– Уходи, – повторила Хотару, когда Мико не сдвинулась с места.

Мико оглянулась на Сэнго, но та, хоть и наблюдала с любопытством, лишь пожала плечами, демонстрируя, что вмешиваться не собирается. Если у неё и были вопросы к происходящему, то их Сэнго предпочла оставить при себе. Юри тоже молчала и с интересом разглядывала комнату. Мико повернулась к Хотару. Нужно было придумать, как заставить её помочь. Найти подход к ней всегда было сложно, если, конечно, ты не привлекательный тэнгу… Мико выдохнула, стараясь успокоить мысли, уж что-что, а ревновать сейчас было совершенно неуместно. Обиды тоже ни к чему – они всё это уже прошли, сейчас важно спасти Райдэна. А для этого нужно подобрать ключик к сердцу Хотару, найти струну, которая… которая лишит её шанса на перерождение и навсегда оставит в одиночестве в Ёми. Совершенно одну, в пустой комнате, в безлюдной деревне.

Тук. Тук. Тук.

Мико пришла сюда, чтобы обменять одну жизнь на другую. И мысль об этом казалась ей невыносимой. Да, Хотару никогда не желала ей добра, да, она готова была отправить Мико на смерть, но заслужила ли она этим вечное заточение в Ёми? Может ли хоть кто-то заслужить подобную судьбу?

Вечно хранить память о прошлом и остаться в Ёми или начать всё с чистого листа на земле – всем душам без исключения приходилось делать этот выбор.

Сделает ли его Хотару? И что делать, если нет? Мико не знала больше никого, к кому могла бы пойти за нитью жизни. Родители умерли слишком давно, Сэнго свою нить уж точно не отдаст, а больше Мико никого толком и не знала.

У неё был только один шанс, даже половина шанса, песчинка, на то, что Хотару согласится. Мико вытерла вспотевшие ладони о хакама и сцепила их между собой, чтобы не дрожали.

– Хотару, Райдэн очень болен.

Хотару вскинула голову и посмотрела на Мико, прищурившись.

– Что ты сказала?

– Райдэн… – Мико сглотнула и силой заставила себя продолжить: – Умирает. И ему нужна твоя нить жизни, чтобы…

Хотару вскочила с места и подлетела к Мико. На её лице не было страха, только радостная улыбка.

– Умирает? Значит, он скоро придёт ко мне? И я больше не буду тут совсем одна!

Мико оторопела – этого она услышать не ожидала. Открыла рот, закрыла, беспомощно оглянулась на Сэнго, но та была захвачена зрелищем и, кажется, едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Мико вернулась к Хотару и попыталась снова.

– Нет, Хотару, он не придёт. Ёкаи не попадают в Ёми. Это место только для людей.

Хотару нахмурилась и выпятила губы, ей явно не нравились слова Мико.

– Куда же ёкаи деваются?

Мико пожала плечами, зато, к её удивлению, ответила Сэнго.

– Они, как и духи, становятся частью общего потока магии. Так что Мико права, если Райдэн умрёт, вы никогда не встретитесь.

– Ты же любила… любишь его, Хотару. – Мико коснулась её ладони, но Хотару выдернула руку и вытерла о кимоно, а потом замерла и недоверчиво посмотрела на Мико.

– Ты жива! – охнула она. – Ты такая тёплая, ты живая!

– Да, – Мико старалась говорить спокойно и вкрадчиво. – Я пришла из мира живых, чтобы просить тебя о помощи…

– Ты… то есть я умерла, а ты осталась жить? Ты?! Почему Акира не убил и тебя?! – Хотару швырнула бусы о стену, и они, разлетевшись от удара, покатились по татами янтарными ягодами. – Это я! Я должна была остаться! Потому что меня избрали боги, потому что Райдэн…

Она задохнулась от гнева, сорвала с себя кимоно и принялась топтать. Стены дома задрожали, заходили ходуном, туман стал забираться в окна, сгущаться, потянулся щупальцами к её ногам. И Мико очень чётко и ясно поняла – Хотару не отдаст свою нить. Как бы она ни просила и не умоляла, чтобы ни сказала, Хотару не пойдёт ей навстречу и не станет помогать ценой собственной жизни. Да даже если бы ценой был её волос, она бы отказала. Возможно, и Райдэна она не так уж и любила. Если вообще умела любить. Мико посмотрела на свои дрожащие ладони и сжала кулаки, подняла взгляд на беснующуюся Хотару, у которой, кажется, туманы Ёми отняли остатки разума.

– Только ты можешь помочь Райдэну, – тихо сказала Мико. – Я не смогу его спасти, поэтому… поэтому он попросил привести тебя.

Хотару замерла с занесённой ногой, медленно поставила её на пол. Туман отпрянул от её стоп, дом затих.

– Что?

– Его может спасти только истинная принцесса Эйко, – слова слетали с языка Мико быстрее, чем она успевала их обдумать, но если бы она остановилась, если бы хоть на мгновение запнулась, то не смогла бы заставить себя говорить дальше. – Я пришла сюда, Хотару, чтобы вернуть тебя в мир живых.

Хотару выпрямилась, не отрываясь глядя на Мико, как будто не могла поверить своим ушам. Мико вздрогнула, когда Юри дёрнула её за рукав. Огромные кошачьи глаза не мигали и выглядели растерянно.

– Но госпожа, для Юри отвести двоих обратно в мир живых невозможно…

– Это правда, Юри! – Мико испуганно обхватила её рукой, прижала к себе и потрепала по макушке. – Но твоя помощь тут и не потребуется, не переживай.

– Если госпожа так думает… – приглушённо промямлила Юри, намертво прижатая лицом к бедру Мико. – Юри верит, что госпожа знает лучше, кого можно забирать, а кого нет…

Мико поторопилась перехватить инициативу. Сердце оглушительно колотилось в ушах, и она почти не слышала того, что говорит, готовая рухнуть в обморок от ужаса.

– Мы с Шином – помнишь Шина? – нашли заклинание, которое позволит тебя вернуть, – сыпала словами Мико, напряжённая настолько, что грозила ненароком придушить Юри, которую всё ещё прижимала к себе. – Юри права, нельзя просто вывести тебя обратно, поэтому я и пришла. – Мико посмотрела в глаза Хотару, перед тем как сказать главную свою ложь: – Ты должна отдать мне свою нить жизни, я отнесу её Шину, и за неё он вытащит тебя из Ёми.

– Что такое нить жизни? – Хотару с недоверием смотрела то на Юри, то на Мико.

– Она есть у каждого и связывает душу с миром живых. Если эту нить раздобыть, то человека можно вернуть до того, как придёт его время перерождаться. Заклинание очень сложное, но ты же знаешь Шина, он справится. Он вернёт тебя обратно, Хотару. Ты спасёшь Райдэна, а потом – и земли Истока. Как вы и хотели. Вместе.

В глазах Хотару зажёгся огонёк надежды, она пригладила волосы, посмотрела на истоптанное кимоно и подняла его с пола, смяла в руках, а потом жалобно, как-то по-детски посмотрела на Мико.

– Ты мне не врёшь?

Мико ласково улыбнулась.

– Разве я когда-нибудь тебе врала?

Хотару всхлипнула, села на пол и закрыла лицо руками.

– Ох, спасибо! Я так устала быть одна. Я знала! Знала, что Райдэн меня здесь не оставит.

У Мико защемило сердце, к горлу подкатил тугой ком, мешая дышать, но она заставила себя улыбаться, присела рядом с Хотару и легонько погладила по плечу.

– Совсем скоро вы снова будете вместе, – слова камнями ложились ей на сердце, но Мико продолжала: – Ты снова будешь счастлива. Отдай мне нить, и уже завтра тебя здесь не будет. Ты снова будешь жива. Обещаю.

– Я же Избранная! – Хотару обхватила её за руки и поцеловала ладони. – Я не могла просто так умереть!

– Так и есть. – Мико гладила её руки большими пальцами. – Ты отдашь мне нить?

Хотару закивала, заливаясь слезами от счастья.

– Как это сделать?

Мико оглянулась на Сэнго, та указала пальцами себе на грудь.

– Она возле сердца, просто запусти пальцы в себя и нащупаешь. Не бойся, на самом деле у тебя нет тела, всё получится.

Хотару, продолжая одной рукой сжимать ладонь Мико, второй послушно заскользила по груди. Охнула, когда пальцы провалились под рёбра, и через мгновение извлекла наружу тоненькую, словно паутинка, серебристую нить. Она светилась и переливалась гораздо ярче, чем всё в этом туманном, тусклом мире. Нить натянулась и лопнула с тихим звоном, потеряв связь с сердцем. Хотару вздрогнула, будто от боли, но ничего не сказала.

Мико достала из дорожной сумки шкатулку, которую дала ей Бунко, бережно подставила под руку Хотару, чтобы та уложила внутрь нить.

– Спасибо, Хотару. – Мико закрыла шкатулку и убрала обратно в сумку.

– Заберите меня отсюда поскорее. Я так устала быть здесь совсем одна. – Хотару вытерла слёзы и отчего-то съёжилась, сделалась маленькой и почти прозрачной. – Я очень хочу вернуться.

– Потерпи ещё совсем немного.

Мико поцеловала её в лоб, как всегда делала мама перед тем, как отправить их спать. Встала и на негнущихся ногах направилась к выходу. Ей было больно и горько за свой обман, больно и горько за Хотару, которая так и осталась сидеть на полу, отстранённо собирая рассыпанные бусины и снова их пересчитывая, чтобы скоротать бесконечное время.

Тук. Тук. Тук…

Мико не оглядывалась, мчалась сквозь туман даже тогда, когда деревня исчезла. Мико боялась, что Хотару её вот-вот нагонит и отберёт нить. Но никто не бежал по пятам, если не считать Юри, которая не поспевала за её быстрым шагом.

– А ты хуже, чем я думала, – протянула Сэнго, когда туман вывел их обратно в поле и Мико перестала наконец бежать. – Это было жестоко. Это же насколько надо ненавидеть собственную сестру?

– Я твоего мнения не спрашивала, – огрызнулась Мико. Ей и без того было тошно от самой себя. Но она сделала это, она справилась, достала нить, и теперь Райдэн пойдёт на поправку! Она спасёт его, а всё остальное неважно. Обо всём остальном она подумает потом.

Сэнго вскинула руки, притворно сдаваясь.

– Да я понимаю. Любовь заставляет делать страшные вещи. Я вот для Асы заманивала путников в пещеру и даже получала удовольствие от их мучений. Знаешь, что было самым сладким? Дать им надежду. Моя любимая забава. Я пробиралась в закрома Асы, открывала их коконы и говорила, что отведу их на свободу. Я слышала, как радостно билось их сердце, прямо как твоё сейчас. Они бежали за мной, благодарили и целовали мне руки. А я вела их прямиком к Асе, а потом слушала, как угасает их надежда, сменяясь сначала страхом, а потом – отчаянием.

У Мико что-то нехорошо шевельнулось в груди. Она покосилась на Сэнго, а та беззаботно пожала плечами, улыбаясь воспоминаниям.

– Прости, я бы поболтала с тобой ещё, но мне пора уходить. – Мико вежливо улыбнулась и поклонилась.

– Разумеется, – кивнула Сэнго. – Ты уже знаешь, где выход? Я провожу тебя.

– Мне нужно почувствовать Акиру. Он направит меня. – Мико сосредоточилась, пытаясь отыскать глубоко внутри их связь, с болью отмечая, что их связь с Райдэном ослабла настолько, что она её почти не чувствовала. На её фоне Акира сиял яркой звездой. Раньше Мико этого не замечала, но возможно, всему виной был безликий Ёми – на фоне приглушённых красок этого мира настоящая жизнь казалась лучом солнечного света. Мико почувствовала, как неведомая сила потянула её вперёд, и не стала сопротивляться.

Ноги, обретя силу и лёгкость, несли её по жухлой траве, туман расступался, словно пугаясь её внутреннего света. И Мико не сдержала радостного возгласа, когда вдалеке показались знакомые тории.

– Значит, ты прошла сюда через них? Как интересно. – Сэнго не отставала, с восторгом глядя на происходящее.

Они остановились перед выходом, и Мико ещё раз поклонилась.

– Спасибо, Сэнго. Я никогда не забуду твоей помощи.

– Не утруждайся, – отмахнулась та. – Я и сама могу себя порадовать.

Мико не поняла смысла её слов и повернулась к Юри. Та коснулась торий, и они зажглись сотнями кандзи. Юри взяла Мико за руку, и они вместе переступили порог.

Мико ступила в ночную прохладу. Запахи и звуки обрушились на неё водопадом, возвещая о том, что она вернулась в мир живых. Мико вдохнула полной грудью и… вскрикнула от боли. Выгнулась, хватаясь за грудь, и упала бы, если бы её не подхватила Юри.

– Что-то не так… – пробормотала Мико и снова охнула. В груди что-то надломилось и лопнуло. И в следующий миг Мико поняла, что произошло. Её связь с Райдэном исчезла, исчезла и связь с Акирой. Мико выдохнула, и с губ её сорвалась голубая искорка. Она тускло дрожала, а Мико перестала дышать. Мир закачался, Юри изо всех сил пыталась удержать Мико на ногах. Мико оглянулась, чтобы увидеть, как маленькая искорка уносится в туман, который всё ещё стелился по ту сторону ворот. – Что…

За происходящим, прислонившись к столбу тории, наблюдала довольная Сэнго.

– Ни одна человеческая душа не может покинуть Ёми, пока не настал её час, – сказала она и растянула губы в злорадной усмешке. – Я решила приберечь эту новость напоследок. Посмотреть, как ты попытаешься уйти и будешь корчиться от боли.

Мико упала на колени, судорожно хватая ртом воздух.

– Я… умру? – выдавила она, но уже через мгновение снова смогла дышать. Пустота в груди исчезла, пусть и не полностью, будто какой-то недостающий кусочек вернулся на место.

– Ты? Нет, – покачала головой Сэнго. – Видишь ли, ты обменялась половинками душ с Райдэном. Теперь связь оборвалась. Одна твоя половинка осталась в Ёми, а вторая вернулась на место. Не переживай, когда ты умрёшь, душа снова станет целой в Ёми, а прожить долгую жизнь ты сможешь и с одной её половинкой. Правда, заново связать себя со своим тэнгу ты уже не сможешь, увы. Грустно, да. Мне нравится. Но я пришла посмотреть не на это.

Мико стиснула зубы и попыталась подняться. Встала, опираясь на ближайшее дерево, не отрывая взгляда от довольного лица Сэнго, и прохрипела:

– И на что же ты решила поглазеть?

– Потерпи немножко, и узнаешь. Оно пока пытается бороться. Решает, человек или нет.

– Что ты несё… – остаток фразы потонул в крике боли.

Живот свело, отпустило и свело ещё сильнее, по ногам потекло что-то горячее. Мико снова упала на траву, задыхаясь и корчась.

– Похоже, всё же человек! – хихикнула Сэнго.

Мико хотела позвать на помощь, но не могла разомкнуть стиснутые зубы, встала на четвереньки, развязала пояс хакама в надежде хоть немного ослабить боль. Но схватки накатывались одна за другой, не давая ни возможности нормально пошевелиться, ни собраться с мыслями. Нет. Не сейчас. Слишком рано! Почему так рано? Мысли метались одна за другой и отказывались находить ответ, который твердила и твердила Сэнго, наслаждаясь собственным смехом. С неприкрытым удовольствием наблюдая за тем, как корчится и кричит Мико, задыхаясь в схватках, которые, казалось, разрывали тело на куски.

Юри помогла избавиться от штанов. Но больше ничего не могла сделать, а потому забилась под ствол ближайшего дерева и плакала, умоляя госпожу прекратить её пугать. Мико и сама хотела бы прекратить, больше всего на свете Мико хотела, чтобы это закончилось. Истекая ледяным потом, она тужилась и молила Сияющую Богиню прекратить её мучения. Молила силы Небес и Бездны сохранить жизнь её ребёнку. Она ползала по траве, лежала навзничь, почти потеряв сознание в короткие моменты передышки, а потом снова становилась на четвереньки, надеясь хоть немного облегчить боль от схваток, а они всё не заканчивались. Казалось, её муки будут длиться вечно.

Мико разродилась к рассвету.

Обессиленно упала на залитую кровью траву и подтянула к себе маленькое бездыханное тельце. Крохотное, размером чуть больше двух её ладоней. Мелькнула голубая искорка. Мико попыталась её поймать, но та проскользнула между пальцев и юркнула в ворота. Сэнго протянула руки, и искорка, превратившись в младенца, легла ей в руки. Сэнго ласково улыбнулась ему.

– У тебя замечательная дочь. Можешь не переживать, я позабочусь о ней. – Она перевела белые глаза на Мико: – О лучшей мести я не могла и мечтать.

И они исчезли в тумане, тории потухли, отрезая реальность от Ёми. А Мико прижала к себе мёртвую дочь и провалилась в темноту.