Лору медленно затягивает под холодную черную воду.

В голове будто бьет колокол, тело не слушается. Паника. Из глубины тянутся длинные серые пальцы, на которых слишком много суставов. У лица, слегка подрагивая, замирают выгнутые птичьи когти, с которых капает вязкая темная жидкость, и резкий металлический запах бьет в нос. Кровь. Темное лицо с глазами, которых тоже слишком много для человека, зверя или вообще хоть кого-то, кто может существовать в реальности. Оно заглядывает в самое сердце и ухмыляется. Лора видит во всех его глазах гордость. Существо всматривается в нее, не дышит, не говорит. Вода уже скрыла ее ноги, бедра, она чувствует пальцами ледяные волны. Кровь с птичьих когтей капает и капает на ее щеки, шею и грудь, и с шипением растворяется в темной воде, оставляя на коже сочащиеся гноем раны.

«Я проснулась. Проснулась. Уходи. Я не сплю, ты просто сон, уходи».

Вода заливается в горло, чудовище склоняет голову набок. Мысли формируются с трудом, все тело сковывает липкое оцепенение. Хочется кричать, плакать, но в горле булькает, Лора захлебывается. Кошмар продолжает смотреть на нее своими пустыми глазами. Его присутствие поглощает весь свет, обездвиживает, отупляет.

«Я не сплю. Уходи. Уходи. Уходи».

Лора наконец-то распахнула глаза и часто задышала, судорожно цепляясь за медальон на груди и до боли в пальцах сжимая его неровные края.

Она всегда думала, что медальон очень похож на монету, но какое государство ее выпустило и когда, никто не знал. Монета была очень старой, на одной ее стороне по спирали шли слова на незнакомом языке, а на другой проступали два непонятных символа, похожих на кельтские руны. Или, возможно, какие-то иероглифы? Еще Лора знала, что монета золотая и что это единственная вещь, доставшаяся ей от настоящих родителей. Когда пожарный выносил ее, маленькую и напуганную, из горящего дома на окраине Кракова, Лора не плакала, а только смотрела в пространство невидящим взглядом, крепко сжимая в своей детской ладошке старую монету. Совсем как сейчас. С того дня каждое утро она первым делом нащупывала свой талисман, который неизменно, как спасательный круг, вытаскивал ее из кошмаров. Даже таких реальных, как сегодня.

Вот и сегодня холод металла привычно успокоил, выстраивая заново границу между сном и явью.

Одной рукой она стянула с лица липкое от пота одеяло, и удушливая паника накрыла вновь: где она, черт побери?!

Еще шире открыв глаза, Лора сжалась и замерла, как полевая мышка, пытающаяся спрятаться от кружащих над ней хищных птиц. Темнота, кровать, одеяло и подушка, даже запах – все незнакомое. Тишина в комнате стояла абсолютная. Лора отчетливо поняла: даже если она закричит, никто не услышит. Но тут на глаза попалось какое-то мутное пятно, только совсем немного отличающееся от окружающей темноты. Рюкзак! Ее вещи здесь. Воспоминания о предыдущем вечере возвращались медленно и тяжело, как будто им нужно было просачиваться через каменные стены ее удобной тюрьмы.

Точно: вчера она сбросила рюкзак на пол, прежде чем залезть под одеяло. А до этого шла через здание библиотеки с девушкой со странными волосами. А до этого…

Негромкий стук в дверь буквально заставил Лору подскочить на кровати.

«Спокойно, это уже не кошмар, это – реальность».

За стрельчатым окном определенно наступило утро, хоть его и не видно за толстыми портьерами, чудовище с хищным оскалом ушло, а Лоре нужно встать и придумать, что делать дальше. Например, открыть дверь, чтобы этот навязчивый стук наконец прекратился.

Вот только дверь она открыть не сможет. Лора не сразу об этом вспомнила, но ведь та девушка вчера заперла дверь снаружи! Она выбралась из кровати, первым делом отдернула шторы, чтобы отогнать ненавистную темноту, и застыла, тупо уставившись в окно.

«Не помню, чтобы в библиотеке были готические окна…»

Стук оборвался так же внезапно, как и начался, и дверь распахнулась. Снаружи хлынули звуки: шаги, призрачные голоса, хлопнула чья-то дверь, что-то тяжелое упало и покатилось, раздался женский смех… Захотелось выйти, осмотреться, узнать, что там происходит, но та самая вчерашняя девушка уже вошла, захлопнув дверь и отрезав все звуки за собой. И все возможности для побега.

Хотя о каком побеге может идти речь? Она ведь и мечтала оказаться в библиотеке. Все так и вышло. Никаких проблем. Значит, осталось только понять: в качестве кого она здесь и чего от нее ожидают. И по возможности дать им это, потому что после нескольких часов сна возвращаться в Мэн вновь расхотелось. Лора все-таки изменила свою жизнь! А уж как там дальше все повернется – дело десятое.

– Привет, спящая красавица! Уже полдень, вообще-то. – Девушка с порога недовольно затараторила: – Ты точно голодная, у нас тут во всех комнатах есть кофе, еще я принесла пару сэндвичей, а то от Реджинальда заботы о простых человеческих потребностях не дождешься. Он, кстати, тоже все еще спит – переволновался старикашка, – и, очевидно, по твоему вопросу никто ничего не решил. Меня зовут Аннет Лавин. – Она внезапно замолчала и протянула руку.

От такой напористости у Лоры язык прилип к небу, а мысли спутались. Аннет говорила быстро, громко, с неуловимо знакомым акцентом. Рука у нее оказалась твердая, совсем как мужская, а вот улыбка, которой Аннет все-таки наградила Лору, была по-детски солнечной и простодушной, с маленькой щербинкой между зубами.

– Ты Лора, это я уже знаю. Что с лицом? Призрака увидела?

– Ничего такого… Просто еще не совсем проснулась. И стук меня напугал.

– А, точно, извини. Забыла, что сама же и заперла дверь. Я, знаешь, нечасто кого-то запираю… В общем, давай надевай штаны. Потом я тебе тут все покажу, а то ты наверняка в шоке. По крайней мере, выглядишь как потерявшийся щенок.

– Ну, я все еще не совсем уверена, что мне все не приснилось…

– Не надейся, не приснилось. Ну да это и к лучшему, тебе у нас понравится! Не волнуйся, тот красавчик-агент и Реджинальд разберутся, откуда ты такая взялась. Сварить тебе кофе?

– Кофе… Да. Спасибо. Дай мне пару минут умыться. – И, подхватив рюкзак, Лора скрылась в ванной.

Акцент Аннет, ее необычные волосы и бесцеремонные манеры почему-то сразу расположили к себе. Лоре показалось, что они знакомы целую вечность, а уж собираются вместе выпить кофе как минимум в десятитысячный раз.

Под шум кофеварки за дверью Лора попыталась привести себя в порядок. Выудила из рюкзака расческу и чистую рубашку глубокого красного цвета – все-таки сравнение с бездомным щенком ей не понравилось, она вполне может выглядеть под стать этому месту! Принять душ, кудри убрать в пучок, немного косметики, и – вуаля! – на месте несчастной бродяжки красивая молодая женщина. Старые кеды в этот образ не особенно вписываются, но ничего другого нет, а о новой обуви она подумает позже, сейчас нужно разобраться с…

«С чем? С магией? Круто, но не верится».

– И сколько тебя можно ждать?! Так, молока нет, надеюсь, ты любишь черный кофе… Хватай кружку и плащ, позавтракаем во дворе! – Видимо, отдавать команды и распоряжения было привычным стилем общения Аннет. Что ж, пока она готова приносить завтрак и помогать, пускай командует, не страшно.

– Почему ты мне помогаешь? – Лора еле поспевала за Аннет, несущейся к высокой изящной двери с витражными вставками в конце коридора.

– Потому что девчонкам здесь трудно, мы должны помогать друг другу. Разве не так?

– Так… Почему девчонкам здесь трудно?

– Ты с какой планеты, принцесса? Девчонкам везде трудно. Так что пристегни ремни, будет весело. Ну и еще моя работа – помогать Реджинальду, а ему определенно сейчас нужна помощь с одной рыжей девицей, свалившейся ему как снег на голову. Знаешь, о ком я?

Лора досадливо прикусила щеку. Чувствовать себя чьей-то проблемой ей совсем не нравилось. Она уже было открыла рот, чтобы наконец-то осадить эту выскочку, но тут эта выскочка распахнула дверь с витражами…

И, кажется, Лора в жизни не видела места красивее!

Между пятью стенами из охристого светлого кирпича, уходящими на несколько этажей вверх, раскинулся невероятный внутренний двор. По периметру тянулись клумбы с кустами снежноягодника и барбариса, красные звездчатые листья японских кленов покрывали камни пола ажурным ковром, а в центре под великолепными золотыми деревьями гинкго стояло несколько кованых изящных столиков, каждый из которых украшал бронзовый канделябр. Высоко наверху от дождя защищал почти незаметный стеклянный навес, который поддерживали витые колонны из изумрудно-зеленого стекла. От них по всему двору тянулись мириады гирлянд и красных бумажных фонариков – вечером здесь наверняка становилось еще уютнее! В каждой стене была точно такая же витражная дверь, как и та, через которую они только что вошли.

Аннет заулыбалась, глядя на Лору, которая в этот момент восторженно осматривала каждый уголок.

– Давай устроимся подальше, за рябиной, там нам никто не помешает. – Люди во двор и так почти не заходили, но идея избегать любопытных глаз и ушей определенно была здравой.

Под раскидистым деревом с красными ягодами обнаружилась небольшая белая скамейка, на которую и плюхнулась Аннет. Она достала из своего кардигана два сэндвича в вощеной бумаге и один протянула Лоре.

– Ну, давай, спрашивай! – уже жуя, распорядилась она.

Лора опять растерялась: эта девица все время ставит ее в тупик!

– Эм-м… Мы еще в Вене?

– Нет, библиотека Реджинальда и комнаты находятся в пространственном кармане, как бы нигде, а этот двор расположен в Оксфордской библиотеке, но попасть сюда можно через двери-порталы из разных стран. – Она указала на одну из стен. – Вон та дверь, видишь, ведет в Центральную библиотеку Лондона, соседняя в Мадрид, те две в Варанаси и в Киото, ну и наша дверь – в Вену. А перейти в Оксфорд вон по той лестнице. – Она указала на деревья в центре, под кронами которых виднелись ажурные перила лестницы, уходящей под землю.

– Странный набор… И как ты их отличаешь?

– Орнаменты на витражах отличаются, присмотрись.

И правда, на двери, ведущей в Японию, между желтых хризантем летели грациозные журавли, на витраже индийского портала в языках пламени сгорали лотосы, на лондонском среди осенней дубовой рощи текла река, на мадридском красные маки обвивали череп какого-то животного, а венский украшал венок из белых цветов и красных ягод шиповника. Лора дала себе слово позже обязательно рассмотреть все витражи в мельчайших деталях.

– Библиотека в Оксфорде самая большая, внутри у нее еще много дверей-порталов из почти всех магических библиотек в мире, она – что-то вроде центра нашего общества. И здесь же заседает Совет Двенадцати.

Поверить в то, что вчера она приземлилась в Вене, а сегодня уже пьет кофе в Оксфорде, когда от индийского Варанаси ее отделяет всего одна дверь, девчонке из дремучего северного штата было сложновато.

– Совет – это ваш магический парламент?

– Да, примерно так. Давай расскажу все с начала. – От сэндвича Аннет не осталось ни крошки, а Лора про свой и думать забыла, все вокруг было слишком невероятным. – Давным-давно, в далекой-далекой галактике…

Лора поперхнулась кофе и закашлялась.

– Что, не готова к шуткам? – хихикнула Аннет. – Ну ладно. Но все началось действительно давным-давно, правда, совсем недалеко отсюда, на территории современной Шотландии. В начале одиннадцатого века или около того там собралось тринадцать ученых мужей со всего мира. Да-а-а, только мужи, темные века – ничего не поделаешь! В те времена магия была повсюду, дикая, неприрученная, опасная. Леса и реки населяли волшебные чудовища. Да, как из сказок.

Аннет деловито кивнула в ответ на вскинутые брови Лоры и продолжила:

– Только вот были они не добренькими феями, а очень даже опасными тварями, которые питались людьми. Кто-то учился использовать магию, чтобы бороться с ними, кто-то ее боялся… В общем, не так и важно, как там было. Важно то, что тринадцать ученых вместе изобрели ритуал, чтобы обуздать дикую магию и заставить ее служить людям. Ритуал был опасным и сложным, занял много дней, они использовали свою кровь и слова заклинаний, высеченные на камнях, но в итоге они смогли! И каждый получил возможность забрать себе какую-то часть магии, ту, которую сам пожелает. Получить свой Дар, понимаешь? Мы – современные маги – потомки тех ученых. Все понятно?

– Ну, скорее ничего не понятно. – Лора беспомощно улыбнулась. – Но ничего, давай дальше. Реджинальд представился как маг воды. Есть маги других стихий?

– Не совсем. Так, давай считать вместе… Есть маги воды и маги воздуха, еще есть маги, которые управляют температурой, вот они могут сотворить огонь, но не все из них, у многих получается только снижать температуру. Еще есть те, кто управляет материей: камнем, металлом, землей, недавно научились управлять пластиком и даже резиной! Они вообще молодцы, проводят много исследований, корпят над книгами постоянно, создавая заклинания.

– Звучит так, как будто те, кто управляет материей, могут управлять вообще всем. Ведь даже в теле человека есть металлы.

– Так только звучит. Когда-то давно, наверное, так и было, хотя верится с трудом. Сейчас же маги на практике не могут всего того же, что в теории. У нас просто не получается освоить все нужные заклинания, не даются. И в итоге кто-то управляет железом, но только небольшими объемами, а кто-то только золотом или ртутью и так далее… А для управления металлами в живом теле заклинание вообще еще не изобрели. Есть, конечно, и очень сильные маги, но их не так много по всему миру.

Аннет сморщила нос и нахмурила брови. Лора не представляла, что значит эта гримаса, но ей почудился оттенок зависти. Чему? Силе?

В сад из лондонской двери вышла пара элегантных женщин за сорок, в руках они держали бумажные стаканчики из «Старбакса». Еще через пару минут хлопнула венская дверь, но, обернувшись, Лора никого не увидела. Аннет не обращала на людей никакого внимания и продолжала:

– Так, сколько уже? Четыре? Давай дальше, а потом сходим выпьем еще кофе. Есть маги-лекари, они управляют всем в человеческом теле. Но тут так же, как и с остальными, всем, да не всем: кто-то может работать только с костной структурой, кто-то с кожей или кровью. Но все равно они в большом почете, сама понимаешь.

Пока говорила, Аннет барабанила по спинке скамейки своими длинными пальцами в разноцветных перстнях. Лору это слегка нервировало.

– Еще есть маги жизни, им достались растения и животные. Это пять, шесть…

– Они могут говорить с животными?! – Вот это Лоре показалось действительно классным!

– Ну, кто-то может, кто-то нет. – Аннет явно не понравилось, что Лора ее перебила. – Есть еще те, кто управляет светом, вот агент, который с тобой говорил вчера, – это его сила. Есть еще шептуны, они управляют звуком и столько всего могут! А недавно оказалось, что еще и радиация им подчиняется, ну, логично вообще, это же тоже волны, как и звук… Правда, если честно, все они… Скользкие типы. Не советую с ними связываться.

Аннет задумчиво погрызла длинный ноготь и загнула еще два пальца:

– Еще у нас есть менталисты, они залазят ко всем в головы, так что их никто не любит. Ну и боятся, конечно, тоже. Их, к счастью, осталось совсем мало. И самые полезные – это маги места! Это они создали все эти скрытые библиотеки и двери-порталы, не в одиночку, конечно, с другими магами, но без них жить скрытно было бы намного сложнее.

– Та дверь в Венской библиотеке была порталом, да?

– Именно! Так, кто остался? А! Остались короли безумия на нашей и без того безумной вечеринке! Некроманты и ткачи! Первые вызывают духов и управляют мертвой плотью, бррр. Хорошо, что их немного, общение с потусторонним миром делает их немного того, а восстание зомби в планы Совета вряд ли входит. А вот ткачи управляют судьбой. Круто звучит, да?

– Это как? Судьба, мне кажется, это что-то абстрактное из мира религии и философии, а не то, чем можно управлять.

Аннет повернулась и одобрительно хмыкнула:

– А ты заучка! Мне нравится! Впишешься к нам. А с ткачами на деле все тоже не так впечатляюще, как звучит. Они могут слегка подталкивать везение, ну или невезение. Сделать так, чтобы выпала нужная цифра в лото, или там машина кого из лужи обрызгала. По мелочи, в общем, но если подходить к этому с умом, то можно неплохо устроиться. Многие из них работают на Совет, так как-то давно повелось, зарабатывают деньги на всю вот эту роскошь. – Она неопределенно обвела рукой ухоженный дворик, а потом уже тише добавила: – Маги вообще хорошо устроились, тут куда ни плюнь – попадешь в богатенького аристократа, владельца десятков патентов или крупного и подозрительно успешного игрока на бирже. Но не все… – Аннет тряхнула головой, и фиолетовые кудряшки весело заскакали. – Вопросы?

Лора быстро перебрала в уме все, что успела запомнить:

– Ты перечислила двенадцать Даров, но сказала, что человек на ритуал собралось тринадцать…

– А, точно! Ты что, внимательно слушала? Ну, на, возьми конфетку. – И Аннет действительно вытащила из своих бездонных карманов пачку мармеладных мишек. Лоре пришлось прикусить губу, чтобы не засмеяться, настолько этот яркий детский пакетик не вязался с образом властной и энергичной Аннет. – И отвечая на твой вопрос: а тринадцатый не дожил до конца ритуала. Он просил свой Дар шестым по счету, и что-то у него в голове перемкнуло, он решил нарушить правила и попросил отдать ему то, что просили до него, и то, что попросят после. Колдовство не терпит такого, если проводишь ритуал – четко следуй правилам, иначе дикая магия может высвободиться и убить тебя. Как, в общем-то, в тот раз и произошло. Все современные маги – наследники тех Двенадцати. А Совет – это сильнейшие представители своих родов. Хочется верить, что еще и мудрейшие, но тут уж не знаю, не мне судить.

По интонации Аннет стало понятно: лично она уверена, что если кому и судить, то именно ей. Лора допила последний глоток уже полностью остывшего кофе и потерла лоб дрожащими то ли от холода, то ли от волнения пальцами:

– То есть тринадцатого сгубила жадность? Как банально. – Когда нервничала, она всегда начинала неуместно шутить. Плохая привычка.

– Получается, что так. Волшебство – это хорошо, конечно, но люди есть люди, ничего не поделаешь. В магическом мире вообще довольно много всяких сомнительных личностей и неприятных случаев. Для того и нужны агенты, они вроде магического ФБР. Хотя своей крутой штаб-квартиры у них нет, насколько я знаю, да и иерархии какой-то, они все вроде свободных стрелков и подчиняются только напрямую Совету. Такие, знаешь, рок-н-рольщики. – Аннет мечтательно прикрыла глаза.

– Но вас же должно быть очень много! Почему люди не знают? – В голове Лоры беспокойными мотыльками бились тысячи вопросов, и будь она проклята, но не встанет с места, пока не получит ответы. Ну, только, может быть, сходит за еще одной чашкой кофе, а потом точно не встанет.

– Вообще-то знают, и довольно многие. В правительствах там, в спецслужбах. Да и мы встречаемся и общаемся, создаем семьи и с обычными людьми тоже, а от близких такое сложно скрывать. Просто никто не трубит о магии на каждом углу, ведь пытки и костры инквизиции все-таки существовали, да и в психушку никому не хочется… У магии довольно мрачная история. Мы предпочитаем держаться в тени, а обычные люди, которые знают о нас, не распространяются. Всякое, конечно, бывает, но в основном так… Пойдем еще за кофе?

– Давай! – Лора как пружинка подскочила со скамейки, подхватив пустую кружку. Все-таки нервы пошаливали, на кофе налегать, наверное, не стоило, но, черт подери, он был хорош! – Аннет, а ты какой маг? Ой… А у вас прилично о таком спрашивать?

– Ха! Детка, а с тобой весело! Ну, более-менее прилично, но незнакомых людей прямо с порога спрашивать все-таки не стоит. Я – маг воды. И довольно неплохой! Вот только с соленой водой пока не получается работать, бьюсь над этим который месяц, но, видимо, ионы натрия и хлора блокируют мои заклинания… – С веселья на серьезность Аннет переключилась просто моментально! Она рассеяно поднялась со скамейки, обдумывая план действий на сегодняшний рабочий день. Точно, нужно проверить еще пару формул, и тогда, возможно, дело пойдет…

– Стой! – Аннет и не заметила, как прошла уже почти половину двора к нужному выходу, а Лора безуспешно пыталась ее догнать. – А покажи что-нибудь, ну, магическое?

– Что? – Аннет возмущенно развернулась и уставилась на Лору, которая была почти на голову ниже. – Устроить тебе цирковое шоу?!

– Нет, что ты… – Лора не ожидала такого отпора. – Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто ты говоришь о магии, вчера все говорили о магии, но… Я ее не видела! Мне что, просто поверить, что она существует?!

Аннет держалась еще секунду, а потом разразилась громоподобным смехом. Леди за столиком в центре испуганно притихли, стайка воробьев вспорхнула с куста бузины, а Лора от злости была готова вцепиться Аннет в лицо.

– Блин, ты бы себя видела! – отсмеявшись, пробормотала Аннет, кажется, даже не заметив сжатых кулаков и прищуренных глаз. – Пошутила я, пошутила, стоило тебе сразу что-нибудь показать.

И тут, как по волшебству – да ведь это и было волшебство! – вокруг них закружились капли воды, похожие на крошечные бриллианты. Они танцевали, соединялись, перетекали друг в друга, создавая сверкающие снежинки и оседая на листьях ближайших деревьев. Воздух стал влажным и искрящимся, вот бы хоть лучик солнца – и появились бы радуги! Лора открыла рот и звонко рассмеялась: в такую красивую магию очень хотелось верить, среди таких чудес хотелось жить!.. Она чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда несколько маленьких водяных шариков, как воинственные осы, залетели в ее широко распахнутые глаза. Волшебные капли на мгновение замерли в воздухе, а затем опали, собираясь в небольшие лужицы на камнях. А Аннет покатывалась со смеху, наблюдая, как Лора, чертыхаясь и размазывая тушь, пыталась протереть глаза.

Терпение Лоры подошло к концу, в висках застучала кровь, сейчас она покажет этой… Аннет резко замолчала. Она изумленно таращилась себе под ноги, ее брови поднимались все выше и выше, а улыбка медленно сползала с лица. Из луж вырастали небольшие водяные фигурки коней с трепещущими крыльями.

– Ох, Аннет! Как красиво! – Лора, как маленькая девочка, от восторга чуть не задохнулась. Да, от этих сумасшедших качелей от злости к восхищению Лору уже начинало подташнивать, но пегасы были просто великолепны!

– Что… Как ты это делаешь? Ты тоже управляешь водой? – Аннет, очевидно, не разделяла ее восхищения.

– Я вообще ничего не делаю!

Аннет переводила непонимающий взгляд с Лоры на пегасов, взглянула на леди за столиком – они, увлеченные беседой, совершенно не обращали внимания на то, что происходило вокруг, – и снова уставилась на пегасов. Они в это время вели себя совсем как живые: распахивали крылья, разминали элегантные шеи, били копытами. Из воздуха к ним тянулись тонкие, как паутинки, ручейки воды, и пегасы становились все больше и больше. Вот они уже достали Лоре до колена, потоки становились все толще, пегасы быстро стали размером с обычных лошадей, а потом еще… Аннет испуганно отступала, дамы с густым британским акцентом прокричали что-то предупреждающе-угрожающее, но за журчанием воды слов было уже не разобрать.

Медальон на груди Лоры стал теплым и начал легонько пульсировать. Правда, в шоке от происходящего, этого странного поведения семейной реликвии она практически не заметила.

Пегасы – их уже было не меньше десятка – продолжали расти, они разбивались на волны, которые окатывали стены и деревья, смывая с них яркую осеннюю листву, и возникали вновь, еще больше и неистовей. Дамы поспешно ретировались, и вода залилась за ними в распахнутую лондонскую дверь. С плеском раскрывались исполинские крылья, вокруг Лоры один за другим закручивались водовороты, а она, уже абсолютно промокшая, не могла сдвинуться с места. Вернулось парализующее чувство из утреннего кошмара, сквозь мутную воду мерещились пустые глаза чудовища.

Аннет, старательно прикрывая телефон воротником, что-то прокричала в трубку, а затем схватила ничего не понимающую Лору за руку и потянула к венской двери. Сбежать оказалось не так просто. Пегасы преграждали путь, накрывая девушек волнами в человеческий рост, вода заливала глаза, сбивала с ног, не давала открыть рот. Не успевали они откашляться, как налетали новые волны. Кружки из комнаты Лоры давно разбились об одну из стен. Шторм уже подбирался ко второму этажу, пегасы взмывали по стенам и опадали водопадами, смывающими все на своем пути.

Лора, постепенно переставая понимать, где верх, а где низ, одной рукой крепко вцепилась в ствол клена, а другой пыталась удержать Аннет в очередной водяной воронке. Волна крупнее предыдущих подхватила белые столики и стулья. Ох, от них будет трудно увернуться! Где-то раздался звон разбитого стекла.

А затем все вновь перевернулось.

Пегасы распались на тысячу тонких водопадов, воронки прекратили закручиваться, волны, разделяясь на звонкие ручейки, потянулись наверх. Вода успокаивалась, собиралась в небольшие шарики и поднималась к небу, рассеиваясь высоко в воздухе вязким туманом. После штормового грохота тишина казалась оглушительной.

Обе девушки хватали ртом воздух, скрючившись на каменном полу. Старательно обходя самые крупные лужи, к ним подошел Реджинальд:

– Мисс Лавин, потрудитесь объяснить, что произошло. Вы, я так полагаю, высушили целый циклон над Оксфордом! Что-то раньше я не замечал за вами таких впечатляющих успехов в магии.

– Крылатые кони… – Аннет села на полу, бессильно привалившись к каменной вазе и все еще пытаясь откашляться. – Реджинальд, здесь были крылатые, мать его, кони!

– Попрошу не выражаться, мисс, – чопорно проскрипел он и внимательно осмотрел их. – Вашему здоровью, как я вижу, ничего не угрожает. В таком случае приведите в порядок двор и себя, и я жду вас с объяснениями у себя в кабинете через час. И гостью нашу прихватите.

Реджинальд, так же аккуратно выбирая себе путь, направился к двери, а Аннет, тяжело выдохнув, закрыла глаза и бессильно пробормотала:

– Скажи честно, Лора, какого хрена?!

Лора отчаянно стучала зубами и пыталась подняться, но ноги подкашивались, а голова кружилась:

– Я не понимаю, о чем ты. Ты здесь маг, а не я!

– Я всего лишь вытянула из воздуха несколько капель, но не создавала бешеных тварей, которые пытались нас утопить! Да я даже не могу управлять таким объемом воды!

– А я. Вообще. Ничем. Не могу. Управлять.

Они зло уставились друг на друга. Аннет придирчиво осматривала Лору с ног до головы, словно могла по одному ее виду определить, врет та или нет. Но вид у них был одинаково пришибленный и растерянный: одежда промокла насквозь, с волос стекала вода, грозя вот-вот застыть на холодном ноябрьском воздухе, а лица и руки у обеих были сплошь покрыты грязными пятнами.

Через минуту, отдышавшись и немного успокоившись, Аннет примирительно подняла руки:

– Ладно-ладно! Возможно, таким безумным способом мы хотя бы раскрыли тайну твоей магии! Ты – маг воды, добро пожаловать в семью и все такое… Нам надо поторопиться, к Реджинальду лучше не опаздывать. Давай-ка я нас подсушу, а ты соберешь мебель. Используй руки, раз уж больше ты совсем-совсем ничем не можешь управлять. – Аннет не удержалась от язвительного комментария, но быстро вернула свое привычное прагматичное выражение лица и принялась командовать. – Да не так! Начни со столиков, канделябры в последнюю очередь! Каменные обломки в мусор! А вот лампочки нужно будет все заменить, надо отправить заявку в хозяйственный отдел… Но сначала высушить телефон. А где, кстати, телефон?

Пока Аннет панически хлопала себя по карманами и шарила глазами по полуразрушенному дворику, Лора, обхватив себя руками, чтобы хоть как-то согреться, отправилась возвращать на законное место столы и стулья, уцелевшие вазоны и подсвечники. Сад, еще час назад поражавший своим великолепием, сейчас выглядел как после урагана: яркие листья бесцветными тряпками плавали в лужах, повсюду валялись сломанные ветки и осколки стекла.

От мыслей, что в первый же день, еще только-только узнав о магическом мире, она могла умереть – господи боже, утонуть, стоя на сухой земле! – она изо всех сил пыталась отмахнуться. Что случилось, то случилось, хорошо хоть живы. Очевидно, что-то не так с магией Аннет и свои способности она явно недооценивает. Интересно, часто у них такое случается? Но разбираться с чужой магией – совсем не ее забота.

Постепенно Лора согрелась от физической работы, а с ее волос и одежды наверх, за чудом уцелевшую стеклянную крышу, потянулись крошечные капли. Аннет все-таки выполнила свою часть работы.