Спустя некоторое время демоническая компания во главе с Огнивой обнаружила, что проход расширился. Теперь два человека могли идти плечом к плечу.

– Мы уже близко к выходу, – сказала Огнива.

Леха, который первым увидел впереди каменную лестницу, ускорил шаг. Дойдя до нее, он поднялся всего на две ступеньки – и остановился.

Угол наклона лестницы составлял примерно сорок пять градусов. Высокие ступеньки, покрытые густым слоем пыли, были из грубых, неотесанных камней, скрепленных между собой каким-то раствором, напоминавшим цемент.

– Принцесса, выход замурован, – обескураженно пробасил он.

И действительно, лестница упиралась прямо в кирпичный потолок.

Огнива подошла, провела рукой по кирпичам и сказала:

– Конечно, они замуровали вход в подземелье, чтобы никто не знал, где могила Захара.

– И что мы будем делать? – спросил Макс.

– Как что? Будем выходить наружу. Ты же не думаешь, что какие-то кирпичи могут меня остановить.

Огнива положила ладонь в центр кирпичного потолка. Рука сразу стала краснеть и накаляться. Раздался резкий хлопок, и кирпичи вместе с землей вылетели вверх, как в трубу, очищая выход из подземелья. Снаружи это выглядело как взрыв: столб земли вперемешку с камнями и разломанными кирпичами взметнулся метров на пять над землей.

Когда пыль немного осела, Макс попытался что-нибудь разглядеть вокруг. Потолок над лестницей исчез, и можно было беспрепятственно подниматься. Также Макс обратил внимание, что один только он кашлял и жмурился, Огнива с близнецами, совершенно не тронутые пылью, стоят и смотрят на него в ожидании, когда он придет в себя.

– Выходим! – скомандовала Огнива, и Леха сразу же зашагал наверх.

Максим последовал за ним, все еще откашливаясь и прикрывая рот рукавом. Лестница оказалась крутой и неудобной, приходилось периодически держаться за стены. На ступеньках попадались остатки кирпичей и комья грязи, что еще больше осложняло подъем. Шаг за шагом вся группа медленно поднималась наружу.

Наконец, Максу удалось добраться до выхода, и, когда его голова показалась на поверхности, он остановился, чтобы осмотреться. На улице уже давно была ночь, и только яркая луна освещала землю холодным розоватым светом. Максим вышел наверх, вслед за ним – Огнива, за ней – близнец Саня.

Крутя головой по сторонам, Макс не сразу смог определить, где они находятся. Сквозь тусклый пастельный лунный свет можно было различить редкие деревья, тропинку, и, пожалуй, все. Когда глаза немного привыкли к темноте, Макс увидел металлические оградки и надгробья, а позади себя – бетонный забор.

Молодой человек посмотрел на Огниву, она снова сменила наряд. «И когда только успевает?» – подумал про себя Макс. На этот раз на девушке было длинное строгое платье с воротником-стойкой и двумя рядами больших блестящих пуговиц, как у военной шинели. Узкое черное платье подчеркивало стройную фигуру, тонкую талию и выделяло широкую линию плеч. Длинные волосы убраны под элегантно сдвинутую чуть набок черную широкополую шляпу. На ногах Огнивы были ярко-красные босоножки на шпильке.

Оказалось, что одержимая тройка и Демон вышли наружу прямо из заброшенной могилы у восточной стены внутри Лианозовского кладбища. Эта часть погоста находится в низине, тут самые старые захоронения, множество из которых заброшены. На части покосившихся надгробий почти невозможно прочитать надписи, у других совсем сгнившие оградки.

Внимание Макса привлек круглый светлый предмет, в котором отражался красноватый свет луны. Он осторожно двинул предмет ногой, слегка поморщившись. Шар перевернулся, и Макс увидел, что это череп человека. Зрелище было довольно жуткое, учитывая обстановку вокруг. Максим отступил на шаг назад.

– Да не бойся ты, – приободрила его Огнива. – Это была когда-то Тамара Ивановна. Но она давно померла и ничего тебе не сделает.

– Ты что, и ее знаешь? Ты всех покойников, что ли, знаешь? – удивился Макс.

Огнива демонстративно закатила глаза и отрицательно покачала головой:

– Да нет же. Мне еще не хватало знать всех вокруг, тем более такой старый хлам. Вот тут прочитала, – она указала на кусок разбитого надгробия, которое лежало рядом с выходом из подземелья.

Макс посмотрел на осколок. Действительно, надпись на нем гласила: «Тамара Ивановна». От фамилии остались только первые две буквы «Пи», а осколка, на котором указаны годы рождения и смерти, нигде не было видно. Молодой человек почувствовал себя неловко и глупо, но Огнива положила ему на плечо свою теплую руку, и он сразу же успокоился.

Как только близнецы поднялись на поверхность, они заняли охранные позиции: один отправился вперед по тропинке и остановился на ее пересечении с главной аллей кладбища, а второй пошел назад, к забору.

Макс проследил за деловитым передвижением братьев и спросил у Огнивы, указывая на близнецов:

– А что происходит?

– Не волнуйся, Макс. Просто они будут смотреть, чтобы нам никто не мешал, – спокойно ответила она.

– Почему-то, когда ты говоришь «не волнуйся», у меня, наоборот, все замирает, и я начинаю еще сильнее переживать.

– А ты выдохни и дыши полной грудью.

– Я попробую, хотя не уверен, что это поможет, – ответил Макс, разглядывая покосившиеся надгробия и ржавые ограды. – Но все равно мне интересно, почему мы здесь, кто нам может помешать и что мы собираемся такого делать, чтобы нам не мешали?

– Как много вопросов, Максик. Я отвечу тебе только на один. Мы ждем одного моего старого знакомого, и скоро он прибудет сюда. Ты присядь вон на скамейку, скоро все закончится.

– Очень странно выбрано место встречи, да еще и в столь поздний час, – поразился Макс и плюхнулся на небольшую лавочку, стоящую возле одной из оград.

– Ты просто пока ничего не понимаешь, но уже совсем скоро тебе все станет ясно, – в голосе Огнивы появились жесткие нотки.