Резиденция Морозовых, Москва

Анастасия Лопухина заходит в спортзал рода Морозовых. Просторное помещение с высокими окнами, полированным деревянным полом и зеркалами вдоль одной стены.

Уже на месте её ждет Маша Морозова, гибкая и целеустремленная, в черном топе и ярко-желтых шортах. Она стоит перед зеркалом и выполняет разминку. Лопухина подходит ближе, закидывает ногу на перекладину и начинает растягиваться, не отводя взгляда от своего отражения в зеркале.

— Я видела вашу… остроухую гостю, — вдруг замечает она княжна Лопухина не отрываясь от разминки. — Она просто зашибенная! Красавица!

Маша улыбается.

— Похоже, так же считает и мой отец. Это Ее Высочество принцесса Ненея. Она родственница моего Данилы через его главную жену.

Лопухина усмехается и выпрямляется. Она легко переходит к следующему упражнению, двигаясь с привычной грацией.

Маша выполняет вращения плечами, делая глубокие вдохи. Их разговор течёт непринуждённо, словно лёгкий ритм, который они без усилий подхватывают и продолжают.

— А что ты решила насчёт Григория Калыйра? — вдруг спрашивает Маша, бросая внимательный взгляд на подругу.

Лопухина замирает на мгновение. Она опускает ногу, упирается руками в бедра и, глядя на своё отражение, задумчиво прищуривается. После небольшой паузы на её лице появляется лёгкая усмешка.

— Хорошо, что он решил сначала разведать обстановку и поговорить, а не сразу пошёл свататься к моему отцу-князю. Но, знаешь, я никогда особо не думала о восточных родах.

Она на секунду замолкает, глядя в потолок, будто взвешивает что-то в уме. Потом добавляет с усмешкой:

— С другой стороны, ты явно разбираешься в мужчинах.

Маша удивленно поднимает брови:

— Я? Правда?

Лопухина кивает с широкой улыбкой:

— Конечно. Ты ведь заметила Данилу, еще когда он был простолюдином, и сразу разглядела в нём гигантский потенциал.

Маша смущается, опуская взгляд и чуть краснея:

— Ну… я не думала, что он станет графом, а уж тем более иномирским конунгом. Просто… он мне понравился. Вот и всё.

Лопухина смеётся, слегка качая головой:

— Значит, у тебя потрясающая интуиция. Но если Данила дружит с этим Гришей, он точно того стоит. Так что… я готова с ним встретиться.

Она резко поднимается, протягивает руку Маше и с вызовом говорит:

— Ну что, идём на ринг?

Маша, задумавшаяся над словами подруги, встряхивает головой:

— Только три раунда, договорились?

Они поднимаются на ринг. Разминка сменяется лёгкими выпадами, а вскоре и тренировочный бой набирает обороты. Удары сопровождаются весёлыми подшучиваниями, а каждый точный выпад — дружескими комментариями.

* * *

На следующий день принимаю приглашение Гришки. Бывший однокашник зовёт выйти в море, да показать, как прогрессирует его охота на пиратов. Заодно обещает отдых на яхте. И надо признать, подготовился он основательно: стильная, современная яхта, оснащённая всем, что может понадобиться. На борту коктейли, закуски и обещанная непринуждённая атмосфера. Ну как тут отказаться?

Правда, Гришка не остановился на закусках. Он решил разнообразить компанию и пригласил несколько девушек. Классика жанра — из «Райского уголка», заведения Гересы. С одной из них у меня был короткий, но памятный эпизод в прошлом. Теперь она украдкой бросает на меня горячие взгляды. Но я уже давно не вольный волк, так что её попытки остаются без ответа. Тем более я взял с собой Лену и Настю. Соответственно, всё моё внимание предназначено исключительно для жены и невесты.

Мы поднимаемся на борт, и Гришка теряется. Он явно ожидал менее официального общества. Лена тут же замечает его замешательство. С лёгкой укоризной спрашивает, поправляя волосы:

— А почему ты не взял с собой свою супругу Адию?

Гришка мнётся, нервно чешет затылок и усаживается, стараясь казаться непринуждённым. Получается, мягко говоря, не очень.

— Ну, мы с Данилой договаривались прийти с девочками, — бурчит он и в свою очередь с укором смотрит уже на меня.

Я с улыбкой замечаю:

— Так я и взял «девочек», разве нет?

Да и когда мне ещё с куртизанками гулять? Мне бы своих жён успевать прогуливать.

Лена и Настя довольно переглядываются, а Гришка смущённо уходит от темы, сделав вид, будто бутерброды с икрой требуют его немедленного внимания.

Плавание начинается спокойно. Яхта уже около часа уверенно скользит по волнам открытого моря, но пираты так и не показываются. Гришка, разглядывая горизонт, шутит:

— Ну вот, ни одного пирата. Видишь, всё спокойно.

— Удивительно, — отвечаю я, притворно хмурясь. — Обычно к этому времени уже кого-нибудь да встречаем. Твои гвардейцы, и правда, неплохо поработали.

Но, похоже, сглазил: вдали появляется пиратская шхуна. Судно парусное, хотя мотор у них, конечно, тоже есть. Зачем им паруса в такой комбинации? Без понятия, но выглядит эффектно. Главное другое — отсутствие флагов, явный и безошибочный признак пиратства. Указываю на неё и бросаю:

— Всё-таки один попался.

Гришка хмурится, разглядывая приближающийся корабль:

— Эх, ещё не всех вывели.

Пираты, заметив нас, сразу начинают разворачиваться и пытаться уйти. Видимо, их сканеры засекли, что на борту находится аж целый Грандмастер, и решили не искушать судьбу. Но отпускать их так просто никто не собирается.

— Догоняем, — коротко приказываю.

Гришка бросает гвардейцу у штурвала команду, и яхта резко набирает скорость.

Когда наконец догоняем пиратскую шхуну, вместо ожидаемой схватки нас ждет разочарование Команда шхуны выбегает на палубу с высоко поднятыми руками. Ни бряцания оружия, ни злобных выкриков, ни даже тени попытки оказать сопротивление. Перебивая друг друга, пираты наперебой просят пощады и объявляют о капитуляции.

Я, недовольно качая головой, говорю по мыслеречи, чтобы не напрягать голос:

— Ну что ж, раз сдаётесь, направляйтесь к береговой охране. Только имейте в виду: если вдруг передумаете по дороге… второй попытки у вас не будет.

Шхуна разворачивается и послушно берёт курс на берег. Гришка, опершись на поручень и хмуро глядя вслед пиратам, вздыхает:

— Жалко, что не стали сопротивляться.

— Пираты нынче уже не те, — соглашается Лена. Жена была тоже не прочь размяться, хоть в душе и лапочка.

Я ещё немного смотрю вслед шхуне, проверяя телепатией, направляются ли они к береговой охране. Мало ли, вдруг решили сыграть в умников. Но нет, похоже, мозги у них всё-таки на месте.

Тогда перевожу взгляд на столик с закусками.

— Ну хоть бутерброды не разочаровывают, — говорю, беря один с маслом и икрой.

Гришка, уже заметно оправившийся от разочарования пиратской капитуляцией, вдруг спрашивает:

— Даня, ну что там насчёт моей второй невесты? Ты у Марии Юрьевны спросил?

Лена тут же ловит суть вопроса. Её взгляд скользит по девушке, которую Гришка привёл с собой. Негодование в глазах жены читается без слов: «Не при куртизанках же обсуждать вторую женитьбу, Григорий!»

Девушка, в свою очередь, явно ощущает напряжение, хотя старательно делает вид, будто весь этот разговор её совершенно не касается.

Я же беззаботно улыбаюсь:

— Да спросил. Мария Юрьевна обещала уточнить у княжны Лопухиной.

Гришка тут же воодушевляется, радостно хлопает меня по плечу:

— Ты лучший, камрад! Спасибо! Княжну Лопухину я видел! Ох и красавица!

Смотрю на него и сдерживаю усмешку. Вот ведь как мало человеку для счастья надо — всего лишь пообещать поговорить о нем с симпатичной княжной.

Зимой темнеет рано, а прогулка во тьме, даже на стильной яхте, не кажется особенно захватывающей. Холод на открытой палубе нас не беспокоит — специальные артефакты нагревают воздух, создавая комфортный микроклимат. Но вот виды уже не те, да и бесконечное море быстро наскучивает. Так что вскоре яхта берёт курс обратно.

Под багровыми красками заходящего солнца команда возвращается в порт. По пути жена и невеста обсуждают — кто и как собирается провести оставшийся вечер.

Но у меня нет времени на посиделки. Дела не ждут. И вот я уже сижу в кабинете, работаю и жду новостей от лорда Зара насчёт лорда Гагера. Мутантов, которых я захватил, передал Зару. Тот, в свою очередь, вызвал своих людей и пообещал отправить пленников на суд.

Суд над самим лордом Гагером. Да ещё под председательством Багрового Властелина. Это может быть интересно. Ну, посмотрим, чем всё обернётся.

Неожиданно в гости заглядывает лорд Ратхархар. Он явно торопился, но всё равно выглядит довольным, как здоровенный кот после удачной охоты. Быстро поправляет очки, скалит клыки — не угрожающе, просто у ракхасов они всегда торчат наружу.

— Лорд Данила, спасибо огромное! — грохочет он, садясь напротив и чуть не опрокидывая кресло. — Только что вернулся от лягушкодов, но решил заехать к вам. Это было что-то невероятное! Удивительный народ, со своими особенностями. Знали ли вы, что они могут дотянуться языком до собственного копчика?

— Рад, что вам понравилось, — вежливо киваю.

Но Ратхархар явно не просто пришёл поделиться впечатлениями. Он становится заметно серьёзнее и меняет тон:

— Меня попросил зайти к вам лорд Зар. Это касается лорда Гагера. Случилась неприятность. Среди мутантов-полукровок, которых вы захватили, нашёлся только один, кто лично встречался с Гагером. Но… он уже мёртв. В своей камере, в казематах Багрового Властелина. Спазм мышц, задохнулся. Вы понимаете — не сам. Ему явно «помогли».

Молча киваю, а он продолжает, задумчиво поправляя очки на широком сплюснутом носе:

— Остальные мутанты ничего не знают о лорде Гагере и ни разу в жизни его не видели. Они, простите, тупые марионетки. Никакой ценной информации. Думаю, схватить Гагера за мягкое место не выйдет.

— Грустно, — вздыхаю я, откидываясь в кресле.

Мой тон безразличный. Да, грустно, конечно. Но если честно, я изначально не особо надеялся на успех. Судебная система в землях Багрового Властелина — для меня тёмный лес. У них свои правила, свои подводные течения. Я не мог рассчитывать на законодательство, в котором не разбираюсь. Это было бы слишком наивно. А телепаты не наивные. Телепаты — реалисты. Мы знаем, куда отправляются сознания после смерти. Местечко, мягко говоря, не из приятных. Так о какой наивности может идти речь?

Лорд Гагер уже точно не из простаков. Его связи и влияние в Багровых Землях должны быть огромны. Думаю, вряд ли он так просто попадётся. Но даже этот шаг имеет значение. Теперь он будет в десять раз осторожнее. Наёмников точно больше не пошлёт. Придумает что-то другое, более изощрённое.

Сижу, обдумываю всё это. В любом случае, сейчас остаётся только ждать. Время расставит всё по своим местам. Посмотрим, кто кого.

Лорд Ратхархар, с видимым удовольствием чешущий клык, продолжает:

— Знаете, лорд Гагер успел достать не только вас. Многие из подданных Багрового Властелина давно точат на него клык. Более того, у нас уже сформировался, скажем так, кружок по интересам. Цель простая: свергнуть лорда Гагера и лишить влияния. Обсуждаем это не первый год, но, увы, пока безрезультатно. Вот я и подумал, может, вы бы присоединились?

Его взгляд, пристальный и испытующий, устремлён на меня поверх очков.

Я понимаю, что это предложение может быть весьма интересным, но спешить с выводами точно не стоит. Слегка откидываюсь в кресле, принимая расслабленную позу, и отвечаю с вежливой улыбкой:

— Предложение, безусловно, заманчивое, лорд. Рад, что вы подумали обо мне. Но, прежде чем принимать такие решения, мне нужно побывать в Багровых землях и поближе познакомиться с самим Багровым Властелином. Увидеть, кто он такой, понять, как он мыслит и что из себя представляет. И только потом решать, к какому «кружку» стоит примкнуть. Надеюсь, вы понимаете мою позицию.

Мой тон ровный, без лишнего напряжения. Ратхархар кивает, задумчиво поджимая губы. Хитрый ракхас явно хотел воспользоваться моим конфликтом с Гагером и заграбастать меня в свой «кружок», да не вышло. Страха перед Гагером я не испытываю, да и даже если боялся бы его, то все равно в первую очередь работал бы мозгом.

— Что ж, это разумно, — наконец соглашается Ратхархар. — Когда решите, дайте знать. Уверен, ваше участие было бы крайне ценным.

Я благодарю его за понимание, но мысли уже уносятся в другом направлении. Встреча с Багровым Властелином действительно необходима. Без этого я не пойму, где его слабости, чего он хочет и сколько проблем он может создать мне и моему роду.

Судя по всему, он далеко не слабая фигура, раз вызывает неприязнь у Организации, но при этом они не спешат с ним расправляться. Хотя что-то подобное можно сказать и обо мне. Я мало у кого в их рядах вызываю восторг. И всё же пока живой, а вот Лич упокоен, Диабло в анабиозе, а Ратвер сидит в Пустыне, изнемогая от жары.

Невольно усмехаюсь. Любопытно будет узнать, каковы планы Багрового Властелина и насколько сильно мы пересекаемся в интересах.

Прощаемся с Ратхархаром, обменявшись заверениями держать друг друга в курсе. Пора заняться незакрытыми делами, которых накопилось предостаточно. В этот момент в кабинет заглядывает Фирсов.

— Ну что, Филинов, когда диверсиями займёмся? Или ты уже забыл, что числишься в спецслужбах Царства? — строго бросает Фирсов, стоя в дверях кабинета.

Я ухмыляюсь, расслабленно откидываясь на спинку кресла:

— Как внештатный специалист, напомню. Но да, без меня вы ведь опять кого-нибудь потеряете.

Фирсов мрачнеет, но, вздохнув, признаёт:

— Ну, было и было.

— Ничего, учитель, — отзываюсь я, снисходительно. — На самом деле вы хорошо потрепали джинов. Они даже в пингвинов вселились, так что мне с ними было проще расправиться.

— Ладно, — бурчит он, не совсем довольный. — Иду собирать группу.

Вскоре весь отряд собирается во дворе. Последние приготовления завершаются, и перед отправлением я бросаю напоследок Лакомке, выглянувшей из окна:

— К обеду не ждите. Тут непонятно, сколько это затянется.

Она улыбается и машет рукой:

— Хорошо, мелиндо.

И тут внезапно в бедро Веер с размаху влетает пингвин. Причём он явно сам не ожидал столкновения: падает на спину, начинает беспорядочно махать крыльями.

— Бедный ты, убогий, — комментирую я, поднимая нелепую птицу и аккуратно ставя её на ноги. — Осторожнее надо, дружище.

Пингвин пару секунд замирает, затем резко срывается с места, мечется из стороны в сторону, покачивается и сбивается с траектории, будто забыл, куда бежал.

— Странный какой-то, — замечает Веер, скрестив руки на груди. — Аутист, точно.

Я провожаю птицу взглядом, хмыкаю:

— Ну да, явно стукнутый. Но забавный и прикольный.

Затем поднимаю голову и командую:

— Всё, загружаемся в «Буран». Пора в путь.

* * *

Пурпурный дворец, Хань

Ци-ван, Император Поднебесный, усаживается в кабинете перед советниками. В зале царит напряжённая тишина, нарушаемая лишь шорохом шёлковых одежд при поклонах. Император, с лёгкой досадой постукивая пальцами по столу, обводит их строгим взглядом.

— Ну что, придумали? — требовательно спрашивает он. — Как приручить Золотого Дракона? Мне уже пора взмывать в небо, а мы всё фигнёй страдаем, вместо того чтобы требовать полёт у мальчишки Филинова.

Советники переглядываются, заметно нервничая. В воздухе повисло напряжение, словно струна вот-вот порвётся. Из их ряда, аккуратно подбирая полы мантии, выступает Чжу Сянь, старший советник. Он склоняет голову с почтением и, выдержав паузу, произносит:

— Сын Неба, после долгих размышлений и обсуждений мы пришли к двум возможным вариантам.

— Говори, — бросает Ци-ван, не скрывая нетерпения.

Чжу делает глубокий вдох, словно перед прыжком в омут, и продолжает:

— Первый вариант основывается на том, что Золотой Дракон — существо разумное. Его можно подкупить золотом. Как известно, драконы весьма падки на сокровища.

Ци-ван усмехается, его глаза сверкнули смесью любопытства и лёгкой насмешки:

— Хм. Подкупить золотом? Интересно. Продолжай.

Чжу Сянь, немного осмелев, добавляет:

— Мы могли бы предложить ему величайшие сокровища Поднебесной. Собрать гору золота, которая затмит всё, что он видел прежде. Это могло бы расположить дракона к вам, Сын Неба.

Ци-ван задумчиво проводит рукой по подбородку:

— Звучит заманчиво. Но, пожалуй, на основной план не тянет. Слишком много зависит от прихоти дракона, а мы не знаем его характер. Да и к тому же Император не обязан покупать службу. Императору берет силой. А второй вариант?

Чжу Сянь слегка напрягается, но, собравшись с духом, продолжает:

— Второй вариант более рискованный, но тоже заслуживает внимания. Мы могли бы попытаться покорить его силой, как вы и хотели. Доказать, что вы, как Император Поднебесный, выше любого существа, даже столь величественного, как Золотой Драконв. Это путь смелых, путь… великих.

Ци-ван хмурится, его взгляд становится холодным.

— Покорить силой? Мм, рисковать жизнью Императора ради капризного дракона? Это ты называешь разумным планом? Я что, жалкий пехотинец, чтобы бросаться в бой? Чжу, ты в своём уме? Я тебе не пушечное мясо!

Советники переглядываются, кто-то даже вытирает широким рукавом пот со лба. А кто-то, не желая оказаться слишком близко к эпицентру негодования, осторожно делает пару шагов в сторону от Чжу Сяня. Сам Чжу, напротив, спешит объясниться:

— Риски минимальны, если у вас будет соответствующее оснащение.

Император приподнимает бровь:

— Какое именно?

— Вы могли бы использовать меч из антимагического металла, — Чжу Сянь выдавливает из себя с отчётливым напряжением.

Ци-ван жестом велит продолжать, и Чжу тут же поясняет, всё ещё избегая встречаться взглядом с Императором:

— Этот металл способен нейтрализовать любые магические защиты. Если нанести точный удар между чешуёй в более слабое место на шее, дракон потеряет способность создавать защитные поля.

Сделав паузу, он глотает воздуха, будто уже предчувствуя, что следующий аргумент может прозвучать как провокация:

— После этого дракон станет уязвимым для телепатов. Они подлетят на вертолёте и возьмут его под контроль.

Ци-ван хмурится и кривит губы, будто проглоти горькую пилюлю:

— И это должен сделать я? Лично? Воткнуть железяку в дракона на заоблочной высоте и надеется на снорову телепатов?

Чжу Сянь кивает, его взгляд скользит мимо Императора, как будто ответ обращён к кому-то другому:

— Вы, Сын Неба, обладаете рангом Грандмастера и являетесь магнетиком. Это даёт вам огромное преимущество. Вы сможете направить меч с точностью, достаточной для пробития между чешуёй.

Император молчит. Кончики пальцев медленно постукивают по столешнице. На самом деле Ци-ван не отличается большой смелостью. А это план — настоящее безумие. Слишком авантюрно. Подстава? Ловушка? Советники могли бы использовать этот драконовский трюк, чтобы избавиться от него.

Хоть Ци-ван и отличается чрезмерной осторожностью, десятилетиями избегая личных схваток с сильными противниками, он был невероятно алчен. Золотой Дракон — единственный в своём роде, а владеет им какой-то мальчишка. Это кажется вопиющей несправедливостью.

— Ладно, — наконец бросает Ци-ван, резко поднимаясь с трона. — Свяжитесь с Филиновым и назначьте полёт.

Советники, переглянувшись, слегка расслабляются. Император, повернувшись к ним, добавляет угрожающим голосом:

— Полёт должен быть как можно ближе к нашим границам. А ещё лучше — прямо на территории Империи. Если что-то пойдёт не так… вы знаете, что вас ждёт.

Его взгляд впивается в Чжу Сянь, и тот спешно склоняет голову, чувствуя, как холодный пот скатывается по спине.

— Да, Сын Неба. Всё будет исполнено.

Но как только советники уходят, Ци-ван застывает, охваченный внезапным приступом страха. А что, если это действительно окажется его первый и последний полёт на Золотом Драконе? Эта мысль роится в его голове, заставляя гневно ударить кулаком по подлокотнику кресла.

— Пошли прочь! — резко выкрикивает он, даже не взглянув на ринувшихся к дверям советников. — Я жду результатов!

Оставшись в одиночестве, он проводит рукой по лицу, стараясь успокоиться. Однако напряжение всё ещё не отпускает, как тяжёлый камень, давящий на грудь.

* * *

Мы на «Буране» проходим через портал в Восточную Обитель. Сейчас здесь относительно спокойно — гвардейцы уже заняли крепость монахов и обеспечивают охрану территории. Если кто-то снова решит атаковать, будь то ханьцы или монахи, наши части просто отступят в портал, а пусть те снова грызутся между собой. Однако на данный момент с ханьцами заключено перемирие. Император Ци слишком сильно заинтересован в полёте на Золотом Драконе, чтобы кто-то рискнул разжигать новый конфликт.

За бортом снежные равнины Антарктики. Белизна простирается до самого горизонта, лишь редкие тени гор или ледяных трещин нарушают это однообразие. Наша цель — Западная Обитель. Она, конечно, менее укреплена, чем Южная, которая специализируется на джиннах и их заточении в сосуды. Но Западная имеет свои особенности: здесь сосредоточены знания и технологии по созданию и управлению големами.

И хотя Южная Обитель опасна, я больше дуаю о Северной. Именно там, скорее всего, содержатся родственники Лакомки.

К слову, к рождению нашего первенца я хотел бы сделать Лакомке подарок, который действительно имеет значение — освободить её близких. Это стало бы лучшим из возможных сюрпризов. Но до этого ещё нужно дожить, а план продумать до мелочей. Северную Обитель не взять сходу — Южная и Западная обязательно вмешаются.

Пока что мы мчимся вперёд, через мороз и снежную бурю. Я подготовился к этой поездке заранее, прихватив жезл, который когда-то нашёл в заброшенном монастырском склепе среди гор за Заиписом. Тогда я уже успел испытать его там же на армии големов-сторожей. Древний артефакт, но сила в нём всё ещё ощутима, как пульс в вене.

На подступах к Западной Обители из снежных завалов вдруг поднимается кольцо гигантских големов. Сначала они кажутся обычными скальными глыбами, застрявшими в снегу, но постепенно начинают оживать.

Веер раздражённо фыркает, уперев руки в бока:

— Этого ещё не хватало!

Мерзлотник оглядывает големов, напряжённо стискивая рычаги:

— Криопушка на них не сработает!

Фирсов кривится, словно от зубной боли:

— Как и телепатия…

Я поднимаю руку и с лёгкой усмешкой бросаю:

— Спокойно, батя разрулит.

— Дорогой… — Веер тянет голосом, играя идеальную девицу в беде, будто снимается в одном из своих фильмов. Или не играет? Ай пофиг.

Хотя, честно говоря, уверенности у меня сейчас не больше, чем у них. Внутри скребётся неприятное чувство, что жезл может не сработать. Но попробовать стоит.

Сжимаю артефакт в руке и активирую его.

Древняя магия тут же откликается, и големы замирают, словно статуи. Я не использую их для атаки или диверсий — просто останавливаю, чтобы расчистить нам путь. А то слишком демонстративно будет их сейчас задействовать. Монахи могут что-то поменять и жезл потом не сработает.

Забавно, что структура управления големами до сих пор работает. Жезлу несколько сотен лет, склеп древний, а система всё ещё применима к нынешним охранным механизмам монахов. Вот уж действительно консерваторы. Нет, чтобы апгрейдиться. Хотя они наверно исходят из логики «не трогай то, что работает».

Веер буквально вешается мне на шею, с сияющей улыбкой произнося:

— Дорогой, ты мой герой!

Я усмехаюсь, чуть отстраняясь:

— Как хорошо, что я снова поехал с вами, да, учитель?

Фирсов лишь кривится, явно не в настроении для комментариев.

Когда мы оставляем големов позади, путь кажется спокойным. Ничего примечательного, всё тихо. Но это долго не длится. Впереди появляется группа монахов из Западной Обители. Их не больше десятка, но по их растерянным взглядам ясно: нас здесь точно не ждали. Значит, подъем големов они не зафиксировали.

— Мерзлотник, огонь! — командую.

Нельзя дать гомункулам опомниться.

Мерзлотник ухмыляется, явно предвкушая действие:

— С радостью!

Крио-пушка оглушительно ревет, выпуская шквал ледяных выстрелов. Температура вокруг мгновенно падает, воздух наполняется морозным паром. Монахи, попавшие под обстрел, замерзают на месте. Часть из них превращается в ледяные статуи, полностью парализованные. Остальные падают в снег, корчась от боли и пытаясь согреть обмороженные конечности. Их крики звучат надрывно, но уже ничего не изменят.

— Спускаемся и связываем, — командую, наблюдая за их безуспешными попытками уползти.

«Буран» плавно снижается, открывая трап. Эти гумунулы-геноманты имеют гибкую природу, но их разум недостаточно силён, чтобы устоять перед телепатическим ударом. Одного за другим я «вырубаю» их пси-клинками. Они падают, словно мешки с песком, не успев даже понять, что произошло.

— Грузите, — спокойно говорю, указывая на «Буран».

Гвардейцы быстро приступают к работе, поднимая обездвиженных гумункулов на борт.

Уже внутри «Бурана» я приступаю к обработке гомункулов, словно упаковываю тюки для транспортировки. Их тела гибкие и податливые, что идеально подходит для манипуляций с помощью геномантии. Я уменьшаю их размеры, делаю компактнее, не затрагивая жизненно важные органы. Приятного мало, конечно, но монахи все равно в отрубе. В процессе они становятся узкими и лёгкими, словно специально созданными для транспортировки.

Гвардейцы закидываю их в грузовой отсек, где они занимают минимум места. Теперь эти гомункулы выглядят скорее как компактные свёртки.

— Хороший улов, — замечает Шаровой.

— Хоть и малогабаритный, — подхихикивает Веер.

На обратном пути я думаю о том, как эти трофеи пригодятся. Красный Влад, без сомнения, оценит такой подарок. Живой враг — это хороший источник сведений. А с Западной обители это первые пленники.

Вдруг по мыслеречи доносится голос Камилы:

— Даня, звонили из Хань. Советник Императора, Чжу Сянь, передал, что пришло время исполнить обещание. Император Поднебесной хочет полетать на Золотом Драконе.