Когда кому-то хотелось наехать на Артек, часто использовались образы детей в камуфляжной форме с боевым оружием наперевес или тренирующих точность выстрела. Фотографии сопровождали броскими сочетаниями слов и фраз, свидетельствующих о военизированном характере образовательной деятельности лагеря, о пробуждении захватнических настроений у детей. Сейчас поверить сложно, но я все же признаюсь: этого не было. Я сам не сказать чтобы пацифист, но даже в детстве солдатикам и пистолетам предпочитал кубики. Взрослым могу пойти на охоту только ради того, чтобы провести время на природе сам с собой, созерцая мир вокруг себя так вкрадчиво и внимательно, как никогда себя не заставишь. Фанатичным проповедником мира на земле я тоже не был. Однако сейчас считаю, что зря не воссоздал и не продолжил традиции лагеря, связанные с его почитанием. Считал, что нет актуальности. Был близорук.

Однако, если внимательно присмотреться, среди прочих в Артеке тогда (и надеюсь, сейчас) можно рассмотреть ребят отряда «Альфа». Их в лучшие времена было не более нескольких десятков человек из трех с половиной тысяч, и военизированы, на мой взгляд, они только снаружи. Да, мы создали этот отряд с самым настоящим действующим специальным подразделением «Альфа», и внешне все атрибуты были соблюдены. Они носили отличную от других форму, могли быть замечены на стрельбище даже с гранатометом в руках, погружались с аквалангом и делали марш-броски. Кроме вожатых, с ними проводили смену настоящие, действующие бойцы спецназа, по совместительству сотрудники лагеря. Думаю, те имена и документы, которые мы видели, не всегда соответствовали действительности, так как эти ребята не могли позволить себе раскрывать себя, а во время фотографирования натягивали балаклавы на лица. Но!

Я сам с детьми ездил на стрельбище. Они, совсем еще маленькие, зажав ногами приклад, стреляли из пулемета по металлическим профилям человеческих фигур. «Работали», как им командовали. Гильзы валились сотнями на землю. Глохли, если неплотно надевали наушники. Но по возвращении домой забывали о своих псевдовоенных игрушках. Наедались. Альфа-отряды детей научались дружить чаще и крепче остальных, решать сложные, совсем не обязательно военные задачи сообща. Их наставники были им старшими друзьями. Как-то в походе, во время сильного дождя, я видел, как они на руках переносили детей через непреодолимые препятствия. Железные, не очень приметные люди, еще вчера выполнявшие непростые военные задачи, были самыми заботливыми няньками у детей. Утирали им пот со лба своими платками и плакали вместе с ними от радости достижения цели. Благодарили нас за возможность снова стать людьми и почувствовать, что значит любовь. Сейчас думаю, может, не настрелялись? Может, и правда стоило всех под ружье, чтобы в этом блаженном детском раю привить всем спокойное отношение к оружию, устойчивое нежелание его использовать.