Райдэн с Мико бежали по коридору к выходу, когда на них выскочили самураи в полном облачении и при оружии.

– Что случилось? – спросил Эйсэн, надевая шлем.

– На нас напали, – бросил Райдэн, промчался мимо и рывком открыл входные двери. Мико и самураи выбежали вслед за ним наружу, и их тут же обступила, прикрывая, стража.

Над городом кружили десятки комори. Их огромные кожистые крылья застилали небо, сливались в единый тёмный поток, напоминая живое грозовое облако. Тэнгу высыпали на улицы, готовясь к сражению. Сбивая черепицу, на крышу дворца приземлился комори. Стража тут же выставила копья, закрывая собой главу клана.

Мико положила ладонь на рукоять меча, готовясь защищаться. Комори обхватил длинными узловатыми пальцами край крыши и вытаращил на Райдэна огромные глаза навыкате.

– Отдай… добычу, – зашипел комори. С рядов острых клыков капала слюна, длинный язык то и дело облизывал серое лицо, дотягиваясь до глаз.

За спиной Мико звякнули доспехи самураев, и она оглянулась. Комори пришли за ними? Эйкити, белый как снег, перехватил её взгляд.

– Они напали на наш лагерь, – тихо сказал он.

Комори снова облизнулся.

– Ты украл добычу. Отдай, и мы уйдём.

– Эти люди мои гости. Убирайтесь, если не хотите драки. – Райдэн решительно шагнул ему навстречу, закрывая собой самураев.

– Приказ не лез-з-зть к тэнгу, – качнул лысой головой комори. – Отдай.

«Приказ не лезть к тэнгу»? Мико насторожилась. Комори напали на самураев не просто так? Посмотрела в небо – столько комори разом она видела только в ущелье с Великим Змеем. Могли ли они вылезти оттуда?

– Чей приказ? – спросил Райдэн. – Кому вы подчиняетесь?

Комори почесал лысую макушку. Слова давались этим чудищам с трудом, так же как и размышления. Они больше напоминали диких зверей, которых почти невозможно контролировать.

– Госпожа Садако разозлится, если я расскажу, поэтому просто отдай, – в итоге выдал комори и осклабился, довольный тем, что выдал такую сложную фразу.

Мико вскинула на него ошарашенный взгляд. Ей послышалось? Садако. Не может быть. Совпадение или речь и в самом деле о дочери госпожи Рэй? Мико даже представить себе не могла забитую, тощую Садако управляющей стаей комори. По хмурому лицу Райдэна она поняла, что упомянутое имя ему ни о чём не говорило. Мико шагнула к нему, чтобы сказать, но тут взгляд комори зацепился за неё, остановился на шраме.

– Дева Истока! – взвизгнул он, подпрыгнув. Запрокинул голову и издал высокий прерывистый вой, такой тонкий и противный, что Мико невольно зажала уши. Комори в небе заволновались и стремительно ринулись вниз.

– Защищать вашу госпожу! – крикнул Райдэн стражникам, выхватил веер и взвился ввысь. Тэнгу стали отрываться от земли, бросаясь в бой.

Комори, что сидел на крыше, с воплем бросился на Мико, но его тут же пронзило копьё одного из стражников.

– Вам лучше вернуться во дворец, госпожа, – сказал тэнгу, и Мико узнала в нём юношу, с которым столкнулась в коридоре днём ранее. – Там безопаснее.

– Даже не думай, – отрезала Мико. Меч с приятным звоном покинул ножны. Она не будет сидеть взаперти, когда Райдэн и остальные сражаются.

Основной бой происходил в воздухе, где Мико была бесполезной, но раненые комори падали на землю, и тут уже можно было что-то делать. Самураи бились бок о бок с Мико. Снег, укрывающий деревню, стал багровым. Комори падали вниз, скатывались по крутым соломенным крышам, но тут же вскакивали, чтобы продолжить битву на земле. Забирались в дома, где прятались дети. Мико услышала детский крик и обернулась. Раненый комори держал за крылья маленького тэнгу и, вонзив клыки в его тонкую шею, пил кровь. Раны на кожистых крыльях стремительно затягивались.

Эйкити подоспел первым – подбежал сзади и вогнал меч комори в спину. Остриё выглянуло из груди, комори дёрнулся и выпустил ребёнка. Плачущего малыша тут же подхватили тэнгу и куда-то понесли. Наблюдая за происходящим, Мико не заметила, как к ней подобрался другой комори – прыгнул, собираясь впиться когтями в плоть, но напоролся на меч. Мико быстрым ударом отсекла ему руку. Кровь брызнула в лицо, но Мико едва заметила, налетела на комори, сшибая с ног, и, навалившись на него всем весом, приставила лезвие к горлу.

– Где Садако?! – гаркнула она.

Комори верещал, размахивая обрубком руки, и ничего не слышал. Мико несколько раз ударила его кулаком по морде. Выхватила из ножен вакидзаси и с размаху пригвоздила острое ухо комори к земле. Тот завизжал ещё громче, но наконец взглянул на Мико.

– Отвечай! Где Садако!

– В лагере! Мы сожрали всех людей! Она осталась доесть!

Мико выдернула вакидзаси из уха комори и вонзила ему в глаз, вогнав по самую рукоять. Комори дёрнулся и замер. Мико поднялась, вытерла клинок о рукав и спрятала обратно в ножны. Подняла с земли меч. Тэнгу, прикрывавшие её спину, ошарашенно смотрели на покрытую кровью Мико. Она кулаком стёрла горячую кровь со щеки и мотнула головой.

Небо стало ещё тёмнее, шелест крыльев оглушал – со стороны леса к городу приближались новые комори. Да сколько же их?! Другие их собратья продолжали градом сыпаться на землю. Тэнгу и правда были удивительными воинами – они рассекали тучи чудовищ подобно молниям, убивали сразу или подрезали им крылья, чтобы внизу раненых добили другие тэнгу. Мико искала глазами рыжие росчерки, которые оставлял за собой веер Райдэна, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, а потом и сама бросалась в бой с комори, которые оказались на земле. Для чудищ она стала путеводной звездой – вожак комори отметил её своим кличем, и все остальные пытались пробиться к ней. Беспорядочно, кучно, будто мухи, почуявшие мёд. Это облегчало задачу стражникам и самураям – не нужно было гоняться за комори по всему городу – они сами шли грудью на мечи и копья.

Мико тонула в крови, криках и звоне металла. Она старалась прикрывать Эйсэна, который в силу возраста уже начал выбиваться из сил, и не оглядывалась, зная, что её спину надёжно прикрывают тэнгу. Звук, с которым меч разрывает плоть, намертво впечатался в мозг. Руки гудели от напряжения, сердце работало на пределе, подгоняя Мико вперёд. Страх спицей застрял в позвоночнике, но Мико игнорировала его, как игнорировала боль в ногах и горечь чужой крови на языке. Растаявший снег красной рекой бурлил под ногами, и казалось, это никогда не закончится и комори будут прибывать, и если не растерзают их, то затопят город и всех его жителей своей кровью.

А потом всё резко прекратилось. Мико вонзила клинок в сердце комори, и когда его тело упало в снег, замерла, поражённая тяжёлой, гулкой тишиной, в один миг разлившейся по улицам. Звуки вернулись, только когда первые тэнгу стали спускаться на землю. Звуки набросились на Мико стонами, криками, рваными приказами. Кто-то бежал в свои дома, кто-то нёс раненых, молодая тэнгу в ужасе металась от дома к дому и кого-то отчаянно звала. Мико шла по улице, с трудом переставляя ноги, гэта вязли в снежно-кровавом месиве, а каждый участок пространства, казалось, был усеян трупами: комори лежали на земле, на крышах, усыпали лестницы. На глаза попались несколько мёртвых тэнгу – их тела буквально растерзали клыками и когтями, выпотрошили и местами обглодали до костей. К облегчению Мико, Райдэна среди них не было.

Устало поднявшись по ступеням ко входу во дворец, Мико оглянулась на чёрно-красное море.

– Всего одна битва, – пробормотала она и села на холодные ступени. Ноги дрожали, к горлу подкатывала тошнота, голова раскалывалась от перенапряжения. Трясущимися руками Мико вытерла меч о пропитавшееся кровью и потом кимоно, не сразу попала остриём в ножны и смогла убрать меч только с третьего раза. Тэнугуи, забытая в спешке, осталась в спальне, поэтому Мико вытерла лицо рукавом, но, кажется, только больше размазала кровь и грязь по коже. На предплечьях обнаружилось два укуса, которые она даже не заметила в горячке боя. Кровь уже запеклась, а глубина ран говорила о том, что останутся шрамы.

Всего одна битва. Маленькое сражение, вскользь зацепившее их город. Что же будет, если война разгорится с новой силой? И если они окажутся в самом её центре?

– Ты как? – на ступени рядом опустился Эйкити и протянул Мико раздобытую где-то флягу. – Отлично сражаешься для женщины.

Мико царапнула его взглядом, кивнула в ответ на сомнительный комплимент и взяла флягу. Холодная вода смочила пересохшие губы и обожжённое от частого дыхания горло. Мико плеснула немного на лицо и провела по нему ладонью, смахивая розовые капли.

– Отец живой? – спросила она.

– Внизу. Помогает господину Райдэну с ранеными.

Мико вскочила от ударившей её хлыстом мысли и, забыв про усталость, побежала вниз по ступеням.

– Мико, ты куда? Господин Райдэн просил…

Она резко обернулась и обожгла Эйкити недобрым взглядом.

– Госпожа Мико. Не помню, чтобы позволяла обращаться ко мне по имени, господин Эйкити.

Эйкити смутился, густо покраснел и, переступив с ноги на ногу в замешательстве, неловко поклонился.

– Прошу прощения, госпожа…

– Не тратьте моё время на извинения. Лучше скажите, где располагался ваш лагерь.

Райдэн нашёлся у ворот, к которым тэнгу стаскивали трупы комори. Как и Мико, он был весь покрыт кровью.

– Надо торопиться! – Мико схватила его за рукав. – Комори прислала Садако, надо поймать её, пока не сбежала.

– Кто такая Садако? – Райдэн выглядел уставшим, но нашёл в себе силы выпрямиться, чтобы позволить Мико опереться на себя.

– Дочь госпожи Рэй. Я знаю, где она. Если мы её захватим…

– Можем узнать о планах Рэй или используем Садако как рычаг давления…

– Или узнаем, как убить змею.

Райдэн подобрался и подозвал к себе двух тэнгу.

– Соберите отряд. Десять пар крыльев. Выдвигаемся немедленно.

* * *

Долетели быстро. Взяли с собой и Эйкити, чтобы он показывал дорогу. Лагерь расположился в лесу у подножия гор. Близость океана сделала воздух колючим и влажным, Мико тут же продрогла, но виду не подавала, чтобы не отвлекать Райдэна и его воинов.

Кровь и трупы ждали их и здесь. Только теперь это были самураи и простые солдаты. К кострищу жались вывернутые наизнанку палатки и растерзанные шатры. Всюду виднелись следы когтей и звериных лап комори. На вертеле болтался зажаренный, наполовину обглоданный человек. В лагере не осталось никого живого. Садако тоже нигде не было.

– Господин, она ушла сюда! – один из тэнгу указал на одинокую цепочку небольших следов, уходившую в глубину леса.

Мико нахмурилась. Они готовились сражаться, но, похоже, Садако отправила в город всех комори, а сама осталась одна. Что ж, с последней их встречи ума у Садако не прибавилось. Неудивительно, что Рэй не доверила в подчинение дочери никого сильнее и хитрее комори.

Тэнгу во главе с Райдэном пустились по следу, слишком быстро, чтобы Мико и Эйкити за ними поспевали, поэтому, когда они, задыхаясь от долгого бега всё же догнали их, тэнгу уже вытаскивали визжащую Садако из медвежьей берлоги, в которой она решила схорониться. Судя по крови на её лице и кимоно, от медведя Садако сумела избавиться.

– Отпустите, ублюдки! Моя мать всех вас уничтожит! – шипела Садако, пытаясь расцарапать лицо тэнгу, что пытался её удержать. Но стоило приставить к её горлу нож, Садако мигом притихла, замерла, уставившись круглыми змеиными глазами сначала на Райдэна, потом – обвела взглядом отряд и остановилась на Мико. Лицо её скривилось от ненависти. – Ты! Ты ещё не сдохла? Надо было скормить тебя моей мамаше, когда выдалась возможность!

– Мне казалось, Рэй ты тогда хотела досадить гораздо больше. Ты же её до дрожи ненавидела, – хмыкнула Мико. – Чего же теперь сражаешься на её стороне?

Садако не ответила, стиснула зубы и оскалилась.

– Не переживайте, госпожа, генерал Хоку быстро развяжет ей язык. – Один из тэнгу набросил на Садако веревки и туго затянул узлы. – Он в этом деле мастер.

Мико взглянула на Садако, которая сыпала проклятиями и металась, безуспешно пытаясь выбраться из пут. Спрашивать о методах допроса генерала Мико не стала, она и так догадывалась, что с Садако вряд ли обойдутся нежнее, чем с Мико обходились Шинокаге в подземельях императорского дворца. От воспоминаний об этом по спине пробежали мурашки. Мико снова ощутила вес каменных плит на своих ногах, вспомнила, как трещали кости, а острые рёбра дощечки, на которой она сидела, впивались в голени. Мико замутило от воспоминаний.

Тэнгу вместе с Садако и Эйкити взмыли в воздух, Райдэн достал веер и потянулся к Мико, но она удержала его на месте.

– Дай мне поговорить с Садако, – сказала она, когда тэнгу скрылись из вида. – Может, у меня получится обойтись без помощи генерала.

Райдэн помрачнел и отвёл взгляд. Ему это решение давалось тяжело.

– Я знаю, что это ужасный способ, Мико, но у нас нет времени подбирать к ней ключики. Если Рэй отправила сюда комори…

– Я понимаю. Я не пытаюсь играть в благородство или осуждать тебя за это решение. – Мико сжала его ладонь и заглянула в глаза. – Но я не понаслышке знаю, что такое пытки. Со мной даже не пытались поговорить. – На этих словах Райдэн окаменел, сомкнув челюсти, в глазах промелькнула тень прошлой боли. Он помнил, как скидывал с неё камни, как прижимал к себе ослабевшее, дрожащее тело. Мико тоже помнила. – Я знаю Садако, она, пусть и по своим мотивам, всё же помогла мне сбежать из рёкана…

– Я могу дать тебе время до заката, больше у нас просто нет, – охрипшим голосом сказал Райдэн. – Поговори с ней, пока мы будем разбираться с произошедшим в городе. После захода солнца к Садако придёт генерал Хоку – не только мне, всем тэнгу нужны ответы, особенно тем, кто сегодня потерял близких.

Мико вздрогнула.

– Многие погибли?

– Я видел восемь взрослых тэнгу и одного ребёнка. Но точно можно будет сказать позже. Сейчас на улицах слишком много хаоса. – Он горько усмехнулся. – По крайней мере, надеюсь, мне больше не придётся доказывать тэнгу, что Рэй – реальная угроза.

* * *

Мико наскоро смыла с себя битву, переоделась и, отказавшись от завтрака, поспешила к Садако. Райдэн отправился на помощь тэнгу, которые уже начали сжигать трупы комори за пределами города. Стражники ждали Мико у выхода из дворца, чтобы проводить в темницы.

Вход в каменные туннели скрывался у самой дальней стены города и уводил в глубь горы паутиной узких, разветвлённых коридоров. Руки и ноги Садако сковали цепями, которые крепились к полу. Вместо футона и татами – тонкая, проросшая плесенью циновка. Вместо солнца – одинокий кристалл за решёткой в коридоре. Холодно было так, что у Мико зуб на зуб не попадал. Один из стражников, заметив это, снял с себя хаори и, поклонившись, протянул Мико перед тем, как покинуть камеру. В согретом его телом хаори стало немного теплее.

– Так ты теперь хороводишь тэнгу, девочка с кухни? – ухмыльнулась Садако и зазвенела цепями, подтягивая колени к груди. В голосе её прозвучали нотки зависти. – Надо было тебя прикончить, когда была такая возможность. Дать мамаше впиться зубами в твою мерзкую шею.

– Но ты не стала, – спокойно сказала Мико, пропуская её грубости мимо ушей. – Спасибо тебе, Садако.

В ответ та прыснула и закатила глаза.

– Можешь подлизываться сколько хочешь, я всё равно тебе ничего не расскажу. Ты же за этим пришла? Выудить из меня сведения о планах Рэй? Пляши передо мной, сколько хочешь, я скажу только одно: план у неё есть. И, когда она его исполнит, вам всем придёт конец. Особенно тебе. Дева Истока? – Она сплюнула на пол. – Ёкаи даже не знают, что поклоняются дешёвой шлюхе из рёкана.

Мико поджала губы. Что ж, никто не обещал, что будет легко. Но сдаваться Мико была не намерена. Она присела на корточки, чтобы их с Садако лица оказались на одном уровне.

– Ты сегодня потеряла войско, Садако. Думаешь, Рэй погладит тебя по головке за это?

– Войско? – Садако расхохоталась. – Это просто комори, мусор, который-то и приказов толком слушаться не может. Им лишь бы жрать человечину – единственное, на что они и годны.

Мико вскинула брови и склонила голову набок, задумавшись.

– Вот как? То есть мамаша даже не доверила тебе настоящее войско?

Садако вздрогнула, змеиные глаза остекленели, уставившись на Мико. Рот изогнулся, и на лицо медленно наползла гримаса отвращения. Мико так и не смогла понять, кому именно предназначено это выражение: ей, Рэй или самой Садако.

– Зачем она отправила тебя на север? – спросила Мико. – Чтобы ты убралась с глаз долой и не путалась под ногами?

– Она любит меня.

– И поэтому отправила осаждать город тэнгу? С сотней бестолковых комори, у которых не было даже шанса против подготовленных воинов? Она отправила тебя на смерть?

– Всё было не так! – вскинулась Садако, дёрнулась навстречу Мико, но цепи натянулись, и она упала на колени.

– А как было? – подхватила Мико её порыв. – Зачем тебя сюда послали, Садако?

Она отползла обратно к стене и не ответила. Насупилась, громко дыша, и с ненавистью глядела на Мико.

– Комори охотились на самураев, напали на их лагерь, – Мико начала перечислять всё, что ей было известно. – Ты отправила их к тэнгу? Или они сами взяли след? Может быть, ты и вовсе им была не указ? Они просто погнались за своей добычей, так?

Садако молчала, продолжая уничтожать её взглядом. Мико задавала всё новые и новые вопросы, пыталась подобраться к Садако с разных сторон, но всё было без толку – она закрылась. Даже злорадствовать перестала. Мико думала, что, если надавит на больное – отношения с матерью, которая всегда считала Садако бесполезной и слабой, – та вспомнит былые обиды и тут же расколется. Но это оказалось ошибкой. Всё, что сделала Мико, – настроила Садако против себя. И чем больше Мико сыпала словами, тем стремительнее на неё накатывало отчаяние – она чувствовала, как теряет время.

– Послушай, Садако, – вздохнула Мико, когда у неё закончились идеи. – Там, за стеной, сотни тэнгу, которые желают твоей смерти. И совсем скоро сюда придёт их генерал, который будет гораздо более настойчив, чем я.

Садако ухмыльнулась, будто говоря: «Думаешь, я боюсь?» – но вслух ничего не сказала.

– Я не смогу его остановить, и даже Сияющей Богине неизвестно, что он может с тобой сделать. Он будет пытать тебя, Садако, причинять боль снова и снова, до тех пор, пока ты не заговоришь. Неужели тайны Рэй этого стоят?

– Иди в Бездну, – оскалилась Садако.

– Думаешь, тебя бы она стала защищать?

– Ты глухая? Я сказала, иди в Бездну.

Вдалеке хлопнули двери. Сердце сжалось, а ладони вспотели – время вышло. Она не справилась. Садако тоже это услышала и улыбнулась, изображая облегчение. – Наконец-то отдохну от твоей убогой болтовни – она хуже любой пытки. Останешься посмотреть, как мы с твоим генералом будем развлекаться?

Мико не понимала: она храбрится или правда не боится того, что с ней будет.

– Пожалуйста, расскажи генералу правду, – вместо прощания сказала Мико и направилась к выходу. Садако ей в ответ тихо рассмеялась и зашипела:

– Чтоб ты сдохла. И весь твой мерзкий человеческий род.

Лязгнула, закрываясь, решётка. Стражник повёл Мико прочь из темницы. В коридоре им встретился генерал Хоку, за ним шёл второй тэнгу с красивым, красно-золотым ящиком в руках, похожим на те, в которых хранили сладости для чаепития, но гораздо больше. И что-то подсказывало Мико, что внутри прятались вовсе не пирожные. Она ускорила шаг, чтобы не слышать, как снова лязгнет решётка, впуская генерала Хоку к Садако, чтобы не слышать, что случится потом.

* * *

Генерал Хоку вернулся с рассветом, когда Райдэн с Мико сели завтракать. Мико от тревоги едва сумела заснуть ночью, а от одного взгляда на сурового генерала пропал аппетит. Она не успела разглядеть его в темнице, но теперь он наводил на неё ужас. Длинные чёрные волосы лежали на плечах, на лице – четыре старых шрама, исполосовавших правую щёку и заставивших уголок губ застыть в вечной ухмылке. Идеально выправленная одежда, накидка с острыми наплечниками и ровные складки на хакама, безупречная осанка. И совершенно холодный, непроницаемый взгляд.

Поклонившись и получив разрешение войти, генерал Хоку опустился на татами и положил на стол перед Райдэном свиток.

– Это её показания, господин.

Мико заметила на рукаве кимоно крохотное пятнышко крови и поёжилась. Вряд ли Садако отделалась так легко, скорее, генерал Хоку был предельно аккуратен.

– Что там? – Райдэн отодвинул от себя еду и взял свиток.

– Если коротко. Задачей Садако и комори было зачистить все человеческие войска на острове. Комори гнались за выжившими самураями из лагеря, а потом, когда почуяли добычу и начался бой, она не смогла их удержать под контролем и они бросили её в лагере одну.

– Зачем им уничтожать людей? – Райдэн, хмуря брови, вчитывался в свиток. – Разве они воевали не на стороне Рэй?

– Рэй планирует пойти в наступление на людей. Хочет захватить столицу, главный и остальные острова. Всё это время она тайно посылала на главный остров группы диверсантов, чтобы скрыть наступление армии, нарастить силы внутри Хиношимы и быстро захватить Гинмон. Часть войска бушизару, присягнувших ей поначалу, дезертировали, не желая продолжать войну на чужой территории. По слухам, они бежали в Небесный город, чтобы примкнуть к Деве Истока.

– Значит, Кёко должна быть в курсе, – Райдэн свернул свиток. – Что-то ещё? Она сказала, как убить Рэй?

– Пока это всё, господин. Я продолжу допрос позже, не хочу, чтобы она умерла раньше времени.

Райдэн побледнел, но никак не изменился в лице и кивнул. А Мико затошнило, и она уставилась в свою пиалу с рисом.

– Что прикажете, господин?

– Соберите генералов в тронном зале, генерал Хоку. После нужно будет отправить гонца в Небесный город, обсудить ситуацию с Кёко и Акирой и придумать, как догнать и остановить Рэй.

– Остановить, господин? – Брови генерала едва заметно дрогнули, выдавая удивление. – Вы хотите, чтобы мы защищали людей?

– Если вы думаете, что после Хиношимы Рэй не придёт за нами, генерал Хоку, то вы ошибаетесь. Её нужно остановить сейчас. Пока она потеряла часть войск и вынуждена наступать на чужой территории. Лучшего шанса у нас уже не будет.