Мои гвардейцы настояли, чтобы Береника оставила свой излюбленный огромный молот в прихожей, а её сопровождающая группа осталась за пределами дома. Без своего молота пышная урсара явно чувствовала себя неуютно: её пальцы сжимались и разжимались, словно пытаясь ухватиться за отсутствующую деревянную рукоять. На переговоры пришел Великогорыч. Гереса тоже решила заглянуть на аудиенцию «медведицы», захватив свою булаву и гордо выставив её вперед. Казалось, что богатырша ощущала конкуренцию с урсарой за звание самой сильной женщины. Её глаза сверкают от вызова, а губы поджимаются сурово. Ладно, я не против потешить её самолюбие.

— Чем обязан вашему приезду, госпожа Береника? — с прохладной улыбкой спросил я.

— Бурое племя мое, — заявляет урсара, огладив ворот плаща из медвежьей шкуры. — Я убила всех конкурентов за место вождя.

— Поздравляю с победами, вождь Береника, — киваю.

— Мне помогли твои побрякушки, — усмехается она. — Повзрывала парочку хренов с помощью взрыв-артефактов.

— Рад помочь. И что дальше планируешь делать? — тоже перехожу на «ты». Не зря говорят: будь проще и люди к тебе потянутся.

— Давай дружить, конунг, — заявляет «медведица», подбоченившись и выпятив грудь.

Неслабое предложение, но и ничего неожиданного в нем нет. Зачем бы ей еще приходить?

— Слушай, я не против, иначе бы и не давал тебе «побрякушек», как ты называешь боевые артефакты. Но как можно тебе доверять? — хмыкаю. — Вас же натравливали на тавров ликаны. Значит, «волки» имеют на твое племя сильные рычаги влияния.

— Волчары нас к ногтю прижмут, если не будем слушаться, — не спорит Береника. — Но и ты не менее опасен со своими ночными вылазками. Гризлай ничего не смог тебе сделать и ты растоптал его как медвежонка. Я не хочу с тобой ссориться.

— Тогда ты находишься в патовой ситуации, — замечаю. — Так сложилось, что ликаны очень сильно меня не любят. Они, наверняка, снова попытаются давить на вас. Что тогда планируешь делать?

Кажется, она уже успела обдумать этот вопрос, потому что не мешкает ни секунды.

— Конунг, а давай создадим видимость стычек тавров и Бурого племени, — предлагает Береника. — Мы притворимся, что враждуем, будем сводить воинов на полях, но без военных действий. Просто сойдемся и разойдемся.

Хрена себе, идея! Очень даже неплохо для «медведей». Если, конечно, это не ловушка, потому что тогда они действительно тупые смертники. Но не думаю, что Береника настолько отбитая. Впрочем, предосторожность, конечно, не помешает.

— Неплохо, только зачем просто «сходиться и расходиться»? — замечаю. — Лучше использовать сходки и проводить военные игры и тренировки. Пускай наши воины оттачивают мастерство и перенимают друг у друга боевые навыки. Но только без увечий и смертей, — на всякий случай предупреждаю, а то «медведица» поймет меня по-своему и подумает, что предлагаю мясорубку.

— Хмм, учебные бои? Шикарно, — смекает Береника. — У тавров есть чему поучиться. Они сильные отчаянные воины.

Булграмм, гордый за свой народ, оглаживает чуть отросшие рога.

— Тогда решено, вождь, — хлопаю в ладони. — Предупреждайте заранее, когда и в каком количестве выдвинетесь. Если хотите подписать бумагу о ненападении, я не против.

— Что есмь «бумага»? — Береника хлопает глазами.

Ох, как всё запущено у «медведей». Им надо не боевые навыки у нас перенимать, а канцелярские принадлежности с умением писать-читать.

— Ай, неважно, — отмахиваюсь. — Устной договоренности вполне достаточно. А также, — я указываю указательным пальцем на свой лоб. — Воспоминаний о них. Для меня нет весомей доказательства.

— Я поняла, — кивает Береник. — Ты ведь менталист.

«Медведица» уходит вполне себе обрадованная итогами встречи. Ну и я тоже доволен. От вражды с соседями больше вреда, чем пользы. Если по отношению к тебе не проявляют агрессии, то зачем нападать и отбирать земли? Ради полезных ископаемых или фабрик и заводов? Пфф. У меня и так полно в Тавиринии и Сковородщине ресурсов, их бы все освоить. Вот даже мы со Сморкиным очень хорошо друг друга поняли. Правда, в последнее время он куда-то пропал. Возможно, отправился в круиз.

— Шеф, — возникает на пороге дежурный гвардеец. — К вам в Турий Рог в гости просится сосед. Павел Павлович Козявин.

— Что-то я не помню такого соседа, — замечаю. — Где он граничит с нами?

— На юго-востоке.

— Там же живут Сморкины.

— Они продали землю Козявину. В последнем отчете о внешней обстановке это указано.

Хм, я, конечно, пробегался по отчету глазами, но не придал значению такому факту, как новый сосед. Слишком это мелко по сравнению с участившимися разведывательными операциями ханьцев. Значит, старина Сморкин покинул нас. Жалко-жалко, мы ведь только сдружились. Я хотел даже позвать его на совместную охоту на уток, которую он так любит, но вот беда, телефон у дворянина всё время занят. Неужели он сменил номер?

Чтобы поговорить с соседом, приходится покинуть Давирис и через портал пройти в Турий Рог. Здесь у меня тоже свой кабинет. Не очень эффективно так бегать между двумя крепостями, но куда деваться? Не будешь же общаться с той же «медведицей» Береникой в Сковородищине, как и не поведешь сковородского соседа к таврам в гости. Нафига? Порталы — это вообще секретная информация. О них я расскажу только Охранке. Но пока не рассказал, так что тсссс.

— Здравствуйте, Павел Павлович, — пожимаю руку Козявину, которого застал в сковородском кабинете. — Значит, Сморкины решили покинуть наши прекрасные уединенные места?

— Верно, Данила Степанович, — соглашается сухопарый мужичок. Выглядит он нервничающим: весь в поту, лицо бледное. Наверное, смутил Золотой на вершине башни. Или наткнулся на Змейку с выводком. Или на ящеролюдей. Или всё вместе. — Они уехали. Я купил усадьбу.

— Что ж, это их дело, — грустно вздыхаю. — А с вами я надеюсь построить добрососедские отношения.

— Взаимно, Данила Степанович, — часто-часто кивает Козявин. — Знаете, я бы хотел обсудить один вопрос. На нашей границе патрулируют оборотни-волки, выглядящие очень устрашающе. Конечно, они не ступают на мою землю и четко блюдут границу. Но всё же… — он сглатывает ком. — Могу я осмелиться попросить вас убрать столь свирепых пограничников? Мы ведь находимся в одной стране, и я не представляю угрозы для ваших земель. Да и моим родным будет спокойнее спать.

Я внимательно смотрю в глаза мужичку. Он хоть весь и трясется, за недолгое присутствие здесь нахватался впечатлений с лихвой, но не сдрейфил и всё-таки попросил то, зачем пришел. Его глаза бегают, руки дрожат, а пот струится по лбу, но он твердо стоит на месте. Видно, что каждый нерв его натянут, словно струна, и все же он не отступает. Похвально.

— Хорошо, в качестве признака моего добрососедского отношения к вам я велю оборотням уйти вглубь леса подальше от границы. Со своей земли вы их не увидите.

— Спасибо, — выдыхает Козявин. — Да, этого, безусловно, достаточно.

Ликаны были нужны, чтобы сбавить прогулочный пыл Сморкина, а новый сосед еще не показывал себя с плохой стороны. Так что оборотней можно без проблем отозвать.

После беседы с соседом я собирался проведать казидов во дворе. Но в кабинет как раз заглядывает Дед Дасар, и я, только встав, обратно падаю в кресло.

— Что у тебя, мой личный Красный Влад? — с усмешкой спрашиваю.

— Почему «Красный Влад»? Кто это вообще такой? — Дасар в замешательстве чешет бороду.

— Это живая легенда внутренней полиции в моем мире, — поясняю. — Но я уверен, что ты его скоро переплюнешь.

Учитывая, что нам предстоит покорить Боевой материк, у Дасара, как новоявленного начальника службы политического сыска Тавиринии, будет полно возможностей для этого.

— Да уж, надеюсь, — бухтит вор на временной пенсии. — Но мне нужны люди, мои люди.

— Из Заиписа что ли? — приподнимаю бровь. — Хорошо, вызывай, если приедут.

— Еще мне пригодится Паленый.

— Так он же Свету обучает, — удивляюсь. — И вроде бы его всё устраивает. Вряд ли он согласится.

Конечно, я лукавлю. Настроение Паленого для меня не секрет. Да и своих жен я очень хорошо знаю.

— Уж поверь, Паленый согласится, — усмехается Дасар. — Его твоя женушка довела до белого каления.

— Бывалого наёмника из иномирья? — продолжаю удивляться. — Нет, я уверен, Света, конечно, старалась его выбесить, но чтобы настолько удачно? Ага, вот почему в последнее время он вызывался на все боевые миссии.

— Верно, всё ради своего психического здоровья, — подтверждает Дасар. — Так что? Разрешаешь вызволить Паленого из коготков твоей жены?

— Только если он найдёт себе достойную замену, — ставлю условие. — Паленого никто не заставлял подписывать контракт.

— Понял. В общем, я так и думал, — кивает сам себе Дасар. — Ладно, пойду «обрадую» Паленого.

Вор во временной отставке уходит, а я связываюсь через кольцо со Светкой. Пеняю ей за Паленого и требую держать под контролем свой острый язык. Если она заставит пуститься в бегство даже этого циника в шрамах, то где мы ещё найдём ей другого наивного репетитора? Светка пытается спорить, оправдываться, переводить стрелки, мол, «он сам», но со мной такие штучки не катят, я не Паленый. В общем, выбиваю обещание слушаться учителя и отключаюсь.

Наконец выхожу из кабинета и едва не спотыкаюсь об оставленного на пороге зайца. Из-за угла смущенно выглядывает рыжая волчья морда, оставляя только одну версию, чьё это угощение. Чтобы не обидеть Настю, приходится взять зайца в руки. Пройти мимо было бы признаком вопиющего пренебрежения, а у волков очень ранимые натуры. По пути во двор заглядываю на кухню и сдаю провиант. Как раз к следующему ужину успеют приготовить.

* * *

Небесный дворец, Империя Хань

— Всё, кончайте этого Филинова, — приказывает Ци-ван. — Вместе с Золотым. Я дал ему много времени, чтобы извиниться. Мое терпение истекло! Раз до щенка не доходит, то его конец должен быть ужасным в назидание всему миру!

— Сын Неба, — кланяется Чжу Сянь. — Каким образом ты представляешь осуществление справедливого наказания? Границы полны русских солдат. Большая диверсионная группа не пройдет и трех километров, как ее перехватят.

— Тогда пошлите небольшую, в чем проблема? — раздражается Ци-ван. Он, блин, — Сын Неба, а вынужден решать мелкие проблемы, как устранение какого-то наглеца. — У нас есть же прирученные летающие твари… Как их? Грифоны. Отправьте верхом десяток Мастеров. Пусть пересекут границу, затаятся в лесу до ночи, а перед рассветом нападут на спящего Дракона и выпустят ему кишки. Даже багровый зверь нуждается во сне!

— Но у Филинова наверняка есть сканеры, которые засекут грифонов, — пытается возражать Чжу, хоть и знает, что это бесполезно, но попытаться нужно, всё-таки жалко десять Мастеров, да и аномальных зверей, каждый из которых стоит целое состояние.

— Если маги налетят резко и быстро, то от сканеров не будет никакого проку, — скомканно отвечает Ци-ван. — Не вижу никакой проблемы.

Чжу тихо вздыхает. Ци-ван правит не благодаря своей мудрости, а необъятной силе. Император не понимает многих тактических тонкостей и всегда делегирует детальное планирование своим советникам и генералам, но от этого не легче. Так, если, например, Император прикажет: «Взорви Луну!», то никакой детальный план не поможет осуществить приказ, хоть десять раз закончи Пекинский военный университет. Но в силах Чжу сформировать мощный штурмовой отряд, авось у Мастеров и получится добиться цели. В любом деле также важна и удача.

* * *

Следующим днем я хотел полетать с женами на пегассирах, да вот беда — включился сигнал-артефакт на южной границе Сковородщины.

«Всё, отмена прогулки, — бросаю я женам по удаленной телепатической связи, когда Гумалин, весь в земле и копоти, прибежал мне и доложил о незваных гостях. — Враг».

«Поняла, мелиндо»

«Ну-у-у-у блин! — даже не нужно пояснять, кто это из жен застонала. — Даня, я уже пегассира тебе запрягла! И себе!»

«Не торопись распрягать, — уточняю. — Через полчаса всё же вылетим, но не на прогулку, а на небольшую охоту».

«Ура!» — к Светке и Лена с Камилой присоединились. Младшие жены успели заскучать дома. Хотя… мне послышалось или голосок Насти тоже был? Она носит кольцо и тоже участвует в «трансляции на всех».

А сигналка пиликает громко. Работает эта штука на излучение боевых артефактов. То есть если бы враг пробежался «голым», то его бы не засекло. Но сигнал-артефакт настроен как раз улавливать артефакты Странника, а ханьцы до сих пор пользуются его старыми подарками. Нет никаких сомнений, кто именно ко мне не заглянул.

В общем, вместо обычного созерцания облаков намечается воздушная десантура. Неплохо, по-моему. А потому не помешает взять с собой Змейку, рептилоидов да гвардейцев для прикрытия. Кстати, может, и наемников-репетиторов прихватить? Почему нет? Заодно посмотрят на своих учениц в деле.

Спустившись в гостиную, застаю трех иномирян за просмотром ящика.

— Ну ничего себе, чудо света! — восклицает Пень, прилипнув взглядом к бюсту какой-то актрисы мыльной оперы. — Наверняка, этот созерцательный артефакт стоит кучу денег! — друид замечает меня. — Господин Филин, боюсь, мы недооценили ваше могущество!

Я лишь скромно улыбаюсь. Люблю комплименты, что поделать.

— Ага, меня еще поражает климат-артефакт! — кивает Полынь на кондиционер, потрясая пультом. — Хочешь жар, хочешь холод — всё сделает. Ваши артефакторы — самые лучшие в мире, господин.

Вот даже Гумалину похвала перепала, хотя телик и сплитка вовсе не творение его рук. Но не устраивать же лекцию о конвейерном производстве, обществе потребления и о том, что эти «артефакты» есть в каждом доме, богатом и не очень. Поэтому мы согласно кивнем и предложим:

— Господа, не хотите развеяться? На границе моих владений засекли вражескую группу. За каждого убитого, как обычно, премия.

— Простите, господин Филин, но я пас, — отнекивается Пень, не отрывая взгляда от полуголой актрисульки на выпуклом экране. Оп-па, так это же Веер. А неплохой ракурс вышел. — Конечно, если это не обязаловка? — спохватившись, уточняет.

— Что вы, Полынь. Как можно? — мотаю головой. — В вашем репетиторском договоре четко указано, что вы должны только добросовестно учить моих жен. Остальное — по желанию. И за дополнительную плату.

— Тогда и я, пожалуй, откажусь, — вставляет Полынь, устроившийся в кресле под прохладными потоками кондиционера. — Сегодня пекло на улице.

Я лишь пожимаю плечами. На нет и суда нет.

— А меня лично задолбало сидеть безвылазно в крепостях, — Паленый вскакивает как бравый солдат. — Да и брюхо отращивать — не мое. Филин, пускай и для меня запрягают коня. На крылатках же полетим?

— На них. На пегассирах, — с одобрением отвечаю.

— Вот и славно, — Паленый, махнув соратникам, шагает за мной. — Пока, жиробасы!

Всё же Дед Дасар не зря хочет забрать Паленого в свою «Охранку». Наемник живой, подвижный, даже не поддался зачаровывающему колдовству кабельного телевидения. Но в то же время я не могу оставить Светку без опытного наставника, который заместит ей Академию. Так что пускай ищут кандидатуру.

Как и говорил, вылетаем через полчаса. Светка все это время топталась возле оседланных лошадок. Камила, Лена и Настя подошли точно к назначенному времени. Лакомку как всегда оставил дома за главную. А оборотница сама не против присоединиться к нам. Змейку тоже усадили на пегассира. Она, правда, с непривычки шипела как кошка на коня по собой, но тот, успокоенный моими ментальными волнами, равнодушно щипал траву и не оборащал внимания. Как группа сопровождения пригодится пятерка гвардейцев — трофеи собирать, за конями следить да и прочее в таком же духе. Отряд ханьцев точно небольшой, иначе фиг бы он пересек границу.

Первым взмывает в небо Золотой, размашисто хлопая крыльями. А затем уже наша конная кавалерия в окружении парящих рептилоидов. Камила хорошо поработала, и у нас есть пятнадцать ящеролюдей с Даром Левитации.

«Почему я вообще лечу на эту мелкую битву, человек?» — ворчит Золотой, огромной тушей разрезая небо.

«Потому что ханьцы пришли именно по твою душу, вот и встречай гостей. Был бы ты не желтый, а зеленый или хотя бы серо-буро-малиновый в крапинку, то Ци-ван на тебя даже внимания не обратил бы»

«Причем тут мой окрас?» — не понимает огнедышащая животина.

«Притом. У него банный халат вышит золотой нитью. Отсюда и фетиш, — я вглядываюсь в кроны внизу. Сканирование показывает, что враг прямо под нами… Ого, а там вместе с Мастерами засели неслабые зверушки. — Вон то ущелье! Выжигай пустырь на полкилометра. Давай».

И Золотой резко пикирует вниз.