Сознание медленно возвращалось к Кире. Перед глазами все расплывалось, а голова казалась налитой тяжелым свинцом. Во рту все пересохло, жутко хотелось пить.

Девушка попыталась вспомнить, что произошло, и как она тут очутилась. В мозгу возникали лишь разрозненные фрагменты: вот она идет по центральной площади ВДНХ, затем какой-то старик хватается за нее рукой и что-то шепчет, потом наступает чернота.

Интересно, какую дрянь они ей вкололи? Кира принялась перебирать в уме подходящие варианты медикаментозных средств со схожими признаками воздействия. Неожиданно в памяти всплыло, что в первый раз она очнулась не здесь, а в какой-то машине. Там нещадно трясло, и Кира, привязанная к медицинской каталке, постоянно съезжала в сторону на каждом резком повороте. Старик сидел рядом с ней, и как только он заметил, что девушка приоткрыла глаза, то тут же достал шприц и сделал ей укол в предплечье, после чего Кира снова впала в беспамятство.

Сделав над собой усилие, девушка разлепила веки в попытке рассмотреть хоть что-то перед собой. Непослушная прядь волос упала ей на глаза, и Кира попыталась поднять руку, чтобы убрать ее от лица. Однако стоило ей пошевелить кистью, как в кожу немедленно впился туго затянутый пластик. Кира задёргала ногами – те тоже были связаны.

Сфокусировав взгляд, девушка попробовала повертеть головой. Кажется, она лежала на узкой металлической койке, прикованная к ее основанию. Вокруг были голые бетонные стены, грубо оштукатуренные и выкрашенные дешевой темно-серой краской. Низкий потолок, вдоль которого тянулись инженерные трубы и пучки проводов, подсказал девушке, что она находится в каком-то подвале.

В помещении было темно и прохладно. Кира силилась рассмотреть во мраке окружающие ее предметы, однако видимость ограничивалась лишь железной спинкой старой койки. Тогда девушка снова закрыла глаза. Поначалу она не услышала никаких посторонних звуков кроме монотонного гула, исходящего откуда-то сверху и напоминающего звуки работающего конвейера. Кира сообразила, что ее, по всей видимости, привезли в какое-то производственное здание. Внезапно ей показалось, что за стеной раздается тихое хныканье. Кира напрягла слух. И действительно – где-то совсем рядом плакал ребенок.

В данную минуту Кира ощущала себя так, словно попала в оживший ночной кошмар. По всему телу девушки побежали холодные мурашки. Не так она представляла себя знакомство с покупателем вируса. Почему-то ей казалось, что ее интеллигентно пригласят проехать на конспиративную квартиру, где она будет сидеть в удобном кресле, закинув нога на ногу, и вести хитроумный диалог с противником. Однако действительность оказалась куда хуже, чем ее фантазия. Ее накачали наркотическими препаратами, связали и бросили одну в пустом и страшном подвале.

Не выдержав, Кира истошно закричала.

– Помогите! Кто-нибудь меня слышит?

Ее голос искаженно отразился от бетонных стен. Кира вновь прислушалась. Ее обступила тишина. Даже детский плач прекратился, словно тот, кто находился за стеной, услышав ее крики, испуганно замер. Кира отчаянно забилась на койке, в безумной попытке выдернуть хотя бы одну руку из удерживающих ее пластиковых стяжек. Через несколько минут, до крови разодрав кожу, девушка оставила свои бесполезные попытки. Оставалось только лежать, тупо пялясь в угрожающе нависающий над ней потолок.

Чувство времени в этом месте почти замерло. Кира не знала, сколько минут или часов прошло с тех пор, как ее похитили, и как долго она лежит на этой старой продавленной койке, на жестком прорезиненном матраце с того момента, когда очнулась.

Чтобы хоть как-то отвлечься от роящихся в мозгу навязчивых мыслей о том, что еще ей предстоит пережить в ближайшем будущем, Кира принялась вспоминать события последних нескольких дней. Рядовое происшествие на трассе, на которое ее вызвали, как судмедэксперта, в одночасье полностью изменило всю ее жизнь. Круговорот событий затянул девушку, словно легкую щепку и понес, увлекая за собой, не давая опомниться.

Кира саркастично усмехнулась про себя. И где была ее хваленая интуиция в тот момент, когда она, практически не задумываясь, согласилась на предложение Оператора поучаствовать в расследовании гибели доктора Сергеенко?! Оказавшись в эпицентре межведомственного скандала, связанного с похищением смертельно опасного вируса, всего за одну неделю девушка пережила столько всего, что хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Кира задумалась – а стоило ли это того? Ответ нашелся сам собой.

Став полноправным членом команды, собранной Оператором, она, наконец, ощущала себя на своем месте. Эти люди принимали ее такую, как есть, а то, что она много лет считала своим наказанием, воспринимали, как бесценный дар, благодаря которому команде удалось вычислить предателя на секретной военной базе.

К тому же теперь у Киры появились друзья. Как же она мечтала об этом в детстве! Савва – жутко милый парень, хотя и чудаковатый. Галл постоянно пытается её опекать. Удивительно, как в нем одновременно уживается суровая мужская брутальность, и даже жестокость, и в то же время – сострадательность и стремление поступать по справедливости. А в Валеру она могла бы влюбиться. Конечно, она бы ни за что ему в этом не призналась, но Киру неуклонно влекло к нему. Девушка была абсолютно уверена, что за маской самоуверенного и крутого искателя приключений, скрывается тонкая ранимая натура доброго и семейного человека.

– Как все глупо вышло с этим похищением, – пробормотала Кира. – Все только стало налаживаться.

Кира поймала себя на том, что тихонько плачет.

Внезапно в подвале вспыхнул яркий электрический свет. Со стороны изголовья скрипнула отворяющаяся дверь, и раздались шаги. Судя по всему, в подвал зашли двое. Кира крепко зажмурилась, а затем осторожно приоткрыла глаза.

Над ней навис интересный, средних лет мужчина. Девушка узнала его взгляд – это был тот самый старик, у которого на ВДНХ случился сердечный приступ. Только теперь этот человек выглядел лет на двадцать моложе, а льняной костюм он успел сменить на современные футболку и джинсы. С любопытством вглядевшись в ее лицо, мужчина проверил у девушки пульс, а затем удовлетворенно хмыкнул.

– Полагаю, Вы хотите пить? – поинтересовался он у Киры почти заботливым тоном. – Вот, держите.

Мужчина приложил к губам девушки горлышко небольшой пластиковой бутылочки и наклонил ее так, чтобы Кира смогла сделать несколько глотков, но при этом не захлебнуться.

– Достаточно, – отстранил он бутылку, а затем уселся на стул, приставив его вплотную к койке. – А теперь давайте поговорим, – произнес мужчина на удивление благожелательным тоном.

***

– Развяжите меня, пожалуйста, – взмолилась Кира. – У меня ноги совсем затекли.

– Сначала Вы ответите на несколько моих вопросов. Видите ли, моя дорогая, пока Вы здесь отдыхали, мы были вынуждены Вас обыскать. И к моему большому недоумению, флэшки при Вас не обнаружилось. Ваши начальники решили поиграть с нами? В таком случае, это было крайне недальновидно, – разочарованно покачал головой мужчина.

При этом в его произношении Кира услышала едва заметный иностранный акцент. Теперь у нее уже не оставалось сомнений в том, что она имеет дело не просто с бандитом и похитителем, а с профессиональным агентом.

– Мне было поручено отдать вам флэшку только при условии, что сначала вы отпустите жену и двоих детей полковника Баринова, – ответила девушка, вызывающе уставившись мужчине прямо в глаза. – И я должна удостовериться, что они все еще живы.

– Они живы и находятся в соседнем помещении, – бесстрастно ответил ей этот человек.

Кира облегченно вздохнула. Ей не почудилось – за стеной действительно плакал ребенок.

– Так Вы их отпустите?

– Хм, – раздался в ответ саркастичный смешок. – Не вижу смысла. Ваши коллеги и так отдадут мне флэшку, если захотят, чтобы мы вернули Вас, милочка, целой и невредимой.

Кира обожгла мужчину испепеляющим взглядом.

– Вы не посмеете причинить мне вред, – процедила она, хотя внутри у девушки все сжималось от страха.

В этот момент лицо Кириного похитителя неожиданно приобрело заинтересованное выражение. Не всякий мужчина смог бы в столь опасной для себя ситуации проявить такую же стойкость и смелость, как эта худенькая молодая девушка. Ему даже импонировал брошенный ею вызов.

– Убив или покалечив меня, вы никогда не получите флэшку, – пошла ва-банк Кира. – Между прочим, на ней записана единственная копия программы. Перед арестом Илюшин уничтожил на базе все упоминания о своей разработке.

– Думаю, не имеет смысла спрашивать, откуда Вам это известно, – злобно процедил мужчина. При этом его лицо искривила кислая мина. – Допустим, что Вы не лжете, – помедлив, произнес он. – В таком случае, что Вы можете нам предложить?

– Развяжите меня! – потребовала Кира. – А после мы продолжим наши переговоры.