– Мико! – Кёко набросилась на неё и принялась душить в объятиях. Лис, стиснутый между ними, взвизгнул, и Кёко испуганно отпрянула. Макото извернулся и спрыгнул с рук. – Ты кого это притащила?

– Это Макото, – виновато улыбнулась Мико.

– Макото? – спросила Сацуки, которая тоже вышла встречать Мико во двор. Лис посмотрел на неё, склонив голову набок. Подошёл ближе, принюхиваясь, Сацуки неуверенно попятилась. С сомнением посмотрела на Мико. – Это шутка?

Мико покачала головой, а Сацуки фыркнула, кажется, всё ещё не веря. И будто желая убедиться, подхватила лиса на руки и подняла над собой, всматриваясь в единственный лисий глаз. Лис тявкнул, дёрнул хвостом, в мгновение ока обратился в человека и рухнул на Сацуки, которая, не выдержав его веса, вскрикнула и упала на землю.

– А ну слезь с неё, рыжий распутник! – заорала Кёко, схватила голого Макото за ногу и принялась стаскивать с Сацуки. – Я тебе сейчас второй глаз выбью, ты!

Макото морщился и стонал, явно плохо понимая, что происходит. Мико подбежала к Сацуки, проверяя, цела ли она. Та во все глаза смотрела на обнажённого Макото и медленно краснела, становясь сначала нежно-розовой, а затем ярко-пунцовой. Акира смерил всех участников сценки снисходительным взглядом и, спрятав ладони в рукава, молча и степенно прошёл в дом, всем своим видом показывая, что к подобному безобразию непричастен.

– Пусти! – ошалелый Макото сел, пытаясь высвободить ногу из хватки Кёко, которая тащила его по земле. Повернулся к Сацуки и протянул руку. – Забери меня обратно.

– Так ты специально?! – взвилась Сацуки, сорвала с ноги гэта и швырнула в Макото. Деревянная подошва звонко стукнула его по лицу, и Макото снова упал, хватаясь за место ушиба.

– Мой нос! Какого хрена?! Что происходит! Да отпусти ты мою ногу!!! Почему я голый?!

– Потому что лисы не носят одежду. – Мико жестом попросила Кёко отпустить Макото. – Ты ничего не помнишь?

Макото замер, резко сел и выпрямился. На лице отпечатался чёткий след от гэта.

– Помню, как на меня напала Фуюми… А где… – Он огляделся по сторонам. – Что?..

Мико потянула его за локоть, помогая встать. Сацуки, скользнув взглядом по его телу, вытаращила глаза и быстро отвернулась. Кёко встала между ними, она с трудом сдерживала смех.

– Пойдём внутрь. Там всё расскажешь Макото и нам заодно.

* * *

– Значит, все эти дни я скакал лисой? – Макото стыдливо закрыл лицо ладонью. А потом вскинул голову: – Значит ли это, что я теперь могу обращаться, как настоящие кицунэ?

Мико пожала плечами.

– Ну, Явэто сказала, что кровь лисы пробудилась, да и твой человеческий глаз теперь стал рубиновым, так что…

– Что?! – Макото подскочил и, падая на поворотах, выскочил из комнаты.

– Зеркало есть в моей комнате! – крикнула ему вслед Кёко и вернулась к разговору.

Сацуки, Кёко, Акира и Мико собрались в восточном зале и обложились картами. Мико ела, вусмерть проголодавшаяся после долгого перелёта, Акира пересказывал встречу с генералами. Кёко задавала наводящие вопросы и делала пометки в свитке, чтобы после отнести его Нагамасу и подготовить Инугами к походу.

– Погодите, где, вы сказали, брешь, которой пойдёт пехота? – спросила Сацуки.

Акира молча показал точку на карте. Сацуки задумалась, а потом провела пальцем вдоль леса на восточном побережье.

– А что, если мы пойдём вот так? – Её палец скользнул к почти незаметной горе. – Да, получится крюк, но… Помните, я рассказывала, что Акайо вывел меня из Гинмона через сеть подземных туннелей? Что, если мы воспользуемся ими, чтобы пробраться в город? Акайо говорил, что многие обвалились, какие-то затопило, и в целом там можно заблудиться, но я знаю путь отсюда, – она постучала пальцем по точке на карте, – до храма Сияющей Богини на окраине столицы.

Мико пригляделась к месту, на которое указывала Сацуки. Неужели? Это тот самый Храм Кормящей Матери, в котором они с Райдэном останавливались на ночь!

– Так вот как Акайо выводил наложниц из дворца? – спросила она. – Через этот туннель?

– Да, благодаря ему я про них вообще узнала, – кивнула Сацуки.

– Возможно, он подскажет, как из этого туннеля попасть к другим храмам? Чтобы мы могли атаковать одновременно с разных точек города… – заинтересованно спросила Кёко. – Если мы сможем подобраться к Гинмону настолько незамеченными, у Рэй не останется шансов! Сацуки, ты можешь нарисовать схему расположения храмов в городе? Я помню, но далеко не все.

Та не очень уверенно дёрнула плечом.

– Попробую.

– Но, если получится воспользоваться хотя бы одним туннелем, уже хорошо, – закивала своим мыслям Кёко.

– Надо рассказать Райдэну об этом, – сказала Мико.

– Да, обсудим всё с Нагамасу, составим план и отправим Акиру к тэнгу.

Акира приподнял брови и очень вежливо заметил:

– На всякий случай напоминаю, что я цуру, а не почтовый голубь.

Кёко положила локоть ему на плечо и похлопала по груди.

– Ну, не капризничай. У нас больше никого нет с такими замечательными и очень быстрыми крылышками.

Акира осторожно скинул с себя её руку и пригладил замявшуюся ткань кимоно.

– Лесть оставь своему мужу, волчица.

– Кстати, где Такая? – спросила Мико.

– Он вместе с другими лекарями готовит запасы трав, мазей и прочего. А тебя ждут бушизару, Дева Истока.

Бушизару вместе с Инугами собрались на площади перед замком. Первые требовали встречи с Девой Истока, а вторые пришли наблюдать за порядком. Мико не знала, чего они хотят от неё услышать, не знала, что может им сказать и предложить. Она вышла на вершину лестницы вместе с Кёко и Акирой. Народ на площади тут же склонился, но сложно было сказать, кому они кланяются – главе клана Ооками, Хранителю земель Истока или ей.

Кёко выступила вперёд.

– Вы звали Деву Истока – и она пришла на ваш зов! Вы хотите свержения Рэй, и Дева Истока готова повести нас в бой! Она не слухи и не красивая песня, что переходит из уст в уста. Она такая же, как и мы с вами, – из плоти и крови.

– Как вы докажете, что она настоящая? – крикнул из толпы один из бушизару, а второй шикнул на него, ткнув локтем в бок. Но по толпе всё равно пробежал взволнованный ропот.

Он отозвался дрожью в костях Мико, заставил стиснуть зубы. Никак. Она никак не сможет им ничего доказать. Она не настоящая Дева Истока. Она всего лишь обычный человек.

– Рэй говорила, что Дева Истока обычный человек! – донеслось из толпы. – Это так?

– Мы ушли от Рэй, потому что она хотела, чтобы мы захватили для неё чужие земли. Но вы, похоже, хотите того же.

– За Рэй по пятам следуют смерть и разрушение. – Мико сделала решительный шаг вперёд. – Мы должны остановить её раз и навсегда. Я не приказываю вам, но прошу о помощи. Вы и без меня знаете, что непомерные аппетиты Рэй достигли размеров всей Хиношимы. Она хочет мести за тысячелетнее заключение, хочет власти. Мы хотим, чтобы ёкаи и люди перестали враждовать и научились жить в согласии. – По толпе пролетела новая волна ропота. – Да! Да, это непросто, да, мы не пришли к нему за тысячи лет, но в этот раз всё может оказаться по-другому. В этот раз мы можем построить общий – по-настоящему общий – для всех нас дом. Но если мы не остановим Рэй, то дома у нас никогда не будет. Вы видели, что осталось от западного побережья земель Истока? Выжженная земля и разорённые деревни! Такая участь ждёт всю Хиношиму.

Мы не можем отступить сейчас. Не можем ждать, пока Рэй вернётся уничтожить то, что осталось от острова. Наш единственный шанс – нанести удар, пока она меньше всего будет этого ожидать. Она думает, что, взойдя на Хого, стала тут хозяйкой. Покажем ей, кому на самом деле принадлежат земли Истока!

Мико вздохнула, переводя дух, она даже не заметила, что в пылу речи перестала дышать.

– Мы положили начало мирным переговорам с принцессой Сацуки – единственной наследницей императора и будущей императрицей Хиношимы, – Мико жестом подозвала Сацуки, которая слушала разговор, прячась у дверей в тени Инугами. Они встали рядом, и Мико взяла её за руку. – Объединившись, мы сможем закончить вражду, которая началась из-за общего страха, непонимания и тысячелетний разлад…

Чем больше Мико говорила, тем больше дрожала, но не от страха, а от чувств собравшихся на площади. Нити, которые протянул между ней и островом Дух Истока, стали ощущаться явственно и ярко, как это прежде было во сне. Столько глаз разом смотрели на Мико, столько сердец слушали её слова – теперь они сами тянули к ней нити своих душ. Мико почти видела их – объятые голубым свечением, налитые жизнью и верой. И неверием. Радостью и страхом. Любовью и неприязнью. Пламенные слова, что слетали с её уст, смогли убедить лишь половину тех, кто пришёл за ответами. Они пришли за чудом Девы Истока, за посланницей Духа острова, а встретили всего лишь человеческую девчонку, решившую их заболтать. А возможно, просто использовать в своих целях, как это прежде делала Рэй. Многие попросту не верили ни единому её слову.

Мико замолчала, перебирая взглядом нити. Одни согревали её, другие – причиняли боль. Она не могла дотянуться до их сердец, но знала, кто может.

В голову ей пришла безумная мысль. Во снах она научилась выбирать нити, по которым ходить, но что, если… Мико провела пальцами по видимым только ей нитям, и вслед за этим касанием по толпе пробежал удивлённый возглас. Они почувствовали. Но не это было нужно Мико. Она быстро сплетала нити в одну, чтобы дотянуться до единственного существа, которое могло ей помочь. Крепко обхватив получившуюся нить, Мико позвала.

Свет сотен нитей наполнил её, а в следующий миг Мико помчалась по ним и вдруг увидела саму себя глазами собравшихся на площади. Глаза наполнились голубым сиянием, осязаемые теперь нити обвили руки и ноги, вплелись в волосы, сделав их похожими на сияющие оленьи рога. А потом маленькое тело Мико, словно щит, окружили гигантские полупрозрачные рёбра, следом за которыми сплелась над толпой голова Духа Истока.

Площадь восторженно выдохнула. И чем больше становились их восхищение, трепет и страх, передаваясь Мико, тем ярче сиял Дух. Запрокинув голову, он взревел и исчез, рассыпавшись тысячами белоснежных лепестков сливы. Толпа закричала, Мико выбросило обратно в своё тело, и она покачнулась, едва не упав, но Сацуки, которая всё ещё стояла рядом, незаметно подхватила её под локоть.

– Да здравствует Дева Истока! – крикнула Кёко, вскидывая в воздух кулак. И толпа тут же закричала в экстазе. Они все почувствовали его – почувствовали Духа. – Вместе мы остановим Рэй! Вместе мы вернём наш дом!

Мико поклонилась собравшимся, и те незамедлительно поклонились ей в ответ. Оставив Кёко и Акиру приводить бушизару и Инугами в чувство, Мико вернулась в замок.

– Всё хорошо? Ты очень бледная, – обеспокоенно спросила Сацуки, провожая Мико к очагу.

Всё было совсем не хорошо. Голова кружилась, сердце вырывалось из груди, перед глазами плясали красные мушки, но Мико не подавала виду.

– Справлюсь. – Мико села на подушку, и к ней тут же подскочил акасягума с чашкой воды.

– Это было потрясающе! Я не знала, что ты так умеешь!

Мико усмехнулась.

– Не умею. Если честно, я вообще не думала, что получится… – Она глотнула воды, но по спине пробежала волна дрожи, и Мико закашлялась, согнулась пополам, прикрываясь рукавом.

Сацуки заботливо похлопала её по спине и взяла из рук чашку, чтобы вода не расплескалась.

– Подавилась?

– А… да. Я… – Мико осеклась. На рукаве, которым она прикрывалась, появились тёмные пятна крови. Мико провела пальцами по губам – подушечки окрасились красным. Рука задрожала, и Мико поспешно сжала её в кулак, в глазах потемнело, уши заложило. То ли от последствий призыва Духа, то ли от ужаса, сковавшего Мико.

Сацуки испуганно выдохнула, тут же раздобыла где-то полотенце и села рядом с Мико.

– Никому не говори, – сказала Мико, схватив её за запястье. – Не сейчас.

В глазах Сацуки читались беспокойство и несогласие, но она всё же кивнула.

Мико с облегчением выдохнула и принялась вытирать кровь. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Ничего страшного не случилось. Это просто кровь. И скоро всё закончится. Ей просто нужно продержаться ещё совсем немного.