— Уфф…Давно я не была с мужчиной, — выдыхает Лакомка с довольством в голосе, сладко потягиваясь и по-хозяйски распластавшись на моей груди, попутно убирая с запотевшего лба несколько белокурых завитков. — С любимым мужчиной, — добавляет она, чуть ли не мурлыча.

Рассвет бьет в окно, солнечные лучи просачиваются сквозь шторы и играют золотом в волосах альвы.

— Как давно? — интересуюсь, лежа пластом. Несмотря на всю мою выносливость, этот сексуальный марафон вымотал и меня. Альва оказалась намного требовательней и ненасытнее человеческих женщин. Что не мешало ей быть ласковой и нежной, когда выбивалась из сил.

— Сто с чем-то лет… — задумывается блондинка, а потом пожав плечами, укладывается плотнее ко мне. — Плюс-минус двадцать лет.

— Всего-то, — фыркаю. — А я уже было подумал, что полтысячелетия…

— Не ерничай, — улыбается она. — Для альвов время воспринимается совсем по-другому. Мы его просто не замечаем. Хотя, возможно, ты подумал, что я стара для тебя?

— Как будто у меня есть хоть малейший повод так подумать, — со скепсисом отвечаю, окинув взглядом стройное гибкое тело своей любовницы.

К сожалению, мои слова не достигают острых ушек альвы. Погрустнев, Лакомка невозмутимо проводит пальчиками по моему лицу, будто изучая его на ощупь.

— Молодой, красивый, сильный, мужественный… — Из ее пухлых губ вырывается печальный вздох. — Ты бы мог стать супругом моей дочери, будь она сейчас жива. Вы были бы красивой юной парой…

— Ты тоже прекрасна, Лакомка, — я целую девушку в лоб, крепко обняв ее. — Так считает и Лена. После первой вашей встречи она даже спрашивала меня, из какой сказки явилась эта принцесса.

Комплимент приходится блондинке по душе. Мне удается отвлечь красавицу от печального прошлого. Альва поднимается и опирается на мою грудь локтями.

— Вы с Леной тоже мне очень нравитесь, — она внимательно вглядывается в мои глаза. — Даня, ты сказал, что я свободна. У тебя не будет проблем с князем?

— Даже если и будет, я справлюсь с ними, — спокойно отвечаю. — Проблемы нужно решать, а не бояться их. Я своих не бросаю, а в том, что ты моя, — развожу руки в сторону, указывая на постель и нас на ней. — У меня уже нет сомнений, — легонько щипаю девушка за носик. — А у тебя?

— Тоже нет. Я не против быть твоей, — улыбается она. — Назад в Аар мне нет дороги. Не хочу назад. Там я снова одичаю и лишусь человечности. А этот мир интересный, здесь некогда скучать.

— Кстати об Ааре, — я выбираюсь из постели и ищу в шкафу домашнюю одежду. — Не расскажешь о нем? Если, конечно, тебе не тяжело вспоминать о своем старом доме. Тогда не стоит.

— Мм, нет, боль давно затупилась, — Лакомка снова загрустила, видимо, вспомнив дочку, но потом тихо улыбнулась. — Сложно описать Аар одним или двумя словами. Это магический мир.

— Магический мир?

— Ага, то есть магия не пришла в него извне, как в твой, Даня, она там зародилась. В Ааре легче творить осознанные заклятия.

— Осознанные заклятия? — снова переспрашиваю.

— Вы их называете магическими техниками, — поясняет девушка, сев на кровать и выпрямившись. Длинные золотые волосы водопадом накрывают шикарное тело, скрывая прелести. — Но у меня на родине это более широкое понятие. Здесь на Земле вы получаете ограниченный эффект от применения Дара. В Ааре ты бы смог силой мыслью управлять не только сознаниями, но и материей.

— Ого, — я натягиваю на себя хлопчатые штаны и футболку. — А можно как-то попасть в Аар? Возможно, через Аномалии?

— Видимо, только через Аномалии это и получится, — задумывается Лакомка, забавно поднеся пальчик к губам. — На самом деле даже не помню, как очутилась на Земле. Я же находилась в забытьи в обличье зверя.

Поправляя рукав футболки, я задумываюсь. Было бы здорово открыть врата в новый мир. Думаю, за такое достижение Царь Борис точно бы простил род Филиновых и позволил бы ему возродиться в лице меня. Только есть одно гигантское «но»: как попасть в Аар — большая загадка. Не исключено, что Лакомка перенеслась на Землю вообще не через Аномалию, а каким-то иным способом. Почему я так думаю? Очень просто. Сколько уже появилось этих Аномалий по всему миру? Неужели никто не догадался сходить на ту сторону врат? Да в жизнь в это не поверю. Значит, далеко не все Аномалии ведут в Аар, либо мир альвов не только чудесный, но и смертельно опасный.

А то, что есть другие способы перемещения между мирами, кроме Аномалии, я знаю на своем примере. Перерождение — тоже реальный вариант.

Звучит тихий стук в дверь.

— Даня, Лакомка, я зайду? — раздается робкий голосок Лены.

— Не хочешь одеться? — тихо шепчу альве, на что получаю недоуменный взгляд.

— Зачем? Может быть, Лена наконец надумала? — она намекающе указывает на мятую постель.

Я закатываю глаза. Ох, уж эти бескомплексные инопланетные красавицы.

— Вряд ли, — хмуро замечаю. — Скорее она просто почувствовала себя одинокой. Она же всю ночь ночевала одна.

— Ой, бедняжка, — спохватилась Лакомка. Схватив простыню, альва натягивает ее до плеч.

Я бросаю скептический взгляд на торчащие сквозь ткань соски. Значит, одеться альва всё же не хочет? Ладно, еще дольше заставлять Лену уже как-то некрасиво.

— Заходи, Лен, — стараюсь говорить небрежно.

Дверь приоткрывается, и внутрь тихой мышкой юркает моя девушка. Округлив глаза, она созерцают улыбающуюся до ушей альву в неглиже, а потом на смурного меня. Мда, ситуация. И что же сказать?

— Лена, как спалось в моей комнате? — спрашивает Лакомка весело.

— Хорошо… — протягивает девушка, а потом оборачивается ко мне и так внимательно смотрит-сморит на мое лицо, что у меня не получается даже сглотнуть. — Даня…тебе понравился мой сюрприз?

Фух. Ай да умница, Лена! Не ожидал, вот честно, хотя вполне логичный вопрос, ведь девушка сама устроила мне ночь с альвой. Всё же в моей прошивке пока еще остался отпечаток моногамного прошлого. Но с моим бешеным либидо нельзя так жить. Для здоровья вредно.

— Да, сюрприз удался, — с улыбкой подхожу и обнимаю девушку. — Спасибо, сладкая.

Лена, облегченно улыбнувшись, прижимается ко мне.

Лакомка радостно смеется, глядя на нас.

— Я же говорила, что она не против присоединиться.

— Присоединиться? — Лена мигом краснеет и пищит испуганно: — Нет, пока я к такому не готова. Давайте уж по очереди.

— Тогда может ты просто посмотришь? — Лакомка подмигивает девушке, и та испуганно прячется за меня.

— Не-е-е-т, я не могу!

— Девушки, сегодня у меня полно дел, — я перехожу на строгий тон, а то альва совсем заигралась. — Сейчас проверю ваши щиты и расходимся.

— Да, хорошо, — кивает Лена, с готовностью подняв лицо.

Касаюсь пальцами висков девушки и быстро пробегаюсь по закладкам. Каждый месяц я обновляю щиты своим родным, а то мало ли что. Последние я ставил совсем недавно, поэтому лишь прощупываю их на предмет надежности, затем отпускаю девушку.

— Лакомка, ближе сядь, — я встаю у кровати в ожидании, и альва подползает к краю, по пути откинув с тела простыню. Да еще хитро улыбается. Ну и чертовка же.

Но на сегодня мне хватит постельной акробатики. Из всех прелестей Лакомки я трогаю только ее светлую голову и быстро проверяю прочность щитов.

— Достаточно твердый, Даня? — спрашивает альва, сделав невинные глазки.

— Сойдет, — игнорирую ее кокетство. — Вы сегодня гуляете? — оборачиваюсь к Лене.

— Да, выходной же, — кивает девушка.

— Без телохранителей чтоб никуда ни ногой, — делаю последнее напутствие и выхожу из комнаты. Очень быстро выхожу. Во-первых, мне необходима зарядка сладким. Во-вторых, если я не выйду из комнаты с голой альвой, то заряжаться буду совсем не пирожными.

В это время мама по обыкновение завтракает в столовой, так что успеваю ее поймать, чтобы также проверить щиты. Ну и позавтракать блинчиками с абрикосовым вареньем. Ням-ням, лучший завтрак для телепата.

— Даня, ты не сегодня отправляешься в Москву? — спрашивает Ирина, немного понаблюдав, как я уминаю стопку блинов.

— Нет, послезавтра, — отвечаю после глотка чая. — Есть дела на базе, нужно проверить закладки зверей, ну и заодно пообщаюсь со своей новой гвардией.

— Понятно, — Ирина о чем-то задумалась. — Даня, я узнала, что под Москвой стоит усадьба Филиновых. Надеюсь, ты туда не отправишься? Там могут быть опасные ловушки.

— Мама, это я уж решу сам, — твердо говорю. — Могу пообещать тебе, что не буду понапрасну рисковать жизнью. Если это случиться, то только при большой необходимости.

— Хорошо, — со вздохом Ирина соглашается с моей доктриной. — Но будь осторожен.

— Конечно.

На базе я в первую очередь занимаюсь Зубастиком. Закрепляю поставленные второпях закладки, добавляю новые, «цементирую» несколько основополагающих принципов, как, например, слушаться Степана с Лакомкой.

— Данила, не занят? — ко мне подходит отчим с высоким седым мужчиной.

— Уже закончил, а что? — я слегка хлопаю Зубастика по наклоненной голове, и животина довольно жмурится от крепкой дружеской ласки.

Незнакомый мужчина смотрит на крылатого зверя с удивлением, но без страха. Судя по его спокойным глазам стального цвета, он видел зверей и пострашнее.

— Хотел тебе представить кандидата на главу твоей гвардии, — Степан указывает на гостя. — Знакомься, Сергей Сивых, в прошлом мой боевой товарищ.

О, прибыл наконец.

— Рад знакомству, — протягиваю руку, и Сергей отвечает крепким рукопожатием. — Пойдемте пообщаемся.

— Конечно, Даниил Степанович, — кивает Сивых, и у Степана от гордости аж глаза заблестели. Гордится отчим мной как своим сыном. Хотя почему «как»?

Спустя пару минут мы устраиваемся в кабинете для совещаний. Как положено, Сивых представляется. Всего лишь формальность. Степан уже показывал мне его резюме и рекомендовал брать. Как заверил отчим, такие камрады на дороге не валяются.

Итак, подполковник в отставке Сивых Сергей. Опытный командир, он прошел через Финляндию и Турцию, получил два ордена Мужества, долгое время руководил заслоном перед Туркменской Аномалией. Обширный послужной список. «Героя» ему, правда, не дали, и это немного странно, но да пускай.

— Значит, вас устраивает работа на меня? — спрашиваю задумчиво.

— Да, — короткий ответ.

— А теперь скажите начистоту, подполковник, — внимательно смотрю мужчине в глаза. — Почему вы предпочли руководить людьми молодого простолюдина вместо того, чтобы устроить в дворянскую гвардию? Сдается мне, с такими достижениями, как у вас, это не было бы проблемой.

Степан хмурится, но ничего не говорит. Для отчима мой вопрос оказался такой же неожиданностью, как и для кандидата.

— Я бракованный товар, Данила Степанович, — выпрямившись, громко сообщает Сергей. — В Туркменистане в одном из боев мой накопитель сгорел полностью, больше я не боец.

— Ну и что? Вы же пришли наниматься на руководящую должность, а не на рядового бойца, — замечаю. — Какое к этому имеет отношение ваша травма?

Сергей молчит, видимо, собираясь с мыслями.

— Данила, — берет слово Степан. — Дело в том, что о Сергее ходит незаслуженная слава провального офицера. Когда он держал заслоны, случился мощнейший всплеск Аномалии.

— Повалили тысячи огненных саламандр, — кивает Сивых. — Я просил штаб о подмоге, но она прибыла слишком поздно. Твари снесли заслоны, я сжег накопители и потерял ребят.

Он плотно сжимает челюсти, желваки играют под кожей.

Я размышляю над услышанным. «Потерял ребят…». Звучит так, будто вся часть полегла. В этом случае понятно, почему Сергею не дали «Героя».

— Почему подмога не прибыла вовремя? — уточняю. — Поздно просили?

Сергей молчит. Отвечает мне Степан:

— Это был Красный всплеск. Тот самый, что одновременно произошел в Аномалиях по всей Евразии.

Оу, ничоси. Да, слышал о Красном всплеске. Тогда звери повалили буквально из всех магических щелей по всему континенту. Жуткое явление. Но это объясняет, почему Сергей недождался подкрепления. Туркменская Аномалия находится в пустыне, вокруг ни души. Логично, что резервы в первую очередь отправили к Аномалиям вблизи населенных мест. А Сивых в это время терял подчиненных и честь командира.

— Моя репутация как офицера запятнана, — продолжает Сергей. — Но это никак не влияет на мою добросовестность и компетентность.

— В этих двух аспектах я не сомневаюсь. Степан поручился за вас, а в людях он хорошо разбирается, — я встаю и протягиваю руку. — Добро пожаловать, в будущую гвардию Вещих.

Облегченно выдохнув, Сергей поднимается и пожимает ладонь.

— Рад вам служить, Данила Степанович! — выпрямившись, гаркает глава моей гвардии.

Обрадовался мужик, это видно невооруженным глазом.

— И я рад вашему служению, — киваю. — Степан введет вас в курс дела. Он покажет будущую базу, где разместятся сорок человек нашей гвардии. С людьми также вас познакомит Степан.

— Хорошо, — кивает Сергей. — А кому мне направлять предложения и просьбы о встречах с вами?

— Просьбы о встречах? — переспрашиваю удивленно.

— Да, у вас же есть ассистент, — Сергей произносит это как само собой разумеющееся. — Не Степана же мне просить найти в вашем расписании окно для планерки или непланового разговора.

Черт возьми, а он прав. Делать из Степана помощника — значит, его не уважать.

— Кхм, пока еще у меня нет ассистента, — я достаю из кармана одну из визиток, которые недавно напечатал. — Так уж вышло, что развитие бизнеса идет семимильными шагами, и я просто не успеваю вовремя обзавестись нужными людьми. Поэтому временно по всем вопросам связывайтесь со мной лично.

— Хорошо, — Сергей принимает кусок картона.

Попрощавшись с ветеранами, отправляюсь к себе в кабинет. Стоит подумать, как еще усилить моих людей. Вороновы, наверняка, затаятся на время, так велит логика, и этот момент нужно использовать для удара. Но и про защиту родных забывать нельзя. Что же придумать? Может, ментальные ловушки? Я откровенно не шарю в артефакторике, вот где бы пригодилось наставничество Жанны Горнорудовой…

Ну уж нет, к черту баронессу. Эта женщина слишком непредсказуема и опасна. В чем я силен? Ответ очевиден — в дрессировке зверей. В этом направлении и нужно думать.

От рабочих мыслей отвлекает звонок Камилы.

— Даня, привет. У меня такое ощущение, что я тебя не увижу завтра на уроках.

— Ты права, не увидишь, — подтверждаю. — Возможно, Эльдар тебе уже рассказал почему.

— Да, я была на семейном совете, — важно произносит Камила. — И в курсе о «воронах». Даня, знай, если чем-то я могу тебе помочь, то с радостью сделаю.

— Мне бы пригодился совет, — я чешу висок. — Не знаешь, где бы достать умелого ассистента?

— У тебя еще нет помощника? — поражается Камила. — А как же ты справляешься с делами?

Чуть не спросил, с какими делами. Блин, а ведь правда. Текстильные фабрики и бетонный завод — это тебе не в тапки сходить. Я должен контролировать всю эту гигантскую промышленную сетку, иначе ее растащат по кирпичику.

— Сам успевал, — бурчу.

— Не устаю поражаться твоим талантам, — Камила принимает мои слова за чистую монету. — Позавчера в столовой ты говорил, что ты собираешься в столицу? Если твои планы не изменились, съезди в Высшую школу ассистентов. Там полно неглупых девочек. У отца тоже работает выпускница оттуда.

— Благодарю, Камила. С меня цветы.

— Лучше ресторан.

— Я, конечно, разбогател, — смеюсь. — Но не настолько, чтобы дарить симпатичным девушками рестораны вместо цветов.

— Ты понял, о чем я, Даниил, — девушка не принимает веселого тона. — Сводишь меня в ресторан после приезда?

— Почему бы нет? До скорого, Камила.

Я откидываюсь на спинку кресла и размышляю. Поездка в Москву обрастает всё новыми и новыми делами. Отчитаться перед Морозовым, предстать перед Советом директоров и выбрать помощницу. Надеюсь, больше ничего не прибавится.

Предварительно постучав, в кабинет заглядывает Валуев.

— Данила, там приехал какой-то инспектор Морозовых. Документы проверил. Вроде бы княжеский человек. Впустить?

— Впускай, конечно, — выпрямляюсь.

Быстро же Морозовы отреагировали. Я даже не успел отчалить в столицу. Но так и лучше. Лично представлю инспектору всю ситуацию в нужном свете.

Я пытаюсь расслабиться. Даня, будь спокоен и веди себя непринужденно. Сейчас придется играть комедию. Главное, играть уверенно.