Потому что я не хотела говорить о следующем шаге. Я знала, что мне нужно сделать: позвонить Лорел. Она убила Драгана и была единственной, кто мог знать, где мы можем найти его кости.

Но мне не хотелось звонить.

Всю дорогу я размышляла о каждом взаимодействии, которое было у меня с тетей и дядей за последний месяц.

Все это время они ничего не говорили. Скрывали правду.

Я не могла избавиться от ощущения, что надо мной надругались, как будто часть меня забрали против моей воли. Тот факт, что это сделали мои родители и тетя… Ранил глубже всего, как соль на гноящейся ране.

Но не звонить было невозможно.

Я кашлянула, прочищая пересохшее горло.

— Со мной все в порядке, но мне нужно позвонить Лорел, и я не хочу делать это в машине. Ты можешь попросить копов подождать?

Джексон посмотрел на часы.

— Почти два часа ночи.

— У меня такое чувство, что она ответит, а у нас нет времени ждать.

Он кивнул, и я обошла магазин «Джей Энд Эйч» сбоку и прислонилась спиной к стене из красного кирпича.

Я набрала номер Лорел на мобильном телефоне, мой палец зависал над значком вызова на экране.

Смирись, Сави. Остановить Драгана важнее, чем ваши личные проблемы.

Телефон прозвонил четыре раза, и как раз в тот момент, когда я собиралась повесить трубку, Лорел сонно ответила, в ее голосе звучала смесь облегчения и беспокойства.

— Саванна? Я так рада, что ты позвонила.

На линии раздался голос дяди Пита.

— Кто это, черт возьми?

Я представила, как он лежит в постели в своей дурацкой ночной рубашке и маске для глаз, пытаясь сообразить, кто мог позвонить в такое время ночи. Я так хорошо узнала их всего за несколько недель.

На линии раздался статичный звук, когда она отодвинула телефон, и я услышала, как она прошептала:

— Ш-ш-ш. Это Сави. Я пойду в другую комнату.

Ее голос вернулся секундой позже, и я услышала, как она ступает по скрипучим половицам.

— Сейчас два часа ночи, ты в порядке?

У меня скрутило живот, и слезы обожгли глаза, но я сохранила свой голос твердым.

— Позволь мне внести ясность: я не простила тебя за то, что ты сделала со мной, и я не хочу говорить об этом. Я в затруднительном положении, и боюсь, что ты единственная, кто может мне помочь. Вот почему я звоню.

Повисла многозначительная пауза.

— Я понимаю. Я помогу, чем смогу. — Ее голос был твердым и размеренным, и я практически могла почувствовать напор эмоций, которые она сдерживала.

Я проглотила зарождающуюся боль в горле.

— Драган вернулся. Его призрак вселился в лидера банды байкеров-оборотней. Сегодня вечером мы остановили кровавый ритуал, но он сбежал, прыгнув в нового хозяина. В друга.

Она резко втянула воздух.

— Это хуже, чем я опасалась. Чем я могу помочь?

— Чтобы остановить его, нам нужны его кости. Ты знаешь, где они?

Мое сердце бешено колотилось в груди, и я впилась ногтями в ладонь, ожидая ее ответа.

— Боже мой. — Голос Лорел был расстроенным, и я легко могла представить знакомую морщину, прорезавшую ее лоб. — Это может оказаться непросто.

— Непросто или невозможно?

Долгое молчание на другом конце провода не вселило в меня надежды.

Наконец, она заговорила.

— Когда я убила его, я разрушила их. От его тела остался лишь пепел, который, несомненно, уже давно развеялся.

Последняя ниточка надежды, которая у меня была, оборвалась, и я потерла усталые глаза.

— Тогда нам придется придумать что-нибудь еще. Спасибо.

— Подожди! — сказала она, когда я уже собиралась повесить трубку. — Не отключайся. Дай мне подумать всего секунду.

Я затаила дыхание.

Через мгновение она заговорила снова.

— У Виктора Драгана было прозвище Девятипалый. Много лет назад вампир отрезал один из его пальцев в наказание за то, что тот обокрал его. Если бы ты смогла найти его…

Мой разум лихорадочно соображал. Палец? Это все, что осталось?

Вампир мог скормить его своей собаке, или выбросить в мусорное ведро, или еще что-нибудь. Выследить было бы невозможно.

Надежда, вспыхнувшая в моей груди, провалилась в черную дыру.

— Черт. Какова вероятность, что вампир сохранил палец?

Моя тетя сжала зубы.

— Ну, лучше, чем ноль, так что это уже что-то. Он был известен как коллекционер необычных вещей и произведений искусства, так что, возможно, он сохранил его. Черт возьми, палец колдуна, вероятно, можно использовать для приготовления могущественного зелья, насколько я знаю. Я могла бы спросить твоего дядю…

— Ты знаешь, как его зовут? — Я перебила, не желая даже знать, что дядя Пит потенциально может ответить на этот вопрос.

Последовала долгая пауза.

— Нет.

Черт.

— Он был торговцем магическими произведениями искусства и артефактами. Я думаю, он жил в Мексике. Я пытаюсь вспомнить, что Драган пытался украсть…

Хлопнула дверца машины, и я подняла глаза. Харлоу и остальные ждали.

— Спасибо. Я действительно ценю это. Напиши мне, если сможешь вспомнить его имя.

Я опустила телефон, чтобы повесить трубку, но ее голос остановил меня.

— Я знаю о тебе и Джексоне. Он рассказал мне о парных узах.

У меня перехватило дыхание, когда холодный пот выступил у меня на затылке. Ее слова ударили меня в грудь сильнее, чем пуля.

Будь ты проклят, Джексон.

— Это не так просто, — прошептала я, крепко зажмурившись от разочарования.

Как будто мне нужно было еще одно осложнение в моей жизни. Если бы кому-то из нас это было нужно. Черт, в тот момент, когда он рассказал мне о парных узах, я пришла в ярость, и он сказал: «Ты думаешь, я от этого счастливее, чем ты? Ты думаешь, я этого хочу? Потому что я этого не хочу».

Осложнение было бы преуменьшением.

— Я видела, как он смотрит на тебя. Я не буду говорить тебе, что делать, но ты должна понимать, что быть с ним чрезвычайно опасно. Его отец…

— Его отец не имеет ни к чему отношения. И ты тоже. Или судьбы. Ты и мои родители отняли у меня выбор стать волком. — Я сжала свой телефон так сильно, что чуть не разбила экран. — Если Джексон и я окажемся вместе, это будет не потому, что три сумасшедшие старые карги решили, что это должно случится. Это будет мой выбор. Точно так же, как сейчас быть оборотнем — это мой выбор, несмотря на то, что вы трое сделали.

У меня перехватило дыхание, и я отключила звонок.

Зазвонил телефон, но я отключила звук. Я была уверена, что на другом конце провода висели извинения, но я не хотела их слышать.

Мне пришлось выплеснуть свой гнев только для того, чтобы повесить трубку, потому что, хотя мы знали друг друга совсем недолго, я скучала по ее голосу. Как и моя машина, она была всем, что у меня осталось от моих родителей, и я не знала, как смотреть в лицо их предательству или ее.

Я не знала, как смотреть в глаза Кейси. Он был самым близким человеком, который у меня был, как брат или лучший друг, но я знала, что он никогда не смирится с тем, кем я была, или с тем, что я утаила от него такой секрет. Мы могли бы помириться, но посмотрит ли он когда-нибудь на меня так же, как раньше, до того как я стала оборотнем? Теперь, когда я была парой проклятого альфы?

Я смахнула слезу, скатившуюся по моей щеке.

— Все в порядке?

Я подпрыгнула. Джексон.

Его широкая фигура вырисовывалась на фоне огней станции. Мощный. Собранный. Цельный.

Все, чем я не была.

От одного того, что я была рядом с ним, мое тело гудело в предвкушении, и все, чего я хотела, это упасть в его сильные объятия и разрыдаться.

Вместо этого я зарычала и сузила глаза.

— Ты рассказал Лорел о нашей парной связи.

— Да, — спокойно ответил он, но его челюсть сжалась. — Ей нужно было знать.

Ложь. Для Джексона рассказать Лорел было способом причинить ей боль. Способом заявить свои права на меня. К черту это.

Я ткнула пальцем ему в грудь.

— Позволь мне прояснить одну вещь, Джексон. Я тебе не принадлежу. Понял?

В уголках его рта появилась раздражающе самоуверенная улыбка.

— Я бы не посмел. Страховые взносы были бы слишком высоки даже для меня.

У меня отвисла челюсть, когда меня захлестнул шок.

— Ты осел. Ты думаешь, что можешь неудачно пошутить, и все это пройдет?

— Это мой второй раз за ночь. Это должно что-то значить.

Я покачала головой.

— Это не так.

Он протянул руку.

— Может буррито, на заправке? Ты, должно быть, умираешь с голоду.

Исходивший от него аромат был… нормальным. Но это была еда, и мой предательский желудок заурчал, совсем как на мосту в Мэджик-Сайд, когда мы впервые встретились.

Я демонстративно взяла его.

— Да, я умираю с голоду. Но что тебя связывает с буррито? Ты владеешь рестораном мирового класса, и это единственное, что у тебя есть в морозилке, что хотя бы напоминает завтрак.

— Я думал, они тебе понравятся, поэтому запасся.

Я откусила от теплого буррито, но умудрилась огрызнуться на него между откусываниями.

— Я ела его, потому что это единственное, что у тебя было.

Он пожал плечами.

— Они напоминают мне о работе в доках в детстве. Это то, что я ел на обед. Тогда все было проще. Бери буррито и отправляйся на работу.

Я стала жевать менее агрессивно. После всего, через что мы прошли, мы действительно спорили из-за буррито? Он просто пытался отвлечь меня от дерьмовой бури, надвигающейся на нас, как он это делал, заставляя меня работать в обеденный перерыв в «Эклипсе»?

Я ни за что не позволю ему манипулировать мной таким образом.

Раздался гудок, и он оглянулся через плечо.

— Харлоу хочет выдвигаться. Ты готова?

Я проглотила последний кусочек теплого лакомства с начинкой из фасоли и сыра.

— Моя тетя сожгла Драгана, так что нет никаких костей, кроме — и это отвратительно — его пальца, который давным-давно отрезал вампир-коллекционер произведений искусств. Так что, скорее всего, нам крышка.

Брови Джексона поползли вверх.

— Коллекционер произведений искусства?

— Ага, а также магических артефактов, по словам моей тети. Он живет в Мексике. Ему также пришлось бы сохранить палец, что кажется маловероятным. Думаю, нам нужно найти другое решение.

Я хмыкнула, скомкав использованную обертку, почти жалея, что у меня нет еще.

Джексон потер бороду.

— Возможно, но это уже что-то. Похоже, нам нужен кто-то, кто разбирается в торговле артефактами, чтобы выяснить, кто он такой, а также Искатель, чтобы найти палец. Хорошо, что я знаю идеальную пару и они в большом долгу передо мной.

С этими словами он повернулся и направился обратно к внедорожнику Харлоу, оставив меня в замешательстве, со смесью страха, гнева и разбитого сердца.

И на мгновение появился слабый проблеск надежды.

38

Саванна

Несмотря на мои суматошные мысли, я отключилась по дороге обратно в Мэджик-Сайд.

Этот день отнял у меня каждую унцию сил и энергии, которые у меня были. Это, а также то, что моя мама передала мне гены «спи где угодно», и машина была таким же хорошим местом, как и любое другое, где можно было немного вздремнуть.

Я смутно помнила, как Джексон нес меня в свой пентхаус, когда я проснулась следующим утром в двадцать минут двенадцатого в его кровати.

Мне нужно было обзавестись собственной квартирой или, по крайней мере, собственными простынями. Просыпаться от его запаха каждое утро не способствовало ясному мышлению, а мне нужно было держать мысли собранными. Как бы сильно это меня ни раздражало, моя тетя была права.

Находиться рядом с ним чрезвычайно опасно.

Так и должно быть, если я хочу сама вершить свою судьбу и не впадать в восторг от нашей проклятой парной связи.

Джексон ждал меня, когда я вышла.

— Хорошо спалось?

Не-а. Это не должно было стать прецедентом. Я упираю руки в бедра.

— Мы не вместе. Мне нужно найти свое собственное жилье и перестать просыпаться в твоей постели.

— И все же, ты снова здесь. Интересно, как это продолжает происходить? — С приводящей в бешенство ухмылкой, блуждающей в уголках его рта, Джексон протянул мне чашку кофе. — Готова выследить вампира?

Я с благодарностью сделала глоток, когда в моей груди расцвела надежда.

— У нас есть зацепка?

Разговор о том, чтобы поселиться в собственной квартире, может подождать.

Джексон хмыкнул.

— Ну, я связался с Нив Кросс и Дамианом Малеком. Они говорят, что могут помочь, и мы можем отправиться к ним, как только ты будешь готова.

Волнение забилось у меня в груди. Я встретила Нив и Амаль в тот день, когда мы отправились в «Бентам» допрашивать Потрошителя. Затем она спасла наши задницы в Форкс. Хотя мы не очень хорошо знали друг друга, часть меня надеялась, что мы увидимся снова. Я склонила голову набок.

— Я не знала, что у Нив есть партнер. Почему Малек кажется мне знакомым?

— Это он подсказал нам, где найти Гадюку. Это, и ты, возможно, видела Башню Малека на Автодроме.

Ах да. Это. Это был черный шпиль, который доминировал над пейзажем центра Мэджик-Сайда, подобно темной молнии, устремляющейся в небо.

Я поставила свой кофе, и волосы у меня на затылке встали дыбом. До меня доходили слухи о нем.

— Разве он не…

— Падший ангел? ДА. Это, а также криминальный авторитет.

Фантастика.

Криминальный авторитет и падший ангел. Что бы он потребовал за помощь нам? Наши собственные пальцы?

— Почему он? — Нервно спросила я.

И с чего бы Нив, которая была детективом в Ордене, работать с опасным криминальным авторитетом?

Джексон пожал плечами и поставил свой кофе.

— Он сколотил состояние, управляя охотниками за головами и возвращением собственности — по крайней мере, возвращением, как он это называет — среди прочего. Он также Искатель. Вместе с ним и Нив мы должны быть в состоянии выследить эту чертову штуку.