Авторитет библейской традиции в иудаизме основывается на идее пророчества. Библия описывает различных людей как получивших прямое откровение от Бога. Откровение Моисею рассматривалось позднейшей традицией как пророчество par excellence.
В свидетельствах патриархов мы встречаем упоминания о прямом общении Бога с человеком. Это нельзя назвать пророчеством в строгом смысле слова, так как феномен пророчества с библейской точки зрения подразумевает пророка, получившего от Бога послание, которое он должен сообщить. Только начиная с Моисея в Книге Исхода возникает фигура пророка, посланного к народу для передачи божественной воли. Иначе говоря, пророчество имеет социальное измерение. Это не просто индивидуальный религиозный опыт. Бог посылает Моисея передать Свое слово людям. В то же время пророчество Моисея отличалось от служения других пророков. Во-первых, в Библии описывается его прямое общение с Богом, в то время как другие пророки видели Всевышнего во сне или в состоянии транса. Во-вторых, Моисей сочетал в себе наравне с функцией пророка функции священника, царя и законодателя (если эта эллинистическая характеристика здесь допустима).
Библия позволяет проследить историю пророчества в древнем Израиле. За исключением Моисея, ранние пророки, описанные в Библии, были провидцами, харизматическими фигурами, которые пророчествовали в состоянии транса, часто вводимые в него посредством музыки и танца. Они нередко объединялись в небольшие группы и были известны как «сыны пророческие». Эти группы основывались на отношениях учитель — ученик и предназначались для передачи традиции пророчества. Не существует внятных свидетельств о том, были ли такие пророки вовлечены в моральное или религиозное брожение общества. Возможно, что они выступали как предсказатели будущего.
Ко времени первых царей Саула, Давида и Соломона роль пророков стала меняться. По-видимому, они начали брать на себя часть харизматических функций, ассоциировавшихся с судьями в период, непосредственно следовавший за завоеванием. Одновременно с этим цари наследовали политические и военные функции судей. В ранний период монархии пророк является идеальной религиозной фигурой в царском окружении, глубоко вовлеченной в жизнь царского двора, но способной порой бичевать правителя при помощи критических притч. Другие, менее важные, пророки могли быть связаны, по мнению некоторых исследователей, с главными культовыми центрами. Ко времени Илии и Елисея пророки существовали как в Северном, так и в Южном царстве и часто пребывали в конфликте с царями. Они явно взяли на себя роль критиков израильского общества того времени, но пока еще не превратились в литературных героев.
К IX в. до н.э. как в Иудее, так и в Израиле малые пророки (названные так из-за размера своих книг) предпринимали едкие атаки на два главных греха того времени: синкретический культ и социальные пороки, обуревавшие страну. Обе эти проблемы будут занимать пророков все последующие годы. Они требовали искоренения даже минимального участия в языческих культах и призывали к исправлению несправедливостей, совершавшихся по отношению к бедным, безземельным слоям общества, ясно и во всеуслышание заявляя, что исполнение культовых предписаний не несет в себе ценности, если оно не сопровождается жизнью в соответствии с истинными моральными и этическими принципами. Из двенадцати малых пророков Амос и Осия (VIII в. до н.э.), были первыми, чьи пророчества дошли до нас в письменном виде. Они произносили свои речи публично и, очевидно, записывали их либо для своих нужд, либо для более широкого распространения.
По мере приближения конца монархии и появления сложного узла политических и религиозных проблем для пророков открылись новые горизонты. Исайя (ок. 740 — ок. 700 гг. до н.э.), Иеремия (ок. 627 — ок. 585) и Иезекииль (593-571) столкнулись с новыми политическими реалиями, а также с растущим влиянием Месопотамии на израильский культ. Их пророчества окрашены историческими событиями времени, в котором они жили, так как все трое были активно вовлечены в круговорот событий и твердо настроены донести до народа те послания, которые, как они верили, были получены непосредственно от Бога Израиля.
Исайя, Иеремия и Иезекииль довели литературное развитие пророчества до его высшей точки. Эти три великих пророка создали ту прозу и поэзию, которые входят в число самых прекрасных достижений литературы на иврите. Глубина, красота и масштабы пророчеств, приписываемых им, превратили, этих людей в центральные фигуры поздней традиции.
По мере развития иудаизма книги пророков оказали влияние на многие другие аспекты традиции, прежде всего на идею мессианства, которая коренилась в словах пророков. Позднее еврейский мистицизм черпал свое вдохновение в видениях Исайи и Иезекииля. Мораль пророков и их тесная связь с ритуальной практикой иудаизма также имели весьма продолжительный эффект.