Пятница, 28 марта 2003 г.: приговор + одна неделя

Неделю назад моя жизнь стала кошмаром. Самая долгая неделя в моей жизни (такая же, как та, когда мою мать задержали, а потом арестовали).

Мне каждую ночь снятся кошмары. Я в толпе, и меня обшикивают (как Людовика XVI на эшафоте), у меня в руке пистолет, я готова стрелять. Чаще всего мне снится мама. Я вижу, как она убивает свою жертву, и это зрелище ужасает реалистичностью. Иногда она в маске, и я не уверена, что это она, в другие разы сомнений не возникает: она бьет и бьет женщину ножом. Расчленяет жертву. В одних версиях она оставляет части тела на месте, в других складывает их в мусорные мешки и разносит по разным местам… (наверное, я смотрю слишком много ужастиков, пора сделать перерыв, тем более что я сама теперь существую внутри хоррора).

Просыпаюсь утром – и не знаю, что настоящее, что нет, и несколько минут плаваю между снами и реальностью. Она, увы, всегда одинакова: мама в тюрьме, она это заслужила.

Сегодня утром, за завтраком, папа спросил, поеду ли я завтра на свидание в тюрьму. Я приняла его слова за глупую шутку. Мне и раньше-то не нравилось встречаться там с мамой, а уж теперь… да еще почти сразу после суда? Я не успела переварить новость и не думаю, что однажды приму то, что знаю о маме. Я зла на нее и буду злиться вечно. Окажись она передо мной, плюнула (в прямом смысле) бы ей в лицо, выкрикнула бы все плохое, что думаю о ней и ее поступке, назвала бы убийцей… Она не заслуживает ни нашей любви, ни нашего физического присутствия. Она все испортила. Тем хуже для нее. Пусть теперь расплачивается.

Всех этих слов я не произнесла, сказала только:

– Не хочу ее видеть.

Он не стал меня переубеждать.

Я добавила:

– Не понимаю, как ты можешь общаться с ней, ты…

Разве я не права? У мамы был любовник! Она ему изменила!!! Превратила его жизнь в руины. Зачем им встречаться?

Папа удивился. Думаю, он понял, к чему я веду, моргнул, подбирая слова, потом сказал:

– Сначала с мамой повидаются бабуля Жо и Флориан, потом я. Нам с твоей матерью есть что сказать друг другу.

Меня удивило это «с твоей матерью», потом я поняла, что до суда он говорил «мама» или «твоя мама». Ничего удивительного. Я заметила, что сама начинаю так ее называть. Мама – слишком нежное слово для убийцы.