Стейси

Я соглашаюсь на условия Ригхана.

Одно свидание и наши дорожки навсегда разойдутся.

Вроде все просто. Никаких сложностей. Но мне кажется обычным ужином или вроде того не обойдется. Я не верю, что мы вот так легко можем разойтись с Кайденом. Он явно на что-то рассчитывает.

Зря я позволяла ему касаться себя. Этим будто дала надежду. Ригхан проверял границы дозволенного и понял, что ему многое разрешено. Он не тот человек, который просто играет.

Скорее я такая в его глаза.

Я – часть плана. Я – мишень для мести.

Мне надо не забывать о словах Мэделин.

Ригхан мстительный. Больше, чем ты можешь представить.

Не думаю, что он забыл о том, что было.

– Думаешь стоит?

– Почему нет?

Вечер пятницы. Все, как раньше…

Мы решили не сидеть дома, а оторваться в одном из новых баров города. Роуздейл у нас заделалась блогером – она ходит по разным заведениям Ванкувера и делает обзор мест, которые посещает.

– Представляешь, владельцы сделали бар в стиле Дикого Запада! – Мэд крутится у зеркала, примеряя разные наряды.

Сегодня мне от нее перепала ковбойская шляпа и сапоги.

– Ты мой любимый персональный стилист! – Крепко обнимаю подругу.

С Роуздейл я чувствую себя живой. В мире только два человека, заставляющих ощущать подобное (вы знаете обоих). Я рада, что мы встретились и отпустили былые обиды. Счастлива и благодарна девушке за ее прощение. Я исчезла из жизни Мэд, ничего не объяснив. А она распахнула свою душу для меня вновь и подпустила к себе. У подруги большое сердце.

– Тебе идет классический ковбойский стиль.

Я ничего не смыслю в моде в отличие от Роуздейл. Тем более, не надеваю куда-то что-то намеренно. Но раз Мэд сказала, что необходим тематический наряд, я повинуюсь.

На мне высокие ковбойские сапоги на небольшом каблуке, белая майка под кожаной жилеткой и короткие джинсовые шорты. Подружка кидает мне какую-то длинную черную шубу.

– Это еще зачем?

– Slavic girl, настоящий русский вайб в пушистой шубке. – Комментирует Роуздейл, когда я надеваю одежду. – На улице холодно. Забыла, что сейчас не лето? Как ты собираешь дойти до машины в таком виде?

По крайней мере, на мне еще колготки телесного цвета.

– Окей!

Я соглашаюсь поправляя небрежную укладку. С темными волосами мой образ – бомба!

– Бежим?

– Да!

Мы отбиваем «пять» и несемся на улицу наперегонки. Две дурочки. Нам по двадцать два, но в душе также семнадцать-восемнадцать. Наши одноклассницы уже давно вышли замуж, родили детей и сидят дома. Но нам с Мэд до них далеко. Время близится к полуночи, смех разносится по всей округе. Сейчас у нас соревнование, поединок за то, кто сядет за руль.

Холодный воздух обжигает мои легкие. Я не намерена сдаваться.

Пусть это выглядит глупо. Не понятно, зачем. Но таков порыв души. Я всегда иду на поводу у того, что приносит яркие эмоции.

Победа за мной!

Мы едем в бар, где сегодня ожидается развлекательная программа в честь открытия.

– Ты же пить не будешь? – интересуюсь я у Роуздейл.

Она вскидывает бровь, ерзая на сидении.

– Вообще-то я думала, что ты не будешь.

– Я? Буду!

Не знаю, о чем мы думали, когда решали ехать в бар на желтом ягуаре Мэд. Было ясно, что мы идем в бар не просто танцевать.

– Проехали! Что-нибудь придумаем.

У меня есть навык вождения в нетрезвом состоянии. Чуть больше двух недель назад я чудесно добралась до дома. Происшествий не произошло, если не считать, что я неудачно припарковала автомобиль Фостера. Но Кайден это быстро исправил.

Кстати о Ригхане, мы не виделись с ужина. После заявления о свидании он, как испарился. Не приходит к отцу, не появляется дома – свет в его комнате не зажигается вечерами и ночами. Псих не пишет, не использует автоответчик, чтобы насолить мне. Да и голоса, зовущие «Стейс» в моей голове прекратились, что странно. Я рада этому. Мужчина напрочь исчез из поля зрения. Возможно, он наконец решил оставить меня в покое и заняться своей жизнью. Было бы славно.

Его мало волнует свидание со мной.

Может, Кайд пропадает со своей Грейс – имя новой пассии Ригхана я запомнила отлично. Классно, что он забыл обо мне. Я об этом всегда и мечтала!

Ты правда так считаешь?

Роуздейл скидывает вещи в машине. Подруга остается в том, в чем будет в баре. Она выглядит очень женственно, но при этом по-ковбойски. Светлое платье из льна с элементами бахромы и кожаным ремнем, ковбойская шляпа, украшенная лентами, кулон, серьги-кольца. На ногах у нее ботильоны такого же коричневого цвета, как и у меня.

– Вау, – восклицаю я, выбираясь из ягуара и скидывая шубу с кожаной жилеткой на заднее сиденье.

Деревянные отесанные стены бара напоминают настоящий салун! И это мы еще не вошли внутрь. Уверена, там будет не менее атмосферно, чем снаружи.

В самом баре у меня открывается рот от удивления. Повсюду плакаты WANTED, картины с пейзажами Дикого Запада, помимо этого на стенах висят чучела животных – кайотов, лис и оленей. Мы цокаем каблуками по полу из грубых досок, покрытых лаком. Садимся на табуреты со следами износа у длинной массивной барной стойки.

– Нам пива. – Широкой улыбкой Мэделин одаряет мимо проходящего официанта в одежде, напоминающей ту, что носили ковбои.

Эстетичное место, ничего не сказать.

– Джек, сделай девушкам пива. – Кричит официант мужику с рыжей бородой, внезапно появившемуся за баром.

Что-то новенькое, я никогда не пила пиво. Перед нами ставят огромные кружки с чем-то светлым, похоже на цвет солнца.

– Ого! Я не выпью столько!

Фоном играет какой-то инструментальный сборник в стиле Дикого Запада. Я оглядываюсь на окружающих. Вроде, всем все нравится. А меня дико бесит плейлист! Если так будет на протяжении нескольких часов, то я с ума сойду. Понимаю, что музыка задает соответствующую атмосферу, но бесит!

– Слушай, когда начнется развлекательная программа? – Придвигаюсь к Мэделин, у которой от глотка пива остаются усы.

– Через пару минут. А что?

– Удручает инструментальная возня. – Жалуюсь я.

– Не тебя одну. У меня уже уши вянут.

Мы хохочем и поворачиваемся к людям, которые в нескольких метрах позади нас устанавливают механического быка. Стоп, что?! Механического быка?

Я как заведенная начинаю тараторить:

– Аааа, Роуздейл! Мне начинает нравиться это место!

– Хочешь прокатиться?

– Нет! Ни за что! – А у самой от мысли оседлать игрушку на глазах у всех волна возбуждения. Я определенно хочу попробовать! Но боюсь.

– Я вижу по твоим горящим глазкам, что хочешь!

Пожимаю плечами и, покусывая нижнюю губу, поглядываю на ограждение.

– Как хочешь!

Серьезно? Мэделин так быстро сдалась? Она не станет меня уговаривать?

– Давай отойдем в туалет? Мне срочно нужно.

– Конечно!

Пока жду подругу, подкрашиваю губы карандашом оттенка шоколад, наношу блеск. За две недели с темным цветом волос я освоила шикарную технику «дымчатых глаз». Такой макияж охренительно подчеркивает мои голубые глаза. И, конечно, я не остаюсь без комплиментов. Даже Макс заметил! С водителем отца мы стали больше общаться.

Из зала доносится громкий голос ведущего. На радостях я спешу к барной стойке. Ведущий объявляет о призе, который достанется тем, кто удержится на механическом быке более шестидесяти секунд. Моя остановка! Я все же решила перебороть свой страх и попробовать!

– Немного для храбрости! – Я чокаюсь с незнакомым парнем и хохочу, когда он шутит про мою смелость.

Ладошки потеют, когда под громкие овации меня приветствуют гости бара. Никогда ко мне еще не было приковано столько внимания. Очень волнительно. Я взбираюсь на быка, с улыбкой оглядываю собравшихся посмотреть мое представление. Механизм запускается под Goodies Ciara.

Ты весь возбудился и занервничал,

Да еще и злишься, потому что я заговорила об этом.

Мечтаешь о моих прелестях?

Продолжай мечтать и дальше, потому что

Раздетой меня все равно не увидишь!

Первые десять секунд даются легко. Я без особого труда удерживаюсь на игрушке для развлечения.

Машу рукой Мэд, гостям и смеюсь. Динамическое освещение бьет по глазам. Разноцветные огни усиливают атмосферу всеобщего восторга.

– Половина времени! Стейси продержалась уже тридцать секунд! – вопит ведущий, подогревая климат в баре.

Люди поддерживают, выкрикивая мое имя и хлопая. Я наслаждаюсь каждой секундой, проведенной на быке. Движения механизма, напоминают мне о давно забытом сексе. Они плавные, возбуждающие. Когда-то так я двигалась на Ригхане. Боже, зачем вспомнила о нем!

Кажется, от соприкосновения с кожей игрушки вот-вот кончу. Я краснею, думая об этом. Надеюсь, никто не замечает, как мне хорошо. Улыбаюсь шире. Игриво прикусываю губу, когда вижу, как много новых мужчин решили посетить бар, увидев меня через панорамные окна. И сколько незнакомцев продолжают оставаться на улице и лицезреть за стеклом.

– Сорок секунд! – Снова голос ведущего.

Роуздейл посылает мне воздушный поцелуй.

Кажется, я поняла задумку владельцев. Аттракцион поставили не для того, чтобы желающие оценили свои силы в качестве ковбоя. Бык здесь по другой причине. Для привлечения новых клиентов. Цель механизма явно не в том, чтобы скинуть меня и сделать посмешищем.

Согласитесь, симпатичная девушка проживающая опыт верховой езды на твоих глазах, вызывает сексуальное желание. Кто откажется поглазеть и выпить пиво под возбуждающее зрелище?

Когда ведущий объявляет о десяти секундах, я поднимаю правую руку вверх, левой глажу быка. Мужчины и женщины продолжают следить за мной с открытым ртом.

Как же мне тесно в этих шортиках. Я перекидываю темные волосы через плечо и провожу пальчиками по шее. Стон хочет сорваться, но я удерживаю его, сомкнув опухшие от жара губы.

– Шестьдесят! – Объявляет ведущий.

Я танцую сидя на быке в честь победы! Заводила бара подбегает ко мне и просит прокомментировать выигрыш.

Неосознанно выдыхаю в микрофон. Моя грудь вздымается от энергии, которая бушует в теле. Хорошо, что я не достигла оргазма перед десятками людей.

– Это было горячо! Вы все такие классные. Спасибо за ваши овации. – Не забываю поблагодарить зрителей. – Я бы с радостью повторила! – Произношу, а сама думаю о том, как бы поскорее уехать домой и довести начатое до конца.

Мне нужна разрядка.

– Сегодня у нас предостаточно желающих! – Поясняет ведущий, указывая на очередь из девчонок, выстроившихся к аттракциону. – Но думаю красотки уступят тебе место!

Я смеюсь и спускаюсь на батут, который установлен вокруг механической игрушки. Роуздейл уже ждет с объятиями.

– Это было чертовски горячо! – Подруга машет флаером у лица, а после фотографирует меня на память.

У Мэд на телефоне целый ворох воспоминаний. В каком-то роде я даже завидую ей. Она может открыть фото и окунуться в прошлое. Для меня было бы болезненным, если кадры остались на моем мобильном. Велик бы был соблазн листать пленку по ночам. Поэтому сразу же после расставания с Кайденом я оградила себя от подобного. Удалила все, что нас связывало.

Двадцать тысяч фото и видео превратились в ноль.

– Девчонки, угощайтесь! Выпьем за смелость, Стейси? – подхватывает парень, который подбодрил меня пойти на быка.

– С радостью!

Веселье длится недолго. Я щипаю Роуздейл за плечо, обращая внимание на тех, кто пересекает входные распашные двери-ворота бара. Ржу, как ненормальная. Конечно, только здесь мы и можем пересечься! Что за чушь?

– Похер! – Отмахивается Мэд.

Может, мы и сделаем вид. Однако они…

Ригхан с Фостером сдвигают наших новых знакомых, занимая места рядом с нами. Кайден забирает у меня кружку и делает глоток пива. Он пьет алкоголь? Я помню, какой Ригхан ярый противник спиртного. Было только одно исключение, когда он позволил себе расслабиться – мой день рождения.

Я опешила.

– Ты что следишь за нами?

– Ни в коем случае.

Он качает головой и опускает ладонь к моим шортам. Я прикрываю глаза, теряя навык дышать. Что Ригхан делает? От касается тыльной стороны своей ладони моей кожи. Его касания обжигают. А я, как всегда, остро реагирую на них.

Не верю Кайдену, учитывая его темное прошлое. Он любит следить за людьми.

– Завязал со сталкерством? – Распахиваю глаза, встречаясь с засасывающими в омут серыми.

Нельзя быть таким притягательным.

Особенно, когда его образ не вписывается в тематику сегодняшнего вечера (на мужчине темно-синий поло и серые джинсы). Может, проходил мимо?

Особенно, когда я стараюсь ненавидеть его, и быть верной своему выбору.

– Четыре года назад пробовал. – Кайден прищуривается и ведет себя более развязно, чем в предыдущие встречи. Словно ему по барабану на все, терять нечего. – Несколько дней в завязке, и я расстаюсь с горячо-любимой девушкой.

Разве не понимает, что этим проводит меня через круги ада? Хотя… В его мыслях я ведь любила Берна. Язык так и хочет развязаться. Рот порывается открыться и осведомить всех в заведении, что на самом деле произошло. Может, тогда Ригхан заткнется?! Нет. Я знаю Кайдена, он не поверит ни единому слову об изнасиловании.

Хоу ведь постарался и снял видео. О ролике я узнала только после отъезда из Ванкувера. Урод Берн прислал вместе с фиксацией двадцатисекундного изнасилования сообщение: «Думаю, ты захочешь вспоминать нашу ночку».

– Кайден…

Я порываюсь уйти. Лишь бы не слышать это.

– Стейс, постой!

Выбегаю на улицу и несусь к ягуару. Не время что-либо объяснять. Ключи от машины Мэделин у меня. Я обязательно вернусь за подругой. Чуть позже, когда Ригхан отстанет от меня.

– Стейс! – Мощный рывок на себя, от чего я вздрагиваю.

От закидывает меня к себе на плечо. Я вижу, как на холод выбежала взволнованная Роуздейл. За ней поспевает Фостер. Кайд отбирает у меня ключи от ягуара и бросает Рону.

– Эй! – Вопит подруга. – Сейчас же отдай! – Набрасывается она на пока еще мужа.

Фостер, как скала. Он смеется над Мэд и с теплотой обнимает девушку в то время, как она отбивается от его объятий. Рональд что-то шепчет жене. Не знаю, что такое там надо наплести, чтобы Роуздейл сдалась, обняла мужчину в ответ и поцеловала.

С ума сойти! Что она творит?! Мэд вообще на чьей стороне? Она только что променяла меня, свою лучшую подругу на кого? На в скором бывшего мужа?!

– Кайд, мне холодно. – Дрожу я.

Он тут же ставит меня на ноги. Встревоженно обхватывает лицо ладонями и целует. Кажется, внутри меня начинает таять новый ледник. Наш поцелуй недолог. Кайден берет меня на руки, крепко прижимая к себе. Он всегда такой теплый.

Я закрываю глаза.

«Мы опять делаем что-то не то», – напоминает мозг, которому вечно все не так.

«Вы уже пробовали быть вместе. Не хватило одной болезненной попытки?», – не затыкается он, повышая тревожность.

Железобетонный аргумент сердца иной – меня тянет к этому мужчине, я хочу быть рядом.

«Ригхан предал тебя», – пощечина от ума.

В моей голове вечная война.

Когда я замечаю тонированный внедорожник, становится очевидно, куда мы направляемся. Псих открывает дверь, помогает мне сесть на заднее сиденье. Обходит с другой стороны и составляет мне компанию.

– Рейвен, сядь на меня.

Я сглатываю и поддаюсь порыву, исполняю его приказ.

Как была маленькой дурой, так ею и осталась.

Ладони скользят все выше. На улице ужасный холод, но его руки остаются горячими. Кайден растягивает мой лифчик, помогает снять и бросает на автомобильный коврик. Я тяжело дышу ему в ухо. Мои соски торчат под тонкой маечкой.

– Расстегни мои брюки, Рейвен.

Я качаю головой, дразня Кайдена. Псих тянется к губам, я избегаю. Тогда Ригхан заставляет меня тереться бедрами о выпуклость его джинсов.

«Я так не могу», – думаю и порываюсь слезть с мужчины.

Мне просто нужно уйти. Я снова пьяна. А, когда я пьяна, мне лучше держаться подальше от Ригхана. Он действует на меня неправильно. Рядом с ним я нарушаю свои принципы.

«Кайд предал тебя», – бьет по ушам разум.

Как же я мечтаю об изобретении контрацептивов для мозга. Надел защиту и не слышишь надоедливость гулкого серого вещества. Я устала от самой себя. Собственные метания сводят с ума.

Я хватаюсь за голову, желая принять окончательное решение. Не думала, что буду делать это сегодня. Пусть сейчас решится моя судьба. Либо я даю волю чувствам, говорю правду Кайду об изнасиловании и Берне, остаюсь в Ванкувере, и мы вместе пробуем решить, что делать дальше. Тем самым я заткну мозг. Либо я замыкаюсь и никогда не подпускаю Ригхана. Я праздную Рождество, а после пакую чемоданы и покидаю Канаду навсегда! Да, настолько кардинально я настроена! Готова даже сбежать из страны, чтобы начать жизнь с нуля.

Четыре года с момента расставания я тешила себя надеждами, что однажды кто-то из нас одумается и сделает первый шаг.

– Стейс, Стейс, Стейс, Стейс, – просит Ригхан, его голос звучит умоляюще.

Поцелуи шеи мужчины, которого я когда-то любила, добивают.

Но говорю другое, в корне меняющее ситуацию:

– Я не хочу.

Решение принято!

– Ты хочешь.

Нет, не принято. Кайден принимает его.

Нас тянет друг к другу, очевидно же!

Или мы оба играем?

Я целую его с большей жадностью, чем мужчина меня. Опускаюсь ниже, на колени Ригхана. Снимаю с него поло. Пальцы оттягивают волосы психа назад. Во мне буря чувств. Теперь все на своих местах.

«Я все расскажу ему. Вместе мы что-нибудь придумаем», – сидит твердая уверенность.

– Сука! – Вырывается у Кайда, когда в окно стучат.

Я опускаю голову и тихо смеюсь. Нас с поличным застает охранник парковки.

– Прости, малыш. – Ригхан целует меня в нос.

Псих опускает окно. Все не совсем так, как нам могло показаться. Охранник просит перепаковать автомобиль, поскольку на выгрузку приехала фура.

– Мы еще закончим начатое.

– Это угроза? – Я веселюсь, пуская слюнки на пресс Кайда.

Такой, как Ригхан, кажется, никогда не расслабляется. Он выглядит чуть ли не лучше, чем в двадцать пять, когда мы встретились.

– Скорее предупреждение, Стейс.

Не верится, что кружка пива и горячие поцелуи наконец привели нас к какому-то итогу отношений. В животе парят давно забытые бабочки. На сердце вмиг стало легко. Я тяжело дышу из-за жара, окутавшего автомобиль. Кайден запустил прогрев салона.

– Пожалуйста, открой окно.

Ригхан качает головой, дразня меня. Я прячу улыбку, до конца не веря всему что происходит. Кайд и я? Ущипните, если сплю. Решаю взять хитростью. Я обнимаю его сзади. Целую, насколько могу с заднего сиденья, пока он сидит за рулем и лавирует в потоке машин на трассе.

С ним я забываю о боли, о прошлом. Не думаю о будущем. Когда рядом Ригхан я растворяюсь в настоящем моменте и испытываю только наслаждение. С Кайденом исчезает тревога. Он – моя единственная мечта. И всегда ею будет.

– Куда ты меня везешь?

– Домой.

– У меня нет дома.

– Есть. Твой дом там, где я. Твое место рядом со мной. Оно всегда занято тобой, Рейвен. – Ригхан смотрит вперед и совсем не глядит на меня, произнося эти слова.

Он заставляет верить, что я нужна ему.

Дорога занимает ничтожно малое количество времени. В полудреме я чувствую, как мужчина вытаскивает меня из машины, кутает в плед, который достал из багажника, и несет на руки в особняк своих родителей. Или свой? Я не знаю, как у них в семье распределяется владение имуществом. Судя о том, что говорят о влиятельности психа, Ригхан владеет всем.

– Кайд? – шепчу, опуская голову к его голой груди. Он так и не оделся с тех пор, как я раздела его.

– Да, малышка?

– Я должна тебе сказать кое-что очень важное.

– Стейс, спи. Завтра мы обо всем поговорим.

– Хорошо. Кайд, и еще…

По телу разливается тепло.

– Малышка?

– Я скучала по тебе, Кайден. Я так скучала, ты представить себе не можешь.

Почему Ригхан молчит?

Нехотя отрываю голову от груди и обнаруживаю, что мы уже в доме. В его доме. Мужчина несет меня, поднимаясь по лестнице.

– Все четыре года я скучала, Кайд. – Слова вызывают мурашки. Я не хотела признаваться себе, что скучала. Но призналась ему.

– Стейс, пообещай, что не вспомнишь о том, что сейчас услышишь.

Без задней мысли даю обещание. В ответ слышу:

– Я скучал, Рейвен. Ненавижу себя за эти эмоции, но я скучал.

Хочу возразить, но тихое «тсс-с» от Ригхана заставляет замолчать. Я дарю ему заключительный поцелуй, прежде чем уснуть на любимых мужских руках.

– Классное пиво было, да?

Чувствую на его губах соленый привкус.

– Охуительное! Я давно не пил.

– Правда?

– Да. А теперь спи, моя маленькая девочка.

Я и забыла, каково это подчиняться тебе, Кайден. Власть, тотальный контроль, одержимость, сила. Я скучала по тебе, Ригхан.