слезы рукавом.

Затем нам предстояла неприятная работа: пришлось убирать останки экзорциста. Я долго не соглашалась, но папа меня убедил, что если это все не убрать, то через пару дней не только в комнате, а во всем доме невозможно будет находиться из-за неприятного запаха, поэтому ему очень нужна моя помощь. Несколько раз меня стошнило. Я держала большие холщовые мешки, а папа складывал в них останки. Затем мы засунули мешки с кусками Теофила в еще несколько мешков, чтобы не очень просачивалась кровь, и отнесли все в подвал, но не в отдельную комнату, а оставили прямо на полу при входе.

Когда жуткие дела по дому закончились, мы с папой остались вдвоем в гостиной и снова с ужасом стали ждать ночи.

8 июня

Пишу утром следующего дня. На удивление ночь прошла довольно спокойно. Если не считать посторонних звуков, которые разносились по всему дому. Были отчетливо слышны шаги по лестнице на втором этаже. Я смотрела на лестницу, с ужасом ожидая, кто или что сейчас может оттуда спуститься. Но, к счастью, шаги затихли, и так никто и не показался.

На протяжении всей ночи доносились разные звуки из подвала. То женский смех, то грохот, будто кто-то что-то двигает, а иногда был звук, будто кто-то хочет выйти из подвала и дергает ручку двери. Хорошо, что папа закрыл подвал на замок.

На какое-то время наступила тишина. И только мне удалось задремать, как до нас донесся резкий звук падающих на пол столовых приборов, казалось, перевернулся поднос со столовой утварью. Папа, вооруженный заранее приготовленным топором, побежал на кухню, но все там лежало и стояло на своих местах.

Больше уснуть мне не удалось, да и папа тоже не сомкнул глаз.

Вечер этого же дня. Днем наконец мне удалось нормально поспать. Теперь у нас с папой все поменялось: днем мы спим, а ночью охраняем себя и дом от исчадия ада. Когда это закончится и что делать дальше, мы не знаем. Как сказал папа: «Теперь мы просто плывем по реке судьбы и надеемся на лучшее».

Мне приснилось, что ночью я одна нахожусь в этом чертовом доме и иду в подвал на женский голос, которой так отчетливо оттуда доносится. Я позвала папу, но он не откликался.

В реальности я бы ни за что не пошла ночью в подвал, тем более после всех событий, которые происходили с нами последний месяц. Но во сне я была смелая и медленно шла на голос. Дверь в подвал оказалась открытой, я спустилась по лестнице и поняла, что звук доносится из той комнатки, в которую мы положили маму.

Во сне я не придала этому особого значения, но сейчас, в реальности, я с ужасом и отвращением вспоминаю то, что по всему полу подвала были разбросаны рваные мешки и останки Теофила. Это выглядело так, будто дикие животные разворотили мусорные баки и раскидали их содержимое.

Я отчетливо услышала голос мамы, который позвал меня из комнатки с вином. Я медленно подошла и надавила на дверную ручку, дверь со скрипом открылась. Внутри оказалась густая темнота, сквозь которую ничего не было видно. Мама снова позвала меня, звук шел из дальнего угла комнатки. Я пригляделась и увидела, как на уровне моих глаз загорелись два маленьких огонька. Я сделала неуверенный шаг вперед, огоньки стали гореть ярче, и теперь я могла увидеть эту жуткую картину: моя мама стоит на коленях, из ее глаз текут слезы, а позади нее стоит то самое приведение, которое не дает нам покоя. Оно как две капли похоже на меня, только со злым лицом. Она снова одета в эту ужасную ночнушку, и распущенные волосы свисают ниже плеч. Это в ее глазах горят два огонька, которые освещают комнату будто сквозь туман.

Демон или злобный дух одной рукой держал маму за волосы, а второй приставил к ее горлу большой нож и кровожадно улыбался. Мама смотрела на меня глазами, полными слез и сожаления. Она только и делала, что тихо повторяла мое имя и слово «прости». Я ей сказала, что не за что извиняться, что все будет хорошо, на что она отрицательно покачала головой.

Дальнейшие события заставили меня проснуться в холодном поту. Приведение, глядя на меня своими горящими глазами и не говоря ни слова, подняла нож над головой и… (Мне очень тяжело вспоминать это, хотя я понимаю, что это был всего лишь сон.) демон опустил нож и вонзил его прямо маме в сердце. Тут же на ее одежде проявилась клякса крови, которая очень быстро растекалась, и мама упала с испуганным лицом и с открытыми глазами. Именно такое у нее было лицо, когда демон убил Теофила и ее в комнате родителей несколько дней назад.

Я закричала что было сил, а приведение двинулось ко мне. Оно не шло, а плыло по воздуху. Его босые ноги не касались пола. Я попятилась назад, выбежала из винной комнаты и закрыла дверь на ключ, который оказался в замке. И только я отошла на один шаг, как дверь открылась. На пороге стояло приведение. Неожиданно вокруг стало очень светло и тепло. Я огляделась по сторонам и увидела, что подвал горит. И это не просто огонь, который сжигает деревянные двери, это огонь, от которого горят и каменные стены, и пол, огонь течет по потолку, как вода. За одну секунду весь подвал наполнился жалящим огнем. Я почувствовала, что практически не могу дышать, и упала на колени. Демон подплыл ко мне сквозь огонь и властно произнес: «Вы следующие». Последнее, что я увидела, как вспыхивают моя одежда и волосы.

И тут я проснулась на диване в гостиной. Что за странный сон? Огонь, огонь, кругом огонь. Может, и вправду нужен очищающий огонь, тогда приведение оставит нас в покое?

Я тут же рассказала сон папе. Он меня успокаивал и убеждал, что подвал закрыт и все это не может быть правдой, но я убедила его пойти и все проверить, пока еще светло на улице и не так страшно.

Мы пошли вместе, папа первым, а я на полтора шага позади него. Дверь в подвал оказалась заперта на ключ, а мешки с жутким содержимым стояли на том же месте, где мы их и оставили. Дверь в комнату с вином тоже была закрыта. Папа открыл и зашел внутрь, а я все не решалась, никак не могла заставить себя увидеть маму в этом состоянии. Все же я набралась сил, на секунду заглянула внутрь и быстро отошла назад. Мама лежала на том же самом месте, где мы ее и оставили. Единственное изменение – появилось большое кровавое пятно в районе сердца. Папа тоже видел пятно и очень был удивлен. А может, это просто вино капало из какой-нибудь бутылки? Хотя все они закрыты и рядом с мамой ни одной нет. Еще мы с папой обратили внимание, что нет трупного запаха, мама выглядит так, будто мы ее только что сюда принесли. Все это очень странно.

Папа закрыл все двери, и мы поднялись наверх. Снова наступил вечер. Выйти из дома так и не получается. Мне очень страшно.

9 июня

Это кошмар! Я не могу здесь больше находиться! Когда же все это закончится? Боже, за что нам это все? Что мы тебе сделали? Будь все проклято, все, все, все! Ночи в этом доме становятся страшнее. Мне кажется, что я скоро сойду с ума.

Пишу утром следующего дня. Я постоянно плачу. Удается успокоиться на десять минут, и снова слезы текут рекой.

Сегодня ночью приходила мама! Да, да, да! Это была она. Сама не могу в это поверить, но это точно она. Мы с папой находились в гостиной, как вдруг услышали шлепанье босых ног по мраморному полу. Звук доносился со стороны двери в подвал и перемещался в сторону кухни. Папа хотел один пойти посмотреть, что происходит, но я ни за что не останусь одна в этом доме, поэтому пошла вслед за ним. Мы тихо подошли к кухне со стороны гостиной и увидели, что в темноте посередине комнаты стоит женская фигура. Она просто стояла и смотрела в сторону окна, ничего не делая. Это была мама. Я ее отчетливо увидела в свете луны. Но как только мы вышли из-за угла, она быстро выбежала во вторую дверь, ведущую в коридор. Мы услышали, что она побежала по лестнице на второй этаж.

Папа тоже понял, что это мама, и позвал ее по имени, но она не остановилась и даже не оглянулась. Дрожа от страха и держа свечки в руках, а папа еще и топор, мы поднялись на второй этаж. Было жутко и очень тихо.

Маму же мы нашли в моей спальне. Она стояла перед разбитым зеркалом моего шкафа, а в отражении было то самое приведение. Какое это кошмарное зрелище, мертвая мама смотрит в зеркало, а вместо отражения – злой дух, который выглядит, как злобная копия ее дочери. Папа тихо позвал маму по имени. Мама медленно обернулась и посмотрела на нас большими глазами, и приведение из зеркала тоже не сводило с нас взгляда. Мы стояли молча и смотрели друг на друга. Наконец папа первый спросил, но я так и не поняла, у мамы или у злобного духа: «Чего ты хочешь?» Ответа не последовало, но мама быстро повернулась к зеркалу и запрыгнула внутрь. Она оказалась по ту сторону зеркала и вместе с демоном растворилась.

Папа решил разбить зеркало, после чего мы спустились в гостиную. Больше в эту ночь ничего не происходило, но того, что было, нам вполне хватило. Мне кажется, что у нас с папой появились седые волосы.

Утром мы спустились в подвал. И каково же было наше удивление, когда мы обнаружили, что все двери открыты, а там, где мы оставили маму, ее не оказалось, только следы крови. Значит, ночью это точно была она и Демон забрал ее с собой в зеркало.

У меня не осталось сомнений в том, что нужно сжечь этот дом дотла. Дух мучает мою умершую маму, он мучает и меня с папой. Так больше продолжаться не может. Я нахожусь на грани срыва.

11 июня

Больше нет моих сил. Я потеряла связь с реальностью, я не знаю, что происходит во сне, а что наяву. Нас постоянно мучают приведение и мама. Теперь это происходит и ночью, и днем. Я уже не знаю, сплю я или нет. У меня все сильнее желание сжечь этот дом. Уже два раза я ловила себя на том, что держу зажженную свечку возле шторы… В самый последний момент отдергивала руку. И опять же я не понимаю, спала я тогда или нет.

12 июня

Решено. Тут все сгорит, и наша семья обретет покой. Последней каплей стал ночной визит моей мамы.

Мы с папой слегка дремали этой ночью в гостиной, и вдруг я услышала нежный голос мамы. Я открыла глаза и увидела, что она стоит прямо передо мной. Такая красивая, но такая бледная… Я вскрикнула. Папа не проснулся, а мама в первый раз за все время заговорила со мной. Она попросила меня не кричать и послушать ее внимательно. Мама сказала, что я должна освободить ее, что она находится во власти сильного демона. И что только огонь может избавить ее от мучений. Я всегда готова помочь своей маме, но как же мы с папой? Она ответила, что как только огонь достигнет подвала, злой дух уйдет, и мы будем свободны и вырвемся из дома. На мой вопрос: почему она не расскажет этого папе? – она ответила, что папа слишком привязан к этому дому, он не сможет этого сделать, и тогда мама будет мучиться вечно, а мы умрем от голода. Я заплакала, а мама провела своей ледяной рукой по моим волосам, у меня даже мурашки пробежали по телу. Она улыбнулась и стала отходить назад. Я успела ее спросить, кто этот злой дух, на что она ответила всего одно слово: «Демон» – и тут же исчезла. Что такое Огнива или кто это, я так и не поняла. Но после того, как мама исчезла, проснулся папа. Он выглядел очень уставшим и измученным. Поседевшие волосы, небритое лицо, круги под глазами. Что же мне делать? Мама и вправду просила это сделать или это всего лишь сон? Я так скоро сойду с ума.

13 июня

Слезы. Снова слезы. Я все время плачу. Мое тело бьет дрожь, сердце выскакивает из груди. Теперь уж точно решено! Сегодня ночью я сожгу этот проклятый дом, пока нас не убило это приведение. И мне плевать, что будет со мной и с папой. Хотя папа и так сильно пострадал прошлой ночью.

Мне кажется, что я слышала тихий голос мамы, который позвал его, и сразу же – скрип двери, открывающейся в подвал. Папа пошел проверить, что это было, и только он шагнул на ступеньку, чтобы спуститься вниз, как что-то его толкнуло, и он кубарем полетел вниз. У него вытек один глаз, сломана правая нога, и похоже, что позвоночник тоже сломан. Папа больше не приходит в сознание. У меня не хватает сил поднять его вверх по лестнице, а в подвале я не могу находиться. Там постоянно раздается женский смех и звуки шагов. В конце концов там лежало мамино тело, которое само (!) ушло оттуда, и еще там были останки Теофила.

Я не в силах больше этого выносить. Огонь должен избавить этот дом от нечисти и освободить нашу семью. Я все приготовила. Приготовила бутылку керосина и спички. И как только появится приведение, я спалю его вместе с домом. Что будет со мной? Это неважно. Возможно, мне удастся выбежать из дома во время пожара, а если нет, то я останусь тут со своей семьей… Прощайте!

Ад – пустота, унылая могила. Должны живые мертвым помогать1