Спустя еще пару бокалов пива я вышла подышать, потому что меня медленно начало мутить. До этого мы болтали с Викки о девочках, которых она пригласит, и я их еще не знала.

Она пообещала, что девчонки адекватные и приятные, и я ничуть в этом не сомневалась: по крайней мере, я не буду делать поспешных выводов и просто дождусь девичника, который пройдет на следующей неделе, в субботу, так же как и мальчишник у Джейкоба.

Улица меня вернула в тонус: прохладный ветер прошелся по телу, проникая сквозь тонкую ткань майки, заставляя вздрогнуть, тяжело выдохнув. На парковке было две машины, рядом курила пара мужчин, а неподалеку слышались звуки проезжающего по главной дороге транспорта.

Парковку и зону курилки освещали огни самого бара, а по бокам был дежурный свет магазинчика запчастей и какой-то дневной забегаловки. Я достала телефон и листала сообщения. Ничего интересного нет. Я вспомнила, что давно не звонила родителям…

Вдруг я ощутила на себе чьи-то ледяные ладони, меня пробрало от страха, пахло горькими духами и знакомым гелем для душа. Я поморщилась, а затем толкнулась, стараясь выбраться из чужих рук.

– Отпусти меня, – панически прошептала я, увидев перед собой только пар, вылетевший изо рта.

По телу прошлась волна настоящего страха: ноги подкосились, но я смогла дернуться и выскользнуть из принудительных мерзких объятий.

Передо мной стоял Кайл. Он был в гражданской одежде, в своей привычной кожаной куртке. Он смотрел на меня с отвращением, надменно ухмыляясь, и я не удержалась от крика:

– Оставь меня в покое, господи!

По моим щекам потекли слезы, его неожиданное и совершенно неуместное появление сбило меня с толку и рассердило. Внутри меня все дрожало от ярости, обиды и гнева. Мне хотелось, чтобы он меня отпустил.

Забыл.

Вуд только закатил глаза, а затем подошел ко мне, схватил за руки и сильно, до боли, сжал. Я снова попыталась вырваться, кричала, прося о помощи, но вокруг не было никого, кто мог меня спасти.

– Ты неблагодарная дура, Эшли! – рыкнул на меня Кайл, ударив по лицу. Я споткнулась о собственные кеды. Он так сильно давил на мое запястье, что я хотела взвыть.

Перед глазами потемнело, я с трудом сдерживала слезы; меня тошнило, я старалась вырвать руку, но сил не хватало. Вуд уцепился за край моей майки и потащил в сторону.

Подошвами кед я шаркала по земле и пыталась издать хоть один звук. Глотку жгло от холода, и я подумала, что пора начинать молиться.

Но долго ждать не пришлось – до нас донеслись звуки музыки и открывающихся дверей бара.

– Какого х…

Это был спасительный голос Майка, о котором я только и могла думать в последние секунды. Я сумела махнуть головой и увернуться от очередной пощечины, когда Вуд на меня замахнулся.

И в один миг меня несильно оттолкнули, от неожиданности Кайл тут же отпустил мои запястья, чуть попятившись назад.

К нему стремительно приближался взбешенный Нолан, за пару секунд он схватил Вуда и вмазал ему по лицу, заставляя сплюнуть кровь с прокушенной губы. Всего удар – и уже кровь. Меня пробрало до мурашек, и я попятилась назад.

– Ага, привет, Майк… – усмехнулся Кайл Вуд. Они знали друг друга.

– Не думал я, что еще встречусь с тобой, ублюдок, – сквозь зубы прорычал Нолан, тряся Вуда за воротник куртки. – Я тебе, блядь, сейчас напомню нашу последнюю встречу…

Из бара выбежала Викки, я сразу услышала ее вздох ужаса, а за ней вышел и Джейкоб. Опомнившись, он резво подбежал, взял меня за плечи и отвел подальше, передавая в руки девушки, а сам подошел к Майку.

– Тот самый Вуд? – фыркнул Джейк, кладя ладонь на плечо другу и равняясь с ним. – Проваливай, иначе пойдешь в отставку раньше положенного.

– Мы обещаем, – шикнул Нолан ледяным тоном, едва удерживаясь от повторного удара. – Уяснил? – Он держал Вуда за грудки, встряхивая, чтобы напомнить о том, что они с Джейком не шутят.

Викки успокаивающе поглаживала меня по спине.

– Господи, Эш, у тебя синяк появляется… – шепнула она тихо, отводя меня в бар.

Спустя лишь несколько секунд я почувствовала, что лицо действительно ныло от боли после удара – сначала это не было заметно. Скулу саднило, и Викки сбегала к барменше, чтобы попросить у нее аптечку.

Та, конечно же, не отказала: тут же передала подруге пластиковую коробочку и взволнованно выглянула, рассматривая меня. Я смутилась, чувствуя себя неловко, она ответила мне сочувственной улыбкой.

– Вот, – Викки присела рядом со мной, открыла аптечку, сразу же доставая перекись, – у тебя легкая ссадина… Надо же было так ударить… Сучонок! Сильно болит?

– Ноет, – сглотнула я, забирая у подруги ватку и промачивая там, где болела скула, – боже, почему он это делает…

– Давно по роже не получал, скотина… – прошипела подруга; рассерженно захлопывая аптечку, она вернулась к барной стойке.

Вокруг играла музыка и хотя бы немного меня успокаивала.

Я все не могла поверить в то, что эта сволочь не хочет оставить меня в покое и исчезнуть. Как такого больного урода, как Кайл Вуд, вообще смогли пустить в полицию? Как он сдал психологический тест? Как прошел обследование?

Голова раскалывалась от боли и тяжелых мыслей, я опустила ее на стол, накрывая затылок руками и зарываясь в волосы пальцами. Неужели у меня не будет ни единого дня, который не сопровождается какими-нибудь дикими вещами?

Я просто хочу провести остаток каникул в обществе ребят и Глории, и оказывается, что я слишком много прошу…

В глазах резко помутнело от накативших печали и слез. Попытавшись все это прекратить, я стиснула зубы и, по советам мамы, постаралась тронуть языком верхнее небо: она говорила, что это помогает, но оказалась неправа.

По крайней мере, мне это не помогло. Щека ужасно болела, а слезы все текли по лицу, я даже не успевала хватать с подставки салфетки и вытираться: мне не хотелось, чтобы ребята вернулись и увидели меня в таком состоянии.

Хотя я была уверена, что уже выглядела жалко: тушь растеклась и жгла глаза, поэтому легче было сходить в уборную. Я поднялась с места и пошатнулась от потери равновесия. Меня подхватил подошедший Джейк.

– Ш-ш-ш, – тихо шепнул он, – аккуратнее… Тебя проводить?

– Проводить! – ответила за меня Викки, подбежавшая с маленьким пакетиком. – Это лед, потом приложишь…

– Я провожу, – глухо произнес Нолан, вернувшийся с улицы. – Пойдем, Эш.

Я кивнула, бегло осмотрев его на предмет ран или ссадин: он был чист, не считая старых армейских бледных порезов. Вуд не смог набраться смелости и ударить его, а вот меня – без проблем.

«Конечно, – подумала я про себя, медленно шагая в сторону уборной, – я ведь не мужчина, который в силу своей профессии может сделать что похуже…»

Нолан шел за мной молча, лишь изредка касаясь моей спины, чтобы убедиться, что я не повалюсь в обморок. Когда я зашла в женскую часть туалета, он остановился на входе и кивнул:

– Зови, если что.

– Спасибо… – всхлипнула я.

Казалось бы, всего лишь неудачная встреча с бывшим, какой-то гнусный синячок на лице – и все, но слезы продолжали бесконечно литься из глаз. Все это сгибало чуть ли не пополам над раковиной, заставляя хныкать и беспомощно заливать лицо водой, чтобы смыть жгущую растекшуюся тушь. Оттого, что я терла кожу, она только сильнее горела и саднила, но в конце концов я успокоилась, промокнув лицо салфетками, и глянула в зеркало.

Теперь глаза и губы опухли, а вся кожа, красная от раздражения, болезненно покалывала и горела. Я глубоко вобрала воздух в грудь и продолжительно выдохнула. Голова перестала так сильно болеть – холодная вода правда помогла.

Как он посмел меня ударить? Тем более так сильно?! Он просто больной на голову урод, а почему-то этот статус активно приписывают Майку, который заступился за меня.

Неужели он правда знает Вуда лично? Но откуда?