«Ёлки» оказываются роскошным рестораном. Ну, другого и не ожидалось. Всё-таки князь вряд ли пойдет трапезничать в забегаловку типа «Точка и вкусно». Сам Морозов Юрий Михайлович оказывается мужчиной мощного телосложения а-ля Валуев. Не переродились на Руси еще богатыри. В волевом лице угадываются знакомые черты. Маша многое унаследовала от отца.

— Ваше сиятельство, — кланяюсь я.

— Садись, Данила, — кивает князь, уже уминая оливье. — Я тут без тебя начал. Надеюсь, ты не против.

— Как можно, — притворно удивляюсь.

— Заказывай что хочешь, — широким жестом князь указывает на меню. — Здесь отличная треска под маринадом. Советую.

— Благодарю, так и сделаю, — у меня голова скоро устанет кивать.

Морозов настаивает, чтобы мы сначала отобедали, а потом поговорили о цели нашей встречи. Я и не против. Кухня премиального столичного ресторана оказывается просто изумительной. Ощущение, что треска сама тает во рту, настолько она разварена, удовлетворяя обоняние букетом ароматных специй.

— Как тебе понравилось вчера в усадьбе Морозовых, Данила?

— У вас очень гостеприимная дочь, Ваше сиятельство.

Он смеется.

— Очень, учитывая, что она сама напросилась, чтобы ты кидал в нее ножи, — я напрягаюсь. — Мда, наделала она делов. Простолюдин обтыкивает ножами княжну! Надо же такое придумать!

— Ваше сиятельство, я искренне сожалею. — Ага, о том, что вообще ввязался в игры зарвавшихся дворян.

— Это правильно, что сожалеешь, — оглаживает Морозов бороду. — Но по справедливости, наказывать тебя не за что. А вот дочка у меня немного беспечная. И всё же ты молодец, что уделал сынка Паскевича. Он слишком заносчив и нахален, но не все это видели до недавнего времени, к сожалению, — улыбается князь. Под «не всеми» он явно подразумевает Машу. По-видимому, я не должен об этом догадаться, так как Юрий просто не допустил того, что его дочь рассказала о своей недавней любви. — А теперь поговорим о…

— Княже, — перед нашим столом возникает высокий мужчина по стойке смирно, в руках мобильник. На нем деловой костюм с галстуком, но солдатская выправка выдает с головой гвардейца княжеской СБ. — Третье кольцо охраны попытался пройти индивид с пистолетом. Мы его схватили и обезоружили.

— Вот как? — удивляется Морозов. — Интересно, кто ж такой смелый?

— Как раз сейчас допрашивают. Как только выяснят, придет сообщ… — мобильник вибрирует, и гвардеец смотрит на подсвеченный дисплей. — Человек Паскевичей, княже.

— Совсем эти псы страх потеряли! — вскидывается Юрий и крепко бахает кулаком по столу. — Сейчас я им устрою кузькину мать! Данила, обожди, пожалуйста, тут чрезвычайная ситуация, — я молча киваю, ведь даже прекрасно знаю какая.

Вчера ко мне в номер гостиницы ворвался головорез бывшего парня Маши. С глушаком на пистолете. Хотел по-тихому грохнуть «зарвавшегося простолюдина». Он был без щитов, и я отправил его восвояси. Паскевич явно не понял с кем связался.

По моему приказу головорез просидел всю ночь на скамейке в парке. А днем я специально мимо проходил, и он сел мне на хвост. Вел я его прямиком на встречу к князю. Что ж, княжеская охрана не подвела. У Морозова бдительные соколы. Не пропустили подозрительного типа со Стечкиным наготове. Думаю, у них есть бывалые бойцы, которые сразу подмечают скрытое оружие. Тут необязательно быть неким сенсориком-анатомиком. Достаточно просто поработать пяток лет во внутренней агентуре. Сам я таким талантом обделен, если только ствол явно не выпирает в кармане, но похожих людей знал в свое время.

Сам головорез, понятно, даже не предполагал, что я иду общаться со столь важной персоной как князь, вот и попался тепленьким.

Морозов же достает мобильник из внутреннего кармана пиджака и, порывшись в телефонной книге, делает звонок.

— Алло, Паскевич, вы совсем там оборзели⁈ А, скотина⁈ Ты что удумал⁈ Чего фамильничаю и ругаюсь⁈ А как мне тебя по имени называть после того, как шлешь мне своих крыс с пушками⁈ В качестве доказательства тебе сейчас его пять пальцев приедет, — кивает гвардейцу, и тот убегает исполнять поручение. Офигеть. Ну прямо японские якудзы, а не русские бояре. — Чего замолк⁈ Войны хочешь⁈ Я тебе устрою такую войну! Всех против тебя подниму!

Слышу, как в трубке встревоженно бубнят: «Не горячись, Юр», «Разберемся, не со зла это», «Наказание получит шутник, как найду его».

Морозов еще что-то требует, Паскевич-старший еще извиняется, обещает компенсацию — какие-то «Сосны». То ли ресторан, то ли мебельная фабрика. Как понимаю, подобного добра у высших дворян полно, они по любому поводу эти мелкие предприятия отдают, меняют, дарят. Хотя здесь случай особенный, и вряд ли князю предлагают какую-то дешевку. Потом рыкнув на прощание, довольный князь кладет трубку.

— Ну шельмы! Вздумали посылать пистолетчика. И куда? В мой ресторан! Совсем оборзели! — качает головой Юрий. Думаю, он догадался, что головореза отправил за мной сопляк Паскевича. Но князю просто плевать на причины. Границы его территории нарушили, и за такое следует карать. Остальное вторично. — Данила, ты извини старика. Разбирательство могло подождать. Ну уж эти Паскевичи давно путают берега. Сам видел, как нагло вел себя их крысеныш на приеме Машечки.

Я насупливаю брови и делаю грустное выражение лица. Меня сейчас волнует только одно — чтобы Диме хорошенько влетело от Паскевича-старшего и княжич оставил мою задницу в покое.

— Сочувствую, Ваше сиятельство.

— Да, перейдем к нашему с тобой вопросу. — Вот тут я уже весь во внимании. Что же у нас за вопрос с самим князем? — Я уже звонил Енеревым и записался в очередь на приручение зверя. Твои скачки на копытосе впечатлили.

— Благодарю.

— Но у меня определенные требования к заказу. Приручить мне нужно обязательно ирабиса.

Ух, вот это заявочка! Ирабис похож на снежного барса, но в два раза больше этой белой кошечки. А еще он ни хрена не поддается дрессировке. Зверь относительно распространенный, и попытки подчинить кошку были, но все провалились. Как я понял, задача сложнее, чем с Шарханом. Шафрас по натуре своей флегматик и совсем не агрессивный. А ирабисы — это бешеные твари. Пушистые берсерки.

— Ваше сиятельство, это непростая задача, — замечаю. — Выбор зверя окончательный? Уверен, вы в курсе о сложностях именно с этой породой.

— В курсе, Данила, — степенно кивает Морозов. — Я уже нанимал трех телепатов приручить ирабиса. Ни у кого не вышло. Одного даже растерзал его подопытный.

Хм, не внушает оптимизма. Нет, когда ввязывался в это, я знал, что будет сложно. Но рассчитывал, что сам буду выбирать зверей, а сейчас мне диктуют сложнейшие условия. Блин. А оно мне надо?

— Видишь ли, сынок, — увидев, как я помрачнел, решает поделиться Морозов. — Ирабис — не прихоть старика, точнее прихоть, конечно, но не с бухты-барахты. Но чтобы ты понимал, расскажу тебе как есть. Покойная мать Маши была оборотнем. Редкий вид магии достался. Катя обращалась в огромную белую кошку. Свирепую и необузданную. То время прошло, Кати со мной больше нет, но однажды увидел я ирабиса. И знаешь, Данила — похож! Похож зверь на мою Катю, — грустно улыбается князь. — Вот и хочу теперь обрести живую память о Кате. Маша бы тоже обрадовалась… — грустно заканчивает.

— Ваше желание вполне понятно, — киваю и развожу руками. — Но сами понимаете…Попытаться я попытаюсь, но за результат не могу ручаться.

— Попытайся, Данила, — произносит князь. — Хорошенько попытайся. А если получится, награда не заставит себя ждать. Мои вассалы на Аномалии тоже попробуют достать кошку, чтобы тебе проще было.

— Премного благодарен.

На этом тяжелый разговор, в принципе, заканчивается. Сегодня же сажусь на первый поезд. Всё, хватит приключений. Продуктивная вышла поездка в столицу, нечего сказать. Сдал экзамен на третий разряд Воина, сдружился с княжной, завел врага в лице княжича, пообещал графу поучить ножевому бою, еще и бешеного зверя взялся не выдрессировать, но попытаться, во всяком случае. Веселые три дня получились. Быстрее бы домой.

* * *

— Вызывал, отец? — в кабинет к князю Паскевичу заходит наследник рода. Отец задумчиво смотрит в открытую маленькую коробочку. Что внутри Дмитрий не видит.

Глава рода поднимает на Дмитрия тяжелый взгляд, и сын вздрагивает. Отец явно не в духе.

— Это ты послал Жору Фисакова в «Ёлки» к Морозову?

— Что? Нет! — вздрагивает княжич. — Я давал ему поручение, но не связанное с Морозовыми.

— Посмотри, что сделало твое поручение с Фисаковым, — князь толкает коробочку, и она по гладкой столешнице подъезжает к краю стола. Дмитрий вскидывает брови — внутри лежало пять пальцев. — Фисаков больше не сможет держать оружие. Морозов так решил. А еще мне пришлось отдать ему «Сосны». — Спокойные интонации князя никак не согласовались со смыслом его фразы.

— «Сосны» — небольшое предприятие… — тихо замечает Дмитрий.

— Ты решил, что имеешь право разбазаривать имущество рода? — холодно спрашивает князь.

— Нет…отец…

— Куда ты послал Фисакова?

— Убить одного простолюдина, — сглотнув признается наследник. — Подхалима Маши…

— Морозовой⁈ — вскидывается отец и яростно орет: — Ты — дебил, Дим⁈ Войны с Морозовыми хочешь⁈

Дмитрий опускает голову и молчит, стиснув челюсти. Когда князь в таком состоянии, с ним лучше не спорить. Целее будешь.

— Больше никаких выходок! Ты понял⁈ Я запрещаю тебе трогать людей Морозовых!

— Но… — не выдерживает Дмитрий, и это его ошибка.

— Сегодня же отправляешься в гвардейскую часть за городом, — откидывается князь на спинку кресла и берет трубку телефона. — Уходишь в распоряжение сотника. Месяц поживешь в казарме, как обычный новобранец. Да-да, распорядок дня срочника: ранний подъем, полная занятость, строгий режим. Может, после того, как ты потрешься бок о бок с рядовыми бойцами, то научишься ценить их жизни. Скорее всего, Фисакова уже не вернуть, но остальных наших людей я тебе не дам угробить. Иди собирайся.

Дмитрий, понуро опустив голову, уходит из кабинета.

* * *

— Как он сдал экзамен? — спрашивает глава рода Змеевых Радий у своего гвардейца. В кабинете также присутствует Егор, брат главы и директор по разработкам.

— Третий разряд.

— Как у Пастуха, значит, — задумывается глава. — Ну для его возраста это великолепный результат. Третий разряд днем с огнем не сыщешь и среди взрослых телепатов.

— Всё еще нацелен на парня? — хмурится Егор.

— Пока что мое пожелание, чтобы он служил у нас, только крепнет, — замечает Радий. — Но не забываем про тех, кто его сейчас окучивает. Соколовы и Енеревы. С ними лучше договориться полюбовно. Пускай рода и мелкие, но врагов у нас и так хватает.

— А если не выйдет договориться? — спрашивает брат.

— Тогда будем думать, стоит ли Вещий траты ресурсов на уничтожение пары небольших родов, — усмехается главный «змей».

* * *

— Какой у него ранг? — спрашивает глава рода Вороновых Аркадий.

— Воин, третий разряд, — отвечает сын Эдуард.

Главный «Ворон» хмыкает и перебирает пальцами по столу.

— Разочарован? — усмехается Эдуард.

— Для его возраста это великолепный результат, — всерьез отвечает Аркадий. — Тем более, что среди телепатов мало Мастеров. Но если честно, я рассчитывал на уникума. Ведь Вещий разбил террористов., победил третьеразрядного телепата, а затем еще молниевика-Мастера. Согласно отчету Шараповой.

— Есть у меня идейка, что на экзамене он занизил свои силы, — произносит Эдуард.

— Поясни мотив.

— Боится известности. В этом есть смысл в том случае, если он личность не терпящая над собой начальство. А некоторые моменты указывают, что так и есть. К тому же, царский охотник не стал его отчимом. Возможно, таково было желание самого Вещего. А еще Енеревы теперь готовят выдрессированных зверей на продажу, и, вероятно, и здесь не обошлось без Вещего.

— Симулирует слабость? — Аркадий гладит пышные усы. — Вполне вероятно. Тогда надо бы нам его проверить самим и уже решать, ликвидировать его или прибирать к рукам.

— Проверить, говоришь… — сын по примеру отца тоже теребит тонкий ус. — Но как это сделать незаметно? Устроить нападение? Не факт, что в бою он покажет весь свой потенциал.

— Нет, битва не то. Нужна сложная задачка, решение которой покажет, самородок ли он.

Оба задумываются на некоторое время, пока Аркадий не произносит:

— Горнорудовы.

— Отец, ну ты придумаешь же! — смеется Эдуард. — Сколько телепатов пробывало, никто не справился, там даже Мастера пытались. Не факт, что это вообще возможно. Если у Вещего не получится, мы не сможем сделать вывод о его бесполезности.

— Зато если получится, все сомнения насчет его силы уйдут, — говорит Аркадий. — В случае провала просто придумаем проверку попроще.

— Связаться с Горнорудовыми? — спрашивает сын.

— Не напрямую, — морщится Аркадий. — Пусть лучше те же Мышевы это сделают. Скажут Павлу, что слышали, будто у Соколовых есть в знакомых сильный телепат. После этого Горнорудов сам кинется к Соколовым и будет умолять их воскресить свою незабвенную.

— Честно, па, мне кажется это пустой тратой времени, — замечает Эдуард. — Многие давно уже решили, что Горнорудов просто-напросто сошел с ума. Но чем черт не шутит, займусь, раз надо.

— Надо, Эдик, надо, — велит главный «ворон». — Есть у меня хорошее предчувствие на счет этого парня.

* * *

— Третий разряд? — смотрит на меня Света. — Очень хорошо.

— Уверена, это только начало, — улыбается Камила. — Мы же еще в школе, у тебя полно времени для роста.

— У всех нас, — и Гриша полон энтузиазма.

Снова пошли обычные будни, и мы с ребятами сидим в манеже, делаем домашку как обычно. Лена сейчас задумалась над сложной задачей по алгебре. Мы все ждем, когда она решит. Наши мозги оказались бессильны перед испытанием Антонины Павловны. Вся надежда на мою девушку. Вот она сейчас и склонилась над учебником, забавно шевеля губами. На лбу задумчивая морщинка. Чтобы не мешать ей, говорим полушепотом.

— Камила, а я всё хотел спросить тебя, — поворачиваюсь к брюнетке.

— Да, Даня? — улыбается красавица.

— У тебя же два Дара. Значит, по каждому сдаешь ранговый экзамен?

— Именно так, — кивает Камила. — По Целительству у меня пока третий разряд, по воздуху второй.

Ого, боец-саппорт в одном лице. Конечно, за полтора года ее ранги еще вырастут, и тогда ей цены не будет на Аномалии. Как и у свадебного алтаря. От желающих взять Камилу в жены будет не протолкнуться. Но сейчас она смотрит горящими глазами именно на меня. Приятно, черт возьми! Ох, Даня, держи себя в руках! Слишком сладкая мармеладка! Накинешься, и потом не избежать сахарного диабета.

— Камил, я хотел у тебя отпроситься на всю следующую неделю. Ко мне приедет юный граф Шереметьев, я буду учить его драться на ножах. Не думаю, что у меня останется много времени на манеж. Не хотелось бы нарушать договоренности с твоим отцом, но отказать графу мне было сложновато, — развожу руками.

А ребята, не только Камила, вытаращили на меня глаза.

— Граф Шереметьев⁈ — восклицает брюнетка. — Приедет в Будовск⁈

— Ага. — Чему так удивляться уж?

— Жесть, — качает головой Гриша. — Ну, Даня, раз за три дня в столице ты завел знакомства с графом, то что было бы, останься ты там чуть дольше? Подружился бы с самим императором?

Тут вибрирует мобильник у Светы.

— Алло, дядя. Даня? Он здесь, да, — блондинка протягивает мне телефон. — Дядя просит тебя.

— Виталий Степанович, добрый день, — послушно отвечаю.

— Здравствуй, Даня. Я по важному вопросу. Тут ко мне обратился сам барон Горнорудов. Он узнал, что в Будовске появился талантливый телепат и хочет нанять его для одного сложнейшего поручения. Не хочешь ли ты помочь барону? А заодно и стать миллиардером?