— Документы по передаче акций завода уже подготовлены, — начинает Альберт и передает мне визитку. — В любой будний день заедешь в эту нотариальную контору и подпишешь. Лучше с этим не тяни. Быстрее сходишь — быстрее начнешь получать дивиденды. Ближайшая выплата как раз через две недели, лучше бы к этому времени иметь пакет в собственности, чтобы не терять прибыль.

— Спасибо за советы и помощь, — киваю чуть расслабленно. — С Фиткиными не будет больше проблем?

— С ними и не было, — отвечает Альберт, поморщившись. — Просто одна глупая девка зазналась. Конечно, я стребовал с них и наказание этой нахалки и крупную компенсацию, но ты должен понимать, Даниил, что с Фиткиными нам в этом городе еще жить да жить. Я не могу порвать с ними все связи, как бы ни хотелось, ведь они наши партнеры в некоторых предприятиях. Моему роду от этого станет только хуже.

Передо мной будто оправдываются. Очень интересно выходит.

— Ничего страшного. Мне достаточно того, что этого больше не повторится, Альберт Игоревич, — спокойно отвечаю. — Я не придерживаюсь правила «за око — голова, за зуб — челюсть». Такой принцип самоуничтожителен, он порождает бесчисленное число врагов.

— Очень правильные слова. Я бы сказал даже мудрые, — улыбается глава Енеревых и указывает на стопку книг на столе, обвязанных лентой. — А вот вторая часть нашей благодарности. Можешь взглянуть и оценить.

Я встаю и подхожу к книгам. Просматриваю надписи на корешках. Ого. Неплохой суповой наборчик для телепата. Целый фолиант про манипуляции с астральным эфиром. Две книжки про конструкты… Наверно, эта коллекция стоит тысяч двадцать. И все издания неплохие. Блин, и почему магические книги стоят так дорого? Ответ прост — книжное издательства, как почти и всё прочее, контролируют рода. Монополия. А там, где отсутствует рыночная конкуренция, всегда будут гнать цены.

Что ж, зато теперь я вижу — Альберт действительно ценит честное имя своей дочери.

Я кладу руку на книги.

— Это замечательный подарок, Альберт Игоревич. — Енеревы только что прибавили в моих глазах девяносто очков.

Оставив книги на столе, сажусь обратно в кресло.

— Ты не только уберег имя Камилы, но также и ее жизнь. Поэтому за нами остается долг. Надеюсь, ты не будешь с ним медлить, — чуть виновато улыбается глава. — Не люблю быть должным.

— Отлично вас понимаю, — улыбаюсь в ответ. — Постараюсь в ближайшее время придумать достойное применение ресурсам рода Енеревых.

— Хорошо, что мы друг друга понимаем, Даниил. А теперь, если не против давай поговорим о делах. Камила сказала, ты можешь предложить что-то связанное со зверьми?

Эх да, я обдумал совместный с дворянами зверинец. Точнее, центр КМБ. К сожалению, пока смущает много неясностей насчет моего будущего, но обозначить КМБ как возможный вариант я могу. Хоть буду знать заинтересованы ли Енеревы.

— Могу обозначить как перспективу. Но пока не знаю, буду ли это сам реализовывать. Я точно уверен, что моих сил хватит на эту задумку. Но, возможно, учеба в вузе повернется ко мне такой стороной, когда для меня станет это неактуальным.

— О чем речь? — Альберт весь во внимании.

— Создание подготовительного центра для боевых подразделений с тренировочными боями со зверьми. Центр планировалось обеспечить всем необходимым за счет госсредств. Но возможен и вариант ГЧП, государственно-частное партнерство. Проект планируется как приносящий доход. Ведь возможны также частные клиенты. Думаю, дворяне тоже не отказались бы потренироваться на живых зверях, прежде чем идти воевать на Аномалии.

— Оу, да, идея неординарная, — задумывается Альберт. — И заманчивая. Жалко, что ты еще не решил, приступать ли к ней.

Я лишь развожу руками. Таков уже есть.

— Но, если решишься, мы не против быть твоими партнерами в этом нелегком деле. Учти на будущее.

— Хорошо, буду держать вас на заметке в первую очередь.

— Подобные центры существуют на Аномалиях, так сказать, прямо на местах, но их неприлично мало. Всего пара, припоминаю. Размах у них очень скромный. В любом случае, востребованность в тылу такого Колизея была бы огромной. И раз уж заговорили об идеях. Мне тут еще Камила подбросила одну, — Альбер делает выражение лица: «Ох уж, эти детские выдумки, но и не спросить не могу, ты должен понимать, иначе обижу дочурку». — Она сильно волнуется о двоюродном брате, он сейчас на Аномалии. Дочка хочет к нему пристроить четвероногого напарника, вроде вашего Легавого Шарика.

— Да, она говорила, — киваю с понимающей улыбкой.

— А еще Камила предложила поставить процесс на поток. Дворяне будут привозить зверей, а ты их одомашнивать, — у главы глаза умасливаются гордым блеском за дочурку. — В Камиле присутствует не только магическая, но и коммерческая жилка.

— Еще какая. — Соглашаюсь с очевидным. — В принципе, до своего выпуска я могу выдрессировать пять-семь зверей. Очень желательна порода Легавый. Они очень хорошо подвержены дрессировке. Шафрасов точно не нужно. Я сейчас занимаюсь одним.

— Не слушается? — с интересом спрашивает Альберт.

— Слушается, куда он денется, — вздыхаю. — Но у него очень негибкая психика. Уходит много времени, чтобы ментальные установки скорректировали сознание.

— Вот как. Понял тебя. Значит, семь зверей, — тон Альберта становится деловым. — Одного купим мы сами по полной стоимости, шесть готовим на перепродажу. Комиссионные возьмем с них тридцать процентов. Тебя устраивает?

— Вполне. — А что? Ловить редких зверей тоже непросто. — Только прежде согласовывайте вид со мной, пожалуйста. Вдруг попадется неуправляемый.

— Да, обговорим полный перечень позже. Я понял, что Легавые в приоритете. Стоимость предлагаю обозначить плюс-минус миллион рублей. Точную сумму наши маркетологи еще рассчитают, исходя из предполагаемого спроса.

У меня чуть глаза на лоб не полезли.

— Миллион? А купят?

— Конечно, — отмахивается Альберт. — С руками оторвут. — на мой недоверчивый взгляд глава смеется. — Даниил, представь сколько дворян проходят срочную службу на Аномалиях. Сотни тысяч. Средняя за год смертность пятнадцать-двадцать процентов. Психологических травм и того больше. Отцы будут из кожи вон лезть, чтобы сохранить жизнь и ментальное здоровье своим детям.

Несколько секунд я перевариваю услышанную информацию.

— Альберт Игоревич, — задумчиво произношу. — Я думаю, что вполне смогу выдрессировать и пятнадцать Легавых.

* * *

— Уехал? — спрашивает Альберт вошедшего сына.

— Да, Камила сразу убежала с матерью шушукаться.

— Женщины, — снисходительно улыбается глава. — Как он тебе?

— Уравновешенный серьезный парень. Есть, конечно, у меня пара вопросов. Слишком уж спокойно он себя вел для шестнадцатилетнего простолюдина. Трепета перед дворянами совсем не испытывает, словно каждый день общается с ними.

— Он и общается, — замечает Альберт. — У него друзья сплошь дворяне.

— Но глав рода-то среди них нет, — веско замечает Эльдар, плюхаясь в кресло напротив отца. — И в гости к благородным он каждую неделю не ходит. У Соколовых он был от силы раза два.

Альберт не удивляется столь широкой осведомленности сына. Молодец, так и надо. Об объекте следует знать побольше.

— Это верно, — согласно кивает отец. — Такое ощущение, что дворяне для парня обычные люди. Хм, заносчиво прозвучало, мы и есть обычные, конечно, но явно не его соседи по лестничной площадке.

— Вот и я о том же. Какое твое решение?

— Парень, в целом, оказался даже лучшим кандидатом, чем я рассчитывал, — качает головой глава. — Блещет идеями, любит деньги — а кто их не любит? — проявляет амбиции, стремится забраться на вершину. Но так-то решение давно принято. Я уже говорил с Соколовым, а слово не воробей, тем более дворянское. И мнению Камилы я доверяю, она людей насквозь видит, даром что еще молодая. Только вот…

— Что?

— Не пойдет он в клан Соколовых, — вздыхает Альберт. — Да и ни в чей не пойдет. Он никому не отказывает, но только лишь из-за временной слабости, как сам, наверное, это называет, и просто выжидает, когда сил будет достаточно.

— С чего ты взял? — удивляется Эльдар.

— Интуиция, — на удивленный взгляд сына поясняет. — Мне лет-то сколько? Пожил, научился разбираться в людях. И ты научишься. А пока воспринимай как факт и думай, что с этим делать.

— Хм, вдруг Соколовы тоже просекли парня? Тогда их соглашение с тобой всего лишь фикция? Пыль в глаза пускают?

— Не удивлюсь, если так. В любом случае, пускай парень создает свой независимый род. Наши планы в отношении него и Камилы это не меняет.

— Точно? — неуверенно протягивает Эльдар.

— Точно, — утверждает Альберт. — Он самородок, да и Камиле люб. Причин для отказа не вижу. Только с дочерью надо обстоятельно поговорить. Она хоть и умная девушка, но соблюдает сословные различия. Сейчас же не тот случай, надо в будущее смотреть. А в будущем он взлетит. Одна только дрессировка чего стоит. На этом можно по-настоящему озолотиться. А деньги — это и власть, в том числе.

— Кхм. Дрессировка?

— Ах да, ты же не в курсе. Сейчас расскажу.

* * *

— Через две недели в субботу тренировка по стрельбе отменяется, — сообщаю друзьям за обедом. — Решил предупредить заранее.

— Почему? — недоумевают Гриша со Светой.

— В этот день мама и Степан женятся. Вы, кстати, все тоже приглашены, — усмехаюсь, оглядывая всех за столом. — Мама сказала, что рада будет видеть моих друзей на свадьбе.

— Ого! Круто! — хлопает в ладони Гриша.

— Поздравляю Ирину Юрьевну, Даня! — хлопает ресничками Лена.

— Радостная весть, — сладко улыбается Камила. — Спасибо, что позвали. Я буду.

— Это наконец случилось! — радуется Света. — Давно за них держу кулаки.

— Спасибо всем, — киваю. — Маме будет приятно лично услышать ваши поздравления.

В это время в столовую входит Богдан, а вместе с ним за руку держится Катя Фиткина. Девушка всё еще бледная, видно, дома ей досталось прилично, но уголки губ подрагивают в слабой улыбке. За Богданом следуют также его «шестерки» и пара подружек Фиткиной. Вся толпа садится неподалеку от нас.

— Смотрите-ка, — усмехается Гриша. — Змея к змее. В принципе, логично.

— Говорят, Предякин всюду гулял с простолюдинкой, — вставляет Света. — В одну из прогулок его и приметила Фиткина. И теперь они вместе. Забавно.

Обернувшись на соседей, Камила задумчиво смотрит на Богдана, чуть наклонив голову. На лбу ее играет легкая морщинка. Потом она, пожав плечами, снова поворачивается к столу.

— Хорошая работа, Даня, — усмехается брюнетка. — Рада, что ваш разговор с Богданом пошел ему на пользу.

Вот же ж чертовка! И как она только догадалась?

Друзья теперь с интересом смотрят на меня.

— Правда, твоя заслуга? — спрашивает Света.

— Ну я просто дал Богдану совет, — вынужденно признаю. — А вообще, у него своя голова на плечах есть.

— Что за совет? — жадно спрашивает Гриша. Казах тоже любит послушать «старого школьника» Даню Вещего.

— Начать жить, а не страдать ерундой, — пожимаю плечами. — Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на ревность и безразличных к тебе людей.

— Вот как. Значит, безразличных, — почему-то грустно вздыхает Света.

— Сегодня все идете на медитацию? — спрашивает Камила. Брюнетке тема разговора тоже явно не понравилась, вот и сменила ее.

Подтверждают все, кроме меня.

— Вещий, это что еще такое? — замечает Света в притворной строгости, повернувшись ко мне всем телом. Стул отчаянно заскрипел ножками по полу. — Вообще-то, ты главное звено в нашей групповой медитации, из-за тебя весь сыр-бор, и опять сачкуешь. По-твоему, мы с Гришей для этого ходим в манеж Камилы? Сидим в этом ее деревянном сарае? Привыкаем к новой обстановке? Чтобы ты гулял без нас? — Признаться, очень хороша Света в своём праведном гневе. — Не для этого! — она чуть наклоняется и смотрит на меня сузившимися глазами.

— У меня по четвергам после школы дуэльное фехтование, — с трудом сдерживая смех, объясняю Светке. — Прими как данность. Можете заняться в этот день чем-нибудь другим, ну или медитировать без меня. Я всё же не слуга твоего рода, Светлана Дмитриевна.

— Да уж, не напоминай, — расстраивается блондинка.

А Камила же лучезарно улыбается.

— Я всё прекрасно понимаю, Даня. Тебе нужно научиться владеть дуэльным оружием, как второй рукой. Ведь ты стремишься высоко.

— Ну и это тоже, Камил, — качаю вилкой и оборачиваюсь к своей девушке, от чего брюнетка почему-то нахмурилась. — Лена, а ты нашла инструктора по каналам?

— Да, Даня, — кивает девушка. — Есть в городе дипломированный специалист, он служит роду Соколовых, но ему разрешается принимать и частных клиентов в свободное от обязанностей время.

— Это Жгунов, наверно, — вспоминает Света. — Четвертый разряд. В теории очень хорошо подкован. Правда, он маг молнии.

— Ну молния рядом с магнетизмом, — пожимаю плечами. — К тому же в прокачке каналов род магии не столь уж важен, если это не телепатия, конечно.

— Можно, Даня? — смотрит на меня Лена. — Мне кажется он сможет мне помочь настроиться.

— Конечно, можно, — киваю. — Даже нужно.

Блондинка с брюнеткой удивленно переглядываются, но молчат. Да, я оплачиваю Лене услуги «настройщика каналов». А также покупаю книжки по магнетизму. А как иначе? Нужно заботиться о здоровье своей девушки. У нее пробудился Дар, и здесь требуется наблюдение специалиста, чтобы ничего не попортить случайно.

После уроков мы с Леной уезжаем на такси каждый в свою сторону. Нафиг эти автобусы. Я скоро буду зарабатывать миллионы на дрессировке, да и так не беден, могу себе позволить катать себя и свою девушку на безопасном транспорте. Вообще бы водителя нанять, так надежней. Но пока у меня нет стабильного источника дохода. Охотничьи трофеи пока позволяют шиковать, но вдруг завтра ближайшая Аномалия накроется? Или заслоны поставят более плотные? Должен же царь когда-нибудь озаботиться этой проблемой. Даже если он прожженный циник и ему плевать на жертвы. Чем безопаснее и удобнее передвижение по стране, тем больше доход в казну. Развитая логистика — важнейший компонент экономики. Государь это точно понимает лучше меня.

Пока сижу в комфортном салоне «Москвича», размышляю о своем развитии. Скоро я обрасту обвесом из пси-оружия. Следующий этап — вспомогательные конструкты для снижения трудозатратности телепатических процессов. Но остается «черный ящик» — моя способность поглощать сознания. Нужны эксперименты, нужны исследования…И прежде всего нужен подопытный кролик!

Эх, вот найти бы выродка-мага и всласть поиграться с его сознанием. Больных мерзавцев не жалко. Коршун, вечная тебе память. Не ценил я тебя, ох, не ценил. А могли же быть не разлей вода. Но нет, отдал я тебя на растерзание бигусу.

Наверно, позже обращусь к Степану. Почти родственник — ему можно рассказать. Авось, вместе что-нибудь придумаем. Найдем какого-нибудь одаренного маньячилу и по-тихому кокнем его.

«Москвич» останавливается прямо возле блеклого крыльца спортклуба. Внутри парни уже занимаются, а тренера нигде не видно. По залу гулко раздается перестук мечей.

— Эй, русский! — окликает меня Николо. Цыган облачен в защиту, в руке сжимает свою излюбленную саблю из пластика. — Мы не закончили в прошлый раз!

Остальные члены клуба перестают спарринговаться, и кто с любопытством, кто с тревогой, смотрят на нас. «Шестерки» цыгана, тоже вооруженные и в защите, тоже приближаются.

— Хочешь повторить? — спокойно спрашиваю. — Хорошо. Только дай переодеться.

Я делаю шаг к раздевалке и арсеналу, но Николо заслоняет дорогу. Сквозь решетку фехтовального шлема сверкает желтым золотая серёжка.

— Зачем тебе меч? — фыркает он. — Ты все равно не умеешь им пользоваться.

— Ну в прошлый раз, даже «не умея», я неплохо тебя отделал, — замечаю.

— Ах ты, русская свинья! — резко взвывает цыган и бросается на меня, взмахивая клинком. — Сейчас ты-таки полижешь мне сапог!