Речунг тогда спросил:
– Учитель, что заставило тебя покинуть Марпу? Лама Марпа просил тебя оставаться с ним несколько лет. А сколько на деле ты пробыл с ним?
Учитель ответил:
– Я пробыл там не так уж долго. А вернуться в родную деревню меня побудили следующие обстоятельства. Обычно в уединении я бодрствовал, но однажды под утро задремал и мне приснилось, что я вернулся в свою деревню Кья Нгаца. Мой дом Четыре Колонны и Восемь Столбов был похож на уши старого осла. Дождь протекал сквозь крышу и заливал священные книги «Дворец Сокровищ»111. Мое поле Плодородный Треугольник заросло бурьяном. Мать и родственники умерли, а единственная сестра ушла из дома и побирается. Я очень тяжело переживал смерть матери, так как ни разу не повидался с ней с тех пор, как мы расстались много лет назад в тяжелое для нас время, когда родственники восстали против нас. Я звал мать и сестру и горько плакал. Проснувшись, я увидел, что моя подушка мокра от слез.
Размышляя над этим сном, я стал думать о матери. Я пролил много слез и решил, что сделаю все возможное, чтобы увидеть ее еще раз. На рассвете я выбил перегородку в пещере и пошел к ламе. Он спал. Я подошел к нему и, смиренно сев у изголовья, спел следующую песню:
Учитель мой, неизменный будда,
Позволь мне, нищему, сходить домой.
В долине Кья Нгаца
Мать и дети, ненавидимые родственниками,
Были разлучены на много лет.
Моя любовь больше не выдержит разлуки.
Позволь мне увидеть свою мать хоть раз, и я вернусь без промедления.
Так я просил. Лама проснулся. В этот момент взошло солнце, и сквозь окно лучи осветили голову Марпы. В этот же момент жена ламы вошла в комнату, неся завтрак. Лама сказал:
– Сын мой, почему ты покинул уединение? Это может породить внутренние препятствия и открыть путь для Мары112. Сейчас же вернись обратно!
Но я снова с мольбой рассказал ему о своем сне:
Милосердный Учитель, неизменный будда,
Позволь мне, нищему, сходить домой.
В моей деревне Кья Нгаца
У меня не осталось собственности,
Однако кое-что беспокоит меня.
Хотелось бы увидеть свой дом —
Четыре Колонны и Восемь Столбов, —
Стоит ли он или лежит в руинах.
Хотелось бы увидеть, не льется ли дождь
На священные тексты «Дворец Сокровищ»;
Не заросло ли сорняками
Поле Плодородный Треугольник;
В добром ли здравии
Бренное тело моей старой матери;
Не побирается ли
Моя сестра, Пета Счастливая Защитница;
Не вышла ли замуж за кого
Зесай, связанная со мной силой кармы;
Жив ли Юнг Победитель,
Моя дядя по материнской линии;
Померла ли или жива моя тетка,
Демоница-Тигрица;
Где учитель моей семьи – Кончок Лхабум.
Но больше всего я волнуюсь о своей матери,
Которой обязан своим телом и умом
И к которой я стремлюсь всем сердцем.
Позволь мне единожды сходить к себе домой,
И я без промедления вернусь обратно.
Так я молил, и лама ответил:
– О чем ты говоришь, сын мой? Когда ты только пришел ко мне, ты заявил, что не будешь тосковать ни о доме, ни о соседях. А теперь ты хочешь совсем другого. Если ты даже вернешься в свою деревню, это не значит, что ты сможешь увидеть свою мать. А что касается прочих, то я вообще сомневаюсь, что они еще живут там. Ты прожил несколько лет в У и Цанге и провел несколько лет со мной. Если ты хочешь пойти, я не возражаю. Но если ты рассчитываешь вернуться сюда, знай, что, поскольку ты застал меня спящим, когда вошел ко мне со своей просьбой, мы больше не встретимся в этой жизни. Однако лучи восходящего солнца, осветившие мой дом, говорят о том, что ты заставишь сиять учение будды подобно солнцу. Самое важное – это солнечные лучи, осветившие мою голову. Это знак того, что учение кагью распространится повсюду. То, что жена принесла завтрак, означает, что ты будешь сыт духовной пищей. Я разрешаю тебе уйти. Дамема, приготовь особое подношение.
Лама принялся составлять мандалу, а мать тем временем готовила подношения. Затем лама с помощью тайной символики дал мне посвящение в путь пробуждения в соответствии с самой тайной передачей дакинь и даровал полные наставления о пути пробуждения. Эти наставления передаются одному ученику и потому другим неизвестны. Затем лама сказал:
– Эти наставления были даны мне Учителем Наропой, который велел передать их тебе. Ты, в свою очередь, должен сообщить их одному из своих ближайших учеников, на которого укажут дакини. Ему нужно завещать, чтобы линия передачи от одного гуру одному ученику сохранялась в тринадцати поколениях. Если ты обменяешь эти наставления на еду, богатство или передашь их кому-то, просто чтобы порадовать, ты навлечешь на себя гнев дакинь. Храни их в своем сердце и практикуй сам. Если же к тебе придет предсказанный ученик, свяжи его с собой посвящениями и наставлениями ради сохранения учения113, даже если ему будет нечем заплатить. Испытания, которым подверг Тилопа Наропу или я подверг тебя, бесполезны для незрелых душ. Будь проницателен, давая учения. В Индии имеется еще девять наставлений от бесплотной дакини, требования в отношении которых не столь строги, как к передаче от одного учителя одному ученику. Четыре из них я тебе уже дал. Что касается остальных пяти, то кто-то из нашей линии должен пойти в Индию и получить их у ученика Наропы. Это принесет пользу живым существам. Выучи их, как только представится возможность. Если ты думаешь, что не получил чего-то из моего учения, поскольку у тебя почти ничего нет для пожертвования, знай, что меня не заботят подарки. Твое пожертвование мне – твое стремление к освобождению и усердие, которые так радуют меня. Будь старателен и высоко неси знамя совершенства. Из всех наставлений почтенного Наропы есть тайная устная передача дакинь, которую не получил никто из других великих учеников. Тебе же я передал все его наставления так, как переливают воду из полного кувшина в порожний.
Мой Учитель поклялся йидамом, что учения верны, а наставления – полны. Принеся эту клятву, Марпа спел:
Я простираюсь перед тобой, кто исполнен сострадания, и молю тебя.
Размышляя над жизнеописаниями учителей, понимаешь,
Что даже желание получить как можно больше наставлений отвлекает.
Храни невредимой суть учения в своем сердце.
Избыток наставлений, лишенных сути,
Подобен саду деревьев, что не плодоносят.
Хотя все они истинны, они не являются окончательной истиной.
Знать все – не значит знать истину.
Избыток пояснений не приносит духовной пользы.
То, что обогащает сердце, – это наше священное сокровище.
Если хочешь быть богатым, сосредоточься на нем.
Дхарма – это искусное средство для очищения загрязнений ума.
Если хочешь быть защищенным, сосредоточься на ней.
Ум, свободный от привязанности, – учитель удовлетворенности.
Если хочешь обрести хорошего учителя, сосредоточься на нем.
Мирская жизнь порождает слезы; превзойди леность.
Горные пещеры в безлюдных местах
Были домом для твоего духовного отца.
Пустынное и одинокое место – священное жилище.
Ум, оседлавший ум, – неутомимый конь.
Твое собственное тело – святилище и небесный чертог.
Нерушимая медитация и поведение – лучшее лекарство.
Тебе, кто истинно стремится к пробуждению,
Я передал все наставления без утайки.
Я, мои наставления и ты —
Все в твоих руках, сын мой.
И пусть они покроются листвой, дадут ветви и плоды,
Которые не гниют, не уносятся ветром и не увядают.
Так он пел. Затем, положив руки на мою голову, он сказал:
– Сын, твой уход разбивает мне сердце. Но непостоянство – свойство всего составного, и мы ничего не можем с этим поделать. Все же побудь со мной еще несколько дней. Обдумай полученные наставления и, если что-то будет непонятно, спрашивай.
Так я остался у гуру еще на несколько дней и, слушаясь его указания, разрешал вопросы и сомнения относительно полученных наставлений. Затем лама сказал:
– Мать, приготовь подношение пищи из лучших продуктов. Мила покидает нас, и я должен подготовить прощальную церемонию.
Мать сделала подношения ламе и йидаму, а также подношения дакиням и охраняющим божествам и приготовила особую пищу для всех новоприбывших. Во время трапезы лама явил себя в облике йидама Хеваджры, Чакрасамвары, Гухьясамаджи, в символах ваджры и колокольчика, драгоценного колеса, лотоса, меча и других символах и трех буквах: Ом, А, Хум114 – красного, белого и синего цвета соответственно, а также в виде световых сфер (тиб. тигле).
Затем он сказал:
– Это чудесные превращения. В том, чтобы показывать их без определенной цели, мало пользы. Я же продемонстрировал их как прощальный подарок Миларепе.
Увидев в ламе живого буду, я преисполнился великой радости. Я подумал, что тоже постараюсь обрести такие чудесные силы с помощью медитации. Лама спросил меня:
– Сын, видел ли ты? Веришь ли ты в превращение?
– Я так потрясен, что не могу не верить. Я думаю, что должен постараться добиться того же с помощью медитации.
– Что ж, если ты и вправду так думаешь, можешь отправляться в путь. Я показал тебе иллюзорность всего сущего, поэтому практикуй старательно. Найди уединенное прибежище в пустынных горах, снегах и лесах. Из горных обителей знаменита Гьялги Шри (Славная Победа), что в Лато. Она благословлена величайшими святыми Индии. Иди туда и медитируй. Гора Тисэ115 упомянута самим Буддой как Ганчен (Снежная Гора) и является обителью йидама Чакрасамвары. Иди туда и медитируй. Лачи Гангра, оно же Гандавари – одно из двадцати четырех священных мест. Иди туда и медитируй. Риво Палбар и Ёлмо Гангра в Непале являются священными местами, предсказанными в сутрах махаяны. Иди туда и медитируй. Дрин Чувар – место обитания дакинь, охраняющих эту местность. Иди туда и медитируй. Медитируй в любом подходящем уединенном месте. Подними в каждом из них знамя медитации. Расположенные рядом на востоке Девикоти и Цари – великие святые места, но еще не наступило время их открывать. В будущем твои духовные сыновья откроют их. Но ты отправляйся медитировать в предопределенные святые места. Таким образом ты послужишь своему ламе, выразишь благодарность своим отцу и матери и достигнешь целей всех живых существ. Но если ты не будешь медитировать, то всю оставшуюся жизнь будешь лишь множить злые дела. По этой причине посвяти себя медитации, отсеки все узы страсти этой жизни и избегай общества тех, кто стремится к удовольствию.
Когда он говорил это, на его глаза навернулись слезы.
– Мы, отец и сын, больше не увидимся в этой жизни. Я не забуду тебя. И ты не забудешь меня. После этой жизни мы обязательно встретимся снова в мире дакинь116, так что возрадуйся. В какой-то период определенной практики ты столкнешься с большим препятствием. Когда это случится, посмотри на эту вещь, которую я даю тебе. Но не вскрывай ее раньше срока. – И лама дал мне запечатанный свиток.
Я запечатлел в своем сердце последние слова гуру. Позже воспоминания о них усиливали мою преданность учителю.
Затем мой гуру, обратившись к Дамеме, сказал:
– Завтра утром Мила Ваджрное Знамя Победы покидает нас. Приготовь все, что нужно, в дорогу. Хотя мне будет тяжело, я должен проводить его.
А мне он сказал:
– Ложись рядом со мной сегодня. Мы, отец и сын, поговорим друг с другом.
И я пришел спать рядом с ламой. Когда вошла мать, она сразу начала рыдать и горевать.
Лама сказал ей:
– Дамема, почему ты плачешь? Из-за того что мой сын получил все наставления устной преемственности и собирается медитировать в пустынных горах? Разве это повод для слез? Настоящий повод для слез – то, что все живые существа, являясь потенциально буддами, все еще не пробуждены и умирают в страданиях. А главным поводом для слез является то, что обретшие человеческое рождение существа умирают без дхармы. Если же ты плачешь именно по этой причине, то плачь не переставая.
Мать отвечала:
– Ты всё правильно говоришь, но такого сострадание трудно достичь. Смерть отняла у нас сына, достигшего мудрости и понимания сансары и нирваны, который мог бы выполнить свои желания и желания других. А сейчас другой сын, оставшийся в живых, исполненный веры, усердия, мудрости и сострадания, в точности выполнявший всё, что ему говорили, должен нас покинуть. И поэтому я не в силах сдержать печаль.
И она снова разрыдалась. Меня самого сотрясали рыдания, и лама тоже плакал. Учитель и ученик одинаково страдали от привязанности друг к другу, и слезы не оставляли места словам.
Наступил рассвет следующего дня. Неся большое количество провизии, Учитель и тринадцать учеников шли со мной полдня. Всю дорогу они шли с грустью в сердце, выражая словами свою привязанность и выказывая знаки симпатии.
На горном перевале, откуда мог быть виден Холм Дхармы, мы сели, чтобы совершить ритуальную трапезу. Лама взял меня за руку и сказал:
– Мой сын, ты идешь через У-Цанг. На перевале Силма в Цанге ты можешь встретить разбойников. Раньше я хотел, чтобы ты шел с надежным товарищем, но сейчас пришло время тебе идти одному. Я попрошу своего ламу и йидама, а также прикажу дакиням защищать моего сына от опасностей в пути. Будь начеку. Отсюда отправляйся к ламе Нгокпе. Сверь с ним наставления и посмотри, нет ли расхождений. После этого сразу же иди домой. Дома оставайся не более семи дней. Затем удались в уединенное место. Это нужно и для тебя, и для блага живых существ.
Покидая ламу, я поднес ему «Песню отбытия в Цанг»:
Учитель Будда Ваджрадхара, неизменный!
Впервые я иду в Цанг как нищий.
Впервые я возвращаюсь домой как простой искатель истины.
Милостью моего Отца, милосердного ламы
На высоком перевале Силма в Цанге
Двенадцать горных дакинь встретят меня.
Я молю Учителя, благословенного.
Я уповаю на Три Драгоценности.
Меня сопровождают дакини трех уровней пути117.
Моя спутница – устремленность к пробуждению.
Восемь армий богов и их почитателей встретят меня.
Мне нечего бояться врагов.
Но все же я обращаюсь к тебе,
Я молю тебя: встреть и веди меня в этой и будущей жизни.
Отврати от меня все опасности.
Защити мое тело, речь и ум.
Приведи мои обеты к исполнению.
Придай мне силу сострадания,
Утверди меня в знании и передаче тантры.
Даруй мне долгую жизнь без болезней.
Ты, знающий радости и печали нищего,
Благослови меня, чтобы я обрел силу
Жить в одиночестве в горах.
Так я молил, и лама ответил:
– Мой сын, да будет так. Храни в памяти последние слова, что исходят из сердца твоего старого отца. Не забывай их.
Затем, возложив руки на мою голову, он спел эту песню:
Приветствие всем досточтимым гуру!
Пусть мой удачливый сын, искатель дхармы,
Достигнет дхармакаи.
Благодаря нерушимому, молчаливому гласу мантры,
Обладающему вкусом нектара,
Пусть ты достигнешь самбхогакаи.
Пусть древо твоего пробужденного ума
С корнями человеческого осознания
Покроется листьями нирманакаи.
Пусть несокрушимые слова твоего ламы
Живут в твоем сердце и не забываются.
Пусть благословения йидамов и дакинь
Достигнут корня твоей жизни.
Пусть божества-хранители дхармы
Непрерывно следят за тобой.
Да сбудется поскорее
Эта глубокая благодатная молитва.
Пусть сострадание всех искателей
Поддерживает тебя в прошлом, настоящем и будущем.
На перевале Силма в Цанге
Двенадцать богинь118 встретят тебя.
Завтра в дороге
Даки и дакини будут побуждать тебя идти вперед.
На родине состояние твоего любимого поля и дома
Даст тебе понимание того, что всё преходяще и иллюзорно.
В своей тете, сестре и родственниках
Ты увидишь учителей, который развеют твои иллюзии.
В пустынной пещере
Ты обретешь торжище, где сможешь обменять сансару на нирвану.
В монастыре твоего сердца и тела
Находится храм, где встречаются все будды119.
Из пожертвований свежей еды
Ты изготовишь нектар, угодный дакиням.
Используя жизненные центры энергии,
Ты соберешь урожай прекрасных плодов.
В деревне, где тебя почти никто не любит,
Ты будешь непрестанно творить добро.
В суровом затворе, где нет ни людей, ни собак,
У тебя будет факел, чтобы увидеть знаки.
В свободе обрести пищу, не прося подаяния,
Заключено блаженство мирного сердца.
В хрустальном чертоге богов
Ты будешь свидетелем собственной победы.
В искренней практике высшей дхармы
Ты достигнешь чистой духовной связи.
Ты сможешь лучше выполнять мои наставления,
Когда обретешь сокровище пробуждения.
В святых учениях, живущих в сердцах дакинь,
Ты обнаружишь границу между сансарой и нирваной.
Для учеников Марпы-переводчика
Есть много путей, ведущих к славе.
Благодаря стойкому сердцу Миларепы
Будет установлен столп учения будды.
Пусть тот, кто защищает столп дхармы,
Будет благословлен благородной линией.
Да будет он благословлен ламами кагью.
Да будет он благословлен превосходными йидамами.
Да будет он благословлен Хеваджрой, Чакрасамварой и Гухьясамаджей.
Да будет он благословлен святой дхармой.
Да будет он благословлен дакинями.
Да будет он благословлен дакинями трех уровней пути.
Да будет он благословлен охраняющими божествами120.
Да будет он благословлен дакиней Дусолмой121.
Да будет он благословлен хорошими учениками.
Да исполнятся слова его ламы.
Да будут благословлены все последующие поколения учеников.
Да будут эти благословения постоянны и неизменны.
– Храни эти слова в своей памяти и следуй им.
Марпа испытывал большую радость, говоря это. Мать снабдила меня провизией, одеждой и новой обувью. Затем сказала:
– Сын мой, то, что я даю тебе, в знак мирского расставания – всего лишь материальные вещи. Поскольку в этой жизни наше встреча как матери и сына заканчивается, я желаю тебе счастливого пути. Я молюсь, чтобы после этой жизни мы снова встретились в мире дакинь, Ургьене. А в качестве духовного напутствия я прошу тебя не забывать этих слов, исходящих из сердца матери.
Она дала мне капалу и ритуальный сосуд с вином, и спела песню:
Склоняюсь к стопам милосерднейшего Марпы!
Мой сын, обладающий большой настойчивостью и выносливостью,
Преданный и постоянный в любви,
Сын-счастливец,
Испей нектар ламы, вино совершенной мудрости,
До полного насыщения
И отправляйся в путь.
Пусть мы встретимся снова в чистой земле будды
И соединимся как друзья.
Не забывай нас, твоих отца и мать,
Призывай нам непрерывно, когда окажешься в беде.
Ты уходишь, насладившись учениями, питающими сердца.
Вкушай их досыта и усваивай их.
Пусть мы встретимся снова в чистой земле будды
И соединимся как друзья.
Не забывай своих милосердных отца и мать.
Помни об их доброте и упорно практикуй.
Носи одеяние глубокого дыхания дакинь,
Пусть оно согревает тебя в пути.
Пусть мы встретимся снова в чистой земле будды
И соединимся как друзья.
Не забывай о беспомощных живых существах,
Позволь своему уму утвердиться на пути к пробуждению.
Побуждай себя нести всем дхарму и освобождение
С такой силой, с какой сейчас стремишься в путь.
Пусть мы встретимся снова в чистой земле будды
И соединимся как друзья.
Сын мой, я Дамема счастливица,
Говорю с тобой от чистого сердца.
Храни мои слова в своем сердце, не забывай их.
Твоя мать тебя не забудет.
Пусть мы встретимся снова в чистой земле будды
И соединимся как друзья.
Да исполнится моя молитва.
Да отплатишь ты за доброту своего ламы практикой дхармы.
Она пела, а слезы ручьем лились из ее глаз. Все присутствующие рыдали и горевали. Я поклонился отцу и матери, коснувшись головой их стоп, и попросил у них благословения. Я шел спиной вперед, пока еще мог видеть лицо моего гуру, и видел, что провожавшие меня стояли на том же месте и плакали. Я уходил с тяжелым сердцем. Наконец, когда мои духовные родители исчезли из поля зрения, я уже не оборачивался, пока не поднялся на пригорок, откуда снова увидел ламу и его учеников, но уже как едва различимые пятна. Я колебался, не вернуться ли мне. Тогда я напомнил себе: «Я получил полные наставления. Я больше не буду заниматься мирскими деяниями. Я никогда не разлучусь с гуру, если буду мысленно представлять его во время медитации над головой. Гуру обещал, что в следующей жизни мы снова встретимся в чистой земле будды. Кроме того, как только я увижу мать, которая дала рождение моему телу и уму, я могу сразу же вернуться к ламе».
Эти мысли развеяли мою грусть, и я пошел дальше. Так я дошел до дома ламы Нгокпы. Мы сравнили наши наставления, и я обнаружил, что он превзошел меня в толковании тантр, но в реальной практике я не очень отставал, а в тайных передачах дакинь даже превосходил его.
Выказав ему свое почтение, я отправился к себе в деревню. Я достиг дома за три дня122. Я с гордостью осознал, что обрел йогическую силу, которая сделала это возможным.
Так говорил Миларепа. Такова пятая глава, повествующая о том, как Мила получил все обычные учения, как он, побуждаемый вещими снами, обрел тайные устные наставления, передаваемые от одного учителя одному ученику, и как он покинул ламу ради того, чтобы вернуться к себе на родину.