Может быть, это заставит его дважды подумать, прежде чем отдавать мне собственную квартиру.

Слегка подвыпившая, я хихикнула, затягиваясь и застегивая молнию на красном шелковом платье, которое сидело на мне как влитое. Пока что я выбрала серебристое полупрозрачное и чуть более скромное черное платье в качестве возможных вариантов для сегодняшнего вечера.

Мне определенно не следовало есть лингвини альфредо на обед, — подумала я, поправляя атласную ткань на бедрах и поворачиваясь лицом к зеркалу в ванной.

Святые сиськи.

Буквально. Глубокий вырез и кружевные вставки с вышивкой, облегающие бедра, подчеркивали мои изгибы. Я повернулась, чтобы осмотреть свою задницу, и улыбнулась открытой спине.

— Потаскушка, — сказала моя волчица.

Может быть. Но когда еще у меня будет шанс надеть — я взглянула на бирку с надписью «Вера Вонг» — платье и почувствовать себя на миллион долларов?

Я вышла из ванной, и смех Нив и Жаннетт оборвался.

— Святые угодники, Саванна. — Нив встала и обошла меня. — Я думаю, мы нашли лучшее.

— Тебе не кажется, что это слишком?

Я никогда раньше не надевала ничего подобного, и хотя примерять это в спальне с девочками — это одно, но носить это на публике — совсем другое. Бабочки — или пузырьки от шампанского — закружились у меня в животе.

Что подумает Джексон?

— Я почти уверена, что у меня есть идея, — промурчала моя волчица.

— Это платье было сшито для тебя. Но… не хватает самой важной части. — Нив взяла черную коробку из-под обуви, стоявшую рядом с кроватью, и одарила меня озорной ухмылкой. — Джексон попросил Жанетт захватить это.

А? Какого черта Джексон заказал обувь для меня?

— Потому что ты бродяга, — ответила волчица.

Жар пробежал по моей шее, когда я открыла коробку и отодвинула бирюзовую папиросную бумагу в сторону. О. Мой. Бог.

Мое сердце пропустило два удара, и я замерла, глядя на великолепные розовые туфли на платформе, в которые я влюбилась в тот день, когда Джексон повел меня покупать мои волшебные ботинки.

Жаннет схватила меня за руку и, выпучив глаза, заглянула в коробку.

— Новейшая модель от Андреа Тодоровой? Ты счастливая девочка.

Джексон вспомнил тот день и купил их для меня.

Что-то шевельнулось у меня в груди, и я внезапно почувствовала, что покраснела и у меня перехватило дыхание. Я поставила коробку на пол и бросилась в ванную. Облокотившись на белую мраморную раковину, я плеснула водой в лицо и медленно вдохнула и выдохнула. Почему я так волнуюсь? Это была просто хорошая пара туфель, вот и все.

— Потому что, наверняка есть определенные условия, — сказала волчица.

— Ты в порядке? — Спросила Нив, заходя в ванную.

— Ага. Просто немного нервничаю из-за сегодняшнего вечера. Я раньше не бывала на шикарной вечеринке. Жаль, что ты не пойдешь.

Нив протянула мне бутылку воды.

— С тобой все будет в порядке. Джексон и Дамиан будут там. Они знают, как ориентироваться.

Дамиан, я не сомневалась. Но на самом деле я не думала о Джексоне в таком ключе. Он был таким грубым и приземленным. Я знала, что у него были политические связи — черт возьми, ему принадлежала половина Доксайда, — но он казался более подходящим для рабочей формы, чем для смокинга.

Удивлена, что у Короля Волков может быть другая сторона? Потому что у официанток, точно есть.

Я снова посмотрела на себя в зеркало, и мой желудок скрутило.

Надеюсь, что да.

Подошла Нив, держа в руках мои новые розовые туфли-лодочки. Я посмотрела на свое красное платье и нахмурилась.

— К сожалению, мне нужно будет выбрать другое платье, чтобы надеть его с этими туфлями.

— Они подойдут идеально. Поверь мне, я разбираюсь в обуви. — Она рассмеялась и сунула мои ноги в них. Может быть, она разбиралась в обуви, но, Нив, что была дальтоником?

Как только они оказались у меня на ногах, я посмотрела вниз и ахнула. В них было ощущение, что идешь по облакам, но, что более важно, кожа на них начала менять свой цвет, подобно хамелеону, меняющему кожу, пока туфли-лодочки не стали сочетаться с красным цветом моего платья.

У меня отвисла челюсть, и я посмотрела на Нив и Жаннет.

— Они меняют цвет?

Жанетт выглядела оскорбленной и нахмурилась.

— Это туфли на каблуках от Тодоровой. А чего ты ожидала?

Нив рассмеялась.

— Они удобные, правда? Они волшебные. В них можно не только бегать, как в кроссовках, но они также меняют цвет, чтобы соответствовать любой одежде, которую ты носишь.

Черт возьми.

— Возможно, я никогда их не сниму.

— Лучше бы тебе этого не делать, — с завистью сказала Жаннет.

Следующие полчаса они потратили на мою прическу и макияж.

Тем временем вернулся Джексон, и я услышала, как в конце коридора работает душ. Трепетное чувство наполнило мою грудь, а во рту пересохло. Я начинала видеть мягкую, добрую сторону Джексона под этой жесткой внешностью, и мне это нравилось.

Жаннет закончила с тушью и отступила назад, с явным удовлетворением любуясь своей работой. Я взглянула на себя в зеркало, и на моих губах появилась улыбка. Она уложила мои волосы плавными волнами, а дымчатый макияж заставил мои глаза округлиться. Яркий, но утонченный. Я выглядела как долбаная кинозвезда.

Раздался стук в дверь.

Нив посмотрела на меня в зеркало.

— Готова к балу?

В этом платье и этих туфлях-лодочках? Я была готова убивать.

Нив была права, подумала я, спускаясь по лестнице. На этих каблуках было все равно что идти по долбаным облакам.

Дамиан и Джексон вошли в комнату, их взгляды упали на нас. Я резко вдохнула, когда Джексон проследил за моими движениями, как хищник, зрачки расширились, тщательно оценивая меня. На нем был темно-угольный костюм-тройка, подчеркивающий его широкие плечи и тонкую талию, а пятичасовая тень щетины добавляла соблазнительного эффекта.

Теперь здесь король Оборотней.

— Ты хорошо выглядишь, — неловко сказала я, подходя к нему, уверенная, что он слышит, как мое сердце колотится о ребра.

Его взгляд упал на мои губы:

— Ты тоже. Сегодня мне придется держать тебя на коротком поводке.

Глубокая, ноющая потребность вспыхнула во мне.

— Мм, — сказала я, словно пробуя вкусное блюдо. Мои глаза расширились, как только звук сорвался с моих губ.

Его грудь быстро поднялась, когда он втянул воздух, и я почувствовала пьянящую смесь желания, собственничества и чего-то еще.

— Спасибо за туфли, — выпалила я. — Они мне нравятся.

— Ничего особенного. Тебе нужны были туфли.

Голос Нив привел меня в чувство.

— У нас все готово?

Дамиан кивнул.

— Машина заберет нас у портала и отвезет к Алехандро. К сожалению, согласно моему источнику, он всегда наблюдает за посетителями со своего балкона, но никогда не смешивается с толпой.

— Так как же нам с ним поговорить? — спросила я.

— Иногда он дает аудиенцию людям, которые приобретают его любимую вещь. Сегодня вечером экспонатом является заколдованная брошь с сапфиром и бриллиантом, которая когда-то принадлежала Романовым. Я предполагаю, что Алехандро будет внимательно следить за этой продажей. Вот как мы его поймаем.

Романовы, как Анастасия? Блин, цена за нее была бы ошеломляющей. Намеревался ли Дамиан купить брошь только для того, чтобы помочь нам?

Очевидно, он был в большом долгу перед Джексоном.

— А что, если мы не попадемся ему на глаза?

— Тогда мы действуем трудным путем. — Дамиан бросил на Джексона понимающий взгляд и достал из кармана сложенную пачку чертежей, которые затем развернул. — Мы его украдем.

40

Джексон

Мы вышли из портала на каменную платформу с видом на открытый, поросший кустарником пейзаж.

— Что это за место? — Спросила Саванна, ее голос затерялся в изумлении, когда она медленно повернулась и осмотрела раскинувшийся древний комплекс.

Но руины ничего не значили для меня. Я не мог оторвать глаз от нее в этом чертовом красном платье, когда она повернулась. Оно слишком плотно облегало ее изгибы, и мне захотелось поглотить каждый дюйм ее тела.

Наконец, я заставил себя отвести взгляд от женщины, чтобы оценить происходящее. Мы стояли на самой высокой платформе ступенчатой пирамиды, освещенные теплым сиянием угасающего света. С нашего наблюдательного пункта было видно, что весь комплекс ориентирован с востока на запад, на восходящее и заходящее солнце.

— Оно, должно быть, древнее, — сказала Саванна с оттенком благоговения в голосе.

Дамиан улыбнулся.

— Это астрономический комплекс, построенный народом отоми полторы тысячи лет назад. Мы стоим в Доме Тринадцати Небес.

— Я никогда не видела ничего подобного. Я имею в виду, я покидала Штаты всего дважды.

— Тебе стоит навестить меня, когда ты не пытаешься избавиться от вампира. — Дамиан рассмеялся. — Это место на самом деле является туристической достопримечательностью, хотя парк закрыт для посетителей после трех часов дня, что позволяет Магам использовать портал незамеченными, если мы заранее договоримся об этом с землевладельцами. Сюда, скорее. Машина должна ждать здесь.

Дамиан направился вниз по длинной каменной лестнице. Он спускался к скрытому внутреннему дворику, покрытому редкой травой и окруженному высокими стенами и еще одной лестницей в противоположном конце.

Саванна быстро взглянула на меня и последовала за ним.

С рыжими волосами, ниспадающими на бледные плечи, и в алом платье, облегающем бедра, она была подобна заходящему солнцу, но гораздо более пленительной.

Я издал низкое рычание и последовал за ней, мне не понравилось, как легко она завладела моим разумом.

Раскинувшийся пейзаж покрывали кустарники и недавно пробившаяся трава. Черный лимузин с тонированными стеклами съехал на грунтовую дорогу. Мы не могли бы быть более неуместными, даже если бы попытались.

Лимузин петлял по старым дорогам, пока через пятнадцать минут мы не въехали в маленький городок Сан-Мигель-де-Альенде. Исторические здания различных оттенков красного и оранжевого выстроились вдоль вымощенных булыжником улиц. Было удивительно, как водитель ориентировался на узких улочках.

Наконец, мы остановились перед темно-коричневым особняком. Не просто особняком, напомнил я себе, а логовом вампира.

Мужчина в смокинге подошел и помог Саванне выйти из лимузина. Я упивался тем, как платье скользило по ее коже.

Мужчина в смокинге тоже заметил этот соблазнительный эффект.

Ревность вспыхнула во мне — вот и сомнение.

Выставлять ее напоказ перед вампиром в таком виде, вероятно, было плохой идеей. Оборотни уже охотились за ней из-за ее крови. И хотя большинство вампиров были цивилизованными, все они были кровожадными наркоманами. Это было бы все равно что предложить наркоману кокаин на блюдечке с голубой каемочкой.

Ей не следовало приходить с нами.

Я свирепо посмотрел на мужчину в смокинге и, взяв ее за руку, наклонился к ее уху.

— Я хочу, чтобы ты сегодня вечером была рядом со мной.

Я имел в виду, что, если кто-нибудь тебя тронет, я выпущу ему кишки.

Ее обжигающая красота и бессознательный флирт помогли выявить мою кровожадную сторону, и как только я дал бы волю чувствам, никто не мог сказать, что произойдет.

Еще несколько мужчин в смокингах сопроводили нас через пару резных деревянных дверей, которые вели в богато украшенную приемную с двойной лестницей и центральным куполом. Заведение было заполнено вычурно одетыми мужчинами и женщинами, которые притворились, что не смотрят на нас, когда мы вошли. Большинство из них были волшебными существами, но у некоторых не было доминирования, что означало, что они были людьми. Интересное и потенциально проблемное сочетание.

Дамиан зарегистрировал нас у организатора аукциона, пока я осматривал помещение, запоминая выходы и охранников, которые патрулировали балконы второго этажа.

— Для вашего удобства. — Молодой человек в двубортном смокинге вручил нам с Саванной серебристый планшет размером с телефон. — Пожалуйста, введите ваши финансовые данные. Если сегодня вечером вы увидите товар, который вас заинтересует, просто выберите его и введите свою ставку.

Я хмыкнул и пролистал список выставленных на продажу товаров. Удивительная коллекция предметов искусства и людей.

Саванна напряглась, изучая списки участников аукциона, и я почувствовал горький привкус ее внезапного потрясения и возмущения.

— В списке есть люди.

Несмотря на все, что она пережила за последний месяц, она была наивной и слишком невинной.

Я указал на художников, работающих в зале для приема.

— Контракты, я полагаю.

Хотя я подозревал, что некоторые из них могут быть чем-то большим.

Мы прошли через зал, уставленный греко-римскими статуями, который вел в сад под открытым небом, окруженный освещенным свечами портиком, увитым виноградными лозами. Заведение было ярким и показушным.

Я мог только представить, каким тщеславным должен был быть Ривера, чтобы жить в таком месте, как это.

— Это великолепно, — пробормотала Саванна, задержав взгляд на фонтане в центре сада.

— Я думаю, ты имеешь в виду кричаще, — сказал я, оглядывая гостей.

Она пожала плечами.

— Мне нравится то, что мне нравится.

Я неопределенно хмыкнул. Мы не могли быть более разными, и все же что-то продолжало притягивать меня к ней — больше, чем просто сила нашей связи. Попробовать все то, чем я не мог быть. Импульсивность. Свободу. Полную самостоятельность и неиспорченость.

— Дамы и господа! — сверху прогремел голос, привлекший мой взгляд к балкону второго уровня, где мужчина в черном костюме осматривал сад, как лев.

Алехандро Ривера.

Этот засранец был именно таким, каким я его себе представлял.