Впятером, не сговариваясь, ребята начали запихивать содержимое ящика внутрь. Прикрыли крышку плотно, насколько могли. Метнулись в каморку Эмиля в конце коридора, мальчик судорожно набрал код на замке, и едва ребята закрыли за собой дверь, на лестнице послышались шаги.

У Розы тряслись руки, она обеими ладонями закрывала рот, чтобы не издать ни звука. Виола замерла в углу как тень. Артур стоял у запертой двери, чтобы не пропустить разговор пришедших. Когда глаза привыкли к сумраку, Люк заметил, что Эмиль щупает карманы и вид у него испуганный. Он поднял руку к уху, оттопырив мизинец и большой палец и покачал головой. Телефон Эмиля пропал.

Если его найдут, если догадаются проверить подсобки, то… Роза плотнее прижала руки ко рту, Артур поджал губы, мысленно прикинул, что можно использовать для обороны. Люк, словно услышав его мысли, сделал шаг к огромной вазе, принесённой миссис Робертс.

Виола громко икнула, и все в ужасе посмотрели на неё. Девочка явно не могла контролировать это и затаила дыхание. Эмиль жестами попросил всех подвинуться, раскинул руки, выставил одну ногу назад и наклонился вперёд. Роза и Артур переглянулись, пытаясь понять, что их друг делает. Виола догадалась первой – встала на место отступившего Эмиля и повторила позу. Икота отпустила, и девочка села на корточки, закрыв лицо руками. Пронесло…

Кто-то из спускающихся споткнулся и с грохотом приземлился внизу. Грязно выругался. Возмутился, что их провели через главный вход, а не как обещали, незаметно.

– Ну-ну, держи себя в руках, ты в музее всё-таки, – шёпотом подначил упавшего другой мужчина.

– Помалкивал бы, – огрызнулся тот, – за собой последи.

А потом обратился к третьему – отцу Эмиля:

– Где там эти ящики?

Артур, Виола, Роза, Люк и Эмиль напряглись, ведь сейчас мистер Робертс увидит сбитый замок.

Директор хмыкнул и произнёс:

– Сюда, пожалуйста.

Повисла пауза. Потом скрипнула дверь.

– Вы не можете забрать всё, – сказал мистер Робертс, – если бы я знал тогда… Но вы обвели меня вокруг пальца! Оставьте часть для выставки.

– Нет уж, – хрипло возразил неизвестный, – вещи этого старика ценны только все вместе, иначе никакого интереса. Какой музей купит их, если в вашей Трясине уже будет такая экспозиция? Разве что внутри найдётся настоящая ценность!!! Но такое этот жмот не отдал бы. Там одни дневники да сухие ветки. А это что?

– А, я забыл, похоже, – быстро проговорил мистер Робертс, – думал с утра, куда я телефон подевал.

– Слабо врёшь, дай сюда, – отозвался его собеседник, – я прямо чувствую, тебе нельзя доверять. Чёрт, тут блокировка. Но заставку видно. Эти твои, что ли?

– Нет, – послышался шёпот третьего мужчины, – это же Четвёрка из Трясины. И ещё пятый с ними.

В подсобке Артур, Виола, Роза и Люк вытаращили на Эмиля глаза. Мальчик смутился, если бы была возможность – провалился бы прямо под землю.

– А, это телефон моего сына, – голос мистера Робертса звучал напряжённо, – он помогает мне тут иногда. Видимо, забыл, когда приходил. Давайте, я отнесу домой.

– Слушай сюда, – был грубый ответ, – если кто-то узнает об этих делах, ты знаешь, что будет.

– Ты потеряешь всё, – свистящим шёпотом добавил третий.

– Я понимаю, – резко ответил директор, – подождите здесь. Я принесу бумаги. Те, что подписывал Ярелл.

– Да, я сам хочу уничтожить улики, – ответил незнакомец.

Когда отец Эмиля ушёл, он продолжил:

– Не доверяю я ему. Мутный он какой-то. А что, если эти дети тут вынюхивают что-то? Надо проверить подвал…

В этот момент Артуру показалось, что ему на живот опрокинули ведро льда, так стало холодно и трудно дышать. Роза, прикрыв глаза, едва заметно покачивалась. Люк протянул руки к вазе, Виола напряглась, а Эмиль нахмурился.

– Да откуда им тут быть, – прошептал второй мужчина, – это же обычные дети. Просто повезло им пару раз, попали в новости.

– Откуда знаешь?

– Так я готовлюсь к делам тщательно, а не как ты! Их там, кроме сына этого Робертса, четверо. Родители Артура инженеры, мелкие сошки, у Розы служат на режимном объекте – том, что вместо спичечного завода построили. Вот у Люка отец в полиции. Мелкий чин. А у Виолы мать вообще портниха. Только и думает, что о своих тряпках.

Виола в этот момент пошатнулась и едва не упала. Остальные выглядели растерянными: они не ожидали, что преступники о них знают.

Мистер Робертс появился через пару минут:

– Вот, тут всё. Вы пригнали фургон?

– Конечно. Дверь только эту открой. А может, часть сегодня, часть завтра? – спросил хриплый. – Мне нужно осмотреть содержимое, вдруг там…

И он осёкся.

– Я не смогу снова сделать так, чтобы здесь никого не было, – сердито ответил директор, – материалов достаточно, поводов останавливать подготовку к открытию больше нет!

Следующие полчаса показались ребятам вечностью (особенно пока мистер Робертс, гневно вздыхая, вычищал замочную скважину, пытаясь оправдаться за эту заминку перед преступниками). Ноги-руки затекли так, что мышцы начали подёргиваться. Одно хорошо – ящики были тяжёлые, таскать бесшумно их не получалось, поэтому можно было менять положение, пока за дверью топают и пыхтят.

Эмиль, не теряя времени, попросил жестом у Розы телефон и набрал сообщение:

«Папа знает, что я здесь. Когда те мужики уйдут, я выйду, а вы сидите тихо. Пусть думает, что я один. Я попрошу у него ключ от задней двери, чтобы вывести вас потом».

Все по очереди прочитали и осознали, что действительно находятся в ловушке. Отключить сигнализацию они бы не сумели, а их ключ от подвальной двери Эмиль сломал.

– Это последний? – раздался голос мистера Робертса.

– Да. Помни, хоть слово кому-то, и знаешь, что будет. Та закупка разрушит всю твою карьеру. И лишит свободы надолго.

Эмиль выждал некоторое время, кивнул остальным и торопливо вышел из подсобки, плотно прикрыв за собой дверь.

– Подожди!

Мистер Робертс закрыл заднюю дверь на ключ, потом повернулся к сыну:

– У меня нет слов. От кого ты набрался таких привычек? От новых друзей? Я-то думал, ты взрослый, умный. Что ты делал в той комнате? Пытался вскрыть ящики?

– Ты сам мне поручил делать опись всего, что привезут! – Эмиль пытался говорить уверенно, но голос у него дрожал и срывался.

– Ты серьёзно? Сбежав из дома? Выкрав ключ? Только не говори, что ты рвался поработать. Послушай, Эмиль. Повторю в сотый раз – не суйся не в свои дела. Мир сложнее, чем кажется тебе или твоим друзьям-детективам. Мы не в детской книжке про приключения со счастливым концом.

– А, по-моему, мир прост. Ты либо честен с ним, либо лжёшь. И если ты, папа, что-то украл…

– ЭМИЛЬ! Сколько повторять – это сложная ситуация! Я совершил ошибку, но я не вор.

– Тогда объясни, в чём дело.

– Не могу. Тогда я подвергну тебя риску. А я теперь буду осторожен, буду знать, где… Кхм. Где можно закупаться. Для тебя придумаю новое наказание… Поживёшь без телефона пару дней.

– То есть ошибку совершил ты, а наказывать – меня? Хорош воспитатель, что сказать…

В подвале повисла тишина. Это был укол в точку – родители Эмиля и Дианы много путешествовали по работе, дети выросли с тётей Эммой, которая знала племянников гораздо лучше, чем их мама и папа.

– Ну… Что мне ещё делать? – отчаянно спросил мистер Робертс.

– Быть честным и хоть немного слышать, что я говорю, – мрачно попросил Эмиль.

Пока он выпроваживал отца, Артур, Виола, Роза и Люк старались не дышать. Если мистер Робертс заглянет в подсобку, где они притаились, проблемы будут у всех. Конечно, директор не оставил сына в музее одного, но отправился наверх, в свой кабинет, и в это время Эмиль выпустил друзей через заднюю дверь, в замке которой, на счастье, его отец забыл свой ключ. Ребята вышли осторожно, опасаясь, что похитители ещё там.

Но в проулке было тихо: кто-то наехал на газон у дороги, оставил траву примятой, бросил окурок в клумбу рядом – и больше никаких следов.

– У меня ноги затекли, – пожаловалась Роза.

– А мне страшно, – призналась Виола, – почему мы вечно притягиваем неприятности?

Люк потянул её за локоть в сторону, Артур и Роза метнулись за ними – за поворотом послышались грубые мужские голоса, напомнившие о преступниках. Четвёрка притаилась в низкой арке, за которой светлело чьё-то крыльцо, но прохожие оказались обычными горожанами, да ещё и смутно знакомыми.

– Этот с папиной работы, – сказал Артур, прищурившись.

– Да и выглядят они прилично, – добавила Роза.

Виола разблокировала экран своего телефона:

– У меня куча пропущенных, конечно, исчезла на весь день. Надо бежать.

– Тогда по домам? – спросил Люк.

Остальные согласились, пора было возвращаться.

Поздно вечером Артур уточнил у Эмиля, всё ли у него в порядке, а потом написал в секретный чат Четвёрки:

«Теперь точно нужна тетрадь».

Виола согласилась:

«Да. У меня уже путается всё в голове. Минутку, найду подходящую».

Над Трясиной снова повисла пелена дождя, он шуршал по крышам, барабанил по листьям мышиной ягоды, заставлял случайных прохожих прятаться под деревьями или навесами магазинов. Время приближалось к полуночи, а в чате кипел разговор.

Люк писал:

«Думаете, отец Эмиля в деле? Просто от сына скрывает?»

«Непохоже, ему явно не нравятся те люди, которые украли вещи Ярелла. Такое чувство, что его заставляют», – ответила Роза.

А Виола отправила скептический смайлик:

«Ну, откуда нам точно знать? Он же видел, что замок взломан, и подозревал, что Эмиль там и подслушивает. Мог притворяться».

«Так, что мы знаем? Ещё раз», – Артур пытался перевести беседу в нужное русло.

Виола сделала снимок разворота тетради, где значился список:

«Личные вещи Кристофера Ярелла украли двое мужчин. Они угрожали мистеру Робертсу, директору музея, выдать какую-то его тайну. Вывезли сегодня, четвертого сентября. Ещё преступники знают о нас – о Четвёрке из Трясины».

И тут Роза начала отправлять аудиосообщения, одно за другим. Голос у неё был взволнованный:

– Я нашла кое-что!

– Прочитала в интервью, оно дико скучное, но вот что я заметила: когда какая-то знаменитость дарит вещи музею, это освещается в СМИ. Про Ярелла новостей нет.

– А значит что?

Девочка выждала несколько секунд, но друзья молчали, и тогда она продолжила:

– Значит, забрать ящики мог только тот, кто точно знал, что Ярелл отдал вещи для выставки! А для этого надо или работать в музейной системе, или быть членом семьи такого сотрудника.

Артур принялся строчить:

«Молодец, Роза! А ведь один из мужчин сказал, что там внутри одни дневники и всякие штуки из прошлого! Может, они сами и забирали эти вещи у Ярелла?! Но не стали изучать при нём всё-всё, потому ещё надеются найти что-то дорогое».

Виола прислала аудио:

– Значит, надо узнать, с кем общался Кристофер Ярелл! Где он живет?

Люк прислал:

«А он живой вообще? Старый ведь».

Роза снова наговорила:

– Тьфу-тьфу-тьфу! Конечно, живой. Наверное. Сейчас проверим.

Спустя пару минут она сообщила, что Ярелл жив. Оставалось найти его.

На следующее утро Артур чувствовал себя виноватым, потому что родители (тоже из чувства вины) старались проводить воскресенья все вместе: выезжать на природу или в соседний город, в крупный торговый центр. Но именно сегодня мальчику хотелось встретиться с друзьями, чтобы кое-куда сходить… Поэтому после завтрака (Артур съел его, чтобы задобрить маму, хотя есть с утра терпеть не мог) он решил поговорить начистоту:

– Мам-пап?

– М-м-м? – мистер Ли оторвался от смартфона, потом заметил взгляд жены. – Извините, рабочая почта. Всё, закрываю.

– Вы работаете теперь половину недели из дома, но это всё равно работа. Не хотите в этот выходной отдохнуть и ничего не делать, никуда не ездить?

Миссис Ли наклонила голову в нерешительности:

– Думаешь? А как же активный отдых всей семьёй?

– Мы и так почти всегда вместе, – улыбнулся Артур, – а я бы встретился со своими.

Мистер Ли вскинул брови: в последние дни сын с утра до вечера где-то пропадал. Но идея провести день на диване так манила! Можно было посмотреть новые ролики на любимых видеоканалах, а потом, кто знает, тряхнуть стариной и поиграть в «Цивилизацию»…

Артур собрался и поспешил на выход, пока родители не передумали. У Четвёрки был план: свежей информации про Ярелла почти не нашлось, поэтому ребята решили обратиться к тому, кто наблюдал за карьерой путешественника с самого начала. Точнее, к той…

Мама Артура грустно посмотрела в кухонное окно, проводила сына взглядом и повернулась к мужу:

– А может, зря мы не родили второго? Сын так быстро вырос, вот ему и неинтересно с нами.

Артур не слышал этой фразы и вскоре уже думал только о Ярелле. В нескольких минутах ходьбы у знакомого крыльца ждали друзья. Сколько было связано с этим домом для Четвёрки! Тайны и опасности прошлой осени крутились вокруг его хозяйки, которую горожане прозвали Белые Букли.

Совершенно седые кудри, небольшой рост, светлые глаза и страсть к платьям в мелкий цветочек – про таких бабушек говорят «Божий одуванчик». Это если не знать, что Эдит Ландау – так звали Белые Букли на самом деле – в юности боролась за права женщин, потом наперекор богатому отцу вышла замуж за кучера, занималась с ним расследованиями, а под старость лет подарила свой шикарный особняк городу, когда предыдущую школу сожгли. Прежнее здание, кстати, построили в своё время на пожертвования Эдит и её мужа.

Роза улыбнулась Артуру, и совесть кольнула его тонкой иголкой. Сможет ли он признаться, что скрывает кое-что от подруги? Виола помахала, а Люк чуть заметно выдохнул – девочки свои, но, когда есть ещё мужская компания, как-то проще.

– По-прежнему почти никакой инфы, – Виола сердито листала что-то на экране телефона, – сейчас сливают каждый шаг знаменитостей, но до Ярелла никому особо нет дела, похоже. Нашла только, что он богач и суперзатворник. Надеюсь, Белые Букли нам поможет. Она же ждёт нас?

– Ещё как! – раздался звучный голос.

Это Молли, помощница старушки, распахнула дверь.

– Здравствуйте! – Роза первой поднялась по ступенькам и вошла в дом. – Как она?

– Отлично, – сказала Молли, – проходите.

Ребята разулись в холле и гуськом прошли в комнату слева. Белые Букли сидела в кресле и что-то бодро вязала:

– Ну, привет, дорогие! Давно вас не было. Я вот решила начать рукодельничать. Хочу на свой столетний юбилей навязать сто салфеток и подарить знакомым. Чтобы после моей смерти они наводили ужас, ведь обычно люди опасаются подарков от покойников. Но, может, и не придётся ждать смерти, потому что получается не ахти как.

Люк вытаращил глаза, а Виола громко рассмеялась, не в силах сдержаться. Девочки сели на свободные стулья, мальчики устроились прямо на полу.

– Ну, рассказывайте, – попросила старушка, – у меня телефон сломался, я теперь как в заточении. Никто не думает, что я тут помираю от скуки без сплетен.

Артур наморщил лоб, сплетнями он мало интересовался. Роза тоже пыталась вспомнить что-то интересное, но никак.

– Вижу по глазам, вы что-то эдакое задумали…

– Есть такое, – призналась Виола, – мы узнали кое-что странное.

– Понятно, – кивнула старушка, – а я могу вам помочь?

– Да, – ответил Артур, – слышали про Кристофера Ярелла?

– Ещё бы, – Белые Букли отложила вязание, – его все знают. Разве нет? Или новое поколение уже не смотрит те передачи?

– Новых выпусков давно нет, – объяснил Люк, – старые крутят с новыми заставками и не выпущенными раньше материалами. В общем, нам нужно найти этого Ярелла.

Где-то хлопнула дверь, и старушка ответить не успела, потому что в дверном проёме показалась кошачья мордочка.

– Первый! – обрадовалась Роза, наклонилась и подхватила кота.

Толстый рыжий кот заурчал, как мини-трактор. Вслед за ним показались: чёрно-белый Второй, серый меланхоличный Третий, маленькая Четвёртая с черепаховым окрасом, белоснежная Пятая и полосатый Шестой. Прошлой осенью Четвёрка ухаживала за котами, и они до сих пор узнавали ребят.

Комнату наполнило мурлыканье, и разговор потёк сам собой, легко и непринуждённо.

Молли принесла чай со свежим морковным печеньем (Шестой чуть не поцарапал Артура, пытаясь отнять лакомство). Ребята вспомнили о прошлогоднем расследовании, описали старушке школьную учёбу в особняке, посмеялись над слухами о призраках в нём и потихоньку вернули беседу в нужное русло.

– Уже полвека прошло с тех пор, как в Ярелла были влюблены все девчонки, – рассказывала Белые Букли, – помню, что у моей подруги висела его фотография в спальне. Меня это обошло, я значительно старше. Но страсти бушевали вокруг передач Кристофера нешуточные, фанаток у него было чуть ли не больше, чем у популярных актёров. Но говорят, он быстро устал от этого. Женился рано и называл любимую своей звездой. Что, впрочем, не мешало поклонницам мечтать и надеяться.

– А в интернете информации так мало, жаль, – вздохнула Роза. – Всё только про то шоу, но там в основном звёзды о себе говорят и ничего нового про Ярелла.

– Он стал затворником. Его приглашают на передачи, но он отказывается, я прочитал в блоге одного телеведущего, – сказал Люк.

– Ага. И никаких контактов, адресов. Хотя бы город узнать! – воскликнула Виола.

– Остаётся только написать в Академию биологии, где он почётный профессор. Но вряд ли они ответят. Ай! – Артур чуть не сел на Четвёртую, когда привстал и потянулся за очередным печеньем, а кошка успела шустро занять его место.

Повисла пауза, Белые Букли снова взялась за спицы, заклацала ими.

– Я вспомнила кое-что, – сказала она, подумав, – лет тридцать назад по телевидению шёл цикл передач к юбилею какого-то общества защитников леса. Знаменитые люди рассказывали о природе родного края. И может, мне только кажется, но Ярелла я помню на фоне заводов Рисдейла. Если это не моя фантазия, кажется, он там родился и вырос.

– Теперь понятно, почему он полюбил природу, – в Рисдейле зелени почти нет, один бетон да асфальт, – усмехнулся Артур.

А потом поменялся в лице, осознав:

– Значит, он может быть рядом?! Или люди, которые его знают? И они смогут дать нам его телефон? Если мы придумаем, как…

– Осталась одна мелочь, – вздохнула Роза, – как нам попасть в Рисдейл?

В соседний город можно было добраться на автомобиле, но кто повезёт ребят? Родители работают, а у мамы Виолы хоть и гибкий график, но нет водительских прав. Тем более, старших ещё нужно было уговорить поехать в Рисдейл просто так. Туда отправлялись раз в месяц-два, чтобы закупиться в гигантских торговых центрах. Именно ими и был известен этот город, помимо заводов, ставших в своё время градообразующими предприятиями. В отличие от уютной Трясины, в громадном Рисдейле всё было строго функционально и немного тоскливо – так казалось Розе.

Люк открыл рот, потом захлопнул. Он смотрел словно сквозь друзей, как будто пытался что-то вспомнить. А потом уверенно сказал:

– Мистер Конрад!

– Эм… Что мистер Конрад? – не понял Артур.

А Виола просияла:

– Ты гений, Люк!

Дело в том, что учитель физкультуры, тщедушный, простоватый, но очень любящий учеников, отвечал за организацию школьных поездок. Правда, с фантазией у него была беда, и его экскурсии не пользовались популярностью. Никому не хотелось изучать руины спичечного завода рядом с Трясиной или карьеры вокруг Рисдейла.

– И что за мистер Конрад? – полюбопытствовала Белые Букли.

Роза тоже всё поняла:

– Наш физкультурник! Он смешной такой, вечно в шортах, иногда даже зимой. Немного странный, но добрый. И он мечтает возить нас, то есть школьников, в разные места, но никто не записывается. Потому что его поездки – тоска смертная!

– Согласна, – кивнула Виола. – Я всего раз была с ним в походе в каком-то лесу, в началке. Помню только, как ветер сдул волосы мистера Конрада, начёсанные на лысину, и я засмеялась, а он потом косо на меня смотрел.

Белые Букли растерялась: какие волосы, какие шорты?

Вмешался Артур:

– Мистер Конрад отвезёт нас в Рисдейл! Мы запишемся на экскурсию. Правда, нужна группа от десяти человек… Но вряд ли столько наберётся.

– Давайте придумаем классное название, – предложила Роза, – может, кто и поедет. Например, «Катакомбы Рисдейла: от призраков до исторических фактов».

– Шикарно, – похвалил Артур, – а они правда там есть? Катакомбы?

Роза отмахнулась, фыркнула:

– Любой подземный ход подойдёт. И чтобы свободное время нам там дали обязательно. Иначе нет смысла.

– Отличная мысль, – похвалила ребят старушка, – только, пожалуйста, обещайте быть осторожными! Вы не рассказали мне, зачем вам Ярелл, но подозреваю, что не для интервью!

Виола отвернулась с улыбкой, Роза поджала губы, Люк пожал плечами, а Артур честно посмотрел в глаза хозяйки дома:

– Конечно, мы будем осторожны. Мы больше всех заинтересованы в том, чтобы оставаться живыми и невредимыми.

Белые Букли засмеялась, но глаза у неё были серьёзными. Она не могла понять, что задумала Четвёрка и стоит ли за них опасаться.

Спустя час, когда ребята отправились домой, Виола спросила:

– Может, стоит позвать Эмиля? Всё-таки Рисдейл его родной город.

Артур кивнул:

– Я напишу ему.

Остаток воскресенья прошел спокойно, за домашними делами, только Эмиль всё не отвечал.

На следующий день в школе Эмиль сам нашёл ребят и рассказал, что отец выставил лимит экранного времени на гаджеты и что в поездку его точно не отпустят. Или так, или придётся посещать психолога – такой выбор дали родители.

– Я не хочу ходить на терапию, вдруг Софи узнает, – шёпотом сказал Эмиль.

В прошлой школе его считали странным, и только в Трясине у него появились друзья, а чуть раньше, в летнем лагере, – первая девушка. Эмиль очень не хотел всё это терять и возвращаться к статусу аутсайдера, к которому обращаются только чтобы списать. Хотя кто знает, если бы с общением ему везло раньше, стал бы он таким умным по части техники и программирования?

Мистер Конрад, которого ребята нашли в коридоре возле учительской, не сразу понял, чего от него хотят. Бедняга привык, что никто не записывается на его экскурсии, поэтому не мог поверить:

– Вы серьёзно? А сколько вас? Я сейчас же к директору! А ведь собирался, как обычно, отменить автобус на субботу, думал, никого не будет.

– Ох, а на выходных я не смогу. Помните, вы однажды сняли нас с уроков, чтобы свозить в ужасно интересный лес? Может, получится пораньше? – Виола сделала такое вежливое лицо, что Люк вытаращил глаза – такой он подругу ещё не видел.

– Хм, даже не знаю… А какая программа вам понравилась?

Роза вспомнила длинный список, который висел на доске объявлений, и подумала, что там понравиться ничего не может. Последнее, что придумал физкультурник, – изучение истории архитектуры на примере маленьких городов и посёлков.

– Мы очень хотим в Рисдейл! – ответил Артур. – Его заводы, общежития – там же всё говорит о становлении экономики в нашей стране. Любопытно узнать, как всё развивалось, послушать умного, знающего человека. А мы можем помочь с афишей, вот он умеет.

Люк, на которого указал Артур, растерянно заморгал. Потом неуверенно кивнул.

– Ну, хорошо, – мистеру Конраду не хотелось отказываться от такой возможности, – если будет группа, поедем! Хоть послезавтра. Если директор отпустит. Там даже ночевать не обязательно, можно с утра выехать, а ближе к ночи вернуться. Только устанете ведь?

Ребята хором заверили учителя, что у них полно сил, тем более для интересных дел.

Афишу в итоге ваяли все вместе, собравшись у Артура. Получилось даже ничего, особенно с учётом того, что нейронка помогла создать цепляющую картинку. Мистеру Конраду результат понравился, во вторник он отпросился с работы пораньше, чтобы перечитать статьи из нужных энциклопедий и подготовиться к поездке. Благодаря афише собиралась рекордно большая группа – целых двенадцать человек.

А в среду рано утром у школы уже гудел мотором мини-автобус. Артур, Виола, Роза и Люк договорились, что в Рисдейле двое останутся рядом с учителем, чтобы отвлекать его, а двое отправятся на поиски родственников или друзей Ярелла.

Эмиль подошёл, чтобы пожелать друзьям удачи. Из-за его плеча ревниво выглядывала Софи: ей не нравилось, что у её парня появились дела, о которых она не знает.

– Пишите, если что, – сказал Эмиль, – и можете обратиться к тёте Эмме. Она поможет.

Ребята смущённо отвели глаза: к миссис Робертс, которую за глаза называли Сущим Кошмаром, обращаться хотелось в последнюю очередь. Несмотря на доброту, женщина была суровой, про таких говорят: «С ней не забалуешь».

– Жаль, ты не с нами, – ответил Люк, – было бы куда проще.

– Я подготовился немного, отметил места, которые могут быть связаны с Яреллом, – Эмиль понизил голос, чтобы не услышала отошедшая в сторонку Софи, – прислал всё Артуру в личку.

– Ого! Спасибо, – искренне восхитилась Роза, и Софи тут же, как на пружинке, подскочила к Эмилю.

Рядом переминались пятиклашки, выбравшие поездку вместо скучного школьного дня. Они ещё не знали, что экскурсии мистера Конрада могут быть и похуже учебы…

Четвёрка собиралась в Рисдейл в приподнятом настроении. Казалось, что вот-вот всё будет разгадано, преступников удастся спугнуть и заставить вернуть вещи знаменитого путешественника.

Артур, Виола, Роза и Люк не знали, что в этот момент из-за складов недалеко от особняка за ними внимательно следят.