Пах был в огне, а тело вибрировало от ярости.
Получить ногой в пах на самом дне рака – я как-то по-другому представлял себе продуктивную тренировку.
Я целых пять минут провалялся на поле, дыша через нос, и только потом смог встать, не опасаясь, что желудок не удержит содержимое.
Подавив естественное желание изувечить и распять виновного, которым оказался смущенный Хьюи, я ушел с тренировки на пять минут раньше, чтобы добыть пакет со льдом.
Близился финал лиги, а дебильные сокомандники собрались вывести меня из строя раньше, чем мы туда попадем.
Расслабуха на минувших выходных оказалась как нельзя кстати. Победа в школьном первенстве была маленьким приятным достижением, но я был нацелен на Кубок лиги. Казалось бы, и они должны смотреть туда же. А выходит, что нет, судя по вялой тренировке вчера и никудышной сегодня.
Я выходил из столовой с двумя пакетами льда: один пристроил в трусах, второй прижал рукой к правому бедру, и тут в коридоре загремел голос Гибси, а следом – противный голос Ронана Макгэрри.
– Что еще натворил этот дрочер? – спросил я, увидев обоих по разные стороны стеклянной входной двери.
– Не заводись, – тихо ответил мне Гибси. – У меня все под контролем.
– Что-о? – спросил я, подойдя ближе.
Гибси вздохнул.
– Он докапывался до Шаннон возле туалетов. – Гибси почесал грязную физиономию. – Пытался завлечь ее туда, чтобы остаться вдвоем.
Мое тело напряглось, а глаза заволокло красным туманом.
Я жутко злился на Гибси из-за вчерашнего прикола в столовой, но сейчас я был благодарен ему за вмешательство.
Швырнув пакет со льдом на пол, я посмотрел на дверь и прорычал:
– Да ты, на хер, издеваешься?
– Если бы. Он и руки попытался распускать, – добавил Гибси, с неприязнью глядя через стекло на Макгэрри. – У Макгэрри явно проблемы со слухом, потому что девчонка четко и внятно сказала ему «нет».
Ноги работали быстрее, чем реагировал мозг.
Я его предупреждал.
Я ведь недвусмысленно предупреждал этого дерьмососа, чтобы держался от нее подальше.
Теперь я убью эту гниду.
– Остынь, – сказал Гибси, хватая меня за плечо и оттаскивая от двери. – Она в коридоре.
Я повернулся и увидел, как Шаннон во все глаза смотрит на меня.
Вид у нее был испуганный.
– Твою ж мать, – простонал я и отвернулся, чтобы не видеть страха в ее синих глазищах.
Ведь день я изо всех сил сохранял дистанцию, но проклятый Макгэрри все испортил.
Я его ненавидел.
Сильное слово, но оно точно передавало мои чувства к этому недомерку.
Я ведь ему говорил, чтобы держался подальше от Шаннон, но он все равно полез.
Может, используй я кулак вместо слов, он бы воспринял меня всерьез.
Если он счел все это пустой угрозой, нас ждут серьезные проблемы.
– Вот что, урод. Даю тебе фору в пять секунд, – прошипел я, глядя на Ронана. – А потом я оторву твой член и заставлю тебя его съесть.
– Пошел ты, Кавана! – огрызнулся Макгэрри. – Ты меня и пальцем не тронешь.
– Один, – прорычал я, хватаясь за дверную ручку. – Два, три, четыре…
– Чего ты ждешь? – усмехнулся Гибси, жестами подгоняя его. – Беги, Форрест!
– Пять, – рявкнул я и рванул дверь.
Макгэрри сорвался с места как ошпаренный, удирая со всех ног.
Но при всей его скорости от меня ему было не уйти.
Даже с травмой я мчался как пуля.
– Извини, – бросил он через плечо, несясь через школьный двор. – Остановись. Я же извинился! Я к ней больше не подойду.
– Ты малость опоздал, говнюк, – крикнул я в ответ, нагоняя его.
Я схватил Макгэрри за футболку, рывком заставляя остановиться.
– Отвали от меня! – шипел он, пытаясь вывернуться.
– Идем сюда, ты, срань! – рявкнул я, втаскивая его по ступеням крыльца в спортивный корпус.
– Останови его, – проверещал Ронан, обратившись к Гибси, который припустил вслед за нами. – Гибс, помоги!
– Как бы не так, мелкий, – ответил ему Гибси. – В отличие от такой глупой задницы, как ты, я не склонен к самоубийству и не собираюсь подставляться под огонь.
Я протащил его по коридору, распахнул дверь и втолкнул его в раздевалку.
Там была вся команда. Головы парней повернулись в нашу сторону.
– Опять? – простонал Хьюи, все еще виновато глядя на меня. – Что он теперь сделал?
– Нарушил правила, – усмехнулся Гибси. – Мальчика надо вразумить.
– А мы тут так хорошо сидели, – вздохнул Фили.
– Эй, Джонни, – пробормотал Кормак Райен, почесывая щетину на подбородке. – Надо ли так с племянником тренера…
– Радуйся, что это не ты, – огрызнулся я и, не выпуская Макгэрри из железной хватки, поволок паршивца в душевую.
– Остановите его! – потребовал Ронан. – Ребята, помогите!
Никто не шевельнулся.
Хорошо.
У них было чувство командной солидарности.
– Думал, что можешь ее облапать? – спросил я, когда мы очутились в душевой, скрывшись от команды. Я выпустил его шею и толкнул его к стене. – Говори!
– Я всего лишь немного поприкалывался, – процедил он, отрываясь от стены. – Это была шутка. Да расслабься ты.
– Похоже, что я расслабился? – спросил я, делая шаг к нему. – Или что мне смешно, гнида?
– Отвали, – потребовал Макгэрри, взмахивая кулаками. – Кавана, я серьезно. Иди к черту!
– Чудесные слова, – прорычал я, надвигаясь на него. – Жаль, ты не знаешь их смысла.
Он сделал выпад и заехал мне сбоку по челюсти.
Опасный маневр.
– Держись, наглый выползок.
Я подошел вплотную, обхватил его голову и своей головой врубился в его переносицу.
Чрезвычайно приятный хруст наполнил мои уши.
Струйки крови, стекающие по его лицу, не могли унять пылающую во мне ярость.
– А-а-а-а! – завопил Ронан. Он повалился на пол, держась за нос. – Джонни, ты сломал мне нос.
– Нос у тебя заживет после перелома. – Схватив Макгэрри за футболку, я втащил его в душевой отсек и пустил холодную воду, глядя, как он ежится от струй. – А вот позвоночник не восстановится. – Я уселся перед ним на корточки, держа его физиономию под холодным душем. – А я непременно тебе его сломаю, если ты хотя бы взглянешь на нее.
– Я просто говорил с ней, – выдавил он, весь красный. – Исусе!
– Так больше не разговаривай! – потребовал я, глядя на его тупую уродскую морду. – Не смотри на нее и не смей, тварь, дотрагиваться до нее. Она не для тебя. – Сделав над собой усилие, я отпустил его и встал. – Теперь тебе ясно?
– Кристально, – едва слышно пробормотал Макгэрри.
– В этот раз, мелкий, лучше, чтоб так и было, – угрожающим тоном предупредил я. – Еще раз меня доведешь – убью.
– С меня хватит, – буркнул он. – Сраное дерьмо!
Я наградил Ронана еще одним смертоносным взглядом и вернулся в раздевалку.
Кто бы удивился, что Гибси был еще там. Развалившись на скамейке, он улыбался во весь рот.
– Он живой?
– Пока да, – отрезал я.
Сбросив бутсы, я достал из сумки спортивные брюки и натянул поверх шортов.
Душ могу принять и дома.
Сейчас нужно поскорее убраться отсюда, пока мне не снесло крышу.
Слишком много придурков толпилось поблизости; конкретно – речь о Макгэрри и Райене, и я за себя не ручался.
По злой иронии, в мозгу крутились слова песни «Stuck in the Middle»[32].
Отогнав их, я стал собирать вещи.
Когда сумка была собрана, я вышел из раздевалки, не сказав парням ни слова.
К счастью, Гибси не увязался за мной.
Я закинул сумку на заднее сиденье, подошел к водительской дверце, и тут меня чуть не снесла волна сомнения.
Как там Шаннон?
Надо, наверное, вернуться и проверить?
Нет, она уже наверняка дома.
Мне тоже пора ехать домой.
А если она не уехала?
«Придурок, у тебя нет на это времени, – напомнил мозг. – Через час тренировка в спортзале».
Покачивая головой, я открыл дверцу, тут же ее захлопнул и вернулся в школу.
«Ты просто убедишься, что с ней все в порядке, и затем свалишь отсюда, – твердил я себе, направляясь к женскому туалету. – Тут нет ничего плохого».
Есть.
Это очень плохо.
Ведь я стою возле женского туалета и жду, когда оттуда выйдет девчонка, которой, кстати, может там и не быть.
Я ничем не лучше Макгэрри.
Злясь на себя, я направился к выходу.
Через каких-то пять футов двинулся обратно, к этому чертову туалету.
Что за хрень творится со мною?
Я погрузился в раздумья, ведя внутренний бой с совестью. В этот момент дверь туалета открылась, оттуда выбежала миниатюрная девичья фигурка и врезалась мне прямо в грудь.
Едва взглянув на нее, я понял, что попал в беду.
«Тормоз, нужно было сваливать домой, пока еще мог, – шипел разум, – а теперь поздно».
Разве не так?