– Смотри, какой большой, две двери. Туда можно целого лося засунуть, – сказал с улыбкой Леха, открывая дверцы огромного холодильника. – Много полочек, место для овощей.

– Ну не знаю. Какой-то буржуйский… Да и я столько не ем, – скорчил гримасу Саня. – А он прочный? – Саня надавил рукой на верхнюю полку, та со звоном лопнула. – Упс… Непрочный какой, а остальные полки тоже такие?

Саня с размаху ударил по следующей полке кулаком, приложив для верности силу богатырского предплечья. Полка разлетелась на куски, но рука не остановилась и продолжила громить внутренности холодильника. Через секунду в нем не осталось ни одной целой полки.

– Не, такой не подойдет, очень хрупкий, – обратился он к Лехе.

Леха же облокотился всей своей массой на одну дверцу, у которой сразу оторвалась верхняя петля.

– Да, похоже, холодильник бракованный, – поддержал Леха. – Человеку с большой мышечной массой будет неудобно им пользоваться. – Он потянул дверцу вниз, и она полностью оторвалась. – Пф-ф-ф. Совсем хлипкий.

Вторую дверцу одним движением оторвал Саня и бросил в проход между витринами магазина.

На звон стекла и грохот прибежали сотрудники зала. Несколько человек окружили близнецов, осуждающе глядя на результат их шалостей.

– Вы что наделали? Будете платить теперь, – обратился к Лехе и Сане один из продавцов-консультантов.

– А чего вы продаете некачественный товар? Смотрите, какие слабые двери. – Саня подошел к следующему холодильнику, открыл, повис на дверце, которая тут же оторвалась, и обратился к толпе продавцов: – Видите? Это же русскому человеку не подходит, где же он будет продукты хранить?

Саня сделал грустную физиономию, а сотрудники магазина зала заохали и запричитали.

– Прекратите все крушить! – грозно подступил к братьям старший продавец. – Вы за все заплатите. Ничего, полиция вас успокоит.

– О нет, только не полицию! – Леха, дурачась, состроил жалостливую физиономию. – Мы вам возместим все убытки! Но сначала посмотрите, какие хилые и непрочные товары вы продаете.

Он подошел к витрине со стиральными машинами и пнул в дверцу. Удар оказался такой силы, что дверца провалилась внутрь.

– Видите, – Леха обратился ко всем присутствующим, – вот такое барахло вы предлагаете обычным людям.

– Хватит все ломать! – повысил голос старший по залу, хотя в его глазах уже появился испуг.

Остальные сотрудники, понимая, что запахло жареным, спешили бочком покинуть магазин. Тихо, один за другим, они вышмыгивали из торгового зала.

– А это?! – не унимался Леха, показывая на микроволновую печь на соседнем прилавке. Он поднял ее над головой и с силой бросил на пол. Микроволновка разлетелась вдребезги. – Это же никуда не годится! В вашем магазине продаются только бракованные товары.

Саня прислонил оторванную дверцу холодильника к стене и пошел по рядам, сметая с полок товары. Упавшую технику он увлеченно пинал, пока она не превращалась в кучу битого стекла и пластика. Взяв кофемолку и оценивающе взвесив ее на руке, он швырнул ее в сторону касс. Кассирша Марина, молча наблюдавшая за происходящим со своего места, успела увернуться от летевшей в нее кофемолки. Ей потребовалось менее секунды, чтобы перепрыгнуть через стойку кассы и сигануть вслед за остальными прочь из магазина.

– Вот и вали отсюда, кошелка разношенная! – крикнул ей вслед Саня.

На глазах старшего продавца магазин превращался в руины. В стены летели утюги, холодильники заваливались, как костяшки домино, вокруг разбитых телевизоров валялись кофемолки, фены и миксеры, использованные близнецами в качестве метательных снарядов. В гордости магазина – огромной плазме – как в мишени, торчали щипцы для завивки волос.

Закончив развлекаться, близнецы подошли к старшему продавцу, который, лишившись дара речи, стоял и молча наблюдал погром.

– Мы проверили весь ассортимент магазина, – обратился Леха к продавцу с довольным видом. – Некачественный, скорее всего, контрафактный товар.

– Но как же, – продавец обвел рукой руины, – ничего не осталось… – И, набрав воздуха в легкие, осмелился все же сказать негромко: – Я вызываю полицию.

– Эй! – окликнул его Саня.

Продавец обернулся и увидел, как к лицу стремительно приближается глянцевая белая дверь холодильника. Этот удар вырубил его на пару часов.