— Ваше Сиятельство, я знаю, что вы настаивали на личной встрече с моим женихом, но сейчас он в заграничной командировке, а раз вы не хотите откладывать переговоры, я взяла на себя смелость сама их провести, — произносит Лакомка, усаживаясь в свое любимое кресло в гостиной. Тонкие руки блондинки изящно берут чашку с принесенного слугами подноса.

Напротив, на диване развалился один из сыновей графа Агенрылова Юрий. Он отпивает кофе из своей чашки, не отрывая жадного взгляда от фигуры альвы. Такой красавицы молодому Агенрылову еще не приходилось видеть. Мотнув головой, юный граф возвращает на лицо презрительно-высокомерное выражение и произносит претензионным тоном:

— Без разницы, если у вас есть право выступать от рода Вещих.

— Вещих-Филиновых, попрошу, — с улыбкой поправляет девушка, и парень кривит губы. Агенрыловы по знатному происхождению в разы уступали Филиновым, а потому ему было выгодно общаться с позиции, что бастард Данила больше Вещий, чем Филинов. — Да, у меня есть доверенность представлять род жениха в обществе. Но всё же конкретные цены, номенклатуры товаров и прочие условия лучше обсуждать с госпожой Кирой Игоревной.

— Как раз цены и не устраивают меня, — подчеркивает Агенрылов. — Они слишком рыночные, я же думаю, что мой род в силу своей знатности достоин более индивидуального отношения.

Лакомка кивает в такт словам сынка графа. Альва не проявляет ни удивления, ни прочих эмоций. Лишь, дождавшись, когда собеседник закончит, замечает:

— Я знаю, Ваше Сиятельство, что Кира Игоревна уже донесла до ваших людей политику компании. Наши гвардейцы рисковали жизнями, чтобы раздобыть аномальное мясо и поймать живыми телят-рогогоров. Цена более чем оправданна. И без ответных преференций с вашей стороны мы не можем снижать прейскурант. Но как я знаю, наши с вами бизнесы не пересекаются.

— Забавно, — хмыкает Агенрылов, отставив чашку на стол.

— Что именно?

— То, что из-за своей упертости вы можете потерять намного больше гвардейцев и не только их, — он скользит недвусмысленным взглядом по груди Лакомки.

— Это угроза? — буднично спрашивает альва.

— Констатация факта, — произносит граф. — Ваш жених сейчас во Франции, насколько мне известно. Других сильных магов у вас нет, да и вообще: личную силу малолетного главы рода я бы тоже поставил под сомнение хотя бы в силу возраста, но учитывая, как он пошумел в последние дни со Стяжковыми и Митовичами, то опустим этот момент.

— У нас есть и другие маги, — Лакомка по-прежнему спокойна и улыбчива.

— Вы о себе? — Агенрылов вглядывается в девушку. — Накопитель у вас, безусловно, внушительный, но рисунок каналов позволяет предположить, что вы не приспособлены к дальним атакам. Может, вы физик… — он прищуривается, активируя Дар сканера. — Это даже неважно. Залп огня с дистанции вас уничтожит.

— У нас есть и другие маги, — повторяет Лакомка. — И не только.

— Мяу, — раздается утробное сзади Агенрылова.

Граф оборачивается и тут же, испуганно отшатнувшись, падает с кресла на пол. Над высокой спинкой кресла нависает огромная голова Шархана. Тигр встал на задние лапы и облокотился сзади на спинку. Пасть раскрыта, острые клыки блестят, розовый язык едва подрагивает. Рядом свисают его широкие передние лапы с выпущенными когтями.

— Забавно, — голосом Агенрылова произносит тигр.

Граф, опомнившись, вскакивает и пятится от кресла. Опасному зверю он ничего не мог противопоставить. Юрий унаследовал материнский Дар и является всего лишь сканером, пускай и Мастером. Поэтому ему и поручили заведовать закупочной компанией. Давление на Филиновых это инициатива только Юрия. Благодаря скидкам на мясо он хотел улучшить свою репутацию в глазах рода.

В это время в дверях появляются две красивые девушки — блондинка и брюнетка, — и у Юрия сердце уходит в пятки. Обе — Мастера! Может, еще не полноценные, но совсем близко. Как они в столь юном возрасте достигли такого ранга⁈ Девчонки ведь не старше первокурсниц!

— Лакомка, зачем звала? — спрашивает блондинка и, заметив Юрия, кивает ему лениво. — Здрасьте.

— Думаю, мы закончили, Ваше Сиятельство, — завершает встречу Лакомка. — Цены не поменяются. До скорого. И кстати, когда выйдите из дома, не забудьте поднять голову вверх. Один наш питомец был на прогулке, когда вы приехали. Вам стоит на него взглянуть.

— Закончили, — голосом альвы мурлычет тигр, и Юрий, взяв ноги в руки, спешит на выход. На крыльце он задирает подбородок. Усевшийся на жерди над домом рассерженный дракон машет крыльями, сгоняя осмелевших голубей. Это зрелище придает графу стимул еще быстрее покинуть резиденцию Вещих-Филиновых. Про цены на мясо он забывает напрочь.

Лакомка же подходит к окну и, отодвинув занавески, с усмешкой наблюдет за удирающим Агенрыловым. Мелиндо — большой молодец. Мало того, что он обеспечил дома внушительную, угрожающего вида мохнатую и чешуйчатую охрану, так еще и о своих невестах позаботился. Лакомка тоже ощущала на себе эффект мозговых волн Данилы. За последнее время ее накопитель немного подрос. У остальных невест же вообще произошел настоящий скачок.

Лакомка встряхивает волнистыми волосами и принимается за дела. На всякий случай нужно предупредить гвардию. Вряд ли Агенрылов отважится напасть, но альва не простит себе, если с невестами мелиндо что-то случится.

* * *

Милен мне понравился больше чем Париж. Солнечный городок, чистые улицы, да и люди здесь приветливые и не испуганные. Хотя, возможно, последнее мне просто кажется, ведь перед приездом мы всё же надели на Змейку хиджаб. Нечего народ смущать голой Горгоной. Она, конечно, поначалу сопротивлялась, бурчала «жарррко, фака», но за еще одну голову жиробура согласилась потерпеть.

Приехал сюда я с небольшим отрядом. Лена с Софией остались в Париже под охраной посольства. Надеюсь управиться за день-два и вернуться в Версаль на переговоры с Кишелье. Я не рассчитываю сразу заполучить Шуаньи, да и Царь от меня и не ждет ничего подобного, моя задача — наладить мосты с Кишелье и французским дворянством и всё, можно уезжать, на этом моя представительская функция выполнится, а дальше пускай трудится Банкратов.

Первым делом я заезжаю к местному градоправителю.

— О, прибыли, голубчик! — радостно встречает меня седобородый сухенький старичок в отделанном древесиной кабинете. — Знаем-знаем, с какой миссией вы здесь, и всецело приветствуем вашу инициативу. Житья нам нет из-за этой усадьбы! Город не может разрастись!

— Как я слышал, только дворянские кварталы.

— Так там и проживают самые уважаемые жители, — восклицает градоправитель, а я и не спорю, сам ведь уже дворянин. — Месье Данила, вы только скажите, что нужно для изгнания той бестии, и мы всё предоставим.

— Только пропуск в усадьбу, — пожимаю плечами.

Градоправитель отводит меня в приемную и дает поручение кудрявой шатенке подготовить пропуск, затем удаляется к себе.

— Месье, мой компьютер как раз завис, — она удрученно хлопает тонкой ладонью по огромному выпуклому агрегату, пытаясь привести его в чувства. — Сейчас придет мастер и будет чинить. Я вынуждена попросить вас подождать.

— Мадам, а без него никак не оформить пропуск? — интересуюсь, с опаской поглядывая на гудящего электронного монстра. Либо у него вентилятор сломался, либо он очень голодный.

— Мы пытаемся хранить всю информацию в электронной базе, — вздыхает девушка. — Без нее пропуск будет недействительным.

Делать нечего, придется подождать. Ох, уж этот прогресс. Вроде бы он должен ускорять работу людей, а не наоборот. Ну так как я сам, еще в прошлом мире привыкший к молниеносным умным гаджетам, не горю желанием возиться с этим допотопным агрегатом, то решаю пока подышать свежим воздухом. Да, не прогрессор. Более того — не подвержен сильной ностальгии. Меня больше прельщает изучение магии, Астрала, Аномалий, иномирья, а не воровство чужих песен, сценариев фильма и прочего добра из прошлого мира. Хотя, вероятно, на этом можно было бы заработать, но далеко не факт. Мир всё же другой, поведенческие паттерны тоже. Так, например, демократические лозунги здесь просто не поняли бы.

На улице я любуюсь фасадами окружающих домов. Что ни говори, а французы умеют красиво строить. Вернее, умели — это ведь старинные постройки.

Машины с гвардейцами и Змейкой стоят на парковке администрации. Я решаю в одиночку прогуляться по узким улочкам центра. Сильно бояться мне нечего. От снайперской пули спасет зеркальце, а при прямом нападении самим врагам же придется хуже.

Мое внимание привлекает возня в одной из подворотен. Мой разум в режиме боевого сканирования улавливает около шести сознаний. Может, за мной пришли? Да нет, не маги ж.

Из любопытства заглядываю за обшарпанный угол. В темном углу за мусорными баками шайка мавров наседают на такого же темного паренька. Есть тут, во Франции, черная эмиграция. Судя по юному возрасту бандитов, это молодежная банда. Не сразу улавливаю суть происходящего, но вроде бы один из гопников отказался выполнять поручение банды — грабануть богатую старушку, — вот остальные и решили его избить, чтобы не спорил с паханами.

Сейчас его макнут в мусорный бак. Ладно, заступлюсь за беднягу. Авось в карму зачтется.

— Эй, сникерсы! — выхожу я в проход и швыряюсь каменным диском в воздух. — Оставьте гуманиста! Ага, молодцы! Спринтуйте, в этом вы мастера! Мы-то больше по стрельбе по мишеням!

Мавры разбегаются, только пятки сверкают. А спасенный паренек вместо того, чтобы радоваться, визжит высоким надтреснутым голосом:

— Что вы наделали⁈ Они же не оставят всё просто так! Они доберутся до моей мамы!

Надо же, какой голосистый. Оперный певец пропадает.

— Не доберутся, — отвечаю я, прочищая пальцем заложенное ухо. — Они ее даже не вспомнят. Как и тебя, кстати, — парень делает недоуменное лицо. Ну хоть заткнулся наконец. — Я — телепат. Мне не составило труда затереть им воспоминания о тебе. Так что расслабься. Ну и прекращай заниматься бандитизмом.

— Да я даже не начинал толком, — вздыхает он. — Не могу я грабить стариков….

Правильный парень, похоже. Только запутавшийся. Ну теперь точно уяснил, что нет никакой романтики бандитской жизни, есть только кукование за решеткой да мамкины слезы.

Я возвращаюсь обратно в администрацию градоправителя. К этому времени компьютер уже реанимировали, и девушка с виноватой улыбкой выдает мне пропуск в усадьбу. Спускаюсь на парковку к кортежу, после чего отправляемся в «проклятое место».

На подъезде к усадьбе стоит КПП военных. Показываем пропуск и проезжаем внутрь периметра. Один из военных капрал Бонт вызвался быть проводником. Он уселся ко мне в салон и начал чесать языком.

Чешет Бонт много, в свое удовольствие. Змейка недовольно бурчит под покрывалом хиджабы. Я же слушаю и выуживаю полезную информацию. Граница элитного квартала тянется за небольшим леском. Жилая застройка и дальше бы разрослась, да Демон мешает. Интересно, что раньше усадьба находилась в пустыре за городом, и никому до нее дела не было, кроме рода Герци. Но собственники не смогли справиться с бедой, съехали и отдали усадьбу в собственность Короны, которая тоже не смогла разобраться с Демоном, а лишь поставила заслон.

— Почему Демон не нападает на военных? — уточняю.

— Месье, у нас у всех щиты, — замечает Бонт. — Демон способен завладеть только незащищенным сознанием.

Выходит, Демон больше себя никак не проявляет. Завладеть чьим-то телом — единственная его атака.

Кортеж останавливается возле крыльца. Дом выполнен в классическом стиле, в облицовке много мрамора, притом стены лишены каких-либо украшений, лишь элегантные и строгие интерьеры. Внутрь иду только я. Остальные встают на патруле вокруг дома. Змейка остается спать в машине: уже вечереет, а она привыкла рано ложиться.

Сначала я гуляю по всем комнатам. «Включаю» сканера, использую телепатическое сканирование. Глухо. Либо Демон умеет хорошо прятаться, либо он все время сидит в Астрале и только иногда выходит, но непонятно, как это ему может удаваться.

Придется серьезно заняться его поиском. Я выбираю гостиную своей штаб-квартирой. Открываю нараспашку все окна: тут довольно пыльно, много лет никто не убирался. Стряхнув толстый слой пыли с кресла, усаживаюсь и погружаюсь в Астрал. Второй уровень без изменений: никаких колебаний, всё тот же спокойный белесый туман, Демона нигде не видно, только пара гигантских мух жужжит. Куда же он тогда девается? Да и Демон ли это вообще?

Возвращаюсь в реальность. Достаю из кармана флягу с отваром. Приготовил по одному из рецептов Лакомки. Запах на ахти, но я не собираюсь смаковать эту бодягу как вино.

Перед употреблением связываюсь с отрядом: проверяю связь и объявляю боевую готовность. Ну и велю разбудить Змейку. Также приказываю гвардейцам связаться с военными на КПП, чтобы они тоже были начеку, мало ли. Я не знаю, какой именно эффект вызовет то, что собираюсь сделать.

Переговорив, глотаю отвар. В нос бьет запах грязных носков, приходится на пару минут отключить себе обоняние, чтобы допить гадость. Отложив флягу, усаживаюсь поудобнее и жду.

Я кладу руку на подлокотник и замечаю выросшие на пальцах когти. Поворачиваюсь к зеркалу у камина — мое отражения обзавелось рогами. Глаза горят пурпурным огнем. Еще и эманации ужаса буквально выплескиваются через край моего сознания. Стой рядом обычный человек без щитов — он бы уже рухнул в обморок.

Так-так-так…А где же Демон?

Мои органы чувств активированы на пределе, поэтому от меня не уходит мощный выброс энергии пополам с аурой испуга. Выброс направлен куда-то наружу, а вот страх существа никуда не делся. Больше всего его плещется в соседней комнате. Оттуда же раздается грохот мебели. Вскакиваю и молниеносно несусь туда.

Комнатой оказывается библиотека. Пара стеллажей перевернута, а по горе упавших книжек бегает туда-сюда бежевый кудрявый щенок. Кажется, эта порода называется лабрадудель. Он испуганно тявкает и пытается нырнуть в стену, но только тщетно бьется головой об собственную тень. Я бросаю взгляд на маленькую лужу на полу. Видимо, щенок от испуга прыснул.

Блохастый замечает меня и бессильно тявкает, забившись в угол. Мгновенно беру кудряша под ментальный контроль, но не тут-то было, мои щупы соскальзывают. Причем в щенке явно сидит чужая сущность. Этот лохматик — одержимый!

— Интересненько! — произношу я.

А щенок между тем отважно бросается в свой последний бой. Он прыгает на мой ботинок и отчаянно грызет шнурок. За шкирку поднимаю маленького собакена и телепатические сканирую его. Пытаюсь просто подключиться к сущности, без насильственных действий. Ага, получилось. Прочитываю память.

Необычно. Внутри щенка никакой не Демон, а аномальный зверь, причем бестелесный. Призраки всё-таки существуют! Ну, почти.

Это очень непростой зверь. Он может создавать некие теневые карманы, в которых обычно и прятался от французских телепатов. Не знаю пока точно что это, но сейчас из-за страха зверек не может сконцентрироваться и нырнуть в карман.

Лохматый продолжает дрожать, как осиновый лист, и умоляюще скулить.

— Спи, малыш, — я выключаю оба сознания, и щенок вместе с гостем засыпают. Потом решу, что с ним делать. Именно с ним, а не с ними. Сознания щенка и зверя давным-давно срослись, и теперь они неделимое целое.

Через гарнитуру в моем ухе вдруг связываются гвардейцы.

— Мегамозг, военные на КПП объявили тревогу! Говорят, что на них напали одержимые! Прием!

Я удивленно смотрю на заснувшего щенка.

— Мохнатыш, кто еще сидел в твоем теневом кармане?

* * *

Друзья, какое имя дадим этому мохнато-теневому чуду?