На следующее утро я уезжаю от сестры только после того, как убеждаюсь, что с ней все в порядке. Да она и сама хотела побыстрее от меня избавиться, чтобы встретиться с Беркутовым. Едва проснулась, как постоянно смотрела в телефон, будто Кир мог выпрыгнуть оттуда. А когда я пошутил, что решил остаться, Диана так на меня посмотрела, словно я предложил ей слетать на Луну и обратно. Наверняка мысленно она уже сама спустила меня с лестницы и запихнула в машину. Поэтому, чтобы, так сказать, дать влюбленным свободу, я поспешил удалиться.

По пути заглядываю в кофейню и беру несколько горячих круассанов и кофе навынос. Агата сказала, что допоздна просидела в университете, работая над каким-то проектом, свалившимся на нее как снег на голову. Уверен, она еще спит, поэтому надеюсь разбудить жарким поцелуем, а уже потом вкусным завтраком.

До квартала, где живет Агата, добираюсь быстро, на часах еще нет и восьми, когда я переступаю порог ее квартиры. В нос ударяет приятный аромат геля для душа, который разлетелся по всему коридору. Агата встречает меня в белой майке длиной до середины бедра. При малейшем движении ткань задирается, обнажая гладкую молочную кожу. Волосы Агаты собраны в пучок, на лице ни грамма макияжа. Такая домашняя она мне нравится даже больше, рядом с ней витает ощущение уюта. Словно возвращаешься домой после длительной командировки.

Я трясу пакетом с выпечкой и протягиваю подставку с кофе. В ответ Агата дарит мне теплую улыбку, забирает наш завтрак и ставит его на полку у входа. Мы смотрим друг на друга несколько секунд, затем я скидываю обувь и тут же заключаю Агату в кольцо своих рук.

Прижимаю к себе так крепко, словно, если отпущу, моя жизнь полетит в тартарары.

– Матвей! – шепчет она, уткнувшись носом мне в плечо. – Задушишь же, – шлепает меня по плечу, но я лишь сильнее обнимаю. Склонив голову набок, Агата игриво смотрит на меня. – Что с вами такое, Орлов? Неужели так соскучились?

А я ведь, и правда, рядом с ней как дурной: все забываю. Хочу только обнимать, целовать и слушать, как она называет мое имя. Чаще. Громче. Резче или же нежнее. Без разницы.

Чуть отдаляюсь, кладу ладонь на ее щеку, всматриваясь в лицо, которое успело стать родным для моего сердца. Агата привстает на носочки и нежно целует меня в губы. Один маленький поцелуй пробуждает во мне желание на что-то большее. Руки скользят по ее бедрам, отчего девичья кожа покрывается мурашками.

– Я скучал, – придвигаюсь ближе.

Ласково играю с ее ушком, покусываю, обвожу языком и снова покусываю. С губ Агаты срывается томный стон, а пальцы впиваются в мои плечи. Я чертовски сильно хочу ее.

– Я тоже, но у меня скоро начнется пара, – с придыханием произносит она, а сама льнет ко мне грудью. Понимаю, что времени в обрез, однако ничего не могу с собой поделать.

Покрываю ее шею жаркими поцелуями и, возможно, оставляю следы, потому что мне просто сносит голову. Хочется взять ее прямо здесь: грубо, неистово. Чтобы искры летели от каждого нашего прикосновения. Чтобы она громко выкрикивала мое имя.

Пробираюсь рукой под майку, скольжу вверх по талии, а когда достигаю груди, не сдерживаю стон, потому что Агата без белья. Дрожащими руками Агата пытается расстегнуть мои джинсы, и когда пуговица поддается, утыкается лицом мне в плечо, потому что я легонько играю с ее соском и покручиваю его. Агата капитулирует и полностью отдается в мою власть. Ее тело сотрясает дрожь, а рваное дыхание обжигает мою кожу.

– Матвей, я… – всхлипнув, Агата откидывает голову, и я припадаю к ее шее.

Клянусь, каждое прикосновение словно наркотик.

Когда Агата приходит в себя, и мы сталкиваемся взглядами, я замечаю, как в ее зеленых глазах плещется голод.

– Проголодались, Агата Сергеевна? – довольно ухмыльнувшись, обвожу ее губы языком.

Ничего не ответив, она берет меня за руку, тянет за собой в кухню и около стула останавливает. Взглядом показывает, чтобы я снял штаны, боксеры стягивает с меня сама, затем усаживает на стул и садится сверху.

– Думаешь, только ты можешь сводить меня с ума, Орлов? – шепчет она мне на ухо и, качнув бедрами, заставляет разум помутиться. – Один из нас точно проиграет.

– Разве ты не опаздываешь? – напоминаю ей про пары.

– Придется получить очередной выговор, мне не привыкать.

Она накрывает мои губы поцелуем. Жарким, до одури страстным и волнующим. Мы словно кружимся в вихре, который несет нас куда-то в бесконечную пропасть. Я приподнимаю Агату, насаживая на себя, и она издает такой протяжный стон, словно никогда прежде не получала большего удовольствия. Это так возбуждает, что я и сам почти на пределе. Наши движения становятся хаотичными. Я принимаю правила ее игры, и это до того сводит с ума, что адреналин с дикой скоростью выбрасывается в кровь.

Когда я нахожусь уже на грани, в кармане джинсов начинает вибрировать телефон, но я не обращаю внимания, сейчас он меня волнует в последнюю очередь. Но мобильный звонит снова и снова. Агата отстраняется и опускает затуманенный взгляд на мои губы.

– Ответь, – с придыханием говорит она.

– Плевать, – я вновь тянусь к ней, не в силах отвести взгляда от припухлых алых губ. Это выглядит настолько возбуждающе, что я вот-вот кончу, а мы ведь даже не предохраняемся. Приходится прерваться.

Ухожу в ванную, а после возвращаюсь и вытаскиваю телефон из джинсов, которые валяются на полу. Неожиданно на меня ведром холодной воды обрушивается ужас. А что, если опять с Дианой что-то произошло и это звонили из-за нее?

Дьявол.

Но на экране высвечивается незнакомый номер.

– Алло? – отвечаю на звонок.

– Матвей Дмитриевич? Это старший следователь Копенкин, звоню вам насчет аварии, произошедшей несколько дней назад.

– А в чем проблема? Я не справился с управлением и влетел в отбойник.

Агата заметно напрягается.

– Не совсем так. Необходимо, чтобы вы в ближайшее время приехали в отделение, и я вам все расскажу.

– Я не понимаю.

– Имя Новиков Артем вам о чем-нибудь говорит?

Только я хочу сказать, что понятия не имею, о ком идет речь, как вижу испуганный взгляд Агаты. Зря я поставил звонок на громкую связь. Агата прикладывает ладонь к губам, и в глазах, которые минутой ранее сгорали от блаженства, теперь скапливаются слезы.

– Я скоро буду, – не дожидаясь, пока Копенкин ответит, сбрасываю вызов.

Агата уходит в спальню и через пару минут появляется в дверном проеме, спешно застегивая пуговицы рубашки.

– Я поеду с тобой и дам против него показания, – она суетливо заправляет за ухо волосы.

– Ты ни в чем не виновата.

Агата предупреждала, что этот кретин может пойти на крайние меры, и рассказала об их последнем разговоре. Но я не придал значения, так как все мысли на протяжении последних дней были заняты сестрой.

Теперь же Артему настало время поплатиться за все, что он совершил.

– Знаю, – тихо признается она. – Но мне противна сама мысль, что он мог причинить тебе вред, а точнее, сделал это.

Агата подходит ко мне, ласково касается небольшого шрама над бровью, полученного из-за аварии.

– Разве мужчину не украшают шрамы? – пытаюсь шутить я.

– Матвей, – вздыхает она.

– Зато теперь ты будешь в безопасности.

– Мы будем, – поправляет она.