Шла перемена между вторым и третьим уроками. Мира уже привыкла к школе, и перемены нравились ей больше всего – ведь на них так здорово играть с друзьями.

Ева, двоюродная сестрёнка Миры, оказалась с ней в одном классе, хотя и была немного младше. И у этого имелись как плюсы, так и минусы. Ева стремилась играть только с Мирой, а Мира слегка устала от неё и желала поиграть с кем-то ещё. Наверное, девочки могли бы брать в компанию и Еву, но так получалось не всегда. Иногда Мира хотела поговорить с Алисой, иногда – с Мартой, однако Ева следовала за ней по пятам, и общение с новыми подружками не задавалось.

– Почему ты всегда за мной ходишь? – раздражённо спросила Мира, когда на третьей перемене Ева опять оказалась рядом.

– Потому что мы друзья, – ответила Ева.

– Мы ещё и двоюродные сёстры и встречаемся дома, во дворе, у бабушки. С тобой я вижусь чаще, чем с мамой и папой. Я хочу побыть одна, – сердито заявила Мира.

Ева посмотрела на сестру, как будто та обозвала её самой глупой на свете. Было невероятно грустно видеть этот взгляд, и Мира почувствовала себя виноватой. Она резко отвернулась и убежала к другим девочкам.

– Фух, – Мира подошла к Алисе с Мартой, – оторвалась.

– От кого? – спросила Алиса.

– От Евы. Она всё время за мной ходит. Я не могу никуда от неё деться.

– Я думала, что вы друзья, – удивилась Марта.

– Да, но… – Мира запнулась. – Но я устаю от неё. Я даже от маленькой Бейби устаю. И папа сказал, что это нормально. Люди должны отдыхать друг от друга… А что у вас тут?

– У нас клуб лучших подруг. Мы мастерим и обмениваемся подарками. А ещё играем в лаву и альпинистов: как будто забираемся на самую высокую гору в мире и друг другу помогаем, – рассказали девочки.

– А где гора? – Мира огляделась.

– Там, во дворе, мы как раз собираемся туда, – ответила Алиса.

Девочки выбежали во двор, залезли на «паутинку» и принялись выполнять разные трюки. Алисе удавалось здорово висеть вниз головой, а Марта ловко перебиралась на руках по перекладинам. Мира делала под «паутинкой» самое классное колесо. Играть вместе было очень весело. Алиса придумывала такие смешные шутки, что у Миры от хохота болел живот. А Марта казалась очень доброй, и Мира решила подарить ей значок «ЛП».

У всех девочек в классе имелись свои ЛП. «ЛП» означает лучшая подруга. И Мириной ЛП считалась Ева. Но ведь необязательно иметь одну ЛП, их может быть и несколько.

Мира подняла глаза к небу – голубому и невероятно светлому. На душе было тепло и очень хорошо, радостно и совершенно беззаботно. Но тут Мирин взгляд упал на здание школы, и в окне второго этажа она увидела Еву. Ева смотрела на девочек, но, встретившись глазами с Мирой, быстро исчезла.

Миру снова кольнуло чувство вины: бедная Ева осталась одна. В голове Миры как будто поселились два человека, которые спорили между собой.

«Бедная, бедная, – ехидничал один. – Ничего не бедная. Она тоже может найти друзей».

«Может, конечно. И они у неё есть», – отвечал другой.

«Так почему она пристаёт к Мире и не играет с ними?» – ругался первый.

«Порой она играет с ними, но сегодня хотела с Мирой. И сейчас ей очень грустно», – заступался второй.

– Ой, Анника! – послышался возглас Алисы.

«Только не это», – подумала Мира и повернула голову в сторону своей неподруги.

Её отношения с Анникой, казалось бы, улучшились. Анника больше не закатывала глаза и не делала вид, будто Миры нет, когда та задавала ей вопрос или говорила «привет». Правда, отвечала она на приветствие нечасто, но иногда хотя бы кивала. Мира старалась не обращать на неё внимания и общаться с друзьями. И всё-таки в те моменты, когда Анника оказывалась рядом и начинала болтать и играть с подругами Миры, девочка чувствовала себя исключённой. Это сильно всё портило.

Мира уже прокручивала в голове, что будет делать, если такое повторится, но в этот раз Анника повела себя совсем иначе. Она подошла к месту, где на «паутинке» сидела Мира, и позвала её. Мира спрыгнула на землю, однако держалась настороженно – ничего хорошего она от Анники не ждала.

– Извини меня, – вдруг сказала Анника. – Я не хотела тебя обижать.

Мира растерялась. Она не знала, что ответить, и молча смотрела на неподругу.

– Вернее, я хотела тебя обижать. Но не понимаю почему, – продолжила Анника.

– Это какая-то война чувств, да? – спросила Мира.

– Что это значит? – удивилась неподруга.

– Это когда мы испытываем сразу много разных эмоций и нам сложно разобраться, почему они появились и какие из них главные. При этом из-за них всё внутри крутится: и злость, и вина, и обида, – объяснила Мира и посмотрела на окно, где недавно стояла Ева.

– А, ну наверное, – кивнула Анника.

– Хочешь вступить в наш клуб лучших подруг? Мы как будто отправляемся в большое путешествие на Килиманджаро, – предложила Мира и уточнила: – Это гора такая, огро-о-омная.

Анника согласилась, и девочки играли до конца перемены. Мира понимала, что Анника не навсегда стала доброй. Она могла снова начать вести себя по-другому, но даже если так, то Мира уже знала её секрет: порой внутри неё разгорается война чувств. А когда подобное случается, очень сложно что-то с собой сделать. И хочется кого-то обидеть – того, из-за кого эта война происходит.

Вечером Мира лежала в кровати с книгой. Они с мамой договорились, что перед сном Мира будет читать по двадцать минут. Ей было сложно, но и интересно одновременно, когда встреченное накануне заковыристое слово на следующий день становилось уже простым.

В дверь постучали.

– Входите, – промычала Мира из-под одеяла. – Мамочка!

Мира обожала, когда мама приходила к ней в комнату. Вечером она обычно вкусно пахла кремом, волосы её были чуть влажными, а лицо – умытым, без косметики. Так она становилась совсем-совсем мамой.

Мама легла рядом.

– Что читаешь?

– Новую книжку о приключениях. Мне тётя Лада подарила на Новый год. – Мира показала обложку.

– Да, Мир, насчёт Лады. Вернее, Евы… – начала мама.

И Мира сжалась. Она вспомнила разговор с Евой в школе, её грустные глаза и то, как она стояла у окна. Наверное, Ева рассказала маме, а тётя Лада позвонила маме Миры, и теперь мама недовольна. Мира попыталась вспомнить, как именно мама вошла в комнату – была ли она сердитой. Вроде бы нет.

– Что? – спросила Мира неуверенно, и голос её дрогнул. – Что?! – повторила она уже как будто с вызовом. Она ведь ни в чём не виновата, Ева просто утомила её.

– Ты устаёшь от Евы? – Мамин голос звучал так мягко, что Мира сразу расслабилась.

– Да, мама, да! Я не знаю, что делать. Она всегда и везде ходит за мной. Я не могу больше ни с кем играть. А я так хочу дружить с Алисой и с Мартой, и ещё Анника сегодня была очень милой и даже извинилась.

– Расскажи, пожалуйста, об Аннике, – попросила мама.

Мира всё-всё подробно рассказала, и мама вместе с ней порадовалась таким переменам.

– Я понимаю, что это сложно – когда твоя подруга хочет общаться только с тобой. Ведь тебе может быть интересно дружить и с другими людьми, – продолжила мама.

– Да! Я сегодня грубо поговорила с ней, но я просто уже не знала, как ей объяснить. Она сильно расстроилась, и мне от этого стало очень плохо. Но затем я снова развеселилась, когда играла с подружками. Так что же мне делать? – спросила Мира в отчаянии.

И мама дала ей прекрасный совет:

– У тебя есть право иметь других друзей. И также есть право не играть всегда только с Евой. Но важно обращать внимание на то, как ты ей об этом говоришь. Она тебя любит, и ты её любишь, однако вам не нужно постоянно быть вместе. Иногда это, наоборот, вредит отношениям.

– Как это? – удивилась Мира.

– Люди устают друг от друга и перестают получать удовольствие от общения.

– Кажется, у меня так.

– Я думаю, именно об этом и надо сказать Еве.

– Что я от неё устала?

– Нет, говорить следует осторожно, подобные слова могут обидеть. Лучше объяснить, как много она для тебя значит, как ты любишь проводить с ней время и как ценно для тебя сохранить это, а потому важно играть и с другими людьми.

– Да, это звучит не обидно, – согласилась Мира. – Я попробую завтра с ней поговорить. Спасибо тебе.

Мама пошла к себе, а Мира закрыла книгу и принялась рассматривать на потолке звёздочки от ночника. Как по-разному можно сказать об одном и том же. И как здорово, что этому можно научиться. Тогда удаётся делать так, как сама хочешь, и никого не обижать.

ОБСУДИТЕ С РЕБЁНКОМ

1. У тебя есть друг, который ведёт себя так же, как Ева?

2. Как ты себя чувствуешь в такие моменты?

3. Случались ли подобные ситуации в вашем классе/группе? Есть ли там дети, с которыми не очень хотят дружить? Как ты думаешь почему?

4. А ты сам оказывался в ситуации, когда близкий друг внезапно начинал тебя избегать? Как ты себя чувствовал в этот момент? Как сумел справиться с этим?

КОММЕНТАРИЙ ПСИХОЛОГА

Ключевой потребностью детей младшего школьного возраста являются отношения, или социализация. Дети в этот период познают мир именно через общение, коммуникацию и конфликты. Дружба в данном контексте помогает удовлетворить нужды ребёнка, а также становится почвой для его развития.

Малышам знакомиться, начинать общение, дружить и мириться после ссор было проще, а теперь всё это обрастает дополнительными нюансами и сложностями. У детей постарше дружба имеет несколько уровней, как в «Марио»: вроде бы ты прошёл первый уровень, увернулся от всех опасностей, собрал все бонусы, а в итоге всё равно свалился в яму (яму своих эмоций). Отношения приобретают различные оттенки. Помимо того, что происходит в жизни ребёнка снаружи, очень многое впервые начинает происходить у него внутри. Всё усложняется: эмоции, ощущения, мысли. Теперь уже недостаточно простого желания играть вместе. Чтобы общаться, требуется более весомый повод. Да и самого общения тоже становится больше. Расширяется круг интересов, и для их удовлетворения уже может не хватать прежних связей. Кроме того, интересы у друзей нередко расходятся – ведь все мы разные. Как показано в рассказе, случается, что кто-то хочет гулять на площадке и активно играть, а кто-то – побыть в тишине и покое. И тогда на первое место выходит противоборство приоритетов: мне важнее сейчас сделать так, как хочу я (возможно, отчасти пожертвовав отношениями), или пойти навстречу другу (но, может быть, ущемить в чём-то себя)? Ребёнок вынужден учиться договариваться. Учиться слышать себя. Хорошо, если эти навыки у него уже есть и их просто необходимо развить до нового уровня. А если нет и раньше на помощь всегда приходили родители (как часто бывает, когда взрослые вмешиваются в коммуникационные сложности детей вместо того, чтобы учить их общаться, решать конфликты и искать компромиссы), то теперь это точно придётся освоить.

Также у ребёнка 7–11 лет более чёткими становятся представления о своих границах. Чего я сейчас хочу? Могу ли я отказать? Могу ли признать, что был неправ, и извиниться? Не потому, что так сказали взрослые, а потому, что я несу ответственность за своё поведение. Могу ли я выбирать, с кем мне общаться или не общаться? Могу ли я изменить своё решение? От чего оно зависит? Появляются также и представления о ценностях: что для меня значит дружба? Каким другом я хочу и могу быть?

При этом своё внутреннее состояние ребёнок не всегда может определить, ему ещё сложно понять, почему он чувствует именно так, почему подобное сейчас с ним происходит. Поэтому и объяснить его другому он порой не способен. Разговоры о чувствах даются нелегко и, бывает, вообще не случаются – особенно между «врагами».

История, описанная в рассказе, встречается довольно часто (буквально тем же самым со мной делятся клиенты-подростки). Сегодня я с тобой дружить хочу, завтра не хочу, послезавтра ты мне враг, а через неделю я снова передумал и буду дружить. В школьной жизни такие перипетии – база. Это модель ценностного мира детей. Нащупать свои ценности можно только опытным путём. Как мы видим, в рассказе проговаривается, почему герои повели себя именно так и что они в этот момент чувствовали. И это очень важно: детям, как и взрослым, необходимо говорить друг с другом о том, что между ними происходит. Это позволяет лучше понимать друг друга, развивать эмпатию и толерантность, а также совершенствует коммуникативные навыки будущих взрослых, что, безусловно, принесёт плоды и пользу как сейчас, так и спустя годы.