— Даня, ты совсем нас с Камилой не жалеешь! — возмущается утром Светка.

— Почему это? — вскидываю брови.

Я как раз умял глазунью с беконом, когда блондинка заявилась высказать свое недовольство. Завтракал перед своими первыми парами, и пока ел, прогонял в уме технику фоновой медитации. Секретная родовая разработка Стяжковых. С полным погружением в транс не сравнить, но какой-никакой толк есть, и если регулярно применять, то постепенно окрепнут нужные нейронные связи, обеспечивающие телепатическое воздействие. А чем устойчивее контакты между нервными клетками, тем выше скорость передачи по ним. В битве двух телепатов, если отбросить фактор защиты, побеждает тот, чья убийственная мысль быстрее.

— Да потому что вы с Лакомкой вторую ночь как мартовские кот и кошка! — Соколова всплескивает руками, на щеках вспыхивает румянец. — Ты вообще подумал, каково нам с Камилой! Мы же еще девочки! — тихо добавляет.

— Хм, — зависаю в недоумении. Да почему они нас вторую ночь уже слышат? Уши как локаторы. — Вы под дверью что ли стояли?

— Под дверью⁈ — Светка от негодования замирает и негодующе хлопает ртом, как рыбка.

Из теневого кармана появляется Ломтик. Вид у щенка заспанный и голодный. Пока он не начал строить умоляющие глазки, встаю и достаю из холодильника кастрюлю с мясными субпродуктами. Собакен виляет хвостом в предвкушении.

— Даня, да кем ты нас считаешь⁈ — наконец блондинка находится со словами. — Как ты вообще мог про нас так подумать⁈

— Я просто применил дедуктивный метод, — открыв крышку, вываливаю субпродукты в собачью миску на полу, и Ломтик радостно бросается лопать завтрак. — Шумоизоляция в моей комнате отличная, ну а вы каким-то образом слышали нас аж из соседнего дома.

— Даня! — шипит Светка, прищурившись как разъяренная кошка. — В следующий раз, когда будешь проводить ночь с Лакомкой, сними, пожалуйста, кольцо, — блондинка гордо перекидывает длинные волосы через плечо.

В недоумении смотрю на ее горделиво вскинутый подбородок. Мм, кольцо, значит. Каким-то образом уже второю ночь я передаю через него свои эмоции остальным невестами. Видимо, мощный гормональный выброс способствует усилению ментального взаимодействия между нами. Вообще эта мысль приходила мне в голову, просто я ее не воспринимал всерьез, потому что Соколова с Енеровой сами легко могут устранить причину.

— Свет, а почему вы с Камилой сами не сняли кольца на ночь, чтобы спать спокойно?

Вопрос застает Свету врасплох. Враз она теряет весь гонор, поджимает губы и хлопает глазами, не в силах найти объяснение.

— Потому что… Потому что…Вещий, да это не твое дело! Вот когда женишься на мне, тогда и задавай такие вопросы! — она резко отворачивается и ретируется с кухни.

А я лишь пожимаю плечами. Комментарии излишни: Соколова это Соколова.

На запах мяса заглядывает Шархан. Тигрище у нас слишком гордый и не ест субпродукты. Шафрасу подавай только филейную вырезку. Достаю ему шмат сырого мяса и огромный кошак мигом подскакивает ближе, ластясь и мурлыча. Ломтику пока рано лопать жирное мясо, — он вечный нестареющий щенок, ему всегда будет рано, — но полосатому в самый раз.

Покормив животину, отправляюсь в Академию. Территория вокруг учебного здания безлюдная, парковка тоже пустая. Похоже, на внеплановые пары вызвали только первый курс Устранителей.

На крыльце я сталкиваюсь со Смородиной Катей. Новая студенческая форма сидит на девушке как влитая. Над юбкой с пиджаком явно дополнительно поработал портной, чтобы они идеально облегали тело без складок. К счастью, форма у нас не лилового, а темно-серого цвета. Раскраска факультета Телепатии сияет только на лацканах пиджака, что терпимо.

— Заместитель старосты, превосходно выглядите! — я с демонстративным восхищением одариваю девушку комплиментами. — Рад, что мы в одной группе. Ваше присутствие на парах сделает учебные годы приятным времяпровождением.

Лицо одногруппницы пасмурное, но ее недружелюбный вид нисколько не притушил мою улыбку.

— Староста, а почему вы не в академической форме? — строго спрашивает Катя, игнорируя мой любезный тон. — Вы показываете нашу группу не в лучшем свете.

— У нас внеплановые пары, официально учеба еще не началась, поэтому я позволил себе проигнорировать форму. — К тому же, мой костюм еще не успели подшить по обновленным меркам, я ведь был во Франции, когда его выдали.

— Слышала, в духе Филиновых игнорировать правила, — фыркает Смородина, пока мы бок о бок заходим в распахнутые двустворчатые двери альма-матер.

— Если это так, то мы с другими Филиновыми сильно различаемся. Лично я игнорирую только те правила, которые мне неудобны, — отвечаю в легковесном стиле, не забывая одаривать собеседницу улыбками как купидон стрелами.

Смородина сокрушённо качает головой.

В назначенной аудитории уже собрались близнецы Митовичи, а также рыжий Степан Ногайцев. Мой лучший друг Игорек Стяжков тоже пришел, только при нашем появлении он почему-то сразу приобретает пришибленный вид. Вскоре к нам присоединяется и Костя Волжанин. Примечательно, что только я и дерзкий казак не надели форму. Как положено старосте, устраиваюсь за первой партой. Смородина обреченно падает рядом со мной.

— Надеюсь, Фирсов не накажет нас за вашу расхлябанность, — вздыхает девушка.

— Вы плохо изучили нашего наставника, Екатерина Олеговна, — укоряю ее. — Фиросову безразличны такие вещи, — на миг я задумываюсь. — По-моему, ему вообще всё безразлично, кроме издевательства над своими учениками.

Наконец широким шагом в аудиторию заходит и ветеран-Устранитель. В руках он держит металлический куб размером с ноутбук. Блеклые бесцветные глаза оглядывают нас, эмоции ликвидатора в этих двух дымчатых стекляшках как всегда нельзя просканировать.

— Явились, щенки, — довольно, со смешком произносит старый ликвидатор, бросая куб на стол. — Ну сегодня вы пожалеете, что попросились в Устранители и сели на мою шею.

— Я не просился, — буркает Волжанин, отвернувшись к окну. — Вообще не хочу быть Устранителем. Да и учиться не хочу. Можно мне домой?

— Ты, Константин, отдельный случай, — соглашается Фирсов. — Твои сокурсники оказались столь талантливы, что декан разрешил им самим выбрать специальность. Твоя же бездарность настолько испугала приемную комиссию, что она почти единогласно решила сплавить тебя ко мне. Знаешь, чей единственный голос был против?

— Ваш? — испуганно сглатывает Волжанин.

— Именно! — гортанно, как старый ворон, смеется Фирсов и хлопает ладонь по кубу, отчего артефакт мгновенно активируется и наполняется лиловым свечением. — Итак, ученики, ваша задача — на расстоянии погасить эту квадратную дребедень. Причем запрещено использовать пси-конструкты. Только ментальные щупы. Вперед.

— Какой срок задачи? — спрашивает Смородина.

— На ваше усмотрение, заместитель старосты, — сально улыбается ликвидатор, усаживаясь за учительский стол. — Всё равно пока вы не дезактивируете артефакт, домой не пойдете. Сидите хоть до зимы.

Лица ребят становятся напряженными. Каждый сейчас ментальными щупами изучает артефакт…а, нет, не каждый — Волжанин опять птичек в окне считает.

Я тоже сканирую куб. Под железной оболочкой размещена искусственная психическая область, что-то типа упрощенной версии Жартсерка, но никакое сознание туда не поместится. У артефакта одна задача — испускать псионическую подсветку. Погасить психическую область можно сильным мысленным нажатием, но дело в том, что она оказывает серьезно сопротивление. Обычные разряды не помогают, слишком недолговечны. Ударный псионический конструкт решил бы задачу в одно мгновение, но Фирсов его запретил.

— Может, вместе попробуем? — тихо предлагает Смородина, резко подобрев.

— Нет смысла, — качаю головой. — Ментальное нажатие на артефакт должно быть точечное, а мы не сможем соединить наши мысленные усилия, по крайней мере, без снятия щитов.

Девушка хмурится.

— Снимать щиты я не согласна! — в ее голосе звенит лед.

— Я вроде бы и не просил, — усмехаюсь. — Какие мы, оказывается, мнительные, Екатерина Олеговна.

Она, покраснев, понимает свою ошибку и пристыженно отворачивается.

— Ребят, может объединимся? — сзади подает робкий голос Ногайцев. — Если вместе попробуем, то может…

— Нельзя вместе без снятия щитов! — жестко обрубает его Смородина. — Прежде чем в следующий раз предлагать глупость, Ногайцев, включи пожалуйста голову!

— Эм, прости, — мямлит офигевший рыжий.

Ну а я, не обращая внимания на вспышку разнервничавшейся девушки, размышляю над головоломкой. Решение кажется мне очевидным, но надо и другим дать поднапрячь мозг.

— Ну что, юные гении? — зевнув, подстрекает нас Фирсов. — Смотрю, дела у вас не очень. Чему вас только собственные роды учили? Явно не телепатии, — скалится он. — Кстати, Волжанин, тебе что ли скучно? Не хочешь попробовать решить задачку?

— Неа, — донской казак равнодушно продолжает смотреть в окно, подперев подбородок ладонью.

— Тогда вот вам бонус для мотивации — если через пятнадцать минут не погасите куб, побежите десятикилометровый кросс вокруг Академии, — он бросает взгляд на пиджак Смородиной. — Зря вы сегодня притащились в форме, — лицо девушки вспыхивает. — Благодарите скучающего Волжанина.

— Ну спасибо, казачье! — один из Митовичей шипит на казака, но тот лишь пожимает плечами:

— Я всего лишь в окно смотрел.

— Он прав, — неожиданно для группы я поддерживаю Костяна. — Фирсов бы все равно ужесточил условия. Советую не отвлекаться и решать головоломку.

В ответ на мои слова наставник только усмехается. Группа же прислушивается ко мне и возвращается к заданию. Сам я принимаюсь за ментальную заготовку. Командная работа — это отлично, но сейчас не хочется бегать десятку километров в джинсах под солнцепеком. Как-нибудь в другой раз.

Смородина рядом тужится-тужится, да и не выдерживает:

— Ефрем Кузьмич, — лилейным голосом произносит девушка. — А вы как наставник не дадите подсказку, каким образом можно воздействовать на артефакт.

— Щупами, — равнодушно бросает Фирсов.

Правый глаз Смородины нервно дергается.

— Но разве это возможно? Щупы — всего лишь инструмент мысленных манипуляций в открытых незащищенных сознаниях. Они не предназначены для серьезных атак.

— Чушь. Настоящий Устранитель с помощью щупов пробьет даже слабый телепатический щит, — зевает Фирсов. — Более того, ударные щупы — это оперативное оружие, которые телепат может использовать немедленно в отличие от пси-конструктов.

Вот оно как. А ведь я освоил ударные щупы намного раньше, чем конструкты, но так как был самоучкой, то незаслуженно считал щупы слабым оружием. Они действительно слабее, но у них и совсем другое предназначение. Ударные щупы — это что-то вроде малогабаритного пистолета в кобуре на боку, который всегда можно выхватить и применить. А конструкты и иллюзии представляют из себя уже нарезные винтовки, автоматы, гранатомёты и прочее убойное оружие, которое требует предварительной подготовки.

— Данила, ты знаешь что делать? — тихо спрашивает Смородина, переволновавшись не на шутку. — Я не могу бегать — я же в юбке и туфлях!

— Туфли можно снять, — пожимаю плечами. — Юбку тоже…

— Я тебя сейчас ударю, — шипит она и тут же меняет тон на умоляющий: — Данила, ну пожалуйста! Ты ведь Филинов!

Оказывается, вторая половина моей фамилии всё же котируется в ее глазах.

— Успокойся и не думай о штрафе за провал, — спокойно отвечаю. — Просто попытайся сделать всё, что в твоих силах, не отвлекаясь.

«Секрет в конструкте, — подсказываю ей через телепатическую связь. — Но не в псионическом. Создай усилитель силой мысли и используй его как пусковую установку для щупов».

«Я попробую» — растерянно отвечает Катя.

Выделенное время постепенно подходит к концу, остается не больше минуты. Я специально не действую до последнего, хочу посмотреть на ребят. Но до ментального усилителя если кто и додумывается, то у него ничего не получается. Только Смородина на скорую руку выполняет что-то похожее и почти добивается деактивации артефакта, но в последний миг, видимо, ее пусковая установка сбоит и разряд выходит слишком слабым. Фирсов заинтересованно приподнимает одну бровь.

«Молодец, — хвалю я девушку. — Для первого раза совсем неплохо».

«Спасибо» — трогательно улыбается Катя.

Что же, теперь и мой черед пострелять. Усилитель я сделал мощный, закинутые в «ствол» несколько слабых щупов слились в один крупный, чтобы не дать артефакту шанс. Готовься, целься, огонь!

— Салаги, — Фирсов хлопает себя по коленям. — Раз, вы опростоволосились, бегом на кросс…

В этот момент артефакт гаснет. Толстенный щуп вдавливается в психическую область куба, и от сильнейшего удара она разлетается на ментальные осколки, которые брызгают во все стороны психическими каплями.

— Что за… Ложись! — с хриплым гарканьем Фирсов отскакивает от потухшего куба. Наставнику хватает сноровки выдержать «обстрел».

Мои одногруппники послушно падают на пол, в том числе даже Волжанин, бросивший любоваться бабочкой за окном. Один я остался сидеть на месте — просто решил рискнуть, да и не охота марать одежду, особенно недешевый джемпер из кашемира.

Мне без труда удается перебороть болевой шок от столкновения ментальных осколков с моим щитом. Неприятно, да, но не больше. Подумаешь, обломки. Защита рассчитана и не на такое.

Фирсов в полном шоке смотрит на металлический куб. Исчезла психическая начинка, от артефакта остался лишь мертвый остов. Грустненько…

— Филинов! — бешено ревет Устранитель. — Это ты мне артефакт похерил⁈

Блин, и как он догадался?

— Ефрем Кузьмич, но вы сами запугали нас этим кроссом, — резонно замечаю. — Вот я и выполнил задание наверняка, чтобы сомнений не было.

Фирсов тяжело и часто дышит, как разъяренный бык. Именно сейчас в его дымчатых глазах отчетливо проглядываются недвусмысленные эмоции.

— Наверняка, значит!

Одногруппники осторожно вылезают из-под парт.

— Группа! — рявкает Фирсов. — К следующей паре по Устранению освойте ударные щупы. За вашу подготовку ответственен Филинов. Оказалось, он неплохо владеет материалом. Филинов, а твое задание — научить всю группу. Ясно⁈

Я молчу.

— Филинов!

Молчу.

— Данила, тебе ясно или нет⁈

— Так вы ко мне обращались? — делаю удивленное лицо. — А то я гадал, о каком Филинове вы говорите. Я-то ведь Вещий-Филинов…

— Без разницы! Ты ответствен за обучение группы!

— Правда? А я думал, что за это вы ответственны, — замечаю. — Вы же наш учитель.

— Свободны, — Фирсов хватает куб под мышку и первым уходит, по пути расстроенно потирая гладкую металлическую грань «убитого» артефакта.

— И что теперь? — опешил Волжанин.

Я со вздохом встаю из-за парты и оборачиваюсь к группе.

— А теперь будем заниматься. Фирсов не сказал, когда будет следующая пара, поэтому не будем откладывать, подозревая самое худшее.

Час рассказываю и показываю усилитель. Группа покорно слушает и впитывает информацию как губка. Даже Волжанин полностью отвлекается от увлекательного созерцания окна. Ну в принципе ничего удивительного: бегать десятки кругов вокруг Академии никому не хочется, отсюда и мотивация.

Напоследок даю домашнее задание выполнить технику и расходимся. По дороге Смородина держится рядом со мной, и мы болтаем о всяком. После сегодняшнего одногруппница явно стала больше мне доверять.

— Попрошу вас, — коридор преграждает высокая девушка с очень знакомыми чертами лица. Ба, это же одна из Митовичей. Очень уж характерный узкий лоб и скуластые щеки. — Сударь, это ты Филинов-Вещий?

— Сударыня, вы обознались, — отрицаю. — Никаких Филиновых-Вещих я не знаю.

— Да? — застыв, она хлопает глазами, потом уступает дорогу. — Прошу прощения.

Но только мы проходим мимо нее, как сзади раздаются возгласы шедших за нами близнецов Митовичей:

— Сестра, а ты чего здесь забыла?

— Я ищу Филинова, чтобы вызвать его на учебный поединок за унижение Кости. Сегодня он приходил на пары к Фирсову?

Ох, ну сейчас сдадут.

— Да, он только что прошел мимо….