— Удачи тебе в твоих попытках остановить Драгана, — заметил Алехандро. — Я очень надеюсь, что у тебя все получится. Он действительно был мерзким созданием.

Я стукнула каблуками на платформе и вырвалась из хватки Джексона.

— Должно быть что-то еще.

Алехандро с сожалением покачал головой.

— Этот палец — предупреждение любому, кто попытается подшутить надо мной, что вызывает вопрос: зачем ты испытываешь мое терпение? Убирайся!

Джексон потянул меня, но я сопротивлялась изо всех сил и закричала:

— Капля!

Алехандро замер, его глаза были похожи на лазерные прицелы, и я вырвалась из рук Джексона, прежде чем он успел оттащить меня.

Джексон потянулся ко мне, но вампир поднял руку, и головорезы вытащили свое оружие.

— Серебряные пули, мистер Лоран. Я бы позволил этой женщине говорить, чтобы вы оба не истекли кровью. Тогда меня ничто не удержит.

Джексон зарычал.

Я посмотрела на него и жестом попросила успокоиться.

В день, когда я познакомилась с моей тетей, она сказала: Первый урок, который тебе нужно усвоить: никогда никому не сдавай свою кровь. Ни в коем случае. Никогда.

Но это было не для колдовства или зелий. Это было для напитка.

Я повернулась к вампиру.

— Я дам тебе каплю со своего пальца. Я сама сделаю надрез и накапаю тебе в стакан.

Он рассмеялся.

— Это ничто.

— Пожалуйста. Пять капель. Десять капель. Я наполню твой чертов бокал для коктейля. Помоги нам победить этого ублюдка.

Алехандро наклонился и уперся руками в стол.

— Позволь мне прояснить: это не переговоры. Я пью из источника. Все или ничего.

— Ничего, — прорычал Джексон, его глаза сузились, глядя на меня. — Не делай этого, Саванна.

Я отошла за пределы его досягаемости, пытаясь сохранить наши возможности в силе.

— Зачем тебе вообще нужна моя кровь? — Я спросила Алехандро. — У тебя полно людей, умирающих за то, чтобы ты осушил их.

Вампир глубоко вдохнул и вздохнул.

— Потому что твоя кровь так удивительно отличается от крови других представителей твоего вида. Я чувствую силу, текущую в твоих венах, мисс Кейн, словно два дракона, борющихся за контроль. Сказать по правде, даже с моим возрастом и силой, я прилагаю достаточно усилий, чтобы сдержать себя. Если бы я был моложе и менее сдержан, я бы просто взял то, что хотел.

— Тронь ее, и я вырву твое сердце, — Джексон зарычал глубоко и низко, заставляя мою кожу покалывать. Запах его ярости и ненависти разнесся по комнате, практически задушив меня.

— А теперь не делай глупостей, Лоран, или я прикажу своим людям всадить серебряную пулю в твое сердце и в ее.

— Мы уходим. — Джексон шагнул вперед и схватил меня за запястье, потянув к двери.

Алехандро рассмеялся, когда мы направились к лестнице.

— Забавно. После всего этого ты, должно быть, вообще не хочешь останавливать Драгана.

Но я хотела. Мы оба хотели, отчаянно. Если мы не добудем эти кости, если Драгану удастся призвать Темного Бога Волков, он оставит Мэджик-Сайд в руинах и украдет души нашей стаи.

По сравнению с этим, что, в конце концов, значил глоток моей крови? Черт возьми, Кейси был с вампиром, и, похоже, она откусила от него изрядный кусок.

Я вырвалась из хватки Джексона и отступила в комнату.

— Я сделаю это. Двухсекундный глоток в обмен на кости Драгана. Последнее предложение.

44

Джексон

Прежде чем я успел пошевелить мускулом, Алехандро оказался у шеи Саванны.

— Ты же не хочешь, чтобы я совершил ошибку, Джексон?

Я застыл. Ублюдок оказался гораздо быстрее, чем я себе представлял.

Зубы Саванны были стиснуты, глаза широко раскрыты. Клыки вампира были у ее пульсирующей яремной вены. Я чувствовал биение ее сердца и вкус ее страха.

— Отпусти ее, или я запущу свои когти в твое сердце.

Саванна пошевелилась в объятиях Алехандро.

— Отойди. Я приняла решение. Алехандро получает кровь, мы берем кости и валим отсюда к чертовой матери, чтобы помешать Драгану устроить Армагеддон в Мэджик-Сайде. Простая сделка.

Ужас ситуации сковал мой разум. Она была моей, и все же она собиралась добровольно позволить этому ублюдку насиловать ее у меня на глазах. Ярость заполнила мои мысли, пока я едва мог видеть.

— Ты моя пара. Не делай этого. Это значит больше, чем ты думаешь.

— С тех пор, как я переехала в Мэджик-Сайд, люди охотились за моей кровью. Это шанс сделать с ней что-то полезное. Я делаю это для стаи.

— Не волнуйся, Джексон, я обещаю быть нежным, — промурлыкал вампир, отводя ее волосы в сторону, обнажая бледную кожу шеи и заставляя ее вздрогнуть.

К черту пули.

Я бросился вперед, но мой рев оборвался, когда Алехандро превратился в размытое пятно, и что-то обвилось вокруг моей шеи. Мое тело дернулось назад и врезалось в стену, когда серебряные цепи обвились вокруг меня, обжигая кожу.

Алехандро мгновенно оказался рядом со мной.

— Познакомься с моими любимыми ограничителями. Чем больше ты сопротивляешься, тем туже они становятся.

— Что ты делаешь? — Саванна закричала на него.

— Сажаю твою собаку на поводок! — прорычал вампир, обнажив клыки.

В одно мгновение Саванна вытащила свой Нож Души.

— Отпусти его!

Охранники замахнулись на нее оружием, и меня охватил страх. Я потянул цепи, но они только затянулись, прижимая мои запястья и голову к стене. Я чувствовал, как моя сила быстро утекает в них, высасывая их.

Алехандро поднял руку.

— Никому не стрелять. Мы здесь почти все цивилизованные.

— Мы так не договаривались, — отрезала Саванна, держа клинок между собой и вампиром.

Он оказался позади нее размытым движением. Прежде чем она успела среагировать, он прижал ее к стене и отвел ее руку с ножом назад.

— Тогда скажи мне, Саванна, в чем заключалась наша сделка?

Биение ее сердца отдавалось в каждом дюйме моего тела, и вкус ее ужаса обжег мне горло. Я попытался закричать, но получилось лишь сдавленное рычание, когда цепи на моей шее резко натянулись.

Глаза ее горели от ярости, она прошипела:

— Сделка заключалась в том, что ты получаешь двухсекундный глоток, мы получаем кости, а потом убираемся отсюда. Там не было ничего о гребаных серебряных цепях или мужчинах с оружием.

— Или кинжалах, — прошептал он ей в шею. — Знаешь что, я избавлюсь от своих, если ты избавишься от своего.

Он приказал своим охранникам выйти, и она неохотно убрала свой нож.

Она вызывающе оскалила зубы.

— А теперь отпусти Джексона.

— Один глоток, и вы оба уйдете с тем, за чем пришли. Я обещаю. Клянусь.

На секунду она встретилась со мной взглядом, затем повернула голову, обнажив бледную кожу шеи.

— Сделай это.

Мой волк терзал мое сердце, требуя, чтобы его освободили. Но против серебряных цепей ему было бы не проще, чем мне.

Алехандро убрал волосы с ее шеи.

— Постарайся расслабиться, Саванна, это не должно быть больно. Честно говоря, большинству людей это нравится. Вот почему это сейчас в моде.

— Просто покончи с этим. — Она уверенно вздернула подбородок, но отказалась встретиться со мной взглядом.

Она ахнула, когда Алехандро вонзил клыки в ее шею. Ярость прокатилась по мне, и мои путы зазвенели, когда я потянул их — но чем яростнее я боролся, тем крепче становились мои оковы, пока я не стал практически неподвижным.

Она застонала, ее глаза расширились от страха, и она прижалась спиной к стене. Алехандро застонал, его пьянящее желание наполнило комнату, пока он нежно лакал кровь, текущую из ее шеи.

Гортанный рык вырвался из моего туго стянутого горла, когда представшая передо мной сцена врезалась мне в память.

Веки Саванны отяжелели, и она вздохнула, ее тело расслабилось, когда она откинулась назад, отдаваясь магии, которая струилась между ними.

Сладкий аромат ее неизбежного желания, смешавшийся с его, разрушил мой разум. Мое сердце сжалось, когда отчаяние сдавило меня сильнее, чем когда-либо могла бы сдавить любая цепь.

— Сражайся за нашу пару, — прорычал мой волк. — Убей. Забери это, что принадлежит нам.

— Саванна… — выдавил я.

На секунду ее глаза затрепетали, и она попыталась оттолкнуть Алехандро, но он отвел ее руки назад, его глаза были глубокими и неестественно красными.

Кровавое безумие.

Говорили, что это бывает только у молодых вампиров.

Алехандро снова вонзил клыки ей в шею и начал яростно пить. Жар ее желания превратился в боль и ужас, и ее глаза широко раскрылись.

Мои когти удлинились, и мех на руках встал дыбом, когда мой волк забился внутри меня.

Наша пара в опасности.

Кровь застучала у меня в ушах, когда что-то внутри меня оборвалось. Первобытный вой ярости вырвался из моей души, когда новая сила потекла по моим венам — сила, которой у меня никогда раньше не было. Я рванулся с цепей, моя ярость притупила боль, пронзившую запястья и шею. Серебро поглощало мою силу, изливаясь наружу, но моей ярости не было конца, и ее невозможно было сдержать.

Раздался металлический треск, когда лопнуло звено цепи, и внезапно я оказался на свободе.

Через секунду Алехандро был на мне, красноглазый монстр, вцепившийся в меня своими клыками и когтями.

Я с треском впечатал его в стену. Он ахнул и попытался освободиться, но прежде чем он успел вырваться, я схватил одну из незакрепленных цепей, сорвал ее со стены и обернул вокруг его шеи.

Алехандро зашипел от ярости, кровь Саванны все еще капала из уголка его рта и пачкала зубы. Он вскочил на ноги и навалился своим телом на меня, подбросив нас в воздух.

Моя спина с хрустом врезалась в стену, но я обернул еще один отрезок цепи вокруг шеи ублюдка и потянул, напряжение сковало мои мышцы. Его трахея была раздроблена, и хотя это не убило бы его, было чертовски больно.

Это было только начало того, что я собирался сделать.

Он изо всех сил пытался просунуть пальцы под цепь, его лицо исказилось от боли и ярости. В мгновение ока он выгнул спину и бросился вперед, чтобы стащить меня вниз.

Мы налетели на его стол, разнеся его в щепки. Через несколько секунд я был на ногах и с хрустом врезал кулаком ему в челюсть. Я полоснул его по груди когтями, чувствуя, как натягивается его плоть, когда я разрывал его костюм.

Саванна бросилась на него, впечатывая в стену.

— Закуй ублюдка в цепи!

Но он был слишком быстр. Через несколько секунд он стоял напротив Саванны с безумной ухмылкой на лице, глядя на нее.

— Я выпью тебя досуха.

Она протянула свой клинок.

— Попробуй, и я вырежу твою душу.

Черт.

Алехандро обернулся вокруг нее, но я сделал выпад влево и ударил его рукой, мой локоть хрустнул от силы удара. Он застонал и рухнул на спину, как кирпич, и тут я оказался на нем, прижимая его одной рукой. Другой рукой я потянулся к обломкам старинного стула и отломил одну из его ножек.

Алехандро схватил меня за горло, и я занес самодельный кол над его сердцем…

— Стой! — Голос Саванны прогремел в пространстве, и она схватила меня за руку.

Я слышал ее страх и страдание, но это не имело значения. Я мог бы остановиться, но по безумию в его глазах понял, что Алехандро никогда этого не сделает.

Я должен был защитить свою пару.

Я вырвал свою руку из ее хватки и вогнал кол в его сердце.

45

Джексон

— Какого черта, Джексон? — Саванна закричала, когда я встал, борьба полностью покинула меня, но мой гнев все еще был свеж.

— Это твоя вина. — Я отбросил окровавленный кол в сторону. — Он бы никогда не остановился. Совсем как одурманенные наркотиками байкеры.

Я сделал то, что должно было быть сделано. Когда-то я делал гораздо худшее, чтобы защитить свою сестру.

— Ты этого не знаешь наверняка, — отрезала она, отбрасывая нож.

— Знаю, — прорычал я, сокращая расстояние между нами за один шаг. — В тот момент, когда он попробовал, этого было недостаточно. Разве ты не видела безумия в его глазах, или ты была слишком пьяна от удовольствия?

Она отшатнулась и дала мне пощечину. Именно тогда я заметил кровавые следы клыков этого ублюдка на ее шее.

Огонь горел в моих венах, когда ярость и разочарование душили меня.

— Я говорил тебе не отдавать себя ему. Почему ты не послушалась?

Она отвернулась.

— У нас была сделка. Я сделала это ради стаи. Теперь он мертв, и у нас все еще нет кости пальца, благодаря тебе. Все было напрасно. — Ее голос был полон яда, а тело сотрясалось от ярости, которая только усиливала мою.

— Тебе не следовало позволять ему пить твою кровь! — Взревел я, подходя к ней. — Я бы скорее вырвал себе руки из суставов, чем стоял рядом, пока он питался тобой.

Она медленно попятилась. Я уже ходил по тонкой грани между человеком и зверем, и того, как ее страх и гнев смешались с опьяняющим ароматом ее возбуждения, было достаточно, чтобы свести меня с ума.

Раздался стук в дверь.

— Мастер Ривера, мистер Бронте прибыл.

Черт.

Саванна бросилась к двери, кровь Алехандро запачкала ее платье и руки.

— Нам с Алехандро нужно еще несколько минут, — сказала она, задыхаясь. — Вернешься через десять?

Мужчина снаружи что-то проворчал, но повернулся и ушел.

Саванна заперла дверь и повернулась ко мне.

— И что теперь?

Я обуздал свои эмоции и сосредоточился на предстоящем дерьмовом празднике. С Саванной я разберусь позже. Пока она свирепо смотрела на меня, я достал телефон и позвонил Дамиану.

— У нас проблема.

— Насколько велика проблема? — спросил падший ангел, его тон подразумевал, что он мог догадаться.

Я сжал зубы, и это все, что я мог сделать, чтобы телефон в моей руке не разбился.

— Алехандро мертв, и мы наделали много шума. Я полагаю, что все это место будет заперто примерно через две минуты. Хуже того, у нас нет кости.

— Черт. Тогда нам нужно убираться отсюда, пока весь ад не разверзся.