Утром мы сворачиваем с дороги в монастырь. Колонна направляется в сторону далекой гряды, где должен жить в уединении настоятель Ши Впендель. Не знаю, застанем ли мы его или он уже давно покинул свое убежище, но стоит попытаться. Если повезет, он отправится с нами мстить Страннику за свой монастырь. Всё же Грандмастер телепатии совсем не лишнее подспорье в бою. Хотя я несильно рассчитываю на его помощь. Просто почему-то Впендель не спешил на выручку своим умирающим монахам.

Казалось, следующая гряда близко, но серпантины удлинили дорогу в разы, и мы добираемся до первых отрогов только к темноте. Пришлось заночевать у подножий второго хребта. Дальше к убежищу настоятеля ведет опасная узкая тропа, и хоть мне-то все равно в какое время взбираться — благодаря Воронову отлично вижу в темноте, — но Фирсов решил пойти со мной. Ну, вдвоем веселее.

Время привала я решил потратить с пользой. Взяв даренный дао, ухожу на отшиб и пробую различные фехтовальные техники.

— А неплохо ты владеешь незнакомым оружием, — подмечает взявшаяся ниоткуда Веер на пару с Леной. — Откуда такие познания, дорогой?

— Значит, всё еще дорогой? — я делаю удивленное лицо. — У нас, между прочим, уже второй залёт, дорогая.

— Ну хватит, — отворачивается наемница, пряча порозовевшее лицо от любопытных глазок Лены. — И вообще лучше строй своих жен.

— А мы уже построенные, наставница, — замечает Лена. — Так что можете не стесняться обсуждать, с кем вы время проводите.

— Обойдусь, ученица, — отрезает Веер и переводит хмурый взгляд на меня. — Ты не ответил, дорогой. Это не европейский клинок, у нас в Царстве не учат таким владеть. Кто научил?

Эх, попался. Экзотические фехтовальные навыки я, конечно, позаимствовал у магнетика Винта. Но зачем просвещать об этом наемницу? Незачем. А то ещё пойдёт потом докладывать своему любовнику. Теперь я проявляю к Веер двойную осторожность. Ибо кто ж знает, о чем они с Фирсовым в шатре вдвоем шепчутся.

— На улицах провинциального городка чему только не научишься, — усмехаюсь. — Я ведь не родился дворянином, и жизнь меня знатно потаскала.

— Понятно-о-о, — задумчиво протягивает полька.

А ведь и слова не соврал и притом так и не ответил про дао, но Веер купилась.

— Мы тренироваться собрались, — довольно заявляет Лена. — Наставница покажет, как создавать россыпь металлических звезд.

— Техника множественной формации, — понимающе киваю. — Молодцы. Думаю, за тем косогором вам будет комфортно.

— Не хочешь с нами заниматься? — прищуривается Веер, подбоченившись.

— Просто в пяти метрах вокруг меня будет довольно опасно, — пожимаю плечами. — Не уверен, что твой доспех выдержит.

— Эм, ну тогда мы, правда, пойдем, — отбросив браваду, полька спешит на указанную площадку. Сразу видно — опытная наемница. Осторожничает и обходит ненужный риск за километры.

Послав мне воздушный поцелуй, Лена убегает следом за полькой. Я же, «включив» Винта, принимаюсь за те самые множественные формации. Разделяю клинок дао на несколько лезвий, которые принимают форму сюрикенов. В моей руке остаётся лишь пустая рукоять без лезвия, а сюрикены повисают в воздухе.

«Неплохо, господин, — ровным тоном протягивает Винт. Он явно удивлен, но старается никак не выдать свое настроение. — Для новичка вы очень быстро освоили тяжелую технику чужой магической сферы».

«Опыт большой, — отвечаю. — Знаешь, сколько у меня таких, как ты, легионеров? Сейчас попробуем синтезировать магнетизм с псионикой.»

«Синтезировать с чем?» — с непониманием спрашивает магнетик.

«Сейчас увидишь.»

Сюрикены наполняются синим псионическим светом. Теперь, по задумке, это оружие способно пробить любой доспех. Ментальным усилием направляю стальные куски в ближайшую метровую скалу. Звездочки вонзаются и прошивают толщу камня насквозь.

«Поразительно!» — роняет обомлевший Винт.

Звездочки возвращаются и, слившись воедино, принимают обратно форму широкого клинка дао. Лезвие само закрепляется в пазе на рукояти.

«Да, неплохое оружие,» — делаю вердикт.

А ещё в рукоять вставлен артефактный источник, и этой штукой можно испускать ударные энерголучи. Также неплохое подспорье в бою, но далеко не главное.

— Занимаешься, Филин, — теперь за тренировкой меня застает Шаровой. Старик только сейчас подошел и не видел представления в стиле ниндзюцу. — Кстати, я заметил, что ты и молнии умеешь пулять.

— Чему только жизнь не научит, дед, — грустно вздыхаю.

— Вылитый дед! Нахапал пчелок в свой Рой, а теперь строишь из себя бедолагу, наказанного жизнью, — смеется старик, довольно поблескивая молниями в глазах. — А что бы ты сказал, если бы я предложил тебе перенять у меня одну технику?

— За технику рода Гиберских я был бы очень благодарен, — отвечаю честно. Всё же род Шарового породил лучших молниевиков в Царстве, а сам он так вообще Грандмастер, пусть ещё и не восстановившийся после долгой «грибной сидки». — Но какой тебе резон делиться родовыми техниками?

— А вот мне просто интересно, хватит ли у тебя сообразительности их перенять, — смеется старик. — Но учти: покажу один раз, быстро обрисую в каком порядке каналы напрягать и куда-откуда ману переливать, а если не успеешь уловить — ну значит, не судьба.

— Мне подходит, — улыбаюсь. — Только одну минуту, пожалуйста.

— Да не спеши, — кивает Шаровой.

Конечно, каждый сейчас преследует свою цель. Старик хочет изучить мой прогресс как носителя Роя-Легиона, да и исходя из этого сделать дальнейшие выводы. В других обстоятельствах раскрываться, конечно, не стоило бы. Но он и так постоянно видит меня в бою, поэтому уже плюс-минус понимает, с кем гуляет по Тибету. Потому я ничем уже не рискую.

А минуту я попросил только затем, чтобы ввести деда в заблуждение. Так-то на «включение» молниевика уходит всего пару мгновений. Но пусть Шаровой думает, что мне нужно время на активацию Роя.

— Я готов, — сообщаю ровно через минуту.

— Хорошо. Приступаем, — старик встает в широкую стойку, руки в сторону, голова наклонена сильно вперед. Я принимаю такую же позицию. — Техника «Метка Грома». Создает молнию, которая всегда попадает в цель, даже движущуюся. Для выполнения требуется ранг второго мастера. Итак, — он начинает выполнять плавные движения сначала руками, а затем постепенно всем телом. Я пока не повторяю каты вслед за ним, а лишь внимательно слежу за Грандмастером, в том числе и на энергоуровне. — Мегабазовая схема Синевы, потом сразу же без перехода ката Спираль. Мана перетекает из накопителя в перешеек, и оттуда делаешь резкий выброс по каналам с мысленным закреплением цели, — он делает резкий выверт руками, и изогнутая молния бьёт в скалу напротив. — Не слишком быстро? — с ухмылкой спрашивает.

— Нормально, — я прихожу в движение и повторяю показанные двигательную и энергетическую матрицы. Мана вытекает из накопителя и реализуется в указанной схеме.

Из моей выброшенной вперед руки выстреливает молния. Синий зигзаг улетает куда-то вверх в небо.

— Промахнулся, — Шаровой резюмирует с довольной лыбой. — Прицел «Метки», значит, сбился. Ну, ничего страшного. Надо быть настоящим гением, чтобы с первого раза вышло. Если бы ты еще несколько раз посмотрел, то обязательно бы получилось. Правда, мы договорились только о разовой демонстрации.

— Ага, именно так, — соглашаюсь. — Речь шла только о том, чтобы показать один раз.

— Что ж, не такая уж это и нужная техника, — утешающе произносит Шаровой, а у самого в глазах пляшут насмешливые искры. — Скорее даже, специфичная. Можешь о ней забыть, Филинов…

Тут ему на голову снарядом падает дымящаяся утка.

— Ай! Что это, вашу ж мать! — мигом надев доспех, Шаровой скидывает с макушки зажаренную дичь.

— Утка, — спокойно говорю, подходя к добыче и внимательно разглядывая её. — Нечего тут бояться.

— Как это нечего⁈ Откуда она взялась⁈ — старик поднимает глаза к низким облакам и внимательно вглядывается в белые барашки.

— Мимо пролетала вместе с косяком, — пожимаю плечами. — Ну а я её подстрелил. Что тут такого?

— Подстрелил⁈ — кажется, до старика только начало доходить. — Хочешь сказать, что ты не промахнулся⁈ Нацелил «Метку» на уток⁈

— Ну а смысл тратить энергию на скалу, — усмехаюсь. — Так хоть есть какой-то толк — жаренная дичь. А за технику спасибо. Она хоть, и правда, специфичная, но может пригодиться в той же охоте на уток.

— Пожалуйста, — угрюмо произносит Шаровой и, отвернувшись, топает прочь по пологому гребню. До меня доносится его бурчание. — Точно весь в деда.

«Запомнил технику?» — обращаюсь я к легионеру-молниевику.

«Ммм, ну почти,» — неуверенно произносит тот в ответ. Ну понятно, память девичья.

«Заглянешь в библиотеку на пятую полку, — наставляю. — Там запечатлена методичка.»

«О, спасибо, шеф! — радуется молниевик. — Вызубрю наизусть».

Да какие тут сложности? Вся библиотека в мираже — это чертог моих выборочных воспоминаний. Обновлять её ничего мне не стоит.

Прихватив утку, направляюсь прямиком к кашеварам. Будет Ломтику очередной гастрономический рай. От полевой кухни возвращаюсь в полной тьме в свой шатер. Там уже и жены собрались — без облачения, готовые ко сну. Только вот судя по их взглядам, сегодня спать будем по минимуму.

— Мы тебе воду приготовили, — Камила кивает на таз.

— О, спасибо, — я принимаюсь стягивать экипировку.

— Даня, ну когда мы уже надерём задницу Страннику⁈ — Светка первая запрыгивает ко мне, когда я, раздевшись и сполоснувшись в тазу, заваливаюсь на лежанку.

— Светлана! — слышится осуждающий окрик Камилы. — Что за выражения?

— На фронтире можно, — блондинка быстро показывает брюнетке язык и требовательно оборачивается ко мне, обвив мою шею руками. — А, Даня? Когда?

— Как только — так сразу, — я опрокидываю девушку под себя и нависаю сверху. Раз жены соскучились, лучше пораньше приступить к супружеским обязанностям. Да и я, честно говоря, сам не против их исполнить…

А с первыми лучами зари мы вдвоем с Фирсовым вступаем на тропу, уходящую по крутым склонам вверх. Проехать здесь можно, но только на мотоцикле, слишком узко к обрыву подступает скалистая стена. Поэтому мы с Устранителем двинулись пешком, благо идти не больше двух часов. Почему пошли только мы двое? Элементарная предосторожность. Против Грандмастера телепатии шансы выстоять есть только у нас с учителем. Остальным лучше и не пытаться с ним бороться.

— Кстати, — усмехаюсь. — Ши Впендель славится скверным характером. Так что он может упереться и не захотеть делиться с нами схемой крепости.

— И ты это говоришь только сейчас, Филинов? — мрачнеет Фирсов. — Когда мы в шаге от его дома?

— Ну если заупрямится, то заставим силой, — пожимаю плечами. — Зато какой опыт будет!

— Бой с грандмастером? — рычит старый ликвидатор. — Так вот что ты имел в виду под «опытом», когда заманивал меня сюда?

Я лишь молча улыбаюсь. Кто же знает, как в итоге сложится. Но во всём следует находить хорошее, даже в смертельном сражении с превосходящим по силе врагом.

Тропа сворачивает к груде скал. Оставив их позади, скоро мы выходим к каменному дому. Двухэтажное здание с большим количеством прямоугольных окон с яркими занавесками. Белёные стены дома — как крепости, они ограждают внутренний двор, куда можно попасть только через небольшие ворота-арку.

Мы подходим к воротам и стучимся. Открывать никто не спешит, но внутри ощущается один разум. Сильный маг с большим накопителем.

— Эй, хозяин! — громко рявкает Фирсов, сложив ладони рупором. — Открывай давай!

Сейчас совсем не похоже, что Устранитель остерегается Ши Впенделя. Вон как горланит.

«Пошли нахрен! — неожиданно раздается в моей голове скрипучий голос. — Я общаюсь с Буддой! Мне не до незваных гостей!»

Переглядываюсь с Фирсовым, учитель коротко кивает. Значит, монах отправил послание нам обоим.

Ну делать нечего. Я отхожу назад и с разгона выбиваю плечом одну из створок ворот. С грохотом разломанный пополам засов падает на каменную площадку двора.

«Ну всё, вам хана! — продолжает звучать в наших голосах противный голос. — Даже Странник не смел посылать ко мне своих шавок! Ну а вы двое сейчас узнаете, почему меня, настоятеля Ши Впен Динь, прозвали Впенделем!»

После угрозы от Грандмастера не будет лишним облачиться в доспех Тьмы. Конечно, с такого расстояния даже он не достанет. К тому же мы с Фирсовым знали к кому идем и облачились в антипсионическую экипировку из шкур хромоящеров.

— Весело мы попали, — хмурит брови Фирсов. — Но отступать уже поздно. Идём в дом.

Так как я в доспехе, то поднимаюсь на крыльцо первым. Дверь оказывается открыта, ручка двери легко поддается, и мы заходим внутрь.

Дом состоит из одной большой комнаты, крыша поддерживается несколькими колоннами, в центре — очаг. Обстановка спартанская, но вместе с тем яркая и цветная. Резная мебель украшена буддийскими символами, они же нарисованы на стенах. У дальней стены стоит алтарь, на котором стоят изображения будд, бодхисаттв и учителей. Вот как раз на коврике перед алтарем и сидит в позе лотоса злой, как чёрт, лысый и худой ханец. Я приглядываюсь к нему на энергоуровне. Вау. Накопитель, конечно, он раскачал себе просто огромный. Сразу вспоминается Грандмастер Стяжковых, которого я прихлопнул. Так вот, Стяжков слабак по сравнению с этим азиатом.

— А у вас кишка не тонка, — прищуривает лысик и без того узкие глаза. — И что с вами делать? Сразу прикончить или что-то скажете напоследок?

«Филинов, сам давай расхлёбывай,» — по ментальной связи командует Фирсов.

— Мы едем мочить Странника. Айда с нами? — усмехаюсь.

Ханец молчит, переваривая.

— Не хочу, — морщит рот бывший настоятель. — Если вы к Страннику, то, пожалуй, я вас отпущу. Этот иномирянин доставит вам намного больше предсмертных мучений.

— Мило с твоей стороны, — я внаглую подхожу к алтарю и разглядываю глиняные статуэтки. Хватаю одну и подкидываю в воздухе. — А почему с нами не поедешь? Боишься?

— Мне нет смысла туда ехать, — смотрит он грозно на мою правую руку, которая так кощунственно обращается с глиняным Буддой.

— А как же отомстить за твоих монахов? — я продолжаю подкидывать статуэтку, не обращая внимания на недовольные взгляды гъГрандмастера. — Странник убил их, забрал себе твой монастырь, а ты сидишь тут и молишься. Или тебе просто пофиг?

— Не пофиг, — бросает настоятель. — Я страдал из-за кончины своих братьев, но монах — это тот, кто испытывает безразличие к лишениям и страданиям.

Мы с Фирсовым переглядываемся. Ни одному из нас не понять этого чудика.

— Твоё дело, — я ставлю Будду обратно. — Тогда отдай нам план монастыря, и мы уедем.

— Нет, — отказывает Впендель, раздраженно дернув губой. — Ничего я вам не дам, северяне. Пошли вон.

— Мы не уйдём без плана, — возражаю я. — От тебя же ничего не требуется. Сиди дальше и молись.

«Филинов! Он сейчас ударит!» — вспыхивает в голове сообщение от Фирсова. А, точно — он же не только Устранитель, но и Провидец.

— Сам напросился, русский! — тем временем глаза-щелки ханьца вспыхивают псионикой.

И тут происходит две вещи. Первая — Фирсов атакует монаха первым. И вторая — я опрокидываю Будду с алтаря. Глиняная статуэтка с треском ломается о каменный пол.

— НЕТ!!! — ханец мгновенно отвлекается на расколотые черепки. И пусть психическую атаку Фирсова он даже не заметил, но ему в лысую башку уже летит от меня приличный булыжник. Раскроить ему голову, вырубить и дело с концом. План простой как два юаня.

Только снаряд не долетает. Неожиданно мы втроём проваливаемся… в космос. Мои перепончатые пальцы! Повсюду — снизу, сверху, со всех сторон — плавают звезды в черноте. А ещё я чувствую знакомый запах. Запах Астрала.

— Как вам моё Расширение сознания, русские! — яростно орёт повисший сверху настоятель. — Мне даже интересно, сколько вы здесь продержитесь!

Ловушка, притом очень оригинальная. Одно чувство невесомости чего только стоит. А ещё Астрал вытягивает энергию. Но я не паникую. Зачем? У меня есть очень простой способ вырубить этого монаха. Ведь он даже не представляет, с кем связался.