Понедельник, 21 апреля 2003 г.: Пасхальный понедельник… смотреть не могу на шоколад (уже месяц)

Ну так вот, в прошлом году я играла в эту игру. Ради Фло, само собой. «Охотилась» за яйцами. Но больше не буду доброй старшей сестрой, выставляющей себя дурой, бегая по саду. Бабуля воззвала к моей совести: «Могла бы сделать над собой усилие, особенно теперь…» Внушала мне чувство вины!!! Я сыта по горло нотациями, но это не конец. За столом она продолжила: «Ты должна есть! Ты чахнешь. Так и до анорексии недалеко!» И ля-ля-ля, и бум-бум-бум… Достала меня, и папа тоже. Смотрит… с подозрением, как будто хочет прикинуть на глазок вес, узнать, сколько я сбросила. Мне это известно – четыре кило, но анорексичкой себя не чувствую: я вовсе не хочу худеть, и режим питания ни при чем. Просто нет аппетита. Они совсем ничего не понимают? Разве происходящее не очевидно, не логично, не нормально?

Сегодня не просто Пасха. Как 21 марта не просто весна. Сегодня исполнился месяц с тех пор, как суд вынес приговор. Это самый долгий месяц моей жизни. Я пытаюсь осознать случившееся – и не могу. Подведу итог событий за тридцать дней: лицо бабули стало морщинистее, папа начал седеть, дочь худеет, сын плачет (вообще-то, плачут все – так мне кажется, – но прячутся друг от друга). Ну Фло плачет не все время, а иногда (когда забывает) даже смеется.

Он плохо переносит перевод матери в Ренн. Пишет ей чуть ли не каждый день, посылает рисунки… Она написала ему два письма, но не сразу.

В школе Фло говорит всем, что мама уехала в далекое путешествие. В другое полушарие Земли. Там ночь, когда у нас день, и наоборот. Красивый образ для наших сдвинувшихся с привычных мест жизней. В некотором смысле Фло прав: мать уже не в нашем мире.