– А ты знаешь, где твои настоящие родители? – спросил Гошу мальчик.

Гоша привык к этому вопросу. Многие ребята во дворе и все одноклассники знали, что Гошу усыновили. Это произошло много лет назад, когда он был ещё маленьким. Когда-то Гоша жил в детском доме и родителей у него не было. А потом пришли мама и папа и забрали его домой.

Он тогда очень волновался. Было непонятно, куда его везут и какими окажутся его новые родители. Многие дети в детском доме хотели попасть в семью, но некоторые рассказывали страшилки: что приёмные мама и папа заставляют убирать за всеми, что надо ходить в школу и делать только то, что скажут. А ещё, что у новых родителей бывают собственные дети и этим детям живётся лучше, чем приёмным.

Гошу это тоже беспокоило. Он знал, что у новых мамы и папы уже есть дочка. Они рассказали о ней Гоше и показали её фотографию. Девочка была совсем маленькая, а Гоша знал, что к маленьким относятся по-особенному. А ещё это значит, что ему придётся во всём ей уступать, а она, конечно же, будет противной маленькой ябедой, которая будет строить козни, а ему будет за неё попадать.

Потом Гоша приехал в новый дом, и родители вывели маленькую девочку. Её звали Мира. И она выглядела очень милой, но он не стал улыбаться или как-то ещё показывать, что девочка ему понравилась, потому что подозревал, что на деле она может оказаться совсем не такой милой.

Несколько недель Гоша ждал, что откроется неприятная правда: новые родители перестанут быть хорошими, а сестра начнёт сваливать на него вину за свои ошибки. Но этого так и не произошло. Родители и правда оказались добрыми, хотя могли быть и строгими. А девочка Мира оказалась просто маленьким ребёнком, который пока мало что понимал. Иногда она смеялась, иногда плакала, а ещё она хотела играть с Гошей и часто обнимала его своими маленькими ручками, перемазанными то пластилином, то фломастерами, то едой.

Сначала Гоша старался держаться от неё подальше, но Мира постоянно бежала к нему или ходила за ним по пятам. В конце концов Гоша привык, что она всё время рядом, и начинал скучать, когда мама отвозила малышку к бабушке или на занятия в детскую группу. Так постепенно Гоша привык к тому, что у него есть сестрёнка. Кстати, именно тогда он начал её называть сестрёнкой – по-доброму, ласково.

Было здорово, что все вокруг тоже говорили: «Гошина сестрёнка». А вот по поводу мамы и папы ему часто задавали неприятные вопросы: «Кто твои настоящие родители?» или «А где твои настоящие родители?». Было обидно и неприятно слышать, что кто-то считает его самых хороших маму и папу ненастоящими.

– Это и есть мои настоящие родители, – резко отвечал Гоша на такие вопросы и кивал в сторону мамы и папы.

– Ну это же приёмные, – настаивали ребята.

Тогда Гоша очень сильно злился, так что у него даже возникало желание начать драку, но он сдерживался. Конечно, это его настоящие родители, настоящая сестра и настоящие бабушки и дедушка!

– Но как ты тогда родился? – как-то спросила его Мира.

А сегодня Гоша и сам решил спросить маму и папу, где его первые родители, те, которые его родили. И почему так получается, что дети оказываются в детских домах? Неужели та мама решила его бросить? Разве он был таким плохим ребёнком, что его пришлось отнести в детский дом? И как вообще выглядели его первые мама и папа? Он был рад, что мама и папа никогда не обманывали его и не скрывали, что он приёмный сын, и поэтому теперь он может обсудить с ними всё, что его тревожит.

Гоша застал родителей на кухне, где они готовили праздничный ужин. Был мамин день рождения, и гости должны были вот-вот прийти.

– Ты задал очень много важных вопросов. Давай разберёмся, – сказал папа.

– Ты должен знать, что всегда был чудесным ребёнком. Самым лучшим, которого только могли бы пожелать любые родители, – ответила мама.

– И конечно, оставить тебя в детском доме твоим родителям было нелегко. Решение расстаться с тобой было, наверное, самым тяжёлым в их жизни. Они хотели, чтобы у тебя всё было хорошо, но сами не могли тебе этого дать, – пояснил папа.

– И всё равно! Как же можно было меня отдать? Отдать своего ребёнка! – Гоша так разволновался, что почти кричал.

– Я понимаю, что тебе обидно. – Мама села рядом и обняла Гошу. – Твои первые мама и папа отдали тебя туда, где о тебе могли позаботиться и найти нас. Когда мы тебя увидели, мы поняли, что у нас с папой теперь есть сын – ты, самый лучший сын на свете. Я не могу представить, что было бы, если бы мы не встретили тебя. Наша жизнь была бы совсем другой. Мы так долго тебя искали.

На стене гостиной висели фотографии. Первый день Гоша дома, Гоша катает Миру на велосипеде, Гоша с дедушкой строят башню из кубиков, Гоша и папа играют в футбол. Однако Гоше всё ещё было грустно. Он хотел бы увидеть ту свою маму и того папу и сказать им, как плохо они поступили. Но тут он подумал, что если бы не попал в детский дом, то не встретил бы своих настоящих маму и папу. Да-да, самых-пресамых настоящих. Тех, кто поит его тёплым молоком, когда он болеет, кто мажет его коленки зелёнкой после футбола, кто рассказывает ему про динозавров и обнимает его перед сном.

Гоша улыбнулся. На самом деле ему уже давно не интересны динозавры, но папа так любит о них поговорить, что Гоша поддерживает эту беседу. Папа, конечно, знает очень много, но он уже рассказывал это не один раз, так что Гоша многое запомнил.

Наверное, это и есть настоящая семья, подумал Гоша. Когда ты хорошо знаешь своих маму и папу, а они хорошо знают тебя. Когда ты знаешь их смешные черты и можешь улыбнуться, когда замечаешь их. Когда тебе приятно сидеть рядом, даже если тебе не интересна тема разговора. Но ты просто сидишь, потому что рядом с мамой или папой тепло и уютно. Или вы можете просто находиться в одной комнате и каждый будет заниматься своим делом, но вы будете вместе.

Так Мира иногда приходит в комнату Гоши и просто рисует в своём блокноте лёжа на полу. Она не просит Гошу с ней поиграть и не мешает ему. Ей просто нравится быть с ним рядом.

И Гоша ещё больше задумался. А почему же тогда он не ходит в комнату Миры? Ведь он точно так же любит просто быть с ней рядом.

Гоша по очереди обнял маму и папу и вышел из кухни. Он постучал в дверь Мириной комнаты и робко нажал на дверную ручку.

– Гости пришли? – спросила Мира, оторвавшись от книги.

– Нет, – ответил Гоша неуверенно.

– А что тогда? – Мира удивлённо посмотрела на брата.

– Знаешь, я хочу просто с тобой здесь посидеть. Можно?

– Конечно! Я буду только рада. Ты почти никогда ко мне не приходишь. А мне это так нравится, – радостно ответила девочка.

Мира и Гоша сидели в Мириной комнате, пока не пришли гости. Они не болтали и не играли: каждый был занят своим делом. Но в этот момент Гоша особенно ясно почувствовал, что Мира – его настоящая сестра. А Мира… Мира и так всегда это знала. С первого дня, как Гоша появился у них в доме. Он ведь такой настоящий брат.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. Что чувствовал Гоша, когда друзья спрашивали его о настоящих родителях?

2. Как ты думаешь, почему они так спрашивали?

3. Как тебе кажется, почему Гоше важно, чтобы настоящими родителями считали тех маму и папу, которые его воспитывают?

4. А что для тебя «настоящая семья»?

5. Нужно ли что-то изменить в твоей семье, чтобы тебе всегда было дома хорошо?

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Тема приёмного родительства достаточно сложная. На постсоветском пространстве усыновление / удочерение ребёнка было окружено повышенной секретностью, да и сама эта тема долгое время замалчивалась. Однако всё тайное неизбежно вызывает болезненный интерес, а кроме того, автоматически воспринимается как что-то мрачное и постыдное. В результате возникало множество домыслов и нелепых слухов как о приёмных детях, так и о приёмных родителях. В частности, сформировался стереотип, что с приёмными детьми родители обязательно намучаются, что выпускники детских домов сплошь алкоголики и наркоманы, а сами приёмные родители берут детей в семьи только ради выплат от государства.

С другой стороны, в последнее время всё чаще стали появляться публикации, рисующие приёмное родительство исключительно в розовых тонах.

Истина же, как водится, где-то посередине.

Прежде всего, ребёнок, изъятый из семьи из-за плохого обращения, разлучённый со всем, что он любил, переживший депривацию[1] в детском доме (уровень стресса у ребёнка в состоянии депривации равен уровню стресса во время бомбёжки), травмирован и нуждается в психологической поддержке. Чаще всего такая травма не видна со стороны, её замечают лишь те, кто постоянно находится в контакте с ребёнком, заботится о нём. Однако при правильном подходе можно помочь любому ребёнку, независимо от его возраста, и это одна из задач, стоящих перед приёмными родителями.

Если учитывать этот факт, может показаться, что быть приёмным родителем – дело очень рискованное и сложное. Но когда родительство было простым занятием? Даже со своерождёнными детьми родители сталкиваются с рядом проблем, которые приходится решать при участии специалистов. В сущности, приёмный ребёнок дарит своим родителям столько же радости и хлопот, как и кровный. Конечно, родителям не всегда хватает ресурсов и опыта для разрешения сложных ситуаций, но это уже совсем другая история.

Следующий стереотип, бытующий в нашем обществе, – «приёмным ребёнком быть стыдно». Подразумевается, что дети не попадают в детские дома просто так. Если ты оказался приёмным ребёнком, значит, твои биологические родители вели асоциальный образ жизни и не справлялись со своими обязанностями. Данный факт как будто говорит плохо о самом ребёнке, который даже ещё не успел заявить о себе в этом мире. Такая позиция взрослых нередко формирует предвзятое отношение к приёмному ребёнку у детей, что выражается в насмешках и неделикатных вопросах.

Поэтому многие приёмные родители, стремясь уберечь своего ребёнка от сложностей в общении со сверстниками и даже буллинга, предпочитают скрывать факт усыновления или удочерения от общества, близких и самого ребёнка. Однако скрывать что бы то ни было всю жизнь, как правило, не получается. Рано или поздно приёмный ребёнок узнаёт правду от знакомых, от членов семьи в момент ссоры или из случайно найденных документов. Тогда-то у него и возникают трудные вопросы к себе и своим приёмным родителям.

У ребёнка или уже взрослого человека складывается впечатление:

– Меня обманывали всю жизнь!

Он теряет доверие к самым близким людям:

– Если меня так долго обманывали, то как я могу им доверять в других вопросах?

Из-за подорванного доверия вылезают все острые углы в отношениях:

– Ах вот почему мне не разрешали сразу съесть весь торт!

Кроме того, дети всегда стремятся быть похожими на значимых для них взрослых. Но в момент, когда ребёнок внезапно узнаёт о правду о своём усыновлении, он невольно задаёт себе вопрос: «Если я не похож на приёмных родителей, то на кого же я тогда похож?» Следствием этих размышлений становится отдаление от родителей, сопротивление их просьбам и нарушение установленных границ:

– От осинки не родятся апельсинки!

Именно поэтому в приёмных семьях особенно важна открытая и доверительная атмосфера. Знание истинных обстоятельств своей жизни намного лучше защитит приёмного ребёнка от агрессии и буллинга со стороны третьих лиц, чем ложь и умолчание.

Семья – это не про гены и общую кастрюлю супа на столе. Это про то место, где ты можешь задать любой вопрос, не боясь осуждения. А настоящий родитель – это тот человек, который бережно сопровождает взросление своего ребёнка, независимо от того, своерождённый он или приёмный. Именно поэтому психологи рекомендуют приёмным родителям не держать усыновление в тайне, а разговаривать об этом со своими детьми с самого детства. Ведь приёмный ребёнок может столкнуться с разными ситуациями, и он должен быть к ним готов и ощущать поддержку своих родителей.

Со стороны общества должно сформироваться спокойное, доброжелательное отношение к приёмным детям и приёмным семьям в целом. В усыновлении или удочерении нет ничего особенного, заслуживающего чрезмерного внимания. Дети могут появляться в семьях разными путями – это нормально. Тем более что «родословная» в современном мире давно утратила своё значение: исторические факты и наука не раз доказали, что не набор генов определяет характер и поступки человека. Значительно больше на формирование личности влияют среда и воспитание в тёплой семейной атмосфере.