Выездная экскурсия, которой до смерти боялась Рико, на деле не ощутилась для Карин таким уж апогеем одиночества.

По правде говоря, шанса уединиться ей бы толком и не представилось: перемещаться и даже спать школьники всегда должны были небольшими группками. К тому же, по какой-то причине группа «Рико» целиком состояла из таких же тихих ребят – возможно, то был намеренный жест заботы от классного руководителя, а, возможно, и нет. Кто знает?

В электричке, в синкансэне, во время пересадки на автобус, в автобусе – чуткий взгляд Имаи она ощущала на себе каждую минуту. Стоило лишь повернуться в ее сторону, и девушки непременно встречались глазами. Разумеется, Такакура и сама старалась всегда оставаться начеку, вот только фокус то и дело вероломно ускользал куда-то в сторону совершенно других мыслей. Мыслей о Морите.

Пагода Годзюто, безусловно, была прекрасна. И все же куда более прекрасным Карин показалось необъятное голубое небо, что раскинулось за ее резными крышами.

Интересно, смотрит ли он сейчас на это небо? И если смотрит… То о чем думает?

Небо существовало всегда. Конечно, прямо сейчас перед снующими туда-сюда школьниками возвышалось древнейшее деревянное здание во всей Японии – монументальное, величавое, призванное одним своим видом вызывать в сердцах трепет… Но небо…

Небо намного старше этой пагоды.

Сменялись эпохи, сменялись декорации, но небо никогда никуда не исчезало.

Оно было здесь тысячи, десятки тысяч лет назад…

Да, небо существовало всегда.

Нестерпимо захотелось поделиться этими мыслями с Моритой. Она отыскала его глазами – юный художник стоял среди своих одноклассников и тихонько переговаривался с какой-то девушкой. Увидев эту картину, Карин вдруг занервничала. Чего это он с ней так мило беседует?

«Так, ну-ка успокойся, – тут же осадила себя она. – Он имеет право болтать с кем хочет. К тому же, вдруг она вообще ему нравится?»

Попытка самовразумления лишь ухудшила ситуацию – от последней мысли под ребрами вдруг так мучительно заныло, словно кто-то резко ударил ее под дых.

В этот самый момент к ней, крича что-то о желтой шапке, подбежала Имаи. На счастье, та обозналась – подозрительный мужчина оказался просто безобидным дедушкой, да и шапка у того была скорее не желтая, а оранжевая. И все же одноклассница была сама серьезность. Глядя на ее бледное от тревоги лицо, Карин вдруг почувствовала укол совести.

Блин, да о чем я вообще думаю?! Она так переживает, а я в облаках витаю. В конце-то концов, кого из нас сейчас маньячина преследует? Правильно, Карин, тебя! Соберись же, ну!

Вот только собраться ни в какую не получалось – стоило отважной защитнице вернуться к компании Аяпон, как все внимание Карин вновь переключилось на Мориту. Тот по-прежнему беседовал со своей одноклассницей.

А-а-а, нет, я так не могу! Ну отойди же от нее, отойди!

Почему, ну почему он меня так волнует? Блин, если так продолжится и дальше, то у меня нервы еще до конца экскурсии сдадут. Надо с этим что-то делать! Но что?

Она вдруг вспомнила, как прямо при парнишке, который нравился Рэй, назвала ту Кагосимской Чернохрюшкой. Тогда Такакуру удивили упреки подруг на этот счет – ей казалось, что Рэй чересчур заморачивается из-за какой-то мелочи. Но вот если бы кто-нибудь сейчас сказал при Морите какую-нибудь дурость про нее саму…

Боже, вот я идиотка! Как же ей, наверное, было неприятно…

Так Карин настиг еще один незнакомый ей доселе виток размышлений. «Мозговая площадь» все ширилась и ширилась, из плоской поверхности понемногу превращаясь в сложную конструкцию с подвальными этажами, подземными ходами и множеством лестниц, ведущих куда-то в пока еще непроглядную глубину…

* * *

Второй день поездки ученикам предстояло всецело провести наедине со своими группами.

Ранним утром в комнату Карин заглянула Имаи.

– Извини, сегодня у меня не получится за тобой присматривать… Пожалуйста, будь очень осторожна!

– О-кей. Хотя, если честно, мне кажется, все нормально будет. Если он вчера не пришел, то и сегодня уже не должен. Может, он вообще тебя просто запугивал, и все.

– Думаешь? – в голосе одноклассницы отчетливо слышались сомнение и тревога.

– Ну, смотри. На форуме ты четко написала только куда и во сколько приедет синкансэн в первый день, а потом, по сути, только о-о-очень примерно накидала маршрут экскурсии, правильно? По такой логике проще всего этому типу было подкараулить тебя именно на вокзале, но он там так и не объявился.

– Если уж на то пошло, то я не писала и свой домашний адрес, но он все равно каким-то образом его узнал, понимаешь?

– Хм-м… Да вообще, если так подумать, мне уже даже не кажется, что тот придурок из лифта как-то связан с твоей историей. Нет, ну, он, конечно, нес всякую фигню, но мало ли в мире больных на голову ходит?

Облечение жизнеутверждающих мыслей в слова удивительным образом помогло Карин успокоиться и увериться в собственной правоте. Письмо от некого Икадзути теперь казалось ей не более, чем пустым трепом, а ощущение приближающейся опасности заметно поутихло.

После полудня девушка и вовсе совершенно перестала оглядываться по сторонам – их группа уже успела осмотреть ближайший замок и несколько различных храмов, но ничего настораживающего вокруг так и не происходило. В конце концов, вечером Карин преспокойно вернулась в гостиницу. Никаких маньяков, никаких желтых шапок.

Стемнело неожиданно рано. Взгляд сам устремился ввысь – погода резко испортилась. Вдалеке время от времени что-то глухо грохотало.

Гром, что ли? Я уж думала, не дождусь. Хотя, какая разница, все равно мы сейчас не дома…

* * *

Ужинали в банкетном зале, разделившись по классам. Согласно плану поездки, далее там же должно было состояться межклассное мероприятие – то самое, ради которого в поте лица тренировалась Имаи. Но прежде – уборка. Кто же будет выступать в окружении грязных тарелок?

Группе «Рико» поручили собрать использованную посуду и отнести ту на стоявшую в коридоре специальную сервировочную тележку. Когда с ответственным заданием, казалось, было покончено, Карин вдруг заметила забытую на одном из столов чайную пиалу. Подхватив ее, девушка торопливо вышла в коридор, однако тележки там больше не было – похоже, ту уже увез кто-то из персонала отеля. Оставлять несчастную пиалу на произвол судьбы не хотелось – школьница бросилась в погоню.

Уголок с торговыми автоматами, номера, еще номера, и еще… Она бежала и бежала, пока наконец не увидела притаившуюся в самом конце гостевой зоны дверь с табличкой: «Вход только для персонала». Та оказалась не заперта – в глубине узенького слабоосвещенного коридора виднелся заветный столик на колесиках.

Убедившись, что поблизости никого нет, Карин тенью скользнула внутрь, бесшумно прошмыгнула к тележке и, с облегчением вернув пиалу на место, выбежала обратно.

Стоило ей прикрыть за собой дверь, как неподалеку открылась другая, – одна из гостевых – и в коридоре показался Морита.

Ох ты… Даже не знала, что он живет где-то здесь.

Заметив «соклубницу», парень одарил ее дружелюбной улыбкой.

– Привет, Имаи. Ваш класс тоже на сегодня что-то подготовил?

– А? А, д-да, музыкальное выступление…

Все мысли вдруг куда-то испарились. От волнения сердце заколотилось так, что вот-вот грозилось пробить грудную клетку. Как же она рада была его видеть! Так рада, что… Не смогла посмотреть ему в глаза. Снова.

– Вот как? Интересно. А мы вот будем устраивать что-то вроде командной викторины по содержанию экскурсии. Ну, команды – это те же группы на время поездки, – Морита как-то печально, даже обреченно усмехнулся.

Интересно, он с той девчонкой в одной группе или… У-у-у, нет, нет, не думай о ней!

От воспоминания о вчерашней собеседнице Мориты на душе вмиг стало паршиво.

Юный художник меж тем переключил свое внимание на коридорное окно.

– Хм-м, гроза… Ты ведь ждала ее, да?

– А?

Карин проследила за его взглядом – угрюмое вечернее небо на миг разделилось пополам ослепительной вспышкой молнии, а следом в воздухе прогремел громовой раскат.

Значит, мне тогда не показалось. И правда, гром.

– Хорошо, что она началась уже после экскурсии, да?

Вопрос Мориты, казалось, донесся до девушки откуда-то из-под воды. В ушах шумело.

И тогда…

– Скажи, а тебе кто-нибудь нравится? – совершенно неуместный вопрос сорвался с губ сам собой.

Черт! Что я несу?!

Осознав, что именно только что сказала, Карин испуганно прикрыла рот ладонями. Но было уже поздно.

Да кто вообще такое сразу в лоб спрашивает?! Ну и что, что очень интересно?! А-а-а, как была идиоткой, так и осталась!

На миг Морита ожидаемо растерялся. Но только на миг.

– Да, – прямой, честный и непринужденный ответ.

У Карин перехватило дыхание.

– Та одноклассница, про которую я тебе рассказывал. Ну, из младшей школы. Она очень добрая, позитивная девочка… Э-э, кх-м, уже девушка. Правда, если честно, я с ней даже никогда толком и не разговаривал, – на последних словах в голосе юного художника, несмотря на улыбку, промелькнули печальные нотки.

…

Раз… Два…

Уши заложило. В голове, распускаясь мириадами огромных пестрых цветов, взорвался неописуемой красоты фейерверк.

Что сказать? Какое лицо сделать? Карин не знала. Все, что она смогла – лишь неопределенно склонить голову, пряча пылающие от смущения щеки.

– Эм-м, я… Ты… – интерпретировав реакцию девушки по-своему, Морита тут же засуетился. – Я тебя неправильно понял, да? Неужели ты думала, что… Ох, прости, прости! В смысле, ты очень хорошая девушка, но я…

– Нет! Нет-нет-нет! – едва ли не закричала в ответ та, поднимая на него лучащиеся счастьем глаза. – Все в порядке, честно-честно! Я не за этим спрашивала.

– А, д-да? Фух, извини, что-то я сам сейчас глупость сказал… – замешательство на лице парня уступило место облегчению с примесью неловкости. – Ну… Тогда до встречи?

Морита ушел. Так и не сдвинувшись ни на миллиметр, Карин провожала его высокую фигуру мечтательным взглядом. Хотелось петь, танцевать, прыгать до самых облаков и кричать о том, как прекрасна жизнь – кричать так громко, чтобы ее услышали даже на других планетах. Но самое главое – как никогда хотелось поскорее вернуться в свое тело!

Хлоп-хлоп-хлоп… Ее вдруг мягко похлопали по плечу.

– Ну здравствуй. Заждалась?

– …А?

Девушка несмело обернулась. Позади нее, точно мгновение назад материализовавшись из воздуха, стоял незнакомый мужчина. Черная куртка, желтая шапка… Желтая шапка!

– А-а-а-а-а-а-а-а!!!

Не раздумывая ни секунды, Карин сорвалась с места и метнулась к двери для персонала. В голове тут же пронеслось: «Вот черт, там же по-любому тупик!», но поворачивать назад было уже поздно.

Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, пусть там кто-нибудь будет! Пожалуйста!

Увы, тесный коридор оказался безнадежно безлюден. Тележка с посудой одиноко стояла на прежнем месте. Глаза лихорадочно заметались по сторонам, и – о счастье! – быстро выцепили из полумрака притаившийся в самом конце коридора неприглядного вида лифт, вероятно предназначенный для работников гостиницы, а также расположенную прямо возле него дверь – к сожалению, закрытую.

«Бух!» – сзади вдруг раздался какой-то странный звук.

Она рывком развернулась – мужчина лежал лицом в пол, а навстречу Карин, проворно перепрыгнув через распластавшееся на полу тело, уже вовсю неслась Имаи. Похоже, мгновением ранее одноклассница неожиданно налетела на маньяка со спины.

– Тебя нигде не было, я заволновалась и пошла тебя искать! О боже, боже, как же хорошо, что я успела!

Девушки кинулись к лифту – тот, к огромному облегчению, стоял прямо на их этаже. Стоило дверям разъехаться, как они молнией влетели внутрь и синхронно нажали на кнопку закрытия, а затем принялись хаотично прожимать все кнопки этажей, по которым только могли попасть трясущимися от страха пальцами.

Сквозь медленно сужающийся зазор одноклассницы видели, как «желтая шапка», неуклюже пошатываясь, понемногу встает на ноги. К счастью, лифт оказался быстрее – двери с лязгом сомкнулись, и металлическая кабина двинулась вверх.

И тут случилось оно.

Треск!

Громкий, до боли знакомый звук. Где-то разломился пополам огромный крекер.

Потолочная лампа резко погасла, а затем почти сразу же, мелко задребезжав, снова включилась. Прямо как в тот самый раз. Да, все точно так же, как в тот самый раз!

Что, серьезно?! Вот прям сейчас?!

Двери плавно открылись. Карин резко обернулась и… увидела Рико Имаи.

Рико! Это Рико! Похудевшая, похорошевшая Рико!

Имаи в свою очередь, распахнув глаза так широко, что шире, казалось, было уже просто некуда, тоже смотрела на вернувшуюся в свое тело одноклассницу.

Долгожданный, радостный момент… Вот только времени на задушевные разговоры у девушек не было. Они поднялись всего на один этаж, и теперь находились на третьем – планировка здесь ничем не отличалась от второго, однако расположенная у лифта дверь была открыта нараспашку. Та, как оказалось, вела на внешнюю пожарную лестницу, где пролетом ниже смутно виднелась темная фигура медленно поднимавшегося к ним Икадзути.

Карин уже было приготовилась броситься к выходу в гостевую зону, как вдруг заметила, что Имаи, в отличие от нее самой, продолжает стоять на месте и двигаться, судя по виду, никуда не собирается.

– Ты че встала?! Беги!

– Нет! Я его сюда притащила, значит и разобраться с ним должна тоже я!

Решимость Рико была непоколебима – прислонившись спиной к стене по непросматриваемую с лестницы сторону дверного проема, она, затаив дыхание, встала в засаду.

Топ… Топ…

Топ. «Желтая шапка» вальяжно шагнул в проход, на ходу запуская руку в карман куртки. В полутьме что-то блеснуло.

Это что… Нож?!

Крик застрял в горле. Такакура побледнела.

Мужчина замахнулся…

Все, что происходило дальше, Карин видела точно в замедленной съемке.

«Лязг!» – за считанные мгновения до неизбежного Рико со всей силы пинает маньяка по руке, выбивая у того оружие. Застигнутый врасплох порывом ярости совсем юной школьницы, Икадзути теряет равновесие и заваливается назад. Еще чуть-чуть, и он бы непременно сам по себе грохнулся на спину, однако Имаи еще не закончила – не медля ни секунды, девушка воинственно ударяет маньяка кулаком в живот! Решающий удар отправляет «Желтую шапку» в короткий полет прямиком на лестничную площадку второго этажа. Нож вылетает следом.

Падение Икадзути сопроводилось маленькой, но ослепительно яркой вспышкой. А когда свет рассеялся… Пролетом ниже уже никого не было.