Это что, прикол какой-то? Не могу я врубиться, что происходит. И нет, я сейчас не только про Гришку, всё так же подкалывающего Светку по поводу помолвки. Казаха даже не смутила оплеуха, которую блондинка ему зарядила, правда, совсем легонько, будто подбадривая продолжать еще — нравится ей слушать о нашем обручении почему-то. Камила вон то же о чем-то увлеченно шепчется с Леной. Ребята совсем забили на разведку. Хотя, блин, их тоже можно понять: ведь я сказал, что контролирую местность через Зубастика, парящего сверху. Но могли бы хотя бы вид сделать, бесстыдники.

Свое недовольство я высказываю вслух:

— Может, вы немного по сторонам будете смотреть? Ну так, на всякий случай.

— Ой, — спохватывается девчонки и тут уже устремляют взгляды своих больших глаз на холмы вокруг.

Гришка тоже оборачивается на долину справа, при этом заметив в своей манере:

— Мегамозг, просто мы тебе полностью доверяем.

— Степняк, доверяй — но бдительность не теряй, — фыркаю. — Особенно, когда вопрос касается твоей жизни. Урок тебе на будущее. Потому что с меня ты уже не спросишь, если лишишься головы.

— Тут ты прав, — признает Гришка, почесав лоб, слегка прикрытый каской бронешлема.

Мда, Даня, это твой косяк. Не заметив, я совсем избаловал своих ребят. А ведь они не всегда будут находиться в группе с ветераном в шкуре восемнадцатилетнего пацана. Особенно на военных сборах в Академии — там карты могут лечь как угодно. Вдруг их отправят проходить практику на Аномалию?

— Казиды могут сидеть в земле, — замечаю. — Слишком уж мало троп вокруг, не исключено что часть путей проходит под горами.

Хотя еще только начались отроги, и нет логистических причин строить здесь туннели, но кто ж этих бородатых знает? Похоже, они обожают рыть землю, даже когда нет весомого повода. Судя по воспоминаниям тех стражников-казидов, что я уже сканировал, так и есть. Оттарабанив смену в карауле, они вместо того, чтобы пойти посмотреть сериал под пивко, хватают кирку и от души вгрызаются в гранит, причем чем тверже порода, тем лучше. Народ энтузиастов-шахтеров, в общем.

Местами начинается скалистая местность. Мы поднимаемся по склону пологой горы и оглядываемся на долину, раскинувшуюся справа за обрывом. Честно говоря, поиски уже мне надоедают. Портал я зарядил надолго, но всё же сильно удаляться рискованно. Где же хоть один казид?

— Р-р-р-р-р-а! — громовой рев сверху прерывает мои размышления.

Выше по склону с грохотом откидывается в сторону огромный валун. На том месте, где только что стоял камень, теперь лежа ворочается монстр. Гигантских размеров, чуть ли не в пять метров ростом, он напоминает тролля из фэнтези-романов: толстые, как бревна, руки и ноги, отвислый живот. Единственное отличие — великан закован с ног до головы то ли в зеленую чешую, то ли в шипастый панцирь. Название этой махины вспыхивает в моей голове резкими зелеными буквам. Нет, не Шрек. Местные тролли называются ологхаи. До нашего прибытия он спал под валуном, словно под одеялом. Эти здоровяки любят прикорнуть, накрывшись обломками скал и камнями. Есть легенда, что ологхаи — это вообще ожившие валуны, вот и тянутся к родне.

— Вот обо этом я и говорил, — спокойно киваю я дрожащим «Русичам» на разбуженного ологхая. — Не всё ведь можно увидеть сверху. Я уж молчу про засады.

— Мегамозг! Он сейчас накинется! — кричит Гришка. — Надо бить!

— Степняк, надеюсь ты понял меня? — буднично произношу, выразительно посмотрев на казаха.

— Понял! Даня, я понял!

— То-то же, — оборачиваюсь к угрозе.

Гигант, правда, лежит в углубленной яме недолго — резко, рывком вскакивает на ноги и, схватив валявшуюся рядом дубину из плохо отесанного ствола дерева, опрометью несется в нашу сторону.

— Прости, но ты не казид, — замечаю я, двинувшись вперед и накрывшись доспехом Тьмы. — Бороды нет, да и немного высоковат. Может, мирно разойдемся?

— Р-р-р-р-р-ра! — боевой рев приближается, как и трясущаяся под слоновьими ногами земля. Как и сам ологхай с дубиной наперевес. Очень общительный здоровяк попался. Сейчас попробуем взять его под контроль.

— Мегамозг⁈ — вскрикивают сзади перепуганные «Русичи».

Как на зло, ологхаи плохо поддаются ментальному манипулированию. Причем еще тяжелее, чем ракхасы. Эти великаны интеллектом не блещут. Тогда придется прибегать к радикальным мерам.

— Прочь от обрыва! — командую и сам отскакиваю в сторону, одновременно выпуская пси-стрелы в грудь и голову гиганта.

Псионика застревает в его природной броне, с ревом боли ологхай хватается за грудь. В это время я швыряю ему под ноги гранитные плиты. Гигант спотыкается об камни и, грохнувшись, кубарем катится вниз. Еще у самого обрыва он пытается зацепиться за край, но Камила, умничка, воздушной волной бьет ему по толстым пальцам. Взвыв, ологхай одергивает руку, ну и соответственно, потеряв всякую опору, улетает за край. Туда ему и дорога.

— Готов! — довольно улыбается брюнетка, поглядывая на меня с просьбой одобрения в глазах.

Снизу раздаются глухие стонущие звуки.

— Видимо, пока еще лишь в состоянии полуготовности, — замечаю.

Мы дружно подбегаем к обрыву и смотрим на недобитого врага. Удивительно, но ологхай лежит живой и даже не сплющенный. Правда, глаза у него закатились, да изо рта течет слюна. Крепко, видать, приложило по головушке.

— Так, дайте мне пару минут, чтобы заглянуть в эту консервную банку, — велю команде, а то они сейчас загомонят, а с этими ологхаями нужно быть сосредоточенным.

Охватываю ментальными щупами здоровенную голову комотозника. А он действительно в коме, причем такой своеобразной, что тело живо и вполне себе функционирует, а вот разум рассыпался, словно его вынесло ударом из мозгов. В этой махине больше нет сознания, даже примитивнейшего. Мда, интересный феномен. Хотелось бы его поглубже изучить и понять причины, но времени нет, да и не за этим мы здесь.

— Ладно, — оборачиваюсь к ждущим ребятам. — Считайте, что враг повержен. Его мозг обесточен полностью и бесповоротно. Можно двигаться дальше.

— А может, Даня, добьем его? — спрашивает Лена. — Так будет милосерднее.

— Сам бы не прочь, Магнитик, — вздыхаю с сожалением. И в моем случае дело не столько в милосередии, сколько в привычке: нельзя оставлять врага за спиной. — Но отсюда не достанем, а если достанем, то всё равно будет без толку — слишком крепкий у него панцирь. Спускаться же к нему — много времени потеряем. Так что двигаемся дальше. У нас задание.

Успеваем отойти лишь на пятьсот метров, как Зубастик наконец замечает то, что мне нужно.

— Казиды, — резко останавливаюсь. — Совсем рядом, но их многовато — около сорока с топорами. Да еще все с ног до головы закованы в броню. Есть так же защитные артефакты. Видимо, идут с военного похода, — глазами дракончика я алчно вглядываюсь в повозку. — Ого, там сундуки, похоже, с золотом.

— С чего ты взял, Даня? — заинтересовывается Камила. Брюнетка любит золото, вернее, драгоценности из него. Постоянно на балы надевает дорогущие ювелирные безделушки.

— На дне повозки лежит немного золотых монет. Видимо, рассыпали, когда грузили сундуки.

Отряд задумывается над задачей.

— Что будем делать, Мегамозг? — спрашивает Лена. — Сорок — это, правда, много.

— Не для Дани, — уверенно заявляет Камила, но Лена остужает пыл брюнетки:

— У них может быть защита против телепатии.

— Ну а мы-то Дане на что⁈ — подбоченивается Светка.

— Да и сам Даня — это далеко не только телепат, — резонно вставляет Камила.

Я с интересом наблюдаю за обсуждением девушек, никак не вмешиваясь. Хочется посмотреть, как каждая из моих будущих суженых решает возникающие вопросы. Ведь в будущем подобных ситуаций предвидится немало. Сейчас же каждая девушка остается при своем. Лена считает, что лучше не рисковать, уж слишком много врагов. Камила верит, что разобраться с сорока бородачами для меня раз плюнуть. А Светка готова сама кинуться в атаку и показать, как надо бить казидов на живых примерах.

Гришка в этом время, поглаживая по плечу свою Адию, хитро смотрит на меня.

— Узнаю этот взгляд, Мегамозг, — произносит казах, еще больше сощурив глаза. — Часто видел его на тренировках со Степаном. Ты ведь уже придумал, как разобраться с беднягами-казидами?

Девушки затихают и заинтригованно оглядываются в мою сторону. Я же усмехаюсь.

— Есть идейка, — не отрицаю. — Сейчас как раз ее обдумываю, но вы можете еще немного пообсуждать, — предлагаю девушкам. — Мне вы вовсе не мешаете.

— Данила, мы тебе не шуты! — дуется Светка. — Что в итоге будем делать?

— Сначала навестим нашего недавнего знакомого. Думаю, он нам поможет, — с улыбкой отвечаю и нисколько не поддаюсь вопрошающим взглядам отряда. Теперь даже Гришка растерялся, а мне, что уж греха таить, нравится видеть хитрого казаха застигнутым врасплох.

Я разворачиваюсь и шагаю в обратном направлении, отряд не отстает. Только когда мы приближаемся к знакомому обрыву, казах выдает:

— Да ладно! Неужели ты про него⁈

Ологхай никуда не делся. Греется под солнышком на том же месте, да пускает слюни под себя, и скорее всего, не только слюни.

— Ты же сказал, что с этим великаном покончено! — ерепенится Светка, требовательно глянув на меня.

— Как с врагом — да, покончено, — усмехаюсь. — А в остальном — кто знает? Всё, не мешайте мне. Девушки, кто первый догадается, что я собираюсь сделать с ологхаем, тот может взять с полки пирожок.

— Мы вообще-то уже немаленькие, — обиженно фыркает Светка. — Даже школу закончили.

Чтобы сосредоточиться, я сажусь прямо на обрыв, свесив ноги вниз. Снова обхватываю ментальными щупами опустошенный кочан громилы. В этот раз накидываю множество щупов, строю из них ментальный мост, чтобы наладить устойчивую связь между нами. В то же время «включаю» Дубного Ивана.

«Шеф, что делать? — радостно окликается рыжий бородач. Видно, что богатырь соскучился по сражениям, да и просто по вкусу жизни. — Кого бить?»

«„Бить“ немного подождет, — отвечаю на ментальном уровне. — Но тоже скоро понадобится. Только вот тебя запихну в одно тело».

«Не смешно, шеф»- угрюмо рычит Дубного. Действительно, это больная тема для бестелесного разума.

«А я и не шучу, — без улыбки говорю. — Видишь тролля внизу? Его разум рассыпался от удара, а тело функционирует. Случай сверхредкий. Я хочу попробовать переместить тебя в него, но говорю сразу — гарантии нет, что получится. Я не допущу, чтобы твой разум рассеялся, но часть сознания может потеряться. Поэтому решил спросить твоего мнения, рыжий».

«Да зачем спрашивать⁈ — восклицает Дубный, вскинув от возбуждения. — Шеф, пихай меня в эту образину! И даже не сомневайся!»

Ну чего-то такого я и ожидал. Хорошо, что наши мнения сходятся. Дубному я могу доверить гигантское неубиваемое тело, а вот тому же Воронову нет, пока рановато.

Как только убеждаюсь в крепости ментального моста, провожу перенос. Сам процесс совсем не сложен, главное, убедиться, чтобы сознание правильно наложилось на мозг, ну и не забываем про дискомфорт в непривычном вместилище. Только представьте, как вдруг вы оказываетесь в теле гигантского гуманоида. Незнакомые ощущения и странное самочувствие обеспечены, мягко говоря. Любой человек может сойти с ума. Вот я и стимулирую волнами Дубного, чтобы он легче принял перенос.

Фух, закончил.

— Ну, рыжий! — громко кричу вниз. — Как оно⁈

— Рыжий? — переспрашивает Гриша сзади. — Где ты увидел рыжего?

— Рра-а-а-а-а! Рр-р-р-ра-а-а! — надрывно подает голос Дубный в теле ологхая. Шатаясь, он поднимается и тут же бахается на задницу, снова обиженно ревет. — Р-рр-р-р-ра-а!

Эти истовые звуки не на шутку пугают «Русичей».

— Боже! Он ожил! — кричит перепуганная Камила.

— Надо атаковать! — восклицает Светка, создавая в руке огнешар. — Пока не забрался!

— Ну да, ну да, — строго смотрю я на блондинку. — И пошла вся моя работа псу под хвост.

— Но…но… он же бешено ревет, — округляет глаза Соколова. — Явно хочет напасть.

— Он просто по-другому не умеет изъясняться, — я оборачиваюсь к пропасти и, сложив ладони рупором, кричу: — Ваня, поднимайся уже! У нас работы еще вагон и маленькая тележка!

— Ваня⁈ — удивляется отряд.

— Рррр-а-а-а-а! — жалуется ологхай на свою тяжкую судьбу, но послушно начинает карабкаться вверх. Склон крутой и скалистый, но всё же не отвесная стена, так что в успехе Вани я нисколько не сомневаюсь. Заодно потренируется в управлении новыми горами мышц.

К тому времени, когда ологхай наконец взбирается, Светка себя заставляет успокоиться. Да и остальные взяли себя в руки. Чай, не впервой беру я под контроль зверей, тот же Зубастик над нашими головами — хороший пример. Хотя такого мощного Васю, вернее Ваню, может и впервой.

— Сейчас в темпе двигаемся за тот холм, — бросаю отряду. — Иван, как у тебя с магией?

Меридианы и накопитель легионера я уже проверил — должны быть в норме.

— Р-ра-а-а-а-а! — Дубный вскидывает когтистую лапищу, и на ней образуется камень — на вид небольшая галька, но это только на вид из-за размеров ологхая. На самом деле валун размером с человеческую голову. На другой лапени «тролля» вспыхивает фаербол — величиной с его ноготь, но опять же с человеческую голову.

— Мать моя — жена батыра! — охренвает Гришка, как и все. — Даня, что за чудовище ты создал⁈

— Некогда сейчас! — отмахиваюсь. — А то казиды уйдут!

Мы срываемся с места. Дубный грохочет впереди, остальные едва поспевают следом. Периодически рыжий в теле ологхая ревет как стадо кастрированных буйволов. Я пытаюсь заткнуть нашего здоровяка, но, видимо, это какой-то инстинкт — без ущерба функционированию остальных органов у гиганта не получится молчать.

— У меня от его рева кровь стынет в жилах, — лепечет на бегу бледная Лена.

— Надеюсь, у казидов тоже остановится, — бросаю в ответ. — Ведь внезапной атаки уже не получится.

Из-за склона показывается боевой строй казидов. Низкорослые бородачи, конечно, услышали грохот и рев приближающегося оглохая и приготовились к бою.

Дубный налетает на врагов как бешеный тираннозавр. Железные щиты разлетаются от его ударов. Оглохай крушит и топчет гномов, как муравьев. Каких-то бородочай окружают силовые поля, но Дубный просто охватывает руками мерцающие купола и поднимает их от земли вместе с заточенными внутри казидами, а потом запускает вдаль, как волейбольные мячи. Ах да, еще Дубный при этом разбрасывается вокруг себя валунами и фаерболами. в общем, казидам вдвойне не повезло.

— Даня, нам туда точно нужно? — робко спрашивает Лена. Мы с «Русичами» застыли в стороне и смотрим, как оглохай в ярости разбивает убегающих от него казидов. Ни о каком сопротивлении у врага речи уже не идут, только о спасении бегством.

— Лен, да ну его нафиг, — говорю я подумав. — А то еще придавит случайно.

Оглохай в это время покрывает кулак гранитным слоем и с одного удара разбивает защитный купол рыжего казида. Вау! Да я создал монстра! Вернее, мага-монстра! Ай да я!

Эх, жалко, что Дубному нельзя долго находится в теле оглохая. Не зря говорится, что быт формирует сознание. Инстинкты монстра постепенно завладеют рыжим легионером, и он сам превратится в бешеного великана. Хотя, может, я найду решение. Надо думать-подумать, но это потом.

За считанные минуты дружина казидов превращается горы трупов и стонущих раненых. Я приказываю Дубному уняться и отойти в сторону. Время битвы подошло к концу. Настало время допроса пленных и, конечно же, захвата трофеев. Окованные железными полосами сундуки в телеге наконец-то дождались своего папочку.

* * *

Традиционное напутствие — друзья, помните — лайки помогают автору искать вдохновение! Кто не в курсе — это сердечки со словом «нравится» на странице книги рядом с обложкой. Прямо по центру.