Афанасий был бодр, хоть и не спал всю ночь, стоило только закрыть глаза, как память снова рисовала светлые лица братьев, но сейчас они смотрели на него, беглеца и труса, не с укором, а с радостью, будто встретили дорого гостя.

Он чертил на земле магией символы и вспоминал их долгие странствия, города и деревни, завтраки и ужины, где звучали смех и добрые шутки, молитвы и планы построить храм в стольном городе.

Храм построили и не один, вот только братья не застали этой благодати.

Афанасий прошептал молитву и поднес к козлиной голове свечу, поморщился, тихо произнес:

– Чадит клятая. – Белое пламя трепыхалось, окутанное противным черным дымом. От козла несло магией, будто ночью во сне его разум затуманил злой призрак или мора.

– Странно. Раньше ведь не чадила. Кажется, будто сейчас что-то в тебе изменилось, Демьян.

Тот в ответ прижал уши фыркнул:

– В который раз говорю, я вспомнил дорогу к ведьме. Могу вас проводить. Разве ты не этого хотел, священник?

Рука с чадящей свечой дрогнула. Афанасий нахмурился и подумал о том, что раньше или позже им придется увидется с Баженой, так зачем тянуть?

Сейчас после встречи с братьями лес казался ему враждебным мифическим зверем, насквозь пропитанным темной магией. Он попытался вспомнить, где ему дали свечу, которая сейчас чадила темным дымом…

И не смог. Тоже странно. Не помогали молитвы, его преследовало странное чувство, будто за ним наблюдают, хотелось снова зайти в навь, позвать братьев и спросить совета, тем более запястье левой руки вплоть до локтя превратилось в серый камень. Больно, противно, страшно. Еще немного и клятые чары возьмут над ним верх. Кстати, кто их наложил?

Он ведь только что вспоминал!

– Дьявол, – прошипел монах, – поставил свечу на трухлявый пень и схватился за голову.

Рядом хрустнула ветка, раздался голос Марьяны:

– Отец Афанасий? Что с вами?

Послышались шаги, кто-то прикоснулся к его плечу и хорошенько тряхнул:

– Не время для депрессии, святой отец, – издевательский голос демона немного привел в чувства, заставил опустить руки и расправить плечи.

– Я просто задумался, – Афанасий вымученно улыбнулся.

– Не твой день? – Лука с подозрением уставился на свечу, от которой все еще валил сизый дым, – с утра ты был такой просветленный, а сейчас приуныл. Эмоциональные качели?

Козел навострил уши и принялся деловито бормотать:

– Может, паническая атака, дефицит внимания.

– Заткнись! – Неожиданно громко рявкнул Афанасий. – От тебя свеча чадит! Какая уж тут атака?

Марьяна порывисто вздохнула, с грустью взглянула на своего козлика:

– И что это значит? Демьян все-таки одержим?

– Нет. Да. Нет. – Монах прикрыл глаза, для уверенности взял свечу в руки, – раньше все было чисто, а сейчас будто кто-то творил ворожбу над нашим маленьким пленником и след от чар не успел рассеяться, – и зачем-то добавил, – прости, Демьян.

Тот лишь фыркнул, сделал шаг вперед и гордо заявил:

– Я вспомнил дорогу до дома ведьмы, точнее увидел во сне и могу вас проводить.

На миг в лесу повисла странная давящая тишина, ни колыхания травы, ни пения птиц, ни стрекота сверчков, будто и леса вокруг не было, лишь бесконечное темное пространство, где деревья стали безжизненными декорациями.

– Безумие, – усмехнулся Афанасий, – и ты правда думаешь, что мы за тобой последуем? Это ведь ловушка.

Лука снова положил руку ему на плечо:

– А разве у нас есть выбор, святой отец? Лес сожрет тебя, меня и Марьяну, если не успеем вовремя расправиться с Баженой. Ты ведь тоже чувствуешь, здесь все пропитано магией.

– Все равно это безумие, – Афанасий ссутулился, – ведьма расставила сети, и мы плывем прямо в них, как маленькие глупые рыбки.

– Ты так и не ответил, кто дал тебя хваленые свечи. – Лука взял в руки черную свечу и покрутил перед его носом.

Монах открыл рот и закрыл, слов не нашлось. Он не помнил, он даже стал забывать, как выглядел храм на окраине Магнитогорска, лица знакомых священников и прихожан.

Скоро от памяти останется чистый лист, скоро он станет частью леса как те нави, частью наполненного морами монстра.

– Хорошо, – Афанасий выдохнул, – я правда не знаю, что делать. Решай ты, демон. В памяти возникли светлые лица братьев, их улыбки и теплые руки, неожиданно для себя самого он продолжил:

– Я тоже умею колдовать

– Если мы решим убить ведьму, ты в деле?

– Да, – на сердце повисла тяжесть. Вспомнились лихие времена, когда святое войско сжигало всех чародеев, яркие костры, крики несчастных магов, их предсмертные стоны. Братья апостолы не одобряли подобных бесчинств. Они считали, что убийство – грех, что не стоит вести себя подобно голодному зверью.

И вот к чему это привело.

Ведьмы и колдуны захватили мир и творят бесчинства, Рогнеда, лишившая апостолов нормальной жизни, прибрала к рукам власть над дворами и купается в величии, а бедный монах пытается выжить в наполненном монстрами лесу.

«Дьявол!», – Мысленно подытожил он.

– Я тоже в деле, – с мрачной решимостью добавила Марьяна и подошла к козлу, – ты ведь точно отведешь нас к Бажене?

– Да, – ответил тот все тем же отстраненным голосом. Будто пленник на допросе.

Марьяна и Лука сели напротив Афанасия и начали обсуждать с ним план. Дом ведьмы защищенный от людских взглядов чарами по словам Демьяна был близко – всего несколько часов ходьбы, вот только козел сбежал от Бажены по черному ходу, который закончился небольшой пещерой.

Стало быть, они выйдут к гроту и через него пройдут в обитель ведьмы.

Фантазия рисовала высокие темные стены из камня и кристаллов, звук капающей воды и мороз от стен

– Точно ловушка, – подумал про себя Афанасий и мысленно перекрестился.

Он ненавидел холод, темный безмолвный камень и сырость. Он сам почти был камнем, и эта мысль вводила в ступор.

– Сначала попытаемся найти сам ведьмин дом, а если не выйдет, придется пройти до конца пещеры, и тогда мы окажемся в комнате, где коротал дни козел, – подытожил Лука.

– По твоим словам все так просто, – Афанасий усмехнулся, – а потом быстро расправимся с колдуньей и выйдем из леса, да?

Марьяна усмехнулась, Демьян задумчиво отвел взгляд.

– Есть вариант получше? – С нажимом спросил демон. – Сидеть на пне и покорно ждать смерти не считается вариантом получше, – он ехидно улыбнулся.

«Вот нечистый!» – Мысленно выругался Афанасий.

– А если Бажена возьмет нас в плен и попробует убить Марьяну? Вдруг ей нужен демон, как и главе красного двора?

– Мы ей не позволим. У демонов есть свои средства против древних сумасшедших старухам. К тому же Марьяна сама должна согласиться отдать меня Бажене. Иначе та останется ни с чем. В этом смысл контракта. Маг отрекается от демона, и тогда теории нас можно будет попытаться разделить.

– Эй, ты говорил, что для разрыва контракта меня нужно убить, – со злостью добавила Марьяна.

– Верно, – Лука хитро улыбнулся, – при разрыве связи обычно маг умирает, в истории еще не было ни одного случая, когда чародей смог выжить.

– Да-да, – продолжил Афанасий. Он вдруг вспомнил записи в колдовском бестиарии, который изучал вечность назад.

– Демон – существо из нави будет жить, а хрупкое человеческое тело не выдержит разрушительных чар. В древности, когда один из величайших магов синего двора Иуда Хитрый из Пскова смог заключить с демоном контракт, его поймали черные братья, решили, что Иуда одержим нечистым духом, заставили отречься от нечистого, провели ритуал изгнания, после чего Иуда умер, а демон бесследно исчез

Через двести лет после этого случая в Мурманске колдунья Дарья Антропова будущая глава желтого двора подтвердила теорию о том, что после смерти контрактора демона можно пленить магией и заставить заключить сделку с другим чароплетом, за что получила премию «Великое магическое открытие».

– Вот так, – он прикрыл глаза, снова попытался вспомнить, где дали ему догоравшую черную свечу и не смог. В памяти стирались важные вещи, зато дурацкие цитаты из книг то и дело всплывали, словно кто-то залез к нему в голову.

– Так себе перспектива, – с грустью сказала Марьяна, – не особо интересно, что будет с демоном, если меня не станет.

– Поэтому мы просто убьем ведьму, – продолжил Лука, – хорошая лесная ведьма – мертвая лесная ведьма.

Марьяна криво улыбнулась и кивнула.

Демьян напрягся, в его глазах появился недобрый огонек, или Афанасию показалось?

Решено было выдвигаться через час пока солнце не достигло зенита.

Все засуетились. Лука собрал палатки, Афанасий заварил ромашковый чай, на ходу вспоминая боевые заклинания, Марьяна собирала рюкзак то и дело поглядывая на их пленника.

Они собрались, когда солнца достигло зенита.

На этот раз козел шел впереди.

Бледный диск солнца расплывался перед глазами, ноги гудели, Марьяна брела по узкой тропинке будто проложенной специально для них.

Голова кружилась, к горлу подступала тошнота, плечи сковывала усталость.

Она завидовала Луке, который двигался легкими шагами, будто вышел на прогулку из дома.

Она завидовала Демьяну, который упрямо следовал вперед и Афанасию, сжавшему в руках маленькую библию.

Все кроме нее казались сдержанными и спокойными, будто не чувствовали, как камнем на сердце лежит безысходность, как давит каждая древесная тень проклятого леса, а шорохи заставляют вздрагивать.

Марьяна теряла память и терпение, мысли заволокло туманом и только животный инстинкт шептал «Беги, Беги подальше от Бажены». Вот только куда?.

Отчаянно хотелось снова встретиться с Динкой, услышать спокойный голос сестры, посмотреть на падающие звезды и красную луну.

Лука поймал ее взгляд и тихо сказал:

– Привал. Нам нужно отдохнуть, – хотя сам и не нуждался в отдыхе, наверняка демон мог идти вперед еще долго.

Марьяна до сих пор чувствовала след от его магии, окутавший руки, ноги, голову. Зрение стало четче чем прежде, внутри разливалось непривычное тепло. Тогда откуда усталость?

Афанасий разжигал костер, полуденные тени падали на лицо монаха. Лука доставал остатки угля и что-то ворчливо говорил.

Возможно, это был их последний уголь. Возможно, это был их последний костер.

А все из-за демона. Л

Лес на миг показался странным, неправильным, уродливым. Глупыми декорациями к дешевому фильму. Ведь ее не должно быть здесь.

Она здесь по дурацкой ошибке.

у Марьяны были другие планы на жизнь. Уехать в большой город (вот только какой, вспомнить бы название), спокойно жить без магии, найти работу – все обыденно и приземленно, никаких лютых ведьм и демонов.

Но Лука заставил ее свернуть с пути, следовать за ним. Да кто он черт возьми такой!

Марьяна развернулась к стволам осин, пользуясь тем, что спутники заняты.

Шаг, другой, и вот она уже окружена деревьями, а голос Афанасия доносится будто издали.

Зеленое смешивалось с серым, небо и земля будто слились в одно блеклое пятно, окруженное тягостной тишиной.

Звуки исчезли, стерлись ластиком из серо-зеленого мира. Лука говорил – причина в близости обители Бажены и ее темной магии. Лука говорил…. Да, что он знает, чертов демон!

Марьяна представила невидимый глазу порог, перешагнула через лежавшую под ногами ветку и оказалась в нави.

Кровь разлилась по жилам, сердце бешено застучало – получилось. У нее получилось перейти порог!

– Ну, привет, сумеречный мир.

В лицо подул ветер. Небо здесь казалось почти голубым, словно подернутое сизой дымкой – ни луны, ни падающих звезд.

Марьяна еще не видела навь днем. Привычная смена дня и ночи в этом месте казалась странной ошибкой природы, будто скучающий бог решил пойти на уступки и сохранить хоть какие-то законы мироздания в сумеречном мире.

Под ногами шуршала трава.

Марьяна оглянулась и позвала

– Динка.

Тишина. Раньше Динка находила ее сама. Наверое, она даже не слышит и не видит Марьяну, коротает время далеко за проклятой деревней.

– Динка! – Голос стал взволнованным и резким. – Пожалуйста, услышь меня!

Она молила сказочную навь об еще одном привычном чуде. Пусть призрак сестры появится прямо сейчас, а пасмурный день снова сменится колдовскими сумерками.

Но в ответ звучал лишь слабый порыв холодного ветра, да скрип деревьев.

– Динка!

Ей до горячих слез на щеках до срывающегося голоса хотелось встретиться с кем-то родным, пока она не забыла сестру, пока окончательно не запуталась в чарах лютой ведьмы.

– Динка!

За спиной раздались тихие шаги и знакомый голос произнес

– Ты с ума сошла да? Какая еще Динка?

Марьяна вздрогнула, резко развернулась и поймала взгляд Луки.

И снова демон преследует ее, мешает, следит за каждым шагом.

– Отстань! – Она сделала шаг в сторону, отвернулась и тяжело вздохнула. Так вот почему Динка не приходит, боится Луку.

– Может, вместе позовем твою Динку. Это ведь погибшая сестра, да?

– Да. – Марьяна старалась не смотреть ему в глаза. – А тебе какое дело?

– Только давай ты не будешь говорить про личное пространство и свободу выбора, -скучающим голосом продолжил он, – пока мы в лесу придется смириться с моим присутствием. Здесь опасно, ведьма.

– Будто потом ты от меня отстанешь. – Марьяна, почувствовала, как в глазах шиплет, а щеку обжигает что-то соленое. Она не любила слез и драм – эмоции удел Динки.

Она привыкла быть спокойной и рассудительной, врать, когда необходимо, изворачиваться, мечтать о другой жизни, идти вперед и никогда не оглядываться назад.

Но сейчас ей до боли в ладонях хотелось увидеть сестру вопреки страху, сжимавшему горло.

– Я правильно понимаю, у тебя свидание.. – Лука на миг запнулся, пытаясь подобрать слова…– с сестрой, которой нет в живых. И похоже ты уже встречалась с ней раньше в нави.

Не то чтобы я пытался вам помешать, – он поднял ладони вверх, – но все это немного странно. Навь. Призрак твоей сестры, который не хочет показываться мне.

– Она тебя боится, – сухо ответила Марьяна.

– Возможно, – Лука положил ей руку на плечо, – или просто врет. Ведь демон сразу разглядит настоящую сущность любой твари из нави.

– Заткнись! – Марьяна развернулась рывком скинула его руку. – Моя сестра… – Слова застряли в горле.

– Она умерла и стала твоей слабостью, – Лука сделал к ней шаг и оказался слишком близко, настолько, что Марьяна смогла разглядеть свое отражение в его глазах.

– Бажена может использовать любую слабость.

– Против нас самих. Будь осторожней. Иначе тебя уничтожат.

«Заткнись-заткнись-заткнись», -Марьяна закрыла уши руками и судорожно вздохнула. Опять демон все рушит. Даже встречи с Динкой – единственное светлое пятно окрасилось в серый цвет подозрений и недомолвок.

– Ты не хочешь мне верить? – Он схватил ее за запястье. – Ты…

– Слишком слабая да? Никчемная досталась тебе ведьма. – Марьяна усмехнулась. Она не действительно хотела верить, но колкие слова уже проникли внутрь, отравили кровь.

– Навь забирает твои силы. Сущности нави чаще всего питаются людьми, могут принимать облик близких и очаровывать, а потом сводить с ума. Поэтому, будь осторожней. – Повторил демон с нажимом.

Запястье ныло, но эта боль казалась ничтожной по сравнению с темной дырой внутри.

Ей нужно вернуться в мир людей, засунуть дурные мысли в темный ящик и хоть немного успокоиться.

Она потом подумает о Динке, потом решит, верить ей или нет.

Марьяна почувствовала теплые руки демона на своих плечах и кожу на лице снова обожгло соленым.

Дышать стало легче. Вспомнился грустный смех сестры в сумеречном мире, легкие, почти грациозные движения не свойственные Динке при жизни, слова о сказочной нави.

«Так ты настоящая или нет?»

Марьяна судорожно вздохнула, уткнулась демону в плечо, подумала о том, что запомнит его лицо, и когда все закончится, там в новой жизни среди каменных стен большого города будет вспоминать: с тоской или с радостью, раскрывать маленькую шкатулку в душе где хранятся события, изменившие жизнь, где сокрыты чувства и мысли, грустная улыбка стоящего перед ней демона и этот задумчивый взгляд, будто он знает, что их ждет. Будто всегда знал.

Однажды все закончится. И лес. И лютая ведьма. И бесконечная грусть.

От этих мыслей стало немного легче, реальность изменилась, когда они шагнули за лежавшую на покрытой инеем траве ветку.

Серое подернутое дымкой небо растаяло, на смену пришел синий горизонт, солнце в зените и зеленые иголки на деревьях.

Привычный мир.

Лука поднял ладонь, легким движением поймал солнечный свет и выпустил из пальцев змейку, абсолютно реальную, желтую, с яркими зелеными глазами.

Змейка подползла к Марьяне и свернулась у ее ног, исчезнув через мгновение.

– Ты скоро тоже сможешь создавать фамильяров. Это всего лишь основы магии.

За змейкой последовал черный пушистый кот, который зашипел и убежал вдаль за горизонт на мягких лапах.

Красивый кот, жаль, что не настоящий, а сотворенный из лучей.

Марьяна зачарованно смотрела на Луку, будто перед ней был фокусник, который показывал, как яркие мыльные пузыри улетают ввысь, как из черной шляпы словно из портала вылазит остроухий заяц, чтобы через секунду скрыться за кулисами сцены.

«Если бы вся магия была такой красивой и безобидной!» – Она невольно улыбнулсь

– Удивительно. – Лука задумчиво склонил голову на бок. – Почему твой первый фамильяр выглядел как змея? Обычно в виде змей людям являются демоны из нави.

Марьяна хмыкнула:

– Но ты выглядел как человек.

– Я слишком долго жил среди людей, – сухо отрезал он..

Она вспомнила сны о княжеском сыне, подумала: «Нет, ты был человеком. Я знаю. Я видела, как ты охотился на Велеса и встретил красивую девицу. в той мертвой деревне».

Марьяна нахмурилась, на душе заскребли кошки, в памяти возникли слова Динки, сказанные незадолго до пожара: «А по ночам мне снится змей»

Снился ли? Образы родителей расплывались, превращались в серую кляксу, зато Динку она помнила хорошо. Еще одна странность.

– Обещай, что не будешь верить сестре из нави, – голос Луки звучал словно из далека

Вот, всегда он так. Требует, приказывает, заставляет подчиняться.

– Хорошо, – машинально ответила Марьяна, а потом остановилась и резко дернула его за руку.

– Лука, – отвела взгляд пытаясь подобрать слова, – даже если получится расправиться с ведьмой, что нам делать дальше? На тебя.. На нас охотятся колдовские дворы, думаю, они оцепили лес.

«Думаю, они хотят убить меня и забрать демона себе, – мысленно добавила она, – как и все остальные, как и весь дурацкий мир».

Лука все также спокойно смотрел на небо, будто разговор шел о погоде, а не о их жизнях.

Он пожал плечами и легкомысленно произнес

– Все верно. Мы окружены. Всем магам нужен демон, способный на контракт. Я пользуюсь огромной популярностью.

– Твои дурацкие шутки. – Марьяна осеклась, до крови прикусила губу, хотелось сказать, что на волоске будет висеть ее жизнь, и с ней расправятся дворы, а Луку просто заставят служить другому магу.

– Я не буду заключать контракт ни с твоей любезной Мирославой, ни с верховной, ни с другими колдунами и ведьмами, – также спокойно продолжил он, – я не разменная монета в их играх.

– Да ты гордый.

– Да я умный.

Они на миг замолчали, словно запнулись о бетонную стену.

Яркое солнце слепило глаза, поляна, где ждал монах, приближалась, Марьяна чувствовала, как от страха леденеют руки, и даже дышать становится тяжело.

В лесу ее убьет ведьма.

За пределами леса ждут кровожадные маги.

И все из-за Демона.

– Послушай. – Лука сбавил шаг. – Если расправимся с Баженой, заберем ее силу и найдем способ сбежать от дворов. Я превращусь в птицу, и мы улетим достаточно высоко, чтобы маги, окружившие лес, нас не достали, потом спрячемся при помощи чар, станем незаметными, найдем подходящий дом, в мире есть красивые места, где можно спокойно жить.

– Ты обращаешься в маленькую птицу, а я тяжелая, – Марьяна с недоверием на него покосилась

– Я обращаюсь в разных птиц, – усмехнулся Лука, – прекрати паниковать.

Демон не обещал вернуть ей прошлую жизнь,только временное убежище, новый город, новую страну, возможно, пустынное место, где придется прятаться долгие годы.

Но даже такая перспектива была лучше проклятого леса и сумасшедшей Бажены.

И Марьяна расправила плечи, глубоко вздохнула свежий лесной воздух.

Она справится и с Баженой, и с демоном, и со своими сомнениями, впереди будут ждать красивые страны, яркие лучи солнца, которые превратятся в змей и птиц.

Все будет хорошо. Обязательно. Главное не свихнуться среди мрачных деревьев.

Ели в тишине. Святоша не спрашивал, где демон и Марьяночка так долго пропадали, козел обреченно молчал и только хмуро пялился на солнце.

Лука покосился на кривые темные ветви деревьев, похожие на переплетение сосудов, подумал: «Какие козыри еще прячет в своем рукаве Бажена?»

Марьяна говорила, что рядом ползает большой змей – фамильяр колдуньи? Допустим, с ним он справится, а как быть дальше?

Раньше ему не доводилось убивать ведьм, только смотреть на них из белых храмовых окон.

Лука неплохо разбирался в чарах – это плюс, но далеко не все из своих знаний применял на практике – минус.

У него была ведьма, которая не откажется от своего демона – Лука об этом позаботиться. Но как Бажена будет крыть эту карту?

Она не сможет пытать Марьяну из-за медальона на шее, из-за обещания, встретить ее как гостью и оберегать.

Ветер поднял с земли золу и разметал среди травы, окрасив зелёный в серый. Святоша пробормотал молитву и надел рюкзак, задумчиво провел пальцем по заросшей бороде.

Утренняя безмятежная радость исчезла с его лица сделав похожим на каменное изваяние в серых тонах– серая куртка, темные штаны и глубокая морщина между бровей.

Лука размял затекшие плечи и поморщился – как же достал этот лес! Стволы похожие на ожившие трупы, запорошенная серым тропинка, что перемежалась с высокими зарослями полевой травы и темные макушки осин, нависшие над головой.

На миг ему показалось – между ветвями промелькнула и исчезла темная тень.

«Это все из-за тонкой границы с навью, – успокаивал он себя, – а, может, ведьма сводит их с ума?»

Время шло. Козел занял свое место впереди колонии и побрел сквозь заросли чертополоха.

Их маленькое войско двигалось дальше.

У Марьяны стучало в висках, к горлу подступала тошнота – первый признак тревоги, но она продолжала идти за широкой спиной Афанасия, чувствуя за собой легкие шаги Луки.

Так они и двигались, Демьян вел, демон завершал процессию – самый слабый и самый сильный из их команды отчаянных головорезов.

В кармане она по привычки держала мобильник, батарея которого давно села – всего лишь бесполезный кусок металла.

Ноги кололи заросли травы, с высоты на нее смотрела черная ворона, ворона каркнула.

На миг Марьяне показалось, что из клюва птицы течет черная вязкая жидкость.

Все-таки хорошо, что демон шел сзади, ей не хотелось признавать, но присутствие монстра из нави до сих пор дарило чувство относительной безопасности.

Через несколько часов они остановились. Афанасий сделал зарубки на дереве, а Лука превратился в птицу, сказал, что полетит вперед и узнает, где пещера, и существует ли она вообще, а заодно попытается отыскать дом ведьмы.

Он взлетел к кронам деревьев, растворился в сером небе, и на душе стало еще тревожней.

Монах с подозрением покосился на Демьяна, который сейчас напоминал, ожившее чучело козла: бледный, с горящими глазами и непривычно грустный.

«На него тоже действует магия леса», – Марьяна с грустью пнула лежащий на земле лист.

– Цок-цок, – козлик двинулся вперед, за ним Марьяна, за ней Афанасий.

Казалось, из-за стволов на них смотрят пустые белесые глаза, а издали раздается приглушенный гул, который отдается слабым эхом.

– Ведьма не трогает нас, – внезапно сказал монах, – ведет к пещере. Так хочет встретить гостей, напоить гостей чаем в своем доме. Как любезно, – монах невесело улыбнулся. Все чароплеты становятся сильнее в своей обители, таковы законы магии, Марьяночка.

Не зря говорят, дома и стены помогают.

Он внезапно остановился, достал из кармана тяжелый на вид нож. Протянул ей рукоять и ободряюще хлопнул по плечу.

– Держи, девочка. Вдруг придется защищаться. Этой штуке много лет. Не помню, правда, откуда у меня ножик, – Афанасий задумчиво посмотрел на молчаливого Демьяна и сморщил нос, – вроде им можно проткнуть любую тварь, если память снова не подводит.

На ощупь нож казался холодным и тяжелым.

– Спасибо, – Марьяна положила его в карман куртки.

Навряд ли у нее получится сражаться с кем-то на ножах или проткнуть лезвием тело потусторонней твари. Слишком сложная задача для обычной городской девчонки, которая за свою жизнь резала только еду столовым ножиком.

– Вы говорили, – она оглянулась, будто боясь, что их кто-то подслушивает из-за стволов, – ведьма ведет нас к себе. Но еще вчера она пыталась меня убить. Ее планы изменились?

Афанасий пожал плечами:

– Похоже, что да. Ведьма стала гостеприимной. Возможно. – Договорить монах не успел, растерянно уставился на верхушки деревьев, с которых к ним летел ворон – Лука.

Он приземлился быстро, почти грациозно, обернулся в человека и устало склонился над травой, положив руки на колени.

– Впереди действительно пещера – хорошая новость. Домика тетушки ведьмы я так и не нашел – плохая новость. Лес все еще закрыт невидимой стеной, а мы сидим тут как крысы в банке. Такие дела.

Повисла тягостная тишина.

«Придется идти в пещеру, как говорил Демьян, как и планировала Бажена, она ведет их по заранее заготовленному маршруту в свою обитель, чтобы забрать демона, не так ли?» – Рукой Марьяна инстинктивно нащупала в кармане нож.

– Цок-цок. – Козлик подошел к Луке и упрямо на него взглянул.

– Я же говорил. Бажена ждет вас.

Зашумели деревья, его голос в тишине показался зловещим.

– Спасибо, мы бы без тебя не поняли, – огрызнулся демон, казалось он ели сдерживает себя, от того чтобы пнуть Демьяна под мохнатый зад.

Они снова двинулись вперед.

– Пещера. Придется идти через пещеру, – бормотал Афанасий по дороге. – Его лицо стало мертвенно бледным, а ладони слегка тряслись. – Не люблю замкнутых пространств, – монах с ненавистью покосился на Демьяна, успевшего стать сосредоточением их общей злости. Маленький козлик будто притягивал колкие взгляды.

Марьяна сочувственно кивнула, подумала:

«Наш план исключает эффект неожиданности, и шансов у нас почти нет». Она не знала, что лучше: смерть от рук Мирославы или Бажены, не знала, стоит ли доверять демону.

Гулко билось сердце, ладони стали горячими.

Она шла в лапы монстра, надеясь только на своих спутников. Никчемная ведьма, способная только сотворить змейку из солнечных лучей.

Минуты тянулись, время будто замедлилось. Где-то на границе реальности, тишины леса и их усталых шагов возник поросший травой грот. Черная дыра, окруженная зеленым, походила на огромную пасть зверя.

«Динке бы понравилось», – со вздохом подумала Марьяна. Она всегда любила страшилки.

Афанасий остановился вслед за Лукой, пробормотал:

– Я туда не пойду.

– А ведь раньше я эту пещеру не видел, – подытожил демон, – хоть и облетал лес пару дней назад.

Казалось, что внутри грота капает вода. Пальцы рук внезапно сковал холод.

Тишину нарушил Лука, бросивший рюкзак на землю, демон достал оттуда пару ножей, с длинными лезвиями, заткнул их за пояс, один вложил в голень ботинка.

На лице Афанасия проступила обречённость, он злобно взглянул на Демьяна и снял с плеч рюкзак, бормоча что-то о нечистых, которые завели его в самое логово нави.

Демьян обернулся и спокойно сказал:

– Отсюда я и убежал.

– Мы не нуждались в этой ремарке, – со злостью ответил Лука.

– Бум! – Афанасий бросил на землю серебристый ствол пистолета, за ним последовал тонкий деревянный кол, несколько свечей и два клинка.

Каждое его движение было пропитано злостью, не свойственной служителям церкви. Монах готовился сражаться с потусторонней силой, которую боялся сам, которую боялись все они.

В памяти Марьяны внезапно всплыли слова, сказанные давным-давно отцом, или матерью, или Динкой:

«Если проехать по единственной дороге между городами с зеленой вывеской «Магнитогорск» и повернуть направо…»

Лука расправил спину, потянулся и кивнул Марьяне.

«… Увидишь темную реку, да полусгнивший мост. Пройди по нему и выйдешь на поляну с кривым деревом, почти черным и трухлявым, за ним тебя встретят дубы и сосны проклятого леса…»

Афанасий встал между ними, велел Марьяне держать демона за руку и ни за что не отпускать его.

«…Туда и иди, коль жить надоело, там ждет тебя та, кого боится даже глава нашего красного двора..»

Козлик обреченно вздохнул и на миг прикоснулся к ее ноге, будто извиняясь.

«…Лютая ведьма Бажена из стылых земель, одна она томится, изгнанная верховной Рогнедой, и убивает заплутавших путников».

Марьяна почувствовала теплую ладонь Луки, увидела под ногами тень от высокой фигуры Афанасия, напоследок взглянула на древесную чащу, а потом на темную пасть пещеры.

«…И убивает заблудших путников.»

Подул ветер, в ушах снова раздался странный гул, они зашли внутрь. В темноту.

Казалось, будто мир разделился на две части, одна освещенная солнцем и окрашенная в зеленым осталась позади, другая – темная в мрачных серых тонах тянулась перед глазами, будто путь в мир смерти Аид.

Афанасий и Лука переглянулись, синхронно щелкнули пальцами. Над ними тут же повисли красные огни из чар.

– Чары привлекают потусторонних тварей, – тихо произнес монах, – мы не использовали колдовской огонь в лесу, а здесь…– Он вздохнул и затих.

«А здесь нам уже без разницы. Ведь ведьма все равно следит за каждым шагом». -продолжила про себя Марьяна.

На миг показалось, что кто-то смотрит на нее сверху, пытливый и внимательный взгляд окутывал плечи и голову. Она моргнула – наваждение исчезло.

Остался лишь тихий плеск воды и гул, отдаленно напоминавший тихое пение, скользкие камни, да могильный холод.

Только рука демона казалась теплой.

– Демьян, тебе холодно? – Марьяна окинула взволнованным взглядом фигуру козлика, похожую в приглушенном свете на блеклое пятно.

Тот шёл впереди, понуро опустив голову, словно что-то на него давило, лежало мертвым грузом на плечах.

«Наверняка, он не хочет возвращаться в логово ведьмы, бедный». – Марьяна вздохнула.

Гул становился громче, сквозь него слышался протяжный и заунывный женский голос, вот только слов разобрать было невозможно.

Будто прочитав ее мысли, демон остановился и оглянулся.

– Ты тоже слышишь пение? – Она крепче вцепилась в руку Луки. Тот дотронулся ладонью до стены, прислушался.

– Черт с ним с пением, мне кажется, кто-то ползет за нами.

Афанасий споткнулся и чуть не растянулся на камне. Только сейчас Марьяна заметила, что его левая ладонь перевязана бинтом. Когда он успел поранить руку?

– Прибавим шагу, – проворчал монах, – или будем стоять как каменные истуканы?

– Аны…Эхом разнеслось по пещере.

Лука будто его не слышал, он направил магический свет на стену и провел по серой щербатой поверхности пальцем, счищая пыль и грязь.

На сером камне стал виден бледный рисунок: вытянутое туловище змеи, расправившей капюшон, выставившей раздвоенный язык, готовой напасть на любого, совсем не похожей на змейку из лучей, которую недавно сотворила Марьяна.

Вспомнились слова Ерофея из нави: «Неужели ОН ползет сюда?»

Среди гула и капающей воды стало отчетливо слышно негромкое шуршание, будто кто-то неспешно передвигался по камню, закрывая им проход обратно.

Пение стихло.

– Скржжж, – раздавалось все ближе и ближе.

Лука резко развернулся и пристально взглянул на Марьяну, схватил ее за плечи:

– Медальон на тебе?

– Да, – она нащупала холодную цепочку на шее, круглый овал из тяжелого металла, давивший на ключицы.

Лука сжал ее ладонь до боли:

– Поклянись, что не снимешь его и не откажешься от меня пока мы в этом лесу, клянешься?

Рядом раздалось приглушенное шипение, и Марьяна вздрогнула:

– Да, хорошо, Лука что нам…

Кожу на руке обожгло, между ними прошла яркая вспышка колдовского пламени. Один миг и пламя исчезло, а взгляд демона снова стал мрачным и тяжелым:

– Мне не привыкать к монстрам и битвам, а ты беги к ведьме. Она не тронет тебя, поэтому, хватит медлить. – Лука неожиданно дотронулся до ее щеки. – Беги.

«Нет. Сумасшедшая старуха уже пыталась со меня убить!» – Марьяна ничего не сказала, просто попыталась дотронуться до его сознания, и демон услышал.

Он мог говорить с ней без слов, и сейчас это казалось абсолютно нормальным.

«Тебя пытались убить деревенские из нави, но не сама Бажена. Ты еще не знаешь, насколько сильна колдовская клятва. Чем ближе ты будешь к обители ведьмы, тем сильнее магия.

Хозяйка этих земель не сможет причинить тебе боль, когда ты переступишь порог ее дома».

– Беги. Лука взглянул на нее с теплотой. – Оставь маленького змея нам и забери с собой бесполезного Демьяна.

«Безумие! – Марьяна беззвучно кричала. – Что ты, черт возьми, задумал? Еще один дурацкий план, в который меня никто не посвятил? Я никуда не побегу!»

Она сжала пальцами виски и вслух сказала:

– Все это безумие! Этот лес, ты – все вы, как бы мне хотелось вернуться в нормальный мир.

– Прекрати! – Лука встряхнул ее за плечи. – Хватит! Сейчас не время для нытья! – И ударил Марьяну по щеке.

Во рту тут же возник привкус железа, глаза жгло.

Она прикусила язык, по щекам текли слезы, и воздух в пещере наполнился жаром, перед ними появилась огромная серая тень, что заполняла собой весь вытянутый проход из серых стен и соляных кристаллов.

Маленькая змейка.

По спине растеклось мерзкое и липкое предчувствие. Воздух запах серой, будто их запихнули в огромный адский котел, Лука легонько толкнул Марьяну вперед, прикрыл собой, совсем рядом с ее левой рукой пронеслась огненная струя, сделав серый камень черным – подходящий цвет для этого дьявольского места.

«Беги!» – пронеслось у нее в голове, это слово вытеснило все остальные мысли, заставило вздрогнуть.

Демьян пятился в глубь пещеры.

Марьяна напоследок оглянулась– чтобы запечатлеть облик Луки, стоявшего посреди прохода в своей демонической форме, с длинными рогами, объятого пламенем. Кказалось, ничто на этом свете ему не страшно, ни красные глаза змея, ни гул, ни шипение, ни стойкий запах огня и смерти.

За ним, вытянув пистолет и клинок, вжавшись в пещерную стену, стоял Афанасий.

Марьяна хотела позвать его, привести в чувства, но поняла, что не успеет.

Неловкое движение, и огонь чуть не задел край куртки, козлик испугано закричал, почти как человек, загнанный в змеиное логово.

Сколько еще они смогут уворачиваться?

Пламя объяло Луку, его волосы и рога – словно терновый венец из огня и пепла, и демон ринулся к змею.

Марьяна развернулась, прикрыла нос рукой, чтобы не надышаться дымом, побежала вперед, следуя за Демьяном, напоследок попыталась мысленно передать Луке последнее напутствие: «Защити монаха».

Ради всех святых.

Собственные шаги отдавались от стен гулким эхом.

Он случайны попутчик.

Сзади что-то обожгло спину, Марьяна вскрикнула, поскользнулась и чуть не упала, но все же удержала равновесие и побежала дальше, стараясь не замечать резкую боль.

Это мы его втянули. Ты и я. Демон и ведьма, что несут только разрушение.

Голова кружилась, ноги дрожали, Марьяна уже не бежала, устало брела, пытаясь разглядеть конец пещеры, отзвуки битвы и запах серы остались позади.

– Скоро придем, – взволнованно проблеял Демьян, – Т-ты ведь дойдешь да?

– Да, козлик

Потолок смешался с полом, и Марьяна поняла, что падает в серое марево, даже камень. показался мягким, боль одеялом окутывала спину и плечи, колоколом отдавалась в голове.

Напоследок, она вспомнила горящую церковь, в тот день,когда заключила с Лукой контракт.

Демон и ведьма, что несут только разрушение.

Рядом раздались тихие шаги, женский смех, чья-то рука дотронулась до марьяниных волос, а тихий голос произнес:

– Ну, привет, и добро пожаловать.