– Байкал, а ну-ка прекрати!

Черно-серый щенок лайки, рыча, по его собственному мнению, очень грозно и упёршись лапами в снег, зубами вцепился в черенок лопаты.

– По-моему, он тебя не слушается.

Щенок, услышав голос хозяйки, которая вышла на крыльцо, тут же бросил лопату и вприпрыжку помчался к ней. Уля наклонилась, взяла теплобокого щенка на руки, и он тут же принялся облизывать ей лицо.

Глава семьи поднял лопату, воткнул ее в сугроб и подошёл к жене.

– Он только тебя и слушается.

Уля рассмеялась и прижала щенка к груди. Захар положил руку на ее уже порядком округлившийся живот.

– Ничего. Зато доченька будет меня слушаться.

Уля перехватила удобнее щенка, он принялся вылизывать ей шею.

– Я позавчера была на УЗИ.

– Без меня?!

– Ты был занят, у вас было итоговое собрание акционеров.

– Почему молчала?

Уля безмятежно поправила серьгу, подвёрнутую любопытным собачьим носом. Захар засопел:

– Не молчи. Как там у нас дела?

Ульяна натянула мужу шапку поглубже.

– Вынуждена сообщить, что твое предположение, что первой у нас будет дочь, которую, так уж и быть, пусть балует бабушка Наташа, потому что девочек баловать можно, а мальчиков баловать нельзя, и поэтому сын будет вторым – потерпело крах. У нас сын.

Захар молча обнял жену и глубоко и счастливо вздохнул. Он взял с рук Ули щенка.

– Байкал, пойдем. Папе надо на ком-то учиться воспитывать мальчиков.

К тому моменту, когда на свет появился Егор Мелехов, Байкал уже уверенно знал команды «Апорт!» и «Лапу!». Поэтому – и не только! – стали они с Егоркой неразлучными друзьями.